Вторая мировая войнаРККА в бою

1939 — 1945
Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 РККА в бою

#1

Сообщение Gosha » 31 янв 2019, 12:20

«С момента образования вооруженных сил Страны Советов РКПБ стремилась подчинить себе армию республики. Партия полностью контролировала мирное строительство и боевое применение Красной армии считала её своим силовым рычагом в решении политических вопросов РСФСР и подавлении всех всплесков недовольств внутри республики. При образовании СССР силовые функции РККА территориально были расширены на все Союзные республики. ВКПБ стала внимательной сиделкой для РККА по всем вопросам, самым важным среди решаемых вопросов был конечно командно-кадровый вопрос. Исключительное положение РВС, особого отдела по кадрам под непосредственным курированием ЧК-ОГПУ-НКВД, и политического отдела РККА определяли формирование командного состава армии, начиная с младших командиров отделений и взводов. Постоянное выявление «Врагов Народа» делали невозможным профессиональный рост командования, боязнь быть «белой вороной» среди общей серой массы, привело, к всеобщей рутине. Роль комиссаров была повсеместной и настолько велика, что от их рекомендательных отчетов зависела расстановка кадров по принципу лично предан делу партии, а преодоление оперативной безграмотности было отдано исключительно на волю случая – получилось или нет. Командование РККА развивалось не как положено от теории в практику, наоборот, от партизанской практики, к заочной теории. Если командир не пьет горькую, не рукоприкладствует, не несет по маме, значит «белая кость» - замаскировавшийся враг».

Советско-германская война, называемая обычно на Западе «войной на германском Восточном фронте», продолжалась с 22 июня 1941 года по 9 мая 1945 года, чуть меньше четырех лет. После окончания войны советские и российские военные теоретики и историки в целях исследования и анализа разделили этот дли-тельный конфликт на три четко разделяющихся периода в соответствии с общим ходом войны и стратегическим характером военных Операций. Каждый период войны они свою очередь подразделили на ряд отдельных кампаний, каждая из которых протекала в течение одного или нескольких времен года.

Согласно этой схеме, первый период войны продолжался с начала Гитлером немецкой операции «Барбаросса»—с 22 июня 1941 года. Он продолжался до 18 ноября 1942 года, точной даты окончания немецкой операции «Блау» — наступления вермахта до Сталинграда. Этот период, продлившийся чуть меньше 18 месяцев, охватывал два наиболее знаменитых и эффектных стратегических наступления: операцию «Барбаросса» в 1941 году и операцию «Блау» в 1942 году. Хотя Красная Армии в декабре 1941 года сумела остановить наступление вермахта на Ленинград, Москву и Ростов, пусть даже путем колоссальных усилий и ценой огромных людских и материальных потерь, и смогла организовать зимой 1941/1942 года собственное стратегическое наступление, стратегическая инициатива весь этот первый период войны оставалась преимущественно в руках немцев. Тактическое и оперативное искусство вермахта намного превосходило тактическое и оперативное мастерство Красной армии, а тяготы непрерывных боев, огромные размеры театра военных действий и суровость климата еще не сильно притупили германскую военную мощь.

В течение первого периода войны практически полное уничтожение советской довоенной армии и прежней структуры вооруженных сил вынудило советское военное руководство создать для своей Красной Армии более простую и более хрупкую структуру войск. Тем временем оно обучало своих военных руководителей и разрабатывало более зрелую войсковую структуру, которая сможет действенно соперничать см более опытным противником.

Несмотря на выпавшие на долю Красной Армии невзгоды, зимой 1941/42 года она добилась победы под Москвой. Эта победа знаменовала один из первых поворотных пунктов войны. Московское контрнаступление Красной Армии в декабре 1941 года и ее последующее зимнее наступление в январе и феврале 1942 года означали провал операции «Барбаросса» и гарантировали, что Германия больше не может выиграть войну, добившись первоначально запланированных Гитлером целей.

Второй период войны продолжался с начала Сталинградского контрнаступления Красной Армии 19 ноября 1942 года вплоть до успешного прорыва Красной армией немецкой обороны на Днепре и ее вторжения в Белоруссию и на Правобережную Украину в октябре-декабре 1943 года. Это был переходный период, во время которого стратегическая инициатива неуклонно и безвозвратно переходила в руки Красной Армии. Он стал наиболее важной частью войны, обеспечив конечный ее исход. В течение этого периода, пребывая в почти непрерывных боях, Красная Армия переродилась в современную армию, способную эффективно сразиться с силами вермахта и в конечном итоге разгромить их.

Зимняя кампания Красной Армии 1942/43 года началась с массированного наступления сразу на нескольких фронтах — под Ржевом (операция «Марс») и под Сталинградом (операция «Уран») в середине ноября 1942 года. Оно закончилось с капитуляцией в Сталинграде в начале февраля 1943 года немецкой 6-й армии и последующим массовым наступлением Красной Армии в феврале и марте 1943 года практически по всему германскому Восточному фронту—от Балтийского до Черного моря. Хотя Красная Армия не вполне добилась амбициозных целей, поставленных перед ней Сталиным, ее зимняя кампания 1942/43 года представляла собой второй и наиболее решающий поворотный пункт войны. Далее оставалось лишь определить масштабы и условия поражения Германии.

Кульминацией этого периода стал третий поворотный пункт войны — советская победа в Курской битве. После победы Красной армии под Курском стало ясно, что поражение немцев будет как неизбежным, так и полным; неопределенными пока оставались только его сроки и цена. В ходе последующей летне-осенней кампании 1943 года Красная Армия повела успешное стратегическое наступление сразу на нескольких фронтах, одновременно атаковав немцев в полосе от Витебска до Черного моря. К концу декабря 1943 года это наступление вывело советские войска к Днепру и далее—в Белоруссию и на Украину.

В течение третьего периода войны, который продолжался с 1 января 1944 года по май 1945 года, Советский Союз практически постоянно сохранял стратегическую инициативу. Военные кампании этого периода представляли собой почти непрерывную цепь стратегических наступательных операций Красной Армии, перемежаемых лишь короткими паузами, во время которых советская военная машина пополнялась необходимыми для продолжения ее наступления людьми и вооружением. Этот период характеризовался неуклонным и неизменным упадком немецкой военной силы и удачи. Красная Армия окончательно перестроилась, овладев всеми необходимыми для войны оперативными и тактическими приемами.
После Курска началось почти непрерывное падение силы и боевой эффективности немецких армий на Востоке. Хотя периодические впрыскивания новых призывников и боевой техники давали терпящим поражение немцам средства для произведения локальных контратак и контрударов, это противодействие с каждым разом становилось все более слабым и менее эффективными — как по причине растущего мастерства, боевой под-готовки и опыта советских войск, так и из-за все большего снижения боевой подготовки и эффективности немецких войск.


В течение этого периода войны, стратегические наступательные возможности Красной Армии достигли беспрецедентной степени изощренности. Она могла предпринимать одновременные либо следующие без перерывов друг за другом наступления по всему фронту от Баренцева до Черного моря. Во время зимней кампании 1944 года Красная Армия одновременно провела успешные наступательные операции в Ленинградской области, в Белоруссии, на Украине и в Крыму. Хотя Белорусская наступательная операция запнулась, не достигнув своих целей, войска Красной Армии очистили от обороняющихся немцев большую часть Ленинградской области, запад Украины до границ с Польшей и Румынией, а также Крымский полуостров.

В летне-осенней кампании 1944 года Красная Армия провела успешные и драматические наступательные операции против немецких групп армий, пытавшихся удержать Белоруссию, южную Польшу, Румынию, Прибалтику, а позже — Венгрию и Балканы. К началу декабря 1944 года это наступление охватило весь фронт от Балтийского моря до Будапешта и Белграда, выведя войска Красной Армии в Восточную Пруссию, Польшу и вглубь бассейна Дуная.


В ходе последующей зимней кампании 1945 года Красная Армия вдребезги разбила немецкие войска в Восточной Пруссии, Польше, западной Венгрии и восточной Австрии, достигнув реки Одер всего в 36 милях от Берлина и Дуная у Вены. Свои успехи в этот третий и последний период войны Красная Армия увенчала в апреле и мае 1945 года, проведя параллельные наступления на Берлин и Прагу. Эти сражения чуть меньше чем за четыре года покончили с гитлеровским «тысячелетним» Третьим Рейхом.

В качестве кульминации своей победы над нацистской Германией и по просьбе Соединенных Штатов Красная Армия летом 1945 года перебросила почти миллион солдат на Дальний Восток, где в ходе короткого, но решительного наступления в августе 1945 года уничтожила японскую Квантунскую армию в Маньчжурии, помогая ускорить конец войны на Тихом океане.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Реклама
Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#2

Сообщение Gosha » 02 фев 2019, 15:03

ЛЕТНЕ-ОСЕННЯЯ КАМПАНИЯ: 22 ИЮНЯ - 5 ДЕКАБРЯ 1941 ГОДА

«В конце июня 1941 года гитлеровский вермахт вторгся в Советский Союз силами свыше 3 миллионов человек, сокрушил войска Красной Армии в приграничных районах и неудержимо устремился к Ленинграду, Москве и Киеву, оставив позади себя растерзанные ошметки советских войск и вынудив Сталина в октябре эвакуировать в Куйбышев основную часть советского правительства . Соединенные Штаты тем временем пребывали в состоянии мира, лишь в октябре Конгресс большинством в один голос возобновил всеобщий призыв на военную службу».

Численность армии США достигала в то время 1,5 миллиона человек. 5,5-миллионная Красная Армия потеряла к 1 октября 1941 года по меньшей мере 2,8 миллиона бойцов, а к 31 декабря 1941 года — еще 1,6 миллиона. За этот период СССР поставил под ружье силы, эквивалентные 821 дивизии (483 стрелковые, 73 танковых,31 механизированная и 101 кавалерийская, а также 266 стрелковых, танковых и лыжных бригад) — при этом понеся потери, эквивалентные в общей сложности 229 дивизиям.

В ноябре вермахт начал свое последнее наступление на Москву. К этому времени Соединенные Штаты распространили на Советский Союз кредит в 1 миллиард долларов по ленд-лизу, а англичане выиграли первую фазу воздушной битвы за Англию и провели ограниченное наступление в Северной Африке.

В июне 1941 году Вермахт вторгся в Советский Союз, в остальной Европе война бушевала уже почти два года. После июня 1940 года Великобритания, армии которой были выбиты гитлеровским вермахтом из континентальной Европы, боролась с натиском гитлеровских военно-воздушных сил и почти два года подвергалась постоянной угрозе вторжения, защищенная только своим «крепостным рвом» — проливом Ла-Манш. Конфликт бушевал также на периферии Европы, от ледяных фьордов Норвегии до бескрайних песков северной Африки. Жалкие остатки демократической Европы усиленно пытались сдержать приливную волну нацистского тоталитаризма. А за их спиной стояли Соединенные Штаты, защищенные громадными океанскими просторами и преданные своей освященной временем, но заметно слабеющей вере в надежность и безопасность блистательной изоляции.

С 22 июня 1941 года и до 7 декабря того же года Советский Союз сражался, имея в качестве стратегического военного партнера только ослабленную Англию. В течение этого периода Красная Армия противостояла основной массе гитлеровского вермахта, и Советский Союз подвергся страшному разорению, оставляемому после себя германской армией. Только 7 декабря внезапное и стремительное нападение японцев на Перл-Харбор пробудило спящего американского дядю Сэма от его изоляционистского сна.

С этого момента начало складываться то, что станет известно как Великий Союз. Складывался он поначалу медленно, подобно нежеланному фиктивному браку между смертельными врагами Гитлера, и лишь позже — как энергичный и активный союз военного времени, поставивший своей задачей уничтожение нацистской Германии, а затем и имперской Японии.

Большинство историй советско-германской войны, основанных как на немецких, так и на советских источниках, хотя и содержат разные оценки значения или цены конкретных битв и операций, сходятся в отношении общей хронологии военных действий. Эта хронология основывается на относительно доступных военных архивах вермахта, воспоминаниях ветеранов вермахта и на отчетах, написанных после окончания войны советскими и российскими военными историками и мемуаристами. Хотя такое понимание войны продержалось свыше 50 лет, оно отличается прискорбной неполнотой. По самым разнообразным политическим и военным причинам советская (и российская) историография допускала в общедоступных описаниях войны огромные пробелы. Пробелы эти имели целью либо защиту репутации тех или иных политических или военных руководителей, либо были следствием тяги к засекречиванию всего и вся, а также обуславливались стремлением придать больше ценности уникальному военному опыту, который многие русские — а до них советские — люди считали национальным со-кровищем, заслуживающим всемерного отстаивания.

В результате традиционный советский взгляд на войну игнорирует порядка 40 процентов военного опыта Красной Армии времен Второй мировой войны. По этому любое исследование действий Красной Армии должно начаться с выделения как традиционных, так и забытых аспектов этой войны — по крайней мере, в отношении военных действий.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#3

Сообщение Gosha » 29 июн 2019, 13:10

МИНСКИЙ КОТЕЛ

Первый удар немецких войск на Московском направлении должны были принять войска Западного Особого военного округа, которые на 22 июня 1941 года насчитывали четыре общевойсковые армии (3,10,4,13-я), ряд соединений и частей окружного подчинения. В составе этих объединений и частей насчитывалось 672 тысячи человек личного состава, около 2556 танков (116 тяжелых, 126 средних и 2314 легких), 10087 орудий и минометов (3586 пушек и гаубиц, 1260 120-мм и 82-мм минометов, более 2 тысяч противотанковых орудий и 190 76-мм зенитных орудий), 1909 самолетов (из них 424 новых) (ЦАМО, ф. 208, оп. 2589, д. 93, л. 5; ф. 16А, оп. 2951, д. 243, л. 228-231).

Это составляло четверть от всех войск, сосредоточенных в западных военных округах. Правда, после завершения освободительного похода комплектование личным составом войск округа частично осуществлялось за счет населения Западной Белоруссии (бывшей Польши), которое к Советской власти относилось более чем прохладно. На страже западных рубежей стояли пограничные войска, которые на территории Белоруссии были сведены в 11 пограничных отрядов и насчитывали 19,5 тысячи человек. Одновременно продолжалась охрана и старой границы, где несли службу 5 пограничных отрядов. Это было вызвано активизацией шпионской и бандитской деятельности в западных районах Белоруссии, беспорядочной миграцией населения и желанием советского руководства контролировать приграничную территорию.
Перед войсками Западного Особого военного округа к июню 1941 года противник развернул группировку, состоявшую из 27 пехотных, 5 танковых, 3 механизированных, 1 кавалерийской дивизий и 1 механизированной бригады. В составе этой группировки насчитывалось 595 тысяч личного состава, 823 танка, 3185 орудий, 4473 миномета, 2691 противотанковое орудие, 678 зенитных орудий.
Таким образом, германская сторона превосходила войска Западного Особого военного округа в 1,8 раза по артиллерии, минометам и противотанковым пушкам, в 4,2 — по количеству зенитных пушек. Однако германские войска уступали по количеству танков советским войскам в 2,8 раза и имели с ними примерное равенство по авиации (Составлено на основании ЦАМО, ф. 16, оп. 2951, д. 235, л. 86-109; д. 243, л. 228-230; д. 253, л. 47-50; д. 262, л. 81-95).

Отправлено спустя 2 минуты 23 секунды:
Эта задача командованием группы армий «Центр» была решена блестяще. Войска Белорусского Особого военного округа (с 22 июня — Западного фронта), несмотря на достаточно хорошую подготовку театра военных действий и наличие сил, в начале войны не смогли выстроить первую оборонительную операцию. Соединения группы армий «Центр», действуя на флангах танковыми группами, смогли в течение первых четырех дней после начала войны не только прорвать оборону по линии границы, но и глубоко охватить с флангов белостокскую группировку советских войск.
26 и 27 июня передовые отряды 2-й и 3-й танковых групп, нанося удары по сходящимся направлениям, прорвались в предместья Минска и захватили город. Крупная группировка советских войск западнее этого города в составе шести дивизий 3-й и 10-й армий, трех дивизий 13-й армии, двух дивизий фронтового подчинения, а также остатки других частей и соединений Западного фронта оказались в полном окружении и к началу июля были разгромлена.

Первая крупная брешь на Московском направлении была пробита вермахтом на удивление легко и быстро. Потери советских войск в Белоруссии в первые неделя Великой Отечественной войны были огромными. Так, в книге «Россия и СССР в войнах XX века» указано, что в оборонительной операции в Белоруссии за период с 22 июня по 9 июля 1941 года войска Западного фронта безвозвратно (убитыми, пленными и пропавшими без вести) потеряли 341 тысячу человек, 4799 танков и 1777 боевых самолетов (Россия и СССР в войнах XX века. Статистическое исследование. —М.: «Олма-пресс», 2001. — С. 268).

По докладу Гитлеру командующего группой армий «Центр» генерал-фельдмаршала Ф. фон Бока от 8 июля 1941 года советские войска только пленными в районе Белостока и Минска потеряли 287,7 тысячи человек. Кроме того, немецкими войсками было захвачено или уничтожено 2585 танков, 1449 орудий, 246 самолетов. При этом, по немецким данным, потери личного состава группы армий «Центр» в период с 22 июня по 9 июля 1941 года составили 6923 человека убитыми, 1126 пропавшими без вести и 20 883 ранеными.

При этом нужно отметить, что, в соответствии с записями Ф. Гальдера, общая численность потерь сухопутных войск Германии на Восточном фронте по состоянию на 30 июня 1941 года убитыми и ранеными составила немногим более 41 тысячи человек (Гальдер Ф. Военный дневник. Т. 3, кн. 1. — С. 81). Атак, как генеральный штаб вел подсчет потерь на всех трех направлениях главных ударов, то, соответственно, в Белоруссии они не могли существенно отличаться от тех, которые были на Украине И в Прибалтике. А это означает, что в полосе Западного фронта в первую неделю войны немцы могли потерять Убитыми и ранеными порядка 13—15 тысяч человек, то есть в 16—17 раз меньше, чем обороняющиеся советские войска. И это при имевшемся соотношении сил и средств и подготовке театра военных действий.

Отправлено спустя 2 минуты 58 секунд:
В исторической литературе советского периода вся тяжесть вины за поражения советских войск в Белоруссии возложена на командование Западным фронтом, которое проявило растерянность и не смогло организовать управление подчиненными войсками в рамках первой оборонительной операции.
При этом мало кто вспоминает, что в первый же день войны в штаб этого фронта были направлены сразу два (из пяти имевшихся) маршала Советского Союза — бывший начальник Генерального штаба РККА Б. М. Шапошников и заместитель наркома обороны Г. И. Кулик. Но, как пишет Г. К. Жуков, уже 26 июня Ставке ГК стало известно, что первый заболел, а второй «неизвестно где». Поэтому, отчаявшись, И. В. Сталин решает немедленно вызвать в Москву действующего начальника Генерального штаба РККА генерала армии Г. К. Жукова, который в то время также неудачно «спасал» положение войск Юго-Западного фронта. Для того чтобы разобраться в столь неясной обстановке, только что прибывший в Москву товарищ Жуков попросил сорок минут.

Для решения столь трудной задачи в соответствии с последними условиями обстановки крупному «стратегу» Г. К. Жукову не понадобилось ни связываться с представителем Ставки на Западном фронте, ни со штабом Западного фронта, ни с начальником Оперативного управления Генерального штаба. Было достаточно выйти в соседнюю комнату с явно растерявшимся наркомом обороны Маршалом Советского Союза С. К. Тимошенко и заместителем начальника Генерального штаба генерал-лейтенантом Н. Ф. Ватутиным, чтобы понять, что обстановка на Западном фронте сложилась «действительно исключительно тяжелая». И на этом основании Г. К. Жуков немедленно принимает решение о переходе войск Западного фронта к обороне на рубеже реки Западная Двина и городов Полоцк, Витебск, Орша, Могилев, Мозырь с использованием не только второго эшелона фронта (13-й армии), но и четырех новых армий (19, 20, 21 и 22-й). Кроме того, было решено «срочно приступить к подготовке обороны на тыловом рубеже по линии Селижарово — Смоленск — Рославль — Гомель силами 24-й и 28-й армий резерва Ставки.

Отправлено спустя 2 минуты 46 секунд:
Помимо этого мы предлагали сформировать еще 2—3 армии за счет дивизий Московского ополчения». (Жуков Г.К. - Воспоминания и размышления. — М.: Воен- издат, 1970. - С. 256).
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#4

Сообщение Gosha » 01 июл 2019, 11:48

Удивительно. Стратегическое решение о создании двух рубежей обороны и развертывании на них семи армий принимается тремя военачальниками, один из которых только что приехал с аэродрома. Тем не менее «все эти предложения И. В. Сталиным были утверждены», хотя на то время, по признанию Г. К. Жукова, «где будет остановлен противник... мы тогда еще не знали».

Несмотря на это, в 10 часов 05 минут 27 июня Георгий Константинович вызвал к аппарату «Бодо» начальника штаба Западного фронта генерал-лейтенанта В. Е. Кли- мовских и приказал ему «срочно разыскать все части» и прикрыть район Минского укрепленного района. Но, как известно, выполнить это не удалось, и «вечером 28 июня наши войска отошли от Минска... Ставка и Генштаб тяжело восприняли известие о том, что нашими войсками оставлена столица Белоруссии...» {Жуков Г. К. Воспоминания и размышления. — С. 58).

29 июня 1941 года разъяренный сдачей Минска И, В. Сталин дважды приезжал в Наркомат обороны и Ставку Главного командования и требовал от военных объяснений. Но, видимо, ничего вразумительного те ответить не смогли. Сам Г. К. Жуков о периоде с 27 по 30 июня также предпочитает не вспоминать. Только в 6 часов 45 минут 30 июня, по указанию С. К. Тимошенко, он связался с командующим Западным фронтом генералом армии Д. Г. Павловым, который «плохо знал обстановку», и сообщил ему, что Генеральный штаб не может «принять никакого решения по Западному фронту, не зная, что происходит в районах Минска, Бобруйска, Слуцка». Г. К. Жуков а очередной раз потребовал «в кратчайший срок собрать асе силы фронта и привести их в надлежащее состояние» с тем, чтобы «ни в коем случае не допустить прорыва частей противника в районе Бобруйска и в районе Борисова». Но к тому времени у командования Западным фронтом уже не было ни сил, ни средств для решения этой задачи.

30 июня 1941 года в связи с допущенными просчетами в руководстве войсками генералы Д. Г. Павлов и В. Е. Климовских были отстранены от командования войсками фронта. Новым командующим Западным фронтом был назначен генерал-полковник А. И. Еременко, а начальником штаба — генерал Г К. Маландин. Членом Военного совета Западного фронта назначается начальник Главного управления политической пропаганды РККА, заместитель наркома обороны, нарком государственного контроля, член ЦК и Оргбюро ЦК ВКП(б) Л. 3. Мехлис.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#5

Сообщение Gosha » 02 июл 2019, 17:01

6 июля Д. Г. Павлов был арестован. Подробности этого ареста мы находим в книге Ивана Стаднюка «Исповедь сталиниста» с ссылкой на его непосредственного участника, бывшего начальника Особого отдела механизированного корпуса 10-й армии, в то время капитана И. Г. Гойко.
В частности, этот офицер, с которым И. Стаднюк встретился в Одессе после войны, рассказал, что примерно 5 или 6 июля он временно находился в резерве Особого отдела Западного фронта в дачном районе Гнездово под Смоленском. В это время он был вызван к начальнику Управления особых отделов НКО Михееву, который прибыл из Москвы. Михеев приказал взять оружие и двумя машинами следовать за ним в район Довска. В машинах также находились секретарь Мехлиса в звании бригадного комиссара, порученец Михеева. Перед выездом Михеев объявил, что цель поездки — арест бывшего командующего Западным фронтом генерала Павлова. По некоторым данным, в тот день он должен был находиться в районе Довска, и Михеев очень опасался, как бы он не оказался в руках у немцев.


В Довск группа прибыла около восьми часов утра. Остановились на перекрестке дорог. Михеев и другие вошли в здание отделения связи, а Гойко было поручено наблюдать за перекрестком. Движение по этим дорогам практически никакого не было, и только минут через 30 вдали со стороны Орши показалась одиночная легковая машина. В машине рядом с шофером сидел генерал Павлов, а сзади — его порученец.

Павлов довольно грубо спросил, зачем остановили машину.
— Вас приглашают пройти на КП, — ответил Гойко.
— Никакого КП здесь нет, — парировал генерал.
В этот момент из здания почтового отделения быстро вышли Михеев, секретарь Мехлиса и подошли к машине. Они предложили Павлову зайти в здание, где объявили ему об аресте.
Затем Павлова повезли в Смоленск, куда прибыли примерно в 16 часов. Арестованного завели в кабинет начальника НКГБ, куда через несколько минут вошел Л. 3. Мех- лис. С присущей ему резкостью и несдержанностью он обрушился на бывшего командующего, допуская такие слова, как «подлец», «негодяй», «предатель», «ты немцам фронт на Москву открыл».
Павлов, сидя в кресле, пытался возражать. Но Мехлис его не слушал. Он говорил сам и слышал только себя. По приказу Мехлиса Павлова обыскали.

Далее И. Г. Гойко пишет: «После ухода Мехлиса и других Павлов, оставшись со мной, стал выражать свое возмущение тем, что Мехлис назвал его «предателем» и «изменником». При этом он признал свою вину за неподготовленность войск округа к отражению нападения немецко-фашистских войск, несмотря на предупреждение наркома обороны накануне, за потерю почти всей авиации на приграничных аэродромах в момент начала войны, за необеспечение и потерю связи штаба округа с армиями и соединениями войск в первый день войны, что привело к потере управления войсками и незнанию обстановки на границе.

В разговоре со мной он часто повторял: «Я виноват и Должен нести ответственность за свою вину, но я не изменник и не предатель» (Стадннж И. Ф. Исповедь сталиниста. - С. 359-361).

Итак, главный виновник военных неудач Красной Армии на территории Белоруссии в начале Великой Отечественной войны найден. Им стал генерал Д. Г. Павлов, который затем и понес «заслуженное» наказание. При этом нужно понимать, что личность этого человека никогда не отвечала тем требованиям, которые к нему были предъявлены в начале войны.
Дмитрий Григорьевич Павлов родился 23 октября (4 ноября) 1897 года в деревне Вонюх Кологривского уезда Костромской губернии в крестьянской семье. Он окончил сельскую школу и городское училище, а осенью 1914 года, в начале Первой мировой войны, был призван на военную службу. За два года войны дослужился до чина старшего унтер-офицера, за боевые отличия был отмечен тремя наградами. Но в бою у реки Смоходе в 1916 году был тяжело ранен и пленен. На родину вернулся в январе 1919 года.
К тому времени в стране уже вовсю бушевала Гражданская война. 21-летнему Дмитрию некогда, да и незачем было разбираться в сложной политической обстановке. Нужно было побыстрее приспосабливаться к условиям нового времени. И весной 1919 года он вступил в ряды РККА, в декабре того же года, наскоро окончив Костромские пехотные курсы, он занимал должности командира взвода, командира кавалерийского эскадрона, помощника командира кавалерийского полка на Южном, Юго-Западном и Туркестанском фронтах.
В 1922 году, окончив Омскую высшую кавалерийскую школу, Д. Г. Павлов был оставлен в рядах РККА. В 1928 году он окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе и был назначен командиром кавалерийского полка. За проявленное мужество и умелое руководство подчиненными во время военных действий в районе Китайско-Восточной железной дороги он получает орден Красного Знамени.
Но в начале 30-х годов упор в развитии РККА был сделан на механизацию и моторизацию войск. Поэтому в 1931 году Д. Г. Павлов заканчивает академические курсы при Военно-технической академии (в будущем — Военная академия бронетанковых войск) и назначается командиром механизированного полка, а в 1934 году — механизированной бригады.

В 1936—1937 годах Д. Г. Павлов — командир танковой бригады, затем танковой группы в Испании. За умелое руководство войсками и личное мужество 21 июня 1937 года он был удостоен звания Героя Советского Союза. В последующем испанский опыт сделает его одним из самых перспективных военачальников Красной Армии. бригады, затем танковой группы в Испании. За умелое руководство войсками и личное мужество 21 июня 1937 года он был удостоен звания Героя Советского Союза. В последующем испанский опыт сделает его одним из самых перспективных военачальников Красной Армии.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#6

Сообщение Gosha » 04 июл 2019, 13:48

По возвращении на родину Д. Г. Павлов был назначен заместителем, а с декабря 1937 года начальником Автобронетанкового управления РККА с присвоением воинского звания комкор. Он руководил формированием механизированных соединений: механизированных корпусов, танковых и моторизованных дивизий, отдельных танковых полков. Занимался вопросами подготовки командных кадров танкистов, разработкой руководств, наставлений и инструкций по боевому применению бронетанковых войск в операции и бою. С целью инспекций Г. Д. Павлов несколько раз выезжал в район советско-финляндской войны, но, безусловно, непосредственного участия в боевых действиях не принимал.

В июне 1940 года генерал-полковник танковых войск Д. Г. Павлов был назначен командующим войсками Белорусского (Западного Особого) военного округа, который значительно расширил свои границы на запад в связи с присоединением в 1939 году Западной Белоруссии. Считается, что под его руководством разрабатывались планы прикрытия государственной границы объединениями Западного Особого военного округа и их действий в случае вторжения фашистской Германии, осуществлялось оперативное оборудование театра военных действий и подготовка войск. Но в начале января 1941 года он, играя за «красных», проиграл оперативную игру Г. К. Жукову, подставив под фланговые удары «противника» группировку своих войск. Несмотря на это ему было присвоено звание генерала армии.

Г. К. Жуков, став начальником Генерального штаба РККА в середине января 1941 года, сделал все возможное для того, чтобы стратегический план прикрытия новой границы СССР, разработанный его предшественником генералом К. А. Мерецковым, не был одобрен И. В. Сталиным. Это привело к тому, что столь важный документ поступил в войска округа только в начале мая 1941 года. После этого на его основе в очень сжатые сроки предстояло разработать планы армий, корпусов, дивизий, то есть всех тех, кому предстояло непосредственно прикрывать границу. Д. Г. Павлов и его штаб выполнить эту работу к 22 июня в полном объеме не смогли.

Вечером 21 июня 1941 года в Минском окружном Доме офицеров должна была состояться премьера МХАТа, который впервые приехал на гастроли в этот город. Гастроли открывались спектаклем «Анна Каренина» с Аллой Тарасовой в главной роли. На премьеру собралось практически все республиканское, городское и военное руководство...
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#7

Сообщение Gosha » 14 июл 2019, 16:21

После окончания первого действия спектакля член Военного совета округа корпусной комиссар А. Я. Фоминых решил поехать в штаб, чтобы узнать новости. На втором этаже он встретил начальника штаба округа, который в этот субботний вечер оказался на своем рабочем месте.
— Владимир Ефимович! Вы почему не на «Анне»? — спросил Фоминых.
— Знаете, Александр Яковлевич, что-то тревожно на душе, — ответил В. Е. Климовских. — Звонил в 3-ю и 10-ю армии. Докладывают, что пограничники и некоторые передовые части слышат в разных местах шум...
Начальник штаба помолчал и недоуменно пожал плечами.

— Да, что-то происходит за последнее время... шум стал отмечаться на западном берегу Бебжа, Нарева, Буга... Свежие окопы... Дал указание: продолжать наблюдение и быть наготове... Звонил в Генеральный штаб... докладывал оперативному дежурному... Просил разрешения поднять войска. Дежурный, переговорив с кем-то, ответил: «Поднимать войска не разрешается. Не поддавайтесь на Провокацию»...

Через несколько минут в штаб прибыл командующий войсками Западного Особого военного округа генерал армиии Д. Г. Павлов и, обращаясь к В. Е. Климовских, спросил о новостях. Начальник штаба начал докладывать о продолжавшихся шумах и мелких диверсиях на границе, но звонок по телефону «ВЧ» прервал его доклад. Командующий подскочил к аппарату, снял трубку. На той стороне провода был нарком обороны СССР Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко.
Павлов коротко доложил ему ситуацию на границе. Нарком давал указания, на которые командующий только отвечал «Слушаюсь!», «Понятно!», и одновременно делал какие-то пометки в блокноте. Наконец Д. Г. Павлов произнес, видимо, на вопрос Тимошенко: «Считаю необходимым поднять войска, выдвинуть соединения на границу согласно плану». Но, как видно, на том конце провода были другого мнения, и Павлов снова перешел на «Есть!» и «Слушаюсь!».
Переговорив с Москвой, Павлов медленно положил трубку на телефон и, обращаясь к В. Е. Климовских, негромко сказал:
— Владимир Ефимович! Передайте командирам быть в штабе. Войска не поднимать. Разрешаю поднять только дежурные подразделения... Повторяю, только дежурные подразделения, но не больше. Разъясните это. Втолкуйте всем начальникам штабов, разведчикам, операторам, чтобы все доклады перепроверяли, а то еще спровоцируем их. Пусть все время докладывают и держат нас в курсе всех событий. Огонь, огонь чтобы не открывали без разрешения.
— Что же выходит, Дмитрий Григорьевич, это война? — спросил член Военного совета.
— Война, война!.. Раскудахтались... — нервно ответил Командующий. — Не один год говорим об этом, а войны Нет! А если война, то что? Испугались? (Действительно чего бояться - Винтовка поднят осталось только выстрелить. У РККА все было в избытке танки, самолеты, артиллерийские орудия, автоматы, самозарядные и автоматические винтовки - только солдат не знал свой маневр, многие офицеры, тоже его не представляли. То есть личный состав армии к войне маневренной не был подготовлен).

Такой тон ответов командующего многих озадачил. Было ясно, что Павлов расстроен. Но, зная его характер, говорить с ним, находящимся «не в духе», было бесполезно. На чей-то телефонный звонок он нервно бросил: «Да... действуйте по обстановке» (Стаднюк И. Ф. Исповедь сталиниста. — М.: Патриот, 1993. — С. 353—355).

На основании этих указаний командующего в 23.50 21 июня 1941 года по приказу начальника штаба округа в штабы армий прикрытия государственной границы были вызваны командующие, начальники штабов и некоторые начальники служб. При этом никаких конкретных распоряжений штабом округа, кроме как «всем быть на месте», отдано не было.

Поэтому неудивительно, что нападение противника для войск Западного Особого военного округа оказалось внезапным. Запоздалый выход навстречу наступавшему противнику вынуждал советские войска вступать в бой с ходу, по частям. На направлениях ударов агрессора подготовленных рубежей им достичь не удалось, а значит, и сплошного фронта обороны не получилось. Встретив сопротивление, противник быстро обходил советские части, атаковал их с флангов и тыла, стремился продвинуть свои танковые дивизии как можно дальше в глубину. Положение усугубляли выброшенные на парашютах диверсионные группы численностью от нескольких десятков до двухсот человек, а также устремившиеся в тыл автоматчики на мотоциклах, которые выводили из строя линии связи, захватывали мосты, аэродромы, другие военные объекты. Мелкие группы мотоциклистов вели беспорядочную стрельбу из автоматов, чтобы создать у оборонявшихся видимость окружения. При незнании общей обстановки и потере управления их действия нарушали устойчивость обороны советских войск, вызывая панику. Многие стрелковые дивизии первого эшелона армий с первых же часов были расчленены, некоторые оказались в окружении. Связь с ними прервалась. В первый день войны штаб Западного фронта не имел проводной связи даже с армиями, не то что с соединениями, предназначенные для непосредственной обороны государственной границы.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Lew
Сообщений в теме: 12
Всего сообщений: 752
Зарегистрирован: 21.04.2019
Образование: высшее естественно-научное
Политические взгляды: пофигистические
 Re: РККА в бою

#8

Сообщение Lew » 15 июл 2019, 01:47

Гоша, подскажу вам более интересную тему:

японцы в бою

По воспоминаниям наших дедов, воевавших с ними в 1945 г, слухи о боеспособности самураев были сильно преувеличены

Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#9

Сообщение Gosha » 15 июл 2019, 15:38

Lew:
15 июл 2019, 01:47
японцы в бою

По воспоминаниям наших дедов, воевавших с ними в 1945 г, слухи о боеспособности самураев были сильно преувеличены
Лева с Хомяков появился и сразу говнять начал! Откройте тему про Японцев и помещайте в неё свой Львиный бред!!

Отправлено спустя 11 минут 56 секунд:
Что мог сделать Павлов? Собственно ничего сделать и исправить было невозможно, каждая воинская часть имела предписание, свой участок обороны, который был утвержден Генеральным штабом РККА, даже эти рубежи, которые неоднократно занимали части ЗВО на учениях были заняты с существенным запоздание, некоторые части не покинули своих военных городков даже 22 июня 1941 года.

Отправлено спустя 4 минуты 4 секунды:
Д. Г. Павлов и его штаб в первые дни войны лихорадочно пытались восстановить управление войсками с целью создания единого фронта обороны на одном из выгодных рубежей. Но соединения и части армий прикрытия отступали так быстро, что на намеченных рубежах немецкие танки появлялись раньше, чем отходившие советские части. Командующий фронтом даже пытался провести контрудар, но поспешно собранная контрударная группа также оказалась небоеспособной.

Положение войск Западного фронта неумолимо продолжало ухудшаться. Захваченная у противника 25 июня 1941 года карта с расположением его войск свидетельствовала о намерении германского командования окружить войска этого фронта выходом к Минску с северо-запада и юго-запада. Маршал Шапошников, находившийся вместе со штабом фронта в Могилеве, обратился в Ставку с просьбой немедленно отвести войска. Москва дала свое «добро». Однако, как выяснилось довольно скоро, и это решение сильно запоздало. Шел всего только ТРЕТИЙ день войны!

Таким образом, первая фронтовая оборонительная операция на Московском направлении советскими войсками была не просто проиграна, а проиграна с поистине разгромным счетом. Вследствие неудач войск Западного фронта и захвата противником Минска в первую неделю войны генералы Д. Г. Павлов, В. Е. Климовских и некоторое другие высшие чины Западного фронта были арестованы, предстали перед судом военного трибунала и были расстреляны.

Таким образом, одна из первых стратегических оборонительных операций Красной Армии, получившая впоследствии название Белорусской, завершилась. За 18 дней войска Западного фронта потерпели сокрушительное поражение. Из 44 дивизий, первоначально входивших в Состав фронта, 24 погибли полностью, остальные 20 потеряли от 30 до 90% своего состава. Общие потери исчисляюсь огромными цифрами — 417 790 человек, из них без возвратные — 341 073 человека, 4799 танков, более 4 тысяч орудий и минометов и 1777 боевых самолетов. Тыл фронта лишился 1766 вагонов боеприпасов, более чем 17,5 тыс. тонн горючего, 2038 тонн смазочных материалов, 60% запасов продовольствия и фуража, всех запасов вещевого имущества, рассчитанного на 370 тыс. человек. Оставив почти всю Белоруссию, войска фронта отошли на глубину до 600 км.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 15
Всего сообщений: 14328
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: РККА в бою

#10

Сообщение Gosha » 14 дек 2019, 17:56

СУДЬБА ЧЕЛОВЕКА

«Предатель родины, герой Советского Союза. История самой глупой измены. Довольно часто простой солдат попавший в плен к врагу остается верен своей Родине и стойко переносит все испытания судьбы, а герой офицер сдается и переходит на службу к недавно так ненавистному врагу».

Изображение
Семен Бычков.

Жил-был такой офицер советских ВВС, лётчик Семён Трофимович Бычков. Великая Отечественная война застала его в возрасте 23 лет в звании младшего лейтенанта. В июле 1942-го Бычков попал под трибунал за поломку самолёта (неудачно приземлился спьяну), ему присудили пять лет пребывания в колонии, но затем отправили на фронт. Дрался Бычков так лихо (он участвовал в битве под Сталинградом), что судимость скоро (уже в октябре) сняли специальным приказом Военного совета – «за заслуги в деле борьбы с немецко-фашистскими оккупантами». Довольно быстро отчаянный Семён обрёл погоны капитана и занял должность заместителя командира 482-го истребительного авиационного полка. А 2 сентября 1943 года Бычков был удостоен звания Героя Советского Союза, награждён медалью «Золотая звезда» и орденом Ленина: за 15 немецких самолётов, лично сбитых в воздушных дуэлях. В представлении к награде было сказано: «проявил себя отличным лётчиком-истребителем, у которого отвага сочетается с большим мастерством. В бой вступает смело и решительно, проводит его в большом темпе, навязывает свою волю врагу, используя его слабые стороны. Проявил себя отличным командиром-организатором групповых воздушных боёв». Кто бы мог подумать, что всего через несколько месяцев Бычков начнёт верно служить… немцам.

Изображение
Бронислав Антилевский.

Алкоголь, трибунал и обида

Получилось всё таким образом. 10 декабря 1943-го истребитель Семёна сбили огнём зениток: лётчик получил ранения и в бессознательном состоянии попал в плен к солдатам вермахта. Удивительно, но весьма скоро, уже в феврале 1944-го, капитан пошёл на сотрудничество с нацистами. Как впоследствии (после Победы) объяснял Бычков следователям на допросах в Москве, его вынудили к измене силой: очень серьёзно давили морально и физически. А ещё один бывший Герой Советского Союза, состоявший на службе в вермахте (старший лейтенант Бронислав Антилевский), якобы избил пленника, дабы склонить к предательству. Однако соседи Бычкова по лагерю Морицфельд в Польше рассказали иное: с Антилевским Семён как раз дружил и добровольно решил работать с нацистами. Причиной послужила судимость за поломку самолёта в 1942 году, поскольку капитан затаил обиду: подумаешь, выпил и истребитель угробил, это вовсе не повод под трибунал храбреца-лётчика отдавать. В общем, Бычков вступил в специальную «русскую группу» люфтваффе и сначала перегонял самолёты на Восточный фронт. В дальнейшем, заслужив доверие оккупантов, до июня 1944-го участвовал в антипартизанских операциях у Двинска, обстреливая своих соотечественников с воздуха.

Карьера на краю пропасти

После расформирования немцами эскадрильи Бычков примкнул к печально знаменитому генералу Власову, записавшись в 1-й авиационный полк Комитета освобождения народов России (КОНР), созданный нацистами в октябре 1944-го, когда полностью стало ясно, что рейху приходит конец. Бычков словно этого не понимал. Он постоянно ездил по лагерям военнопленных, выступал там с пламенными речами, горячо уговаривая советских военнослужащих переходить к гитлеровцам во власовскую «Российскую освободительную армию» (РОА). Разумеется, подавляющее большинство на призывы бывшего капитана не реагировало: одним помогла верность присяге, другим – мысль, какой же идиот примкнёт к немцам, если сейчас они отступают по всем фронтам, а Красная армия каждый день занимает новые города? Но Бычков отчего-то внезапно уверился: немцы не проиграют войну, и преисполнился оптимизма. «Смотрите, Гитлер дошёл до Москвы, сталинские войска не пали духом, и сейчас ситуация поменялась, – говорил он. – Так снова случится, будьте уверены. Дойдём до Германии, и потом погонят нас обратно. Немец совсем не дурак, лучше с ним дружить». В феврале 1945-го предатель получил от своих хозяев звание майора РОА и знак отличия 3-го класса «За заслуги», чем ужаснейше гордился. Мол, окаянные большевики не ценили такого чудесного специалиста, всего лишь до капитана дослужился за столько лет, зато немцы хвалят и награждают. Поразительно: оставалось всего 3 месяца до Победы и краха Третьего рейха, а Бычков восторгался своей карьерой в организованных гитлеровцами формированиях. Реально, он являлся самым глупым изменником из всех, кто сотрудничал с нацистами.

«Хотел убить Власова и Гитлера»

Завершилась эта глупость вполне себе логично. В конце апреля 45-го даже весьма неумный экс-герой Советского Союза наконец-то сообразил, что «Великая Германия» рушится, а его на Родине ждет как минимум расстрел, как максимум виселица. Бычков решил обмануть судьбу и специально сдался военнослужащим 12-го корпуса 3-й американской армии. Он спокойно предложил свои услуги американцам, думая, что профессионала, имеющего советские и немецкие награды, просто с руками оторвут. Ожидания предателя не оправдались – в сентябре 1945-го Семёна Бычкова, забрав из лагеря для военнопленных немцев в Шербуре (Франция), передали советской стороне. Бычков и тут считал, что вывернется. Он совершенно заврался на допросах: то утверждая, что его страшно били, мучили, и только поэтому он перешёл на службу к немцам, то заявляя, что это был секретный план, дабы втереться к нацистам в доверие и убить Власова или, по возможности, самого Гитлера. Изменнику не поверили. 24 августа 1946 года Военный трибунал Московского военного округа приговорил Бычкова к высшей мере наказания. Тот возмущённо подал прошение о помиловании, не считая свою работу на врага чем-то плохим. Не помогло. 4 ноября экс-капитана РККА расстреляли. Указом президиума Верховного Совета СССР от 21 марта 1947 года его лишили всех наград.

Судьба второго бывшего Героя Советского Союза Бронислава Антилевского, в 1943 году решившего сотрудничать с немцами, сложилась весьма похоже. Он купил поддельные документы на фамилию Березовский и попытался выехать в СССР из советской зоны оккупации Германии. 12 июня 1945 года при тщательном обыске сотрудники НКВД нашли у Антилевского в каблуке сапога медаль «Золотая звезда» и документы на настоящее имя. Свидетелей предательства в плену оказалось более чем достаточно: старший лейтенант не стал отпираться от своих преступлений. 29 ноября 1946 года он был расстрелян, а его имущество – конфисковано. Вот так печально, но закономерно закончилась история предательств обоих Героев Советского Союза, решивших сделать карьеру в армии Гитлера.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Ответить Пред. темаСлед. тема
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в «Вторая мировая война»