Советская Россия, СССРУбийства на политической почве

Начиная с Октябрьского переворота 1917 года...
Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 4
Всего сообщений: 13820
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Убийства на политической почве

#1

Сообщение Gosha » 01 апр 2019, 14:28

Смерть Максима и самого Горького

Изображение
Мы переходим сейчас к одной из самых спорных и запутанных тем в горьковской биографии - запутанных нарочито, а на деле весьма простых. Речь идет об убийстве сначала его сына Максима , работавшего в НКВД, а затем и самого Горького. Обе эти версии, превращающие реальность в кровавую шекспировскую драму, не имеют под собой никакой почвы, даром что высказывались любителями кровавых фабул бессчетное количество раз.

Сталину для процесса над троцкистско-зиновьевским блоком понадобилась версия об убийстве Буревестника неправильно лечившими его врачами. Разоблачителям Сталина потребовалась версия об убийстве Горького Сталиным - разумеется, при помощи страшного чекистского яда. Бытует также версия о том, что Горького по приказу Сталина отравила Мария Будберг , с которой у писателя с 1934 года были чисто приятельские отношения, но в СССР она продолжала наезжать и успела посетить умирающего писателя. Она-то, оставшись с ним наедине на сорок минут, якобы и дала ему то ли отравленную конфету, то ли ядовитую таблетку.

Всем этим версиям несть числа, и весьма жаль, что люди, никогда толком не читавшие Горького и ничего о нем не знающие, интересуются лишь этим аспектом его богатой биографии.

Случилось же вот что. На майские праздники 1934 года на даче Горького в Горках , где он обычно проводил время с мая по сентябрь, собралось множество народу, в том числе "красный профессор", советский философ, специалист по диамату и оргсекретарь Союза писателей Павел Юдин , по совместительству спортсмен, морж, любитель крепких напитков и большой друг Максима Пешкова (сближали их спортивные увлечения, автомобили и упомянутые напитки). С бутылкой коньяка они пошли к Москве-реке, бутылку эту там распили и прямо на земле заснули. Юдин проснулся, Пешкова будить не стал и пошел наверх, а Максим еще час проспал на холодной земле и на следующий день слег с воспалением легких. Может быть, его удалось бы спасти, если бы регулярно бывавшие в доме Горького профессора Плетнев и Сперанский не враждовали между собой: Максим просил позвать Сперанского, Плетнев продолжал лечить по собственному методу, а когда в последнюю ночь Максима за Сперанским все-таки послали и попросили сделать блокаду по его методу, он сказал, что уже поздно.

В последнюю ночь Максима, с 10 на 11 мая 1934 года, Горький сидел внизу, на первом этаже дачи в Горках, и беседовал со Сперанским об институте экспериментальной медицины, о том, что надо сделать для его поддержки, о проблеме бессмертия. О Максиме не говорили.
Когда в три часа ночи к Горькому спустились сказать, что Максим умер, он побарабанил пальцами по столу, сказал: "Это уже не тема",- и продолжил говорить о бессмертии. Можно назвать это признаком железной целеустремленности и величия, можно - душевной глухотой, а можно - панической растерянностью перед лицом трагедии.

Павел Басинский вспоминает, что, узнав в Америке в 1906 году о смерти от менингита дочери Кати , Горький пишет покинутой им жене письмо, в котором требует беречь сына и цитирует собственный, сочинявшийся тогда же роман "Мать" - о том, что нельзя бросать своих детей, свою кровь. Это уже вопиющая нравственная глухота - утешать скорбящую мать, вдобавок брошенную им ради новой жены, цитатой из собственного сочинения. Впрочем, всегда найдутся люди, которым глухота как раз и кажется признаком истинного величия, сосредоточенности на единственно важном в ущерб личному и преходящему.

Смерть Максима, однако, подкосила Горького - это был уже второй его ближайший родственник по имени Максим, причиной смерти которого он себя чувствовал, и не без оснований. Сначала он заразил холерой своего отца - и эта вина без вины стала проклятием всей его жизни, ибо губить людей вокруг себя суждено ему было и в дальнейшем. Почти все его окружение после его смерти тоже погибло, и почти все близкие к нему люди были обвинены в его гибели. Теперь, за два года до смерти, в старости, он становился причиной гибели собственного сына, тоже Максима, и тоже без вины: формально Максима погубила случайность, но на деле он чуть ли не с рождения был заложником отцовской славы и отцовского образа жизни.

Он бывал у Горького на Капри, постоянно жил у него в Сорренто в двадцатые, а в тридцатые, будучи давно женат, так и не зажил отдельным домом. (Бытовала крайне нелестная для Горького версия о том, что у писателя был тайный роман с женой Максима Надей Введенской , известной под домашней кличкой Тимоша ; версия эта, по всей видимости, восходит к горьковскому рассказу "На плотах". Романы с чрезвычайно обаятельной и легкомысленной Тимошей приписывались многим людям из горьковского окружения - в частности, Ягоде .) Максим всегда находился в тени отцовской славы: унаследовав от отца обаяние и артистизм, он, по свидетельству Ходасевича, оставался вечным ребенком, был поверхностен, легкомыслен, инфантилен, инстинкт самосохранения был у него снижен - он многажды попадал в аварии на горьковском автомобиле, обожая гонять на предельной скорости, - и, в общем, ни его образованием, ни воспитанием Горький систематически не занимался. Он шутя грозился навести порядок в доме, но все это оставалось разговорами. Он чувствовал себя ответственным за беспутную жизнь и случайную, бестолковую смерть Макса - но в ней ему почудилось предвестие и собственной гибели. Отец Максим и сын Максим ушли ? остался он, главный Максим, взявший это имя в честь первого и подаривший его второму, главный максималист русской литературы.
И через два года, тоже весной, по возвращении в Москву с крымской дачи (в Тессели , близ Мисхора, где когда-то едва не умер от воспаления легких Лев Толстой), он заболел тяжелым гриппом - есть версия, согласно которой он простудился на могиле сына, посещая ее сразу по возвращении в Москву, перед отъездом в Горки.


Этот грипп привел к воспалению легких, а легкие у Горького к 1936 году были в таком состоянии, что профессор Плетнев находил жизнеспособными лишь десять-пятнадцать процентов всей легочной ткани. Удивительно было, как Горький сохранял способность ездить, работать, встречаться с бесчисленными посетителями, жечь свои любимые костры в Горках и Тессели (он был пироманом, обожал смотреть на огонь), отвечать на сотни писем, читать и править тысячи рукописей - он был тяжело болен все последние годы, и говорить о его отравлении мог только человек, об этом не знавший или не желавший знать.

Понятно, зачем понадобилась эта версия Сталину: он должен был инсценировать раскрытие государственного переворота, который якобы готовил Ягода . Но зачем эта версия - правда, с другим главным фигурантом - публицистам постсоветской эпохи, понять решительно невозможно. На Сталине достаточно реальных грехов. Он внимательно следил за состоянием Горького и, возможно, желал его скорейшей смерти: не исключено, что Горький ему действительно начинал мешать. Но здесь, кажется, скорее стоит согласиться с Александром Солженицыным, заметившим, что Горький воспел бы и тридцать седьмой: не из трусости даже, а просто в силу отсутствия других вариантов. Сам себя загнал в ситуацию, из которой выхода нет: только до конца идти со сталинизмом против фашизма, все громче обличая кровавых лавочников и их пособников. Уважать его можно по крайней мере за последовательность.

Изображение
Сталин приезжал к больному Горькому трижды - 8, 10 и 12 июня. Тут тоже много мрачного абсурда - как и в той ночи 11 мая 1934 года, когда Горький, пока его сын умирал, говорил со Сперанским об экспериментальной медицине и о бессмертии. Горький говорил со Сталиным о женщинах- писательницах и их прекрасных книгах, о французской литературе и о положении французского крестьянства. Все это похоже на бред, да, может, он и бредил на самом деле. Иной вопрос - почему Сталин трижды, с таким незначительным интервалом, приезжает к нему. Торопит смерть? Не похоже, в его распоряжении был достаточный арсенал средств, чтобы ее ускорить, не появляясь у Горького лично и не навлекая на себя подозрений. Надеется сохранить? Известно же, что 8 июня его появление фактически спасло Горького - он задыхался, уже синел, но при появлении Сталина и Ворошилова значительно ободрился. Горький еще мог быть нужен Сталину - не обязательно для показательного процесса, в котором он мог быть фигурантом, но именно как посредник между западной интеллектуальной элитой и советской властью. Живой Горький был нужней мертвого, тем более что готовность служить задачам Сталина и одобрять его курс он продемонстрировал многократно. Правда, Сталин проявлял известную подозрительность - не выпустил Горького на конгресс защитников мира в 1935 году,- но Горький и сам туда не рвался, он хотел заканчивать "Самгина", понимая, что осталось ему немного, а главное, чувствовал себя весной 1935 года очень слабым.
Трудно судить об истинных намерениях "Хозяина", как называли его все чаще,- но говорить о том, что Горький помешал бы провести процессы 1937 года, как минимум странно. Как раз заботой о жизни и здоровье Горького можно было объяснить устранение Ягоды - вот, недостаточно берег, погубил Максима, - и Горький принял бы эту версию, потому что она снимала бы вину за Максима с него самого.
Визиты Сталина не помогли. За день до смерти Горький сказал Липе Чертковой : "А я сейчас с Богом спорил - ух, как спорил!" Через день, 18 июня, он закончил этот спор навеки. Или ушел доспорить лично - это уж кому как нравится.


Ссылки:
1. Жид Андре (1869-1951)
2. ГОРЬКИЙ АЛЕКСЕЙ МАКСИМОВИЧ - БРОДЯГА, ИЗГНАННИК, УЗНИК И ПИСАТЕЛЬ


Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Реклама
Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 4
Всего сообщений: 13820
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: Убийства на политической почве

#2

Сообщение Gosha » 02 апр 2019, 15:21

БУРЕВЕСТНИК РЕВОЛЮЦИИ

Изображение
Максим Горький — литературный псевдоним Алексея Максимовича Пешкова, устоявшимся является также неверное употребление настоящего имени писателя в сочетании с псевдонимом — Алексей Максимович Горький, (16 (28) марта 1868, Нижний Новгород, Российская империя — 18 июня 1936, Горки[1], Московская область, СССР) — русский писатель, прозаик, драматург. Один из самых значительных и известных в мире русских писателей и мыслителей. На рубеже XIX и XX веков прославился как автор произведений с революционной тенденцией, лично близкий социал-демократам и находившийся в оппозиции царскому режиму.

Первоначально Горький скептически отнёсся к Октябрьской революции. Однако после нескольких лет культурной работы в Советской России (в Петрограде руководил издательством «Всемирная литература», ходатайствовал перед большевиками за арестованных) и жизни за рубежом в 1920-е годы (Берлин, Мариенбад, Сорренто), вернулся в СССР, где в последние годы жизни получил официальное признание как основатель социалистического реализма.


Алексей Максимович Пешков родился в Нижнем Новгороде, в семье столяра (по другой версии — управляющего астраханской конторой пароходства И. С. Колчина) — Максима Савватьевича Пешкова (1840—1871), который был сыном солдата, разжалованного из офицеров. М. С. Пешков в последние годы жизни работал управляющим пароходной конторой, умер от холеры. Мать — Варвара Васильевна, урождённая Каширина (1842—1879) — из мещанской семьи; рано овдовев, вторично вышла замуж, умерла от чахотки. Дед Горького Савватий Пешков дослужился до офицера, но был разжалован и сослан в Сибирь «за жестокое обращение с нижними чинами», после чего записался в мещане. Его сын Максим пять раз убегал от отца и в 17 лет ушёл из дома навсегда. Рано осиротев, Горький провёл детские годы в доме своего деда Каширина. С 11 лет вынужден был идти «в люди»: работал «мальчиком» при магазине, буфетным посудником на пароходе, пекарем, учился в иконописной мастерской и др.


В 1884 году попытался поступить в Казанский университет. Познакомился с марксистской литературой и пропагандистской работой.
В 1888 году — арестован за связь с кружком Н. Е. Федосеева. Находился под постоянным надзором полиции. В октябре 1888 года поступил сторожем на станцию Добринка Грязе-Царицынской железной дороги. Впечатления от пребывания в Добринке послужат основой для автобиографического рассказа «Сторож» и рассказа «Скуки ради».
В январе 1889 года, по личному прошению (жалобе в стихах), переведён на станцию Борисоглебск, затем весовщиком на станцию Крутая.
Весной 1891 года отправился странствовать и вскоре дошёл до Кавказа.

Литературная и общественная деятельность

В 1892 году впервые выступил в печати с рассказом «Макар Чудра». Вернувшись в Нижний Новгород, печатает обозрения и фельетоны в «Волжском вестнике», «Самарской газете», «Нижегородском листке» и др.
1895 год — «Челкаш», «Старуха Изергиль».
1896 год — Горький пишет отклик на первый кинематографический сеанс в Нижнем Новгороде:

И вдруг что-то щёлкает, всё исчезает, и на экране является поезд железной дороги. Он мчится стрелой прямо на вас — берегитесь! Кажется, что вот-вот он ринется во тьму, в которой вы сидите, и превратит вас в рваный мешок кожи, полный измятого мяса и раздробленных костей, и разрушит, превратит в обломки и в пыль этот зал и это здание, где так много вина, женщин, музыки и порока.


1897 год — «Бывшие люди», «Супруги Орловы», «Мальва», «Коновалов».
С октября 1897 года до середины января 1898 года жил в посёлке Каменка (ныне город Кувшиново Тверской области) на квартире у своего друга Николая Захаровича Васильева, работавшего на Каменской бумагоделательной фабрике и руководившего нелегальным рабочим марксистским кружком. Впоследствии жизненные впечатления этого периода послужили писателю материалом для романа «Жизнь Клима Самгина».
1898 год — Издательством Дороватского и А. П. Чарушникова выпущен первый том сочинений Горького. В те годы тираж первой книги молодого автора редко превышал 1000 экз. А. И. Богданович советовал выпустить первые два тома «Очерков и рассказов» М. Горького по 1200 экз. Издатели «рискнули» и выпустили больше. Первый том 1-го издания «Очерков и рассказов» вышел тиражом 3000 экз.
1899 год — роман «Фома Гордеев», поэма в прозе «Песня о Соколе».
1900—1901 год — роман «Трое», личное знакомство с Чеховым, Толстым.


1900—1913 годы — участвует в работе издательства «Знание».
Март 1901 года — «Песня о Буревестнике» создана М. Горьким в Нижнем Новгороде. Участие в марксистских рабочих кружках Нижнего Новгорода, Сормова, Петербурга; написал прокламацию, призывающую к борьбе с самодержавием. Арестован и выслан из Нижнего Новгорода.


В 1901 году M. Горький обратился к драматургии. Создаёт пьесы «Мещане» (1901), «На дне» (1902). В 1902 году он стал крёстным и приёмным отцом еврея Зиновия Свердлова, который взял фамилию Пешков и принял православие. Это было необходимо для того, чтобы Зиновий получил право жить в Москве.
21 февраля — избрание М. Горького в почётные академики Императорской Академии наук по разряду изящной словесности.

В 1902 г. Горький был избран почётным членом Императорской академии наук… Но прежде чем Горький смог воспользоваться своими новыми правами, его избрание было аннулировано правительством, так как новоизбранный академик «находился под надзором полиции». В связи с этим Чехов и Короленко отказались от членства в Академии.


1904—1905 годы — пишет пьесы «Дачники», «Дети солнца», «Варвары». Знакомится с Лениным. За революционную прокламацию и в связи с расстрелом 9 января арестован и заключён в Петропавловскую крепость. В защиту Горького выступили известные деятели искусства Г. Гауптман, А. Франс, О. Роден, Т. Гарди, Дж. Мередит, итальянские писатели Г. Деледда, М. Раписарди, Э. де Амичис, композитор Дж. Пуччини, философ Б. Кроче и другие представители творческого и научного мира из Германии, Франции, Англии. В Риме прошли студенческие демонстрации. Под давлением общественности 14 февраля 1905 года освобождён под залог. Участник революции 1905—1907. В ноябре 1905 года вступил в Российскую социал-демократическую рабочую партию.


1906 год, февраль — Горький с Марией Андреевой отправляются через Европу в Америку. За границей писатель создаёт сатирические памфлеты о «буржуазной» культуре Франции и США («Мои интервью», «В Америке»). Пишет пьесу «Враги», создаёт роман «Мать». Из-за туберкулёза поселяется в Италии на острове Капри, где прожил 7 лет (с 1906 по 1913). Поселился в престижной гостинице Quisisana. С марта 1909 года по февраль 1911 года проживал на вилле «Спинола» (ныне «Беринг»), останавливался на виллах (имеют памятные доски о его пребывании) «Блезиус» (с 1906 по 1909) и «Серфина» (ныне «Пьерина»). На Капри Горький пишет «Исповедь» (1908), где чётко обозначились его философские расхождения с Лениным и сближение с богостроителями Луначарским и Богдановым.

1907 год — делегат с правом совещательного голоса V съезда РСДРП.
1908 год — пьеса «Последние», повесть «Жизнь ненужного человека».
1909 год — повести «Городок Окуров», «Жизнь Матвея Кожемякина».
1913 год — Горький редактирует большевистские газеты «Звезда» и «Правда», художественный отдел большевистского журнала «Просвещение», издаёт первый сборник пролетарских писателей. Пишет «Сказки об Италии».
В конце декабря 1913 года, после объявления всеобщей амнистии по случаю 300-летия Романовых, Горький вернулся в Россию и поселился в Петербурге.

1914 год — основал журнал «Летопись» и издательство «Парус».
1912—1916 годы — M. Горький создает серию рассказов и очерков, составивших сборник «По Руси», автобиографические повести «Детство», «В людях». В 1916 году в издательстве «Парус» была опубликована автобиографическая повесть «В людях» и цикл очерков «По Руси»[16]. Последняя часть трилогии «Мои университеты» была написана в 1923 году.
1917—1919 годы — M. Горький ведёт большую общественную и политическую работу, критикует методы большевиков, осуждает их отношение к старой интеллигенции, спасает ряд её представителей от репрессий большевиков и голода.

Эмиграция

1921 год — отъезд M. Горького за границу. Официальной причиной отъезда было возобновление его болезни и необходимость, по настоянию Ленина, лечиться за границей. По другой версии Горький был вынужден уехать из-за обострения идеологических разногласий с установившейся властью. В 1921—1923 гг. жил в Гельсингфорсе (Хельсинки), Берлине, Праге.
С 1924 года жил в Италии, в Сорренто. Опубликовал воспоминания о Ленине.
1925 год — роман «Дело Артамоновых».


1928 год — по приглашению Советского правительства и лично Сталина совершает поездку по стране, во время которой Горькому показывают достижения СССР, которые нашли свое отражение в цикле очерков «По Советскому Союзу».
1929 год — Горький посещает Соловецкий лагерь особого назначения и пишет хвалебный отзыв о его режиме. Этому факту посвящён фрагмент труда А. И. Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ».

Возвращение в СССР

(С ноября 1935 года до июня 1936 года)

1932 год — Горький возвращается в Советский Союз. Правительство предоставило ему бывший особняк Рябушинского на Спиридоновке, дачи в Горках и в Теселли (Крым). Здесь же он получает заказ Сталина — подготовить почву для 1-го съезда советских писателей, а для этого провести среди них подготовительную работу.
Горьким создаётся множество газет и журналов: книжные серии «История фабрик и заводов», «История гражданской войны», «Библиотека поэта», «История молодого человека XIX столетия», журнал «Литературная учёба», он пишет пьесы «Егор Булычёв и другие» (1932), «Достигаев и другие» (1933).


1934 год — Горький проводит I Всесоюзный съезд советских писателей, выступает на нём с основным докладом.
1934 год — соредактор книги «Канал имени Сталина».
В 1925—1936 годах пишет роман «Жизнь Клима Самгина», который остался не окончен.
11 мая 1934 года неожиданно умирает сын Горького — Максим Пешков. M. Горький умер 18 июня 1936 года в Горках, пережив сына чуть более чем на два года.
После смерти был кремирован, прах был помещён в урне в Кремлёвскую стену на Красной площади в Москве.

Смерть

Обстоятельства смерти Максима Горького и его сына многими считаются «подозрительными», ходили слухи об отравлении, которые, впрочем, не нашли подтверждения. На похоронах, в числе прочих, гроб с телом Горького несли Молотов и Сталин. Интересно, что в числе прочих обвинений Генриха Ягоды на Третьем Московском процессе 1938 года было обвинение в отравлении сына Горького. Согласно допросам Ягоды, Максим Горький был убит по приказу Троцкого, а убийство сына Горького, Максима Пешкова, было его личной инициативой. Некоторые публикации в смерти Горького обвиняют Сталина. Важным прецедентом медицинской стороны обвинений в «деле врачей» был Третий московский процесс (1938), где среди подсудимых были три врача (Казаков, Левин и Плетнёв), обвинявшиеся в убийствах Горького и других.


Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Аватара пользователя
Евелина
Сообщений в теме: 1
Всего сообщений: 5197
Зарегистрирован: 22.10.2017
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: антиглобалистские
Профессия: преподаватель
 Re: Убийства на политической почве

#3

Сообщение Евелина » 03 апр 2019, 05:24

....................................


Если Ты светить не будешь, Если Я гореть не буду, Если Мы сиять не будем, Кто тогда развеет Тьму?

Блофельд
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 45
Зарегистрирован: 01.06.2019
Образование: высшее гуманитарное
 Re: Убийства на политической почве

#4

Сообщение Блофельд » 15 ноя 2019, 15:16

Я не считаю, что отец и сын Пешковы были убиты. Наверняка они умерли своей смертью. Зачем Троцкому и Ягоде было убивать Пешковых?



Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 4
Всего сообщений: 13820
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: Убийства на политической почве

#5

Сообщение Gosha » 15 ноя 2019, 15:37

Блофельд:
15 ноя 2019, 15:16
Я не считаю, что отец и сын Пешковы были убиты. Наверняка они умерли своей смертью. Зачем Троцкому и Ягоде было убивать Пешковых?
Троцкому действительно убивать было незачем Горького, Ягода самостоятельно на такую акцию не осмелился, но вот Сталин использовавши имя и авторитет Горького мог приказать залечить Алексея Максимовича, так как отпустить его на лечение в Европу он уже не мог.


Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Блофельд
Сообщений в теме: 2
Всего сообщений: 45
Зарегистрирован: 01.06.2019
Образование: высшее гуманитарное
 Re: Убийства на политической почве

#6

Сообщение Блофельд » 16 ноя 2019, 15:16

Gosha:
15 ноя 2019, 15:37
Троцкому действительно убивать было незачем Горького, Ягода самостоятельно на такую акцию не осмелился, но вот Сталин использовавши имя и авторитет Горького мог приказать залечить Алексея Максимовича, так как отпустить его на лечение в Европу он уже не мог.
Зачем это Сталин приказал залечить Горького?



Аватара пользователя
Автор темы
Gosha
Сообщений в теме: 4
Всего сообщений: 13820
Зарегистрирован: 25.08.2012
Откуда: Moscow
 Re: Убийства на политической почве

#7

Сообщение Gosha » 16 ноя 2019, 15:28

Блофельд:
16 ноя 2019, 15:16
Зачем это Сталин приказал залечить Горького?
Версия о том, что Горький умер не своей смертью, а был убит кем-то и зачем-то при загадочных обстоятельствах, впервые была озвучена в 1938 году на известном московском судебном процессе по делу «правотроцкистского блока», где нескольким людям в том числе вменяли в вину убийство не только Горького, но и его сына Максима Пешкова. Среди обвиняемых за это «преступление» были крупный партийный деятель, представитель ленинской гвардии Н.И. Бухарин, личный секретарь Горького П. П. Крючков, бывший руководитель НКВД Генрих Ягода и четверо врачей: Д. Д. Плетнев, Л. Г. Левин, И. Н. Казаков и А. И. Виноградов. Последний умер в следственном изоляторе еще до суда. Ягода, Бухарин, Крючков, Левин и Казаков были приговорены к высшей мере наказания и расстреляны. Врач Плетнев погиб в лагере в 1941 году.

Так, в том же 1938 году были расстреляны отец Крючкова и его супруга. Родная сестра, не выдержав этого, умерла в сумасшедшем доме. Были казнены жена Ягоды И. Л. Авербах и ее старший брат, литературный критик и один из руководителей РАПП Л. Л. Авербах. Как и Ягода, он был персоной, особо приближенной к Горькому. И это еще не полный мартиролог. После разоблачения «культа личности» все эти люди были посмертно реабилитированы. Отказано в реабилитации было только Ягоде, которому посмертно вменялись в вину преступления уже иного рода. Вопрос же о возможном убийстве Горького был снят с повестки дня. Согласно выводам медицинской комиссии, которую возглавлял академик Е. И. Чазов, была доказана невиновность врачей, лечивших смертельно больного писателя в июне 1936 года. А убить Горького в присутствии 17 врачей так, чтобы они этого не заметили, было бы немыслимо.

Тем не менее впоследствии вопрос о возможном убийстве Горького поднимался не один раз. И поднимали его не только журналисты или авторы далеких от научной основательности книг о Горьком. Так, в убийстве Горького по приказу Сталина был убежден наш крупнейший лингвист Вячеслав Всеволодович Иванов,

недавно ушедший из жизни. В 1936 году он был еще ребенком. Но с Горьким был очень близок его отец, писатель Всеволод Иванов, который был в курсе того, что на самом деле происходило на казенной даче Горки-10, где 18 июня 1936 года скончался Горький. С Горьким была лично знакома и его мать, Тамара Иванова, актриса, переводчица и мемуаристка, автор очень интересной книги «Мои современники, какими я их знала». И вот в семье Ивановых царила полная убежденность, что Горький умер не своей смертью, а был убит.

Современные исследователи Горького, включая ведущих горьковедов, делятся на два лагеря. Одни, как говорится в аннотации книги «Тайна смерти Горького», убеждены, что писатель умер естественной смертью от пневмонии (так было зафиксировано в официальных документах, публиковавшихся в советских газетах, и это была официальная версия его смерти до процесса 1938 года). Другие же считают, что Горькому «помогли» умереть. Но в таком случае процесс 1938 года, по крайней мере, в той его части, где речь шла об «убийстве» Горького, не был полной фальсификацией?

И необходимо пересматривать точку зрения и на этот процесс?


Словом, вопрос о смерти Горького вовсе не является исключительно вопросом биографии этого писателя. И не только потому, что после этой смерти было уничтожено немало в том числе и очевидно невиновных людей. Вопрос о смерти Горького — это историческая проблема. Горький, конечно, знал слишком много о реальной политической ситуации в СССР в 30-е годы и в частности — об отношениях Сталина с его партийным окружением. Да, он воспел Соловецкий лагерь и Беломорско-Балтийский канал. Но это не значит, что он был в этом до конца искренен, как и в своих многочисленных статьях-гимнах о Сталине и карательных органах, которые он тоже воспел.

Когда Горький смертельно заболел, Сталин с Молотовым и Ворошиловым приезжали к нему трижды. Один раз — глубокой ночью с требованием их принять.

Это был до такой степени непостижимый поступок, что врачи не пустили Сталина к Горькому, за что, возможно, впоследствии и поплатились. К Горькому зачем-то срочно выехал из Франции Луи Арагон, но почему-то не успел застать Горького в живых.

Есть немало других вопросов, на которые нет ответов.

Книга «Тайна смерти Горького» по крайней мере проливает свет на атмосферу, царившую в доме писателя накануне его смерти. Здесь есть воспоминания людей, окружавших писателя в последние дни, часы и минуты. Это единственная законная жена Горького Е. П. Пешкова, его секретарь П. П. Крючков, любимая женщина М. И. Будберг, медсестра Олимпиада Черткова и другие. В этой книге впервые опубликованы воспоминания врачей, лечивших Горького. Одна из самых важных публикаций — предсмертные записки писателя, сделанные его рукой или надиктованные. Они тоже публикуются впервые.

Убили Горького или нет — мы не узнаем никогда.

Есть такие каверзные вопросы, ответы на которые рождают новые вопросы. И так — до бесконечности. Но и снять этот вопрос нельзя. Нужно разбираться.


Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов

Ответить Пред. темаСлед. тема
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в «Советская Россия, СССР»