Была ли "Крымская" 1853-56 война Крымской? ⇐ Новое время

[yuriy.piotrovskiy]

Была ли "Крымская" 1853-56 война Крымской?

Началась война в Молдавии, Бессарабии:
21.06.1853 г. начался переход наших войск через Прут у Леово (граница России и Османской империи) и форсированное движение с целью скорейшего занятия Бухареста, куда войска прибыли 3.07.1953 г.

Проводилась война в Молдавии, Бессарабии, на Кавказе, в Турции (Синопское сражение), Одессе, Азове, Балтийском море, Белом море, Тихом океане,

[Ветер 20]

Была ли "Крымская" 1853-56 война Крымской?

Началась война в Молдавии, Бессарабии:
21.06.1853 г. начался переход наших войск через Прут у Леово (граница России и Османской империи) и форсированное движение с целью скорейшего занятия Бухареста, куда войска прибыли 3.07.1953 г.

Проводилась война в Молдавии, Бессарабии, на Кавказе, в Турции (Синопское сражение), Одессе, Азове, Балтийском море, Белом море, Тихом океане,

Крым , и Севастополь , это реакция Конечно Крым это основное место сражений . Страх перед возможной Европейской военной акцией подтверждаемой нападением на Балтике, На Дальнем востоке . Реакция Европейских государств могущих "напрячь бранную мышцу" с подачи Англии не позволяла направить в крым много войск. Такая дурилка Это тактика , просто тактика которую вы приняли за стратегию . А стратегия ( не скажу точно про цели ) это свобода Турции от Русского влияния. Защита Османской империи от Русского наступления . Англия и Франция просто дурили масштабностью войны , что бы испугать царя , показать "масштабность" планов, а в итоге отвлечь войска России от основной цели - защиты Крыма . ИМХО

[Ярослав Стебко]

Была ли "Крымская" 1853-56 война Крымской?

Началась война в Молдавии, Бессарабии:
21.06.1853 г. начался переход наших войск через Прут у Леово (граница России и Османской империи) и форсированное движение с целью скорейшего занятия Бухареста, куда войска прибыли 3.07.1953 г.

Проводилась война в Молдавии, Бессарабии, на Кавказе, в Турции (Синопское сражение), Одессе, Азове, Балтийском море, Белом море, Тихом океане,

Вообще более верное название - Восточная война и Крымская кампания, безусловно основные действия велись на полуострове, они оказались решающими, если интересно почему, почитайте Сергея Ченныка одну из пяти книг "Вторжение".

Отправлено спустя 18 минут 4 секунды:

Крым , и Севастополь , это реакция Конечно Крым это основное место сражений .

Не сочтите за нравоучение, мне приходилось заниматься конфликтом именно в Крыму, в котором и живу, поэтому основные сражения в Крыму состоялись по умыслу. Поясняю, у союзников был выбор в каком месте производить десантирование и рассматривалось три варианта, помимо Крыма, Одесса, как крупный коммерческий порт и Кавказ, с горцами которого давно работали британские разведчики. Выбор пал в пользу Крыма, чтобы уничтожить Черноморский флот, что кстати и было сделано в конечном итоге, блокировать Перекоп и воздействовать на горцев Кавказа, более далеко идущие планы включали восстание на Кавказе, создание независимой Польши о возвращение Финляндии Швеции.

Страх перед возможной Европейской военной акцией подтверждаемой нападением на Балтике, На Дальнем востоке . Реакция Европейских государств могущих "напрячь бранную мышцу" с подачи Англии не позволяла направить в крым много войск.

Не совсем так, как раз таки широкая агрессия не проконала бы, что правда не совсем понимало царское правительство, проблема отправки в Крым была не только в том что Австрия в знак благодарности при подавления венгерского восстания выставила на границе 100 тыс и столько же приходилось держать нам, но реальность показывает, что как только мы нагнали в Крым много кавалерии, так тут же часть её пришлось выводить, не хватало фуража. Доходило до смешного, в Крыму не было муки, а в Мариуполе было полно зерна, но не хватало мельниц для мола. По меткому выражению С. Ченныка, наши интенданты нанесли не меньший нам урон, чем войска противника.
И проблема наша была не в численности, ещё во время высадки в Евпатории не было оказано хотя бы видимости противодействия десанту, Черноморский флот не попытался караван перегруженных кораблей перехватить и не вёл даже разведки. а на Альме мы хотя и устпали почти в два раза но Меншиков выбрал крайне удобную позицию, я несколько раз осматривал поле Альминского боя, крайне удачное место, почему было сделано только два земляных укрепления, неужели нельзя было эскарпировать тропы, по которым поднялись французские зуавы и обошли наш левый фланг? Что мешало показать на своём правом фланге кавалерию, не атаковать а просто её показать, что охладило бы пыл при штурме курганной высоты?
Тут, дружище, дело не в количестве войск, а в уровне армии, нехочу ругать Меншикова. делал он и грамотные ходы, но офицерский состав оставлял желать лучшего а солдаты и подавно, единственные его достоинства: стойкость и штук а при стрельбе стреляли и шомполами и по несколько патронов заряжали и выстреливали капсюли при полном патронташе.

А стратегия ( не скажу точно про цели ) это свобода Турции от Русского влияния.

Англичане окучили турецкий рынок целиком, вот и вся философия, почти вся, вопрос чуть сложнее и корнями уходит в 1812 год.

[Kliper]

На основе анализа различных источников напрашивается вывод, что Севастополь - это Синоп.

Если говорить коротко...

- Синопская бухта - главная база черноморского флота Османской империи https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0 ... 1%82%D0%B0 Наиболее удобное место для черноморской морской базы - это Севастополь. В Синопском заливе никакой бухты нет.

- Россия упорно обустраивала Новороссийский порт, в том числе трудами Нахимова. Если у России был Севастополь, то на зимовку корабли можно было отводить туда или в Балаклаву.

- До Крымской войны представители российской императорской семьи Крым посещали крайне редко, своего движимого и недвижимого имущества в Крыму не имели.

- Потопленные вместе с пушками и прочим корабельным имуществом корабли действительно пошли на дно в Севастопольской бухте, но под воздействием огня неприятеля, а не дурости своего командования.

- Нападение российского флота на Синоп в таком случае не выглядит глупой авантюрой, стоившей России флота и Севастополя. Наоборот, в результате Крымской войны Россия приобрела и сумела отстоять Севастополь.
http://chronologia.org/dc/dcboard.php?a ... 4588&page=

[Kliper]

А.В. Попов. «Романовы на южном берегу Крыма»

История царских дворцов в Крыму (Ореанде, Ливадии) с позиции большевиков («Помещичья колонизация южного берега Крыма», эксплуатация рабочих и крестьян при строительстве, непомерные расходы на обслуживание и т.п.)
Источник: http://www.krimoved-library.ru/books/ro ... krima.html

Надо сказать, что южный берег Крыма в конце XVIII века и в самом начале XIX века был почти не затронут помещичьей колонизацией, которая здесь по настоящему началась и приняла интенсивный характер только в 20 и 30 годах XIX века по инициативе и под личным воздействием М.С. Воронцова. Помещики стали заселять южный берег Крыма не только в силу естественного хода колонизации на юге России, но и вследствие романтических настроений барства в 20 и 30 годах прошлого столетия (причем эти романтические настроения вырасти, конечно, на определенном классовом и экономическом базисе). Увлеченные живописными видами девственной и дикой природы, помещики устремились на южный берег, главным образом, не с целью его хозяйственной эксплуатации, а скорее с намерением использовать его, как дачный район для своих загородных вилл и дворцов. К этому, так сказать, «романтическому» периоду помещичьей колонизации на южном берегу относится постройка Ореандского дворца Николая I.
Источник: http://www.krimoved-library.ru/books/ro ... rima1.html

Имение Ореанда было приобретено для Романовых еще по желанию Александра I, который в первый раз был на южном берегу Крыма еще в 1818 г., а затем вторично в сентябре 1825 г. в сопровождении тогдашнего новороссийского и бессарабского генерал-губернатора М.С. Воронцова проехал по южному берегу Крыма. Последовавшие за этим события — неожиданная смерть Александра I в Таганроге в ноябре того же года и связанный с восстанием декабристов приход к власти Николая I — надолго отодвинули у Романовых интерес к Ореанде на последний план. Только осенью 1837 г. Николай I и его жена Александра Федоровна побывали на южном берегу Крыма, куда их пригласил в числе многих знатных гостей упомянутый выше Воронцов на открытие Алупкинского дворца. Красоты южного берега Крыма и романтика дивного Алупкинского замка произвели особенное впечатление на Александру Федоровну, и Николай I особым указом, подписанным в Ореанде 17 сентября 1837 г., дарит своей жене это имение, которое с тех пор стало именоваться имением «ее величества». Тогда же у Романовых возникло решение построить в Ореанде дворец.
Источник: http://www.krimoved-library.ru/books/ro ... rima2.html

То есть по вполне официальным данным колонизация Крыма началась только спустя полвека после его присоединения к России. Александр I в Крыму явно не задерживался, если вообще там был. Можно предположить, что только после войны 1828-29 годов Крым попал под протекторат России, а окончательно был присоединён в результате Крымской войны.

[Gosha]

На основе анализа различных источников напрашивается вывод, что Севастополь - это Синоп.

Клипер уважаемый наш светоч все токи подчеркивайте когда выражаетесь фигурально! Возможно Одесса, Балаклава, Николаев, Батуми - можно использовать как корабельные стоянки, но невозможно их использовать как Генеральную базу Черноморского флота. Война 1853-1856 годов как раз доказала это рассуждение в инженерном, экономическом, строительном и стратегическом ключе.


Глубокая защищённая бухта Севастополя могла выдержать любой штурм с моря, так что Клипер - быстро не всегда хорошо.


От Севастополя до Синопа Расстояние: 1784 км; Время: 19:46. Когда о чем-то пишете думайте прежде всего.

[Kliper]

Клипер уважаемый наш светоч все токи подчеркивайте когда выражаетесь фигурально! Возможно Одесса, Балаклава, Николаев, Батуми - можно использовать как корабельные стоянки, но невозможно их использовать как Генеральную базу Черноморского флота.

А я Вам про что говорю? Определённо Синопский залив можно использовать как корабельную стоянку, но он плохо годится для размещения военно-морской базы. Береговые батареи, размещённые на полуострове, не могли уберечь от неприятеля. Думаете османы этого не понимали?

Глубокая защищённая бухта Севастополя могла выдержать любой штурм с моря, так что Клипер - быстро не всегда хорошо.

Это Вы о чём?

От Севастополя до Синопа Расстояние: 1784 км; Время: 19:46. Когда о чем-то пишете думайте прежде всего.

Современный Синоп, как нетрудно догадаться, стал Синопом только после Крымской войны.

[Gosha]

Gosha: ↑Вчера, 17:35
От Севастополя до Синопа Расстояние: 1784 км; Время: 19:46. Когда о чем-то пишете думайте прежде всего.

Современный Синоп, как нетрудно догадаться, стал Синопом только после Крымской войны.

Клипер вы случайно не знакомы с мнением Лужкова он тоже считал что именно при нем Москва стала современной.

Синопа (др.-греч. Σινώπη) — в древности одна из главных греческих колоний на южном берегу Понта Эвксинского, на полуострове Пафлагонского побережья, к востоку от мыса Карамбис[en]. Колония была основана, по преданию, спутником Ясона Автоликом, который имел здесь храм и оракул. В историческое время Синоп был колонизирован милетцами дважды: в первый раз — до вторжения киммерийцев в Азию (до 751 г. до н. э.), вторично — в 632 г. до н. э. после разрушения города киммерийцами. Благодаря удобному положению и двум гаваням Синоп вскоре стал богатым торговым городом, область которого простиралась до реки Галиса. Позже Синоп в свою очередь стал метрополией черноморских городов Котиоры (в области Тибаренов), Трапезунта, Кераса, Хойрада, Ликаста (Λύκαστος), Гармены, Керасунта и других. Около 436 года до н. э. известен тиран Тимесилей (Τιμησίλεως).

При Митридате Евпаторе, который здесь родился и получил воспитание, Синоп стал резиденцией понтийского царя и был украшен роскошными постройками. Во время третьей Митридатовой войны здесь заперся Клеохар, сделавшийся тираном города, но после упорной защиты город был в 70 году до н. э. взят Лукуллом и разграблен. Между другими произведениями искусства Лукуллом были увезены тогда в Рим статуи Автолика. Объявленный свободным и автономным городом, Синоп в 45 году до н. э. был колонизирован римлянами. Как один из предметов синопской торговли славилась киноварь (греч. Σινωνική μίλτος).

По мере возвышения в IV в. н. э. Амасии роль и благосостояние Синопа стали падать. Согласно хартии крестоносцев 1204 года о разделе Византийской империи Partitio terrarum imperii Romaniae[en] Синоп был номинально включён в состав Латинской империи, однако фактически ей никогда не контролировался. С 1205 года он принадлежал к Трапезунтской империи, но уже 1 ноября 1214 года его хитростью взял сельджукский султан, тут же превративший все греческие церкви в мечети. Примечательно однако и то что, завоевав город, турки выбили на синопской цитадели манифест (1215) к местным жителям на греческом языке. Первая сельджукская оккупация Синопа ослабила связи крымской Ператии с Трапезундом. Пытаясь укрепить свою власть в Крыму и Причерноморье, понтийские греки смогли временно вернуть Синоп под свой контроль в 1254 году, восстановили церкви, но новое тюркское вторжение в Анатолию лишило их контроля на этим форпостом уже в 1265 году.

Сино́п (тур. Sinop) — район и город в северной Турции. В 1461 году его взял турецкий султан Магомет II, так что Клипер вы ошиблись насчет Синопа на целых 400 лет сопоставляя его известность с Восточной войной 1853-1856 годов.

[Kliper]

Клипер вы случайно не знакомы с мнением Лужкова он тоже считал что именно при нем Москва стала современной.

Населённый пункт на южном берегу Чёрного моря, носящий название Синоп, несомненно имел свою историю, но не он был главной военно-морской базой черноморского флота Османской империи.

С тех пор бухта превратилась в главную базу черноморского флота Османской империи, а затем и Турции. Бухта вошла в историю после того как в ней произошло знаменитое Синопское сражение (30 ноября 1853). Несмотря на прикрытие береговых батарей и угрозу со стороны англо-французского альянса, российский флот сумел войти в бухту и разгромить османский флот.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0 ... 1%82%D0%B0

Бухты, да ещё такой, в которую трудно было бы войти неприятелю, возле современного Синопа нет!

В 1475 г. к берегам Таврии подошёл турецкий флот, а высадившиеся войска одна за другой овладели генуэзскими крепостями и землями Феодоро. С 1475 по 1774 годы территория нынешнего Севастополя входила в состав Кефинского эялета (провинции) Османской империи. В этот период рядом с руинами Херсонеса располагалась небольшая деревня Ахтиар (Ак-Яр, Акъяр), а главным городским центром окрестных территорий был Инкерман.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%98%D1 ... 0%BB%D1%8F

Если верить историкам и географам, османская база ВМФ находилась там, где нет подходящей бухты. А там где есть лучшая бухта на Чёрном море, османы сделать базу ну никак не догадались. Это называется абсурдом. Ферштейн?

Анапа - крепость, за которую в ходе "русско-турецких" войн шла особенно упорная борьба. Современная Анапа никак не тянет на стратегически важный пункт. А если считать, что с 1783 года Крым был уже российским, то осуществлять нападение на Анапу лучше всего было с Крыма, высадив у её крепости морской десант. Однако Анапу упорно пытались брать с другой стороны.
Описание похода Текелли говорит, что свои войска он вёл в сторону Геленджика и Новороссийска. Река Убын теперь называется Убином. Суджук-Кале располагалась на месте Новороссийска, поэтому вероятно, что Анапа была на месте Геленджика.
Интересно, как мог турецкий флот господствовать в 1788 году возле Анапы, если к этому времени в Крыму уже базировался российский флот?
http://chronologia.org/cgi-bin/dcforum/ ... e=threaded

Отправлено спустя 4 минуты 59 секунд:

Клипер вы ошиблись насчет Синопа на целых 400 лет сопоставляя его известность с Восточной войной 1853-1856 годов.

Я не говорил, что Синоп стал известен только после Крымской войны. Я говорю про переименование Синопа в Севастополь, а некого довольно значимого города на южном побережье в Синоп.

[Gosha]

Я не говорил, что Синоп стал известен только после Крымской войны. Я говорю про переименование Синопа в Севастополь, а некого довольно значимого города на южном побережье в Синоп.

Это когда Севастополь был Синопом? Со времен греческой колонизации - Херсонес. В Византийские времена Херсон. При татарах Ахтиар. При Екатерине Второй переименован в Севастополь.

Действительно Крымской войны не было в Мировой Военной истории тем более в 1853 году. Это война именуется Восточная война 1853-1856 годов и никак не иначе!

[Kliper]

Это когда Севастополь был Синопом? Со времен греческой колонизации - Херсонес. В Византийские времена Херсон. При татарах Ахтиар. При Екатерине Второй переименован в Севастополь.

Эту легенду я прекрасно знаю. Только вот историки не смогли придумать убедительное объяснение, почему османы не облюбовали Ахтиарскую бухту. Но в общем историки постарались на славу. Сухопутные походы на Анапу через Кавказские горы выглядели бы глупой авантюрой, не будь придумано таких объяснений:

Первый поход на крепость Анапу, был произведен в 1788 г. Основной целью компании было помешать турецким войскам отвоевать Крым у России, отвлечь часть турецких войск от Тавриды.

Несмотря, что первый поход на Анапу был неудачным с точки зрения захвата крепости, но основную свою «стратегическую цель» выполнил — занятая обороной Кавказа, Турция в этот период ничего не предпринимала в Крыму.
https://www.gorodanapa.com/%D0%B8%D1%81 ... %80%D0%BC/

Только вот историки сами говорят, что никаких боевых действий в Крыму в то время не было. Почему же при трёх штурмах Анапы ни разу не был задействован непобедимый и легендарный Черноморский флот?

Второй штурм Анапы. https://www.gorodanapa.com/%D0%B8%D1%81 ... %80%D0%BC/

По правилам военного искусства того времени, взятие хорошо укрепленных крепостей как Анапа, должна начинаться не раньше, чем через три месяца после начала осады. Но были получены данные, что на помощь Анапе идет сильный турецкий флот и для правильной осады у генерала Гудовича просто нет времени.
https://www.gorodanapa.com/%D0%B8%D1%81 ... %80%D0%BC/

Окончательное взятие Анапы в 1828 г. https://www.gorodanapa.com/%D0%B8%D1%81 ... %82%D0%B8/

Отправлено спустя 24 минуты 44 секунды:
Первый штурм Анапы был предпринят осенью, а второй - весной, вовсе не из-за спешки. Только так можно было гарантированно избежать встречи с османским флотом. Однако в таком случае возникали другие сложности. Поэтому в итоге крепость решили штурмовать в летнее время, выбрав подходящий момент.

[Gosha]

Эту легенду я прекрасно знаю. Только вот историки не смогли придумать убедительное объяснение, почему османы не облюбовали Ахтиарскую бухту. Но в общем историки постарались на славу. Сухопутные походы на Анапу через Кавказские горы выглядели бы глупой авантюрой, не будь придумано таких объяснений:

Турки имели отличную сухопутную армию которая прекрасно себя показала во всех войнах с участием Турции XVIII-XIX-XX веков.

[Kliper]

Турки имели отличную сухопутную армию которая прекрасно себя показала во всех войнах с участием Турции XVIII-XIX-XX веков.

Вам про Фому... Ещё раз говорю, что захватывать Анапу удобнее было с моря. Причём для этого возможно не потребовалось бы задействовать Черноморский флот и сухопутные войска, находившиеся в Крыму. Почему нельзя было воспользоваться помощью Азовской флотилии и Войска Донского, а не привлекать части, находившиеся на территории современного Ставропольского края?

[Gosha]

Ещё раз говорю, что захватывать Анапу удобнее было с моря.

Клипер вы понимаете почему война 1853-1856 годов называется Восточной войной, а не войной только Крымской? После Дунайской компании 1853 года, последовало ряд диверсий десантов и бомбардировок - нападение на Соловецкий монастырь в 1854 году, на Кандалакшу и Колу, нападение на Петропавловск-Камчатский, компания 1855 года опять нападении на ряд поселений по берегам Белого моря. Высадка Союзной армии в Крыму, в 1854 году оборона Севастополя, обстрел ряда Черноморских городов, но Россия имела полутора миллионную армию и строила железную дорогу в Крым, так что время работало на Россию она могла даже не проводить сражения, а просто присутствовать в Крыму и Союзники рано или поздно эвакуировали бы свои армии из Крыма. что собственно произошло в 1856 году.

[Kliper]

После Дунайской компании 1853 года, последовало ряд диверсий десантов и бомбардировок - нападение на Соловецкий монастырь в 1854 году, на Кандалакшу и Колу, нападение на Петропавловск-Камчатский, компания 1855 года опять нападении на ряд поселений по берегам Белого моря.

Похоже, что таланта российских писателей XIX века хватило лишь на описание героической обороны Севастополя. Рассказы о сражениях в других местах больше напоминают охотничьи байки. Например:

Но это умиротворяющее сейчас место имеет в своей истории и героические страницы. 22 мая 1855 г. во время Крымской войны на этом месте был отбит десант морских пехотинцев англо-французской эскадры. Ему противостояли всего сотня казаков и городские ополченцы. Руководили обороной города военный губернатор граф Г. П. Толстой и генерал-майор И. И. Краснов. Кстати, в это время в Таганрог прибыл адъютант военного министра граф Эльстон с поручением демонтировать памятник Александру I, чтоб он не достался французам в качестве трофея. Но горожане отстояли монумент не только от него, но и от французов.

Вначале эскадра в составе четырёх пароходов и пятидесяти канонерок встала в версте от набережной, и англичане выслали парламентёров с ультиматумом сдать город без боя. От Таганрога на встрече были барон О. Р. Франк, Д. П. Война, и уже известный нам поэт Н. Ф. Щербина. Ультиматум был отвергнут, и после бомбардировки началась атака. Десант разделился на три отряда: один атаковал по Биржевому спуску, влево от Каменной лестницы, но был в рукопашной схватке отбит казаками Краснова; другой, численностью человек 300, стал взбираться в гору вдоль Каменной лестницы. Ополченцы подпустили его к самому верху горы и только тогда дали залп. Горе-десантники не ожидали такого «горячего приёма» и под градом пуль и камней покатились вниз, где на узких тропинках обрыва их догоняли бросившиеся вниз ополченцы, навязывая им рукопашные схватки. Третий отряд поднялся по Воронцовскому (Комсомольскому) спуску и захватил остатки валов Троицкой крепости, где мы только что были. Защитники города, узнав об этом, быстро сколотили отряд, который на дрожках по Греческой помчался отвоёвывать занятые врагом места. Грохот дрог, катившихся по плохой мостовой, был так силён, что англичане вместе с французами смешались и отступили на свои лодки. Вот уж действительно, у страха глаза велики. Так десант был отбит. Потом Таганрог не раз подвергался бомбардировке – всего было выпущено 10000 снарядов, но город устоял. Известен случай героического поведения простой горожанки Анисьи Лядовой, которая, рискуя жизнью, вынесла из-под рушившегося здания полуторагодовалого ребёнка, за что была награждена медалью «За усердие».

Впоследствии участник этих событий, англичанин Берроу записал в дневнике: «В плохо укреплённом Таганроге мы встретили отчаянное сопротивление русских, сюда как бы долетел дух защитников Севастополя». Да, таганрожцы отстояли свой город. В течение более чем трёх месяцев неприятелем несколько раз предпринимались безуспешные попытки высадки десанта в пригородах Таганрога, но после захвата казаками севшего на мель корабля «Джаспер» англо-французское командование оставило намерение захватить город. За героизм жителей император Александр II пожаловал Таганрогу – единственному из городов России – грамоту, которой удостоились лишь только несколько губерний. А в Англии была даже выбита медаль «За взятие Таганрога», которая сразу стала раритетом, потому как не была никому вручена.

Андреенко С. А. «Таганрог. Познавательное путешествие по легендам и былям старого города». 2004 г. (стр. 80)
http://chronologia.org/cgi-bin/dcforum/ ... e=threaded

Если Севастополь - это и есть Синоп, то становится очевидно, почему основные усилия англичан и французов были направлены на захват Севастополя.

Отправлено спустя 29 минуты 1 секунду:
Гоша, откройте Яндекс-карты и измерьте расстояние от Анапы до Керчи. По морю это около 90 км. Преодолеть такую дистанцию на транспортных парусных судах можно было за полдня. Что мешало сосредоточить российские войска под Керчью, дождаться благоприятного момента, посадить солдат на суда и отправить штурмовать Анапу?

[Gosha]

Похоже, что таланта российских писателей XIX века хватило лишь на описание героической обороны Севастополя. Рассказы о сражениях в других местах больше напоминают охотничьи байки. Например

Вы просто слабо знакомы с Военно-исторической литературой XIX века по этой причине только то что описал Тарле вы усвоили.

Вот вам еще один эпизод Восточной войны 1853-1856 годов теперь на Балтике.

Черноморский театр являлся главным театром военных действий в войну 1853—1856 гг., однако в обширных агрессивных планах западноевропейской буржуазии важное место занимали северо-западные и дальневосточные районы России. Правящие круги Англии и Франции, мечтавшие о создании общеевропейской антирусской коалиции, рассчитывали использовать в своих целях не только Турцию, но и Швецию, Данию и Пруссию. Для реализации этих планов Англия и Франция с весны 1854 г. направили значительные силы в Балтийское, Белое и Охотское моря с тем, чтобы начать активные боевые действия в этих районах и подтолкнуть этим самым своих вероятных союзников на вступление в войну против России. Действия англо-французского флота на второстепенных театрах отнюдь не являлись демонстрацией, а должны были повлечь серьезные военно-политические последствия.

К началу военных действий на Балтике летом 1854 года русский Балтийский флот базировался на Кронштадт и Свеаборг. В Кронштадте были сосредоточены основные силы флота — 1 -я и 2-я дивизии, — а также часть боевых судов 3-й дивизии. В Свеаборге находились остальные суда 3-й дивизии и отряд шхерной флотилии. Береговые укрепления Кронштадта и Свеаборга были приведены в боевую готовность в начале апреля 1854 г.

Английский флот под флагом адмирала Нэпира появился в водах Балтики в марте 1854 г. Его действия начались с нападений английских крейсеров на русские купеческие суда, причем с первых же дней войны англичане стали применять, как правило, пиратские приемы: при приближении к русским купеческим судам английские крейсера поднимали русские флаги или флаги нейтральных держав.

Спустя два месяца к Нэпиру присоединилась французская эскадра вице-адмирала Персеваля-Дешена с многотысячным отрядом десантных войск. В состав англо-французского флота входили 26 парусных и 41 паровое судно. В числе паровых судов было 14 винтовых линейных кораблей, 10 фрегатов и корветов, 17 пароходо-фрегатов. Соединенная англо-французская эскадра имела 3 450 орудий, т. е. по артиллерийскому вооружению превосходила весь русский Балтийский флот. В условиях явного превосходства противника как по числу паровых судов, так и по артиллерийскому вооружению на русский Балтийский флот была возложена задача обороны столицы и своих военно-морских баз.

Основная цель соединенного флота противника заключалась в уничтожении Кронштадта и прорыве к Петербургу. В директиве французского морского министра вице-адмиралу Персевалю-Дешену прямо указывалось, что он обязан сообщать в Париж «все сведения о возможности подхода к Петербургу, чтобы нанести по этой столице большой удар. Эта операция должна быть одной из самых первых и интересных для нас...». Аналогичные указания были даны и английским Адмиралтейством адмиралу Нэпиру.

Русское командование на Балтике развернуло широкие оборонительные работы. В морское министерство от самых различных лиц поступили предложения об обороне побережья, многочисленные технические проекты подводных лодок, броненосных батарей и т. п. Важнейшим боевым средством, впервые практически примененным в боевых условиях, явились мины.

Постановки минных заграждений начались на Балтике в 1854 г. Мины были поставлены у Кронштадта, Ревеля, Свеаборга, Динамюнде и в других районах. Только у Свеаборга было поставлено 1 000 гальванических и ударных мин, что свидетельствовало о широких масштабах боевого применения этого нового оружия флота.

Для постановки минных заграждений русский флот использовал специально оборудованные пароходо-фрегаты и вспомогательные пароходы, которые явились прообразом минных заградителей. Выдающиеся русские изобретатели и ученые в содружестве с балтийскими моряками не только непрерывно работали над техническим усовершенствованием различных образцов мин, но и одновременно с этим успешно разрабатывали основные правила боевого использования минного оружия. Академик Б. С. Якоби, например, в специальной инструкции указывал, что при минных постановках «на каждые 10 саженей принято помещать по 2 мины в шахматном порядке на глубину от 7 до 8 фут в расстоянии 15 саженей один ряд от другого». В этот же период в русском флоте зародилась и была практически реализована идея минно-артиллерийских позиций. С самого начала боевых действий на Балтике минное оружие в значительной степени сковало деятельность флота противника.

Действия соединенного англо-французского флота свелись к грабительским набегам на прибрежные села и города. Эти набеги вызывали гнев и негодование не только русского населения, но и иностранцев. «Англичане, — писал один из шведских офицеров, — по всегдашнему ведут себя как варвары... Шайка из 20 матросов по большой дороге из Висби ломала и разрушала все, что ей попадалось под руку... Произведены многие покражи, даже британский консул не избавился от воров: у него украли шубу, которую потом нашли на одном из (английских. — Авт.) военных судов...».

В апреле и мае 1854 г. английский флот безуспешно бомбардировал город Ганге; в результате ответного огня береговых батарей корабли противника получили значительные повреждения и были вынуждены отойти. Спустя две недели англичане сделали попытку высадить десант у финского города Гамлекарлебю; произошел бой, в результате которого противник потерял 22 пленных, одно орудие, знамя и вынужден был позорно отступить. Эскадра неприятельских паровых судов сделала попытку прорваться к городу Або, но была встречена отрядом русских канонерских лодок и после двухчасового боя отошла. Грабительские экспедиции англичан вызывали негодование финского населения, и оно организовывало добровольные отряды для борьбы против интервентов на балтийском побережье.

Сообщения о бесславном поведении английских матросов и бездействии английского флота стали распространяться на Западе. Чтобы хоть как-нибудь реабилитировать себя в глазах общественного мнения, английский вице-адмирал Нэпир в июле 1854 г. начал осаду Бомарзунда — недостроенной русской крепости на Аландских островах, имевшей двухтысячный гарнизон при 112 орудиях. Более трех недель соединенному англо-французскому флоту потребовалось для овладения крепостью. Корабли противника выпустили по Бомарзунду свыше 120 000 снарядов, высадили 11-тысячный десант и только после этого овладели Бомарзундом. Эта «победа», так широко разрекламированная в западноевропейской прессе, не оказала никакого влияния на ход военных действий и не внесла ничего нового в военно-морское искусство. По возвращении в Англию адмирал Нэпир был уволен в отставку.

Весной 1855 г. англо-французский флот вновь появился в Финском заливе. На этот раз английский адмирал Дондас и французский адмирал Пено имели в своем распоряжении соединенную эскадру в составе более 100 вымпелов.


Однако и русский флот пополнился малыми паровыми судами. В течение зимы 1854/55 г. на русских верфях было построено 38 паровых канонерских лодок, спешно строились еще 35 канонерских лодок и 14 винтовых корветов.

Даже это небольшое усиление русского парового флота вызвало смятение среди англичан и французов. «Мы стоим, — писал адмирал Пено, — против неприятеля деятельного, умеющего усиливать свои средства и нанести нам вред... Паровые канонерки, столь быстро построенные русскими, и которых число может еще увеличиваться, совершенно изменили наше положение в отношении к противнику. Мы теперь должны не только думать о нападении, но и заботиться о собственной защите, потому что у русских больше канонерских лодок, нежели у англичан».

Действия англо-французского флота в 1855 г. по-прежнему носили грабительский характер. Лишь в июле 1855 г. противник решил нанести сравнительно крупный удар по Свеаборгу, сосредоточив здесь все свои силы. Противник выпустил по городу около 20 тысяч снарядов, однако обстрел велся с дальних дистанций, и укрепления крепости пострадали незначительно. После двухдневной бомбардировки противник не решился на штурм русских укреплений и отступил от Свеаборга.

Бомбардировка Свеаборга обошлась англичанам и французам в полтора миллиона золотых рублей и не принесла никаких результатов. «Вся эта история, — писал Энгельс, — сводится к акту, материальные результаты которого едва ли оправдали произведенные на него издержки и который был предпринят отчасти потому, что Балтийскому флоту (англо-французскому. — Авт.) надо было что-нибудь сделать перед возвращением домой...».

Русский флот в кампанию 1855 г. вновь использовал на Балтике минное оружие. В июне 1855 г. отряд английских и французских паровых судов, производивший рекогносцировку в районе Кронштадта, попал на минные заграждения, поставленные русскими моряками с целью защиты крепости. На русских минах подорвались четыре паровых судна противника. Это был первый случай успешного боевого применения минного оружия. После подрыва своих судов на минах англо-французский флот был парализован в своих действиях и не решался активно действовать на Балтике вплоть до окончания войны.

Летом того же года на Балтике были произведены первые в истории опыты по использованию аэростатов для бомбардирования англо-французской эскадры с воздуха.

В том же 1855 г. русские инженеры в исключительно трудных условиях осуществили постройку железной дороги по льду от побережья к Кронштадту для подвоза боеприпасов, орудий и материалов к главной базе Балтийского флота.

В августе 1855 г. шесть русских канонерских лодок вступили в бой с отрядом неприятельских судов у Толбухина маяка. Умело маневрируя, русские корабли завлекали противника на заранее поставленные минные заграждения в районе Кронштадта. Однако неприятельские корабли не попали на русские мины потому, что еще до подхода к ним начали отход, получив серьезные повреждения от огня русских канонерских лодок. В этом боевом столкновении русские моряки стремились провести бой с противником на заранее подготовленной минно-артиллерийской позиции.

[Kliper]

Английский флот под флагом адмирала Нэпира появился в водах Балтики в марте 1854 г. Его действия начались с нападений английских крейсеров на русские купеческие суда, причем с первых же дней войны англичане стали применять, как правило, пиратские приемы: при приближении к русским купеческим судам английские крейсера поднимали русские флаги или флаги нейтральных держав.

Спустя два месяца к Нэпиру присоединилась французская эскадра вице-адмирала Персеваля-Дешена с многотысячным отрядом десантных войск. В состав англо-французского флота входили 26 парусных и 41 паровое судно. В числе паровых судов было 14 винтовых линейных кораблей, 10 фрегатов и корветов, 17 пароходо-фрегатов. Соединенная англо-французская эскадра имела 3 450 орудий, т. е. по артиллерийскому вооружению превосходила весь русский Балтийский флот. В условиях явного превосходства противника как по числу паровых судов, так и по артиллерийскому вооружению на русский Балтийский флот была возложена задача обороны столицы и своих военно-морских баз.

А в это же самое время...

Ещё в январе 1854 года флот союзников вошёл в Чёрное море, а с момента объявления Великобританией и Францией России войны 15 (27) марта 1854 года перешёл к активным действиям и начал останавливать и захватывать все коммерческие суда под российским флагом.

29 марта (9 апреля) 1854 Черноморская эскадра союзников направила к берегам Одессы английский 16-пушечный паровой фрегат «Furious» (Буйный) (en:HMS Furious (1850)) для того, чтобы, как впоследствии заверяли союзники, эвакуировать из Одессы консулов союзных государств, а также всех прочих подданных этих государств, пожелавших бы покинуть Одессу.

8 (20) апреля союзный флот, в числе 28 вымпелов, под командованием адмирала Гамелена, подошёл к городу и встал на якорь в 3 1/2 милях от берега. Через два дня, в Страстную Субботу, выдвинув для обстрела 9 кораблей:
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0 ... %8B_(1854)

И чуть позже...

В июне — июле 1854 года превосходящие силы флота союзников (Англия, Франция, Турция и Сардиния) — 34 линейных корабля и 55 фрегатов (в том числе большинство паровых) блокировали русский флот (14 линейных парусных кораблей, 6 фрегатов и 6 пароходо-фрегатов) в бухте Севастополя.

В конце августа десантный флот союзников в составе 350 кораблей двинулся из Варны к Крыму. К 1 (13) сентября к берегам Евпатории была доставлена союзная армия, достигавшая 60 тысяч человек при 134 полевых и 72 осадных орудиях.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9E%D0 ... 80%941855)

Даже совместными усилиями англичане и французы врядли могли сконцентрировать крупные силы одновременно на Балтике и в Чёрном море. Правда по другой версии блокада Севастополя осуществлялась меньшими силами:

3 (15) июня 1854 3 англо-французских пароходофрегата подошли к Севастополю. 14 (26) июля 1854 состоялся бой англо-французского флота в составе 21 корабля с береговыми укреплениями Севастополя.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D1 ... 0%BD%D0%B0

Но тут встаёт вопрос: где был Черноморский флот? И куда девался могучий Балтийский?


А.П. Боголюбов, "Смотр Балтийского флота", 1848

Если на Балтике был столь мощный линейный флот, то зачем понадобились канонерки и мины?

Особенностью военно-морского театра на Балтике являлось то, что из-за мелководья Финского залива крупные корабли не могли подойти непосредственно к Санкт-Петербургу. Поэтому в ходе войны для его защиты по инициативе капитана 2 ранга Шестакова и при поддержке великого князя Константина Николаевича в рекордно короткие сроки с января по май 1855 было построено 32 деревянные винтовые канонерские лодки. А в последующие 8 месяцев ещё 35 винтовых канонерок, а также 14 винтовых корветов и клиперов. Паровые машины, котлы и материалы для их корпусов были изготовлены под общим руководством чиновника особых поручений кораблестроительного департамента Н. И. Путилова в петербургских механических мастерских. Механиками на вводимые в строй винтовые военные корабли назначались русские мастеровые. Установленные на канонерских лодках бомбические пушки превращали эти небольшие корабли в серьёзную боевую силу. Французский адмирал Пэно писал по окончании войны: «Паровые канонерки, столь быстро построенные русскими, совершенно изменили наше положение».

Для обороны Балтийского побережья впервые в мире русские применили подводные мины с химическими контактными взрывателями, разработанными академиком Б. С. Якоби.
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9A%D1 ... 0%BD%D0%B0

[Гость]

ВОКРУГ ВОСТОЧНОЙ ВОЙНЫ

Англо-французская дипломатия попыталась организовать против России широкую коалицию, но сумела вовлечь в нее только зависимое от Франции Сардинское королевство. Вступив в войну, англичане и французы предприняли грандиозную демонстрацию у берегов России, атаковав летом 1854г. почти одновременно Кронштадт, Соловецкий монастырь на Белом море и Петропавловск-Камчатский. Союзники рассчитывали дезориентировать русское командование и заодно прощупать, не уязвимы ли границы России. Расчет не удался. Русские пограничные гарнизоны отбили все атаки союзников. Английский адмирал Д. Прайс, не сумевший взять Петропавловск, посчитал сие таким для себя позором, что даже застрелился. Тем же летом новые поражения потерпели на Кавказе турецкие войска. Поэтому с осени 1854 г. союзники перешли от демонстраций к решительным Действиям на берегах Крыма.

В течение пяти дней (с 2 по 6 сентября) 62-тысячная союзная армия на 360 судах беспрепятственно высаживалась близ Евпатории, а затем двинулась на юг, к Севастополю — главному опорному пункту России в Крыму. Пока все складывалось для союзников как нельзя лучше. Очень помогла им феноменальная беспечность русского главнокомандующего А.С. Меншикова. Именно он, николаевский фаворит князь Меншиков, командовал русскими войсками в Крыму. Хотя он был и генералом, и адмиралом, однако как следует не знал ни военного, ни морского дела, но совмещал в себе одновременно военно-морского министра, сухопутного главкома в Крыму, командующего Черноморским флотом и генерал-губернатора Финляндии. Сам он считал себя авторитетным специалистом по делам войн как на суше, так и на море, а тех, кто был чином ниже его (Нахимова, в частности), ни в грош не ставил. «Ему бы канаты смолить, а не адмиралом быть!» — говорил он о Нахимове и за глаза называл его «боцманом». Это характерно для высшего командования второй половины XIX века и начала ХХ века всех европейских стран и Турции.

Союзные генералы тоже не блистали полководческими дарованиями. Правда, французский главнокомандующий маршал А. Сент-Арно был отменным солдатом. Типичный кондотьер XIX в., авантюрист и сорвиголова по натуре, он и в мирное время не пропускал ни одного пожара, если таковой был поблизости, участвовал в тушении, рисковал жизнью. Но как стратег, командующий армией, Сент-Арно никуда не годился. По словам К. Маркса и Ф. Энгельса, он «оказал своему императору услугу тем, что скоро умер».

Еще худшим командующим был английский фельдмаршал лорд Ф. Раглан, который в противоположность Сент-Арно, всю жизнь проведшему на войне, хотя и потерял в битве под Ватерлоо руку, с тех пор 40 лет не нюхал пороху. В 1855 г. он жил представлениями 1815 г. и на военных англо-французских совещаниях удивлял и злил французов тем, что называл врагов не «русскими», а по старинке «французами».

[Гость]

Зато войска союзников почти вдвое превосходили русскую армию и почти втрое были лучше оснащены и вооружены. Их перевес в людях и технике решил исход сражения 8 сентября 1854 г. на р. Альма. Меншиков с 35-тысячной армией попытался здесь остановить союзников и так был уверен в успехе, что пригласил на поле битвы светских дам, обещая показать им зрелище позорного бегства неприятеля. Бежать, однако, пришлось ему самому. Спасая себя, он потерял свой портфель с ценными бумагами, но сохранил органически присущую ему беспечность и даже острил на бегу: «Если бы я выиграл эту битву, меня сделали бы графом Альмавива! »

Русские солдаты, не в пример своему главнокомандующему, сражались на Альме героически, и союзники понесли большие потери, особенно англичане. Герцог Кембриджский даже воскликнул как Пирр после Аускулума: «Еще одна такая победа, и у Англии будут две победы, но не останется армии!»

После битвы на Альме Меншиков отступил к Севастополю, а затем к Бахчисараю, бросив Севастополь на произвол судьбы. «Молвил: «Счастия желаю», сам ушел к Бахчисараю, ну вас всех…» — так поется об этом в солдатской песне. На вопрос адмирала В.А. Корнилова, что ему делать с флотом в Севастополе, Меншиков ответил: «Положите его себе в карман!»

В дальнейшем он дал союзникам еще два сражения. Под Балаклавой 13 октября 1854 г. была почти полностью истреблена английская легкая кавалерия, в которой служила самая родовитая знать; в Англии по этому случаю был объявлен национальный траур. Вплоть до 1914 г. в «долину смерти» под Балаклавой из Англии тянулись паломники, чтобы посетить могилу английской кавалерии. Будь на месте Меншикова другой военачальник, русские могли бы одержать под Балаклавой решительную победу, но с Меншиковым и здесь потерпели неудачу. После этой битвы русские солдаты стали называть Меншикова «Изменщиковым».

[Gosha]

Проиграл Меншиков и сражение в районе Инкермана под самым Севастополем 24 октября 1854 г. Действия русского штаба в этом сражении похожи на анекдот. Незадолго до начала боевых действий выяснилось, что в штабе нет плана местности: Меншиков вспомнил, что забыл его в Петербурге. Запросили Петербург, но не дождались плана, а начали сражение, положившись на генерала П.А. Данненберга, заявившего, что знает местность, «как свои карманы». По ходу битвы, к удивлению Данненберга, там, где он ожидал встретить высоты, оказывались ложбины и наоборот. Битва была проиграна, а на следующий день штаб Меншикова получил из Петербурга план местности. Один Меншиков ничему не удивлялся, а только констатировал, что теперь «видов к разбитию неприятеля больше не представляется».

Лишь за .три дня до собственной смерти, 15 февраля 1855 г., Николай I отважился уволить Меншикова «полечиться », а новым главнокомандующим назначил опять М.Д. Горчакова. Горчаков сделал 4 августа 1855 г. в сражении на Черной речке последнюю, подготовленную из рук вон плохо попытку заставить союзников снять осаду Севастополя, но был отбит. Об этом несчастном сражении Лев Толстой сочинил тогда известную песню: «Как четвертого числа нас нелегкая несла…» Севастополь оказался целиком на попечении гарнизона.

Героическая оборона Севастополя началась 13 сентября 1854 г. и продолжалась 349 дней. Организатором обороны стал адмирал В.А. Корнилов, по словам Л.Н. Толстого, — «герой, достойный Древней Греции». Он сразу призвал защитников города: «Будем Драться до последнего! Отступать нам некуда, сзади нас — море». Ближайшими помощниками Корнилова были адмирал П.С. Нахимов, контр-адмирал В.И. Истомин и военный инженер полковник Э.И. Тотлебен.

Неприступный с моря Севастополь был легко уязвим с суши. Поэтому пришлось наскоро возводить целую систему пригородных укреплений, в строительстве которых участвовало все военное и гражданское население города от мала до велика. Однако союзники сами отчасти «помогли» городу в том, что обошли его с севера, где он был еще беззащитен, и осадили с юга, где он уже опоясался укреплениями. Нахимов в те дни говорил, что после войны он поедет в отпуск за границу и там публично назовет Сент-Арно и Раглана… «ослами».

Подступив к Севастополю, союзники 5 октября 1854 г. предприняли первую бомбардировку города. Они сосредоточили против него 1340 орудий (больше, чем имели французы и русские, вместе взятые, при Бородине) и выпустили по его укреплениям 150 тыс. снарядов, но ничего не добились. Севастопольские укрепления выдерживали огонь тяжелых орудий, а гарнизон сохранял присутствие духа и был готов к отражению штурма. Не рискнув пойти на штурм, союзная армия, численность которой достигла уже 120 тыс. человек, приступила к осаде города. Защищали его 35 тыс. бойцов.

В день первой бомбардировки Севастополя погиб Корнилов. Его последние слова были: «Отстаивайте Севастополь!» Оборону города возглавил Нахимов. Под его командованием защитники Севастополя демонстрировали образцы воинской доблести, стараясь, как они говорили, «равняться по Павлу Степановичу»: стойко держались во время бомбардировок, отражали штурмы, совершали смелые вылазки.

Легендарный матрос Петр Кошка участвовал в 18 вылазках, лично взял в плен и привел в город шесть неприятельских «языков», в числе которых были три турка, англичанин, француз и даже сардинец, т. е. солдаты всех армий, осаждавших Севастополь. Кошке не уступали в героизме матросы Федор Заика, Аксений Рыбаков, солдаты Афанасий Елисеев, Иван Димченко, первая в мире сестра милосердия Дарья Севастопольская. В защите Севастополя участвовали и два русских гения: хирург Н.И. Пирогов возглавлял военно-санитарную часть; писатель Лев Толстой командовал артиллерийской батареей. Вся передовая Россия гордилась тогда севастопольцами. Декабрист Н.А. Бестужев, умирая в далекой Сибири, с надеждой спрашивал: «Держится ли Севастополь?»

Условия обороны были неимоверно трудными. Недоставало всего — людей, боеприпасов, продовольствия, медикаментов. Военный министр В.А. Долгоруков самоустранился от всякой помощи Севастополю. Князь Меншиков зло острил по его адресу: «Долгоруков имеет тройное отношение к пороху: он пороха не нюхал, пороха не выдумал и пороха не посылает в Севастополь». Царь же вместо пороха и пушек прислал в Севастополь, дабы поднять его боевой дух, собственных чад — Николая и Михаила, которые потом, много лет спустя, но с учетом этого обстоятельства, были сделаны фельдмаршалами.

Рядовые защитники города знали, что они обречены на смерть, но не теряли ни достоинства, ни выдержки. Князь М.Д. Горчаков как-то спросил у одного из них: «Сколько людей на бастионе?» Тот хладнокровно, не рисуясь, ответил: «Дня на три хватит».

В таких условиях севастопольский гарнизон продержался одиннадцать месяцев, выбив из строя 73 тыс. неприятельских солдат и офицеров. 6 (18) июня 1855 г., в 40-ю годовщину битвы при Ватерлоо, где, как известно, англичане победили французов, союзники предприняли штурм Севастополя, надеясь совместной, англофранцузской победой над общим противником придать этому дню новую историческую окраску. Одетые в парадную форму 30 тыс. французов и 15 тыс. англичан 9 раз за этот день шли на приступ и все 9 раз были отбиты. Английский главнокомандующий Раглан — участник Ватерлоо — вскоре после этого штурма умер (как полагают, от горя).

С каждым днем таяло число защитников Севастополя, один за другим гибли их руководители. Вслед за Корниловым 7 марта 1855 г. погиб Истомин (ему ядром оторвало голову). 8 июня был тяжело ранен и выбыл из строя Тотлебен, а 28 июня французская пуля смертельно ранила Нахимова, когда он, стоя по обыкновению в полный рост на бруствере того бастиона, где был убит Корнилов, осматривал в подзорную трубу позиции французов.

Павел Степанович Нахимов умер через день, не приходя в сознание. Хоронил его весь Севастополь, все, кто был свободен от боевой вахты. Тело его накрыли флагом, изорванным ядрами, — тем самым, что реял на корабле Нахимова в Синопской битве. Даже англичане и французы прекратили на время похорон обстрел города и приспустили флаги на своих кораблях в знак уважения к всемирной славе русского флотоводца.

Лишь 27 августа 1855 г. французам удалось, наконец, взять господствовавший над городом Малахов курган, после чего Севастополь стал беззащитен. В тот же вечер остатки гарнизона затопили сохранившиеся корабли, взорвали уцелевшие бастионы и оставили город, который даже враждебная России печать именовала тогда «русской Троей».

Так закончилась севастопольская эпопея. Она вписана славной страницей в историю русского народа. Такова диалектика исторического развития: Крымская война была несправедливой со стороны России, но не народ начал ее; когда же враги пришли на русскую землю, русские люди, защищая отчизну, совершали чудеса героизма. Значение севастопольской обороны 1854—1855 гг. заключается в том, что она показала всем исключительную силу патриотического чувства русского народа, стойкость его национального характера.

К моменту падения Севастополя Россия после двух лет войны ощутила истощение сил. Не помог и январский 1855 г. призыв крестьян в народное ополчение. Страна понесла огромные людские потери (больше 500 тыс. человек на всех фронтах) и оказалась на грани финансового краха. Если к началу войны, в 1853 г., дефицит государственного бюджета составлял 52,5 млн. руб., то в 1855 г. он вырос до 307,3 млн. Но борьба за Севастополь исчерпала и силы союзников. Они потеряли в Крымской войне до 350 тыс. человек. Провозившись целый год под Севастополем, союзники уже не надеялись разгромить Россию. Им удалось лишь занять несколько крымских городов, но прорваться из Крыма в глубь России они даже не рискнули.

Между тем на Кавказском фронте русские войска до конца войны сохраняли инициативу. К 1855 г. престарелого и безынициативного князя М.С. Воронцова заменил в должности главнокомандующего на Кавказе генерал Н.Н. Муравьев — один из первых декабристов, родной брат основателя «Союза спасения» А.Н. Муравьева и раскаявшегося декабриста М.Н. Муравьева Вешателя. Он был на 12 лет моложе Воронцова и, главное, активнее. Под его командованием русские войска 16 ноября 1855 г. взяли Каре, слывший одной из самых сильных крепостей мира, и открыли себе дорогу на Эрзерум — в пределы Турции.

Не рассчитывая на близкое окончание войны, обе стороны, точнее Наполеон III, который не хотел ни усиливать Англию, ни ослаблять Россию сверх меры, и Александр II, заговорили о мире. В России сын Николая I — Александр II — сменил на престоле отца, который умер 18 февраля 1855 г. в такой ипохондрии от непереносимых для его гордости поражений и так скоропостижно, что тотчас после его смерти распространилась и доныне бытует в художественной, а отчасти даже в исследовательской литературе версия о его самоубийстве.

Английские верхи жаждали продолжения войны. Узнав о миролюбивых намерениях Наполеона III, премьер-министр Англии Г. Пальмерстон пожаловался брату: «Нам грозит мир!» Но Франция больше воевать не хотела, Турция не могла, а бороться против России (как и вообще против кого бы то ни было) один на один было не в правилах Англии. Пришлось и ей поэтому соглашаться на мир.

Мирный договор был подписан 18 (30) марта 1856 г. в Париже на международном конгрессе с участием всех воевавших держав-, к ним присоединились Австрия и Пруссия. Председательствовал на конгрессе глава французской делегации министр иностранных дел Франции граф Александр Валевский — двоюродный брат Наполеона III (сын Наполеона I от польской графини Марии Валевской). Русскую делегацию возглавил граф А.Ф. Орлов — старый фаворит Николая I, шеф жандармов, родной брат декабриста, революционера М.Ф. Орлова, который 30 марта 1814 г. принял капитуляцию Парижа перед Россией и ее союзниками. Теперь, ровно через 42 года (день в день!) жандарму Орлову пришлось в том же Париже подписать капитуляцию России перед Францией и ее союзниками.

Надо отдать должное А.Ф. Орлову — он понял, что Наполеон III, боясь усиления Англии, готов поддержать Россию. Две-три беседы с ним за чашкой кофе позволили Орлову сориентироваться и действовать с максимальными шансами на минимальный (только и возможный для России) успех. Он знал, что Англия одна воевать с Россией не будет. Значит, русская делегация должна по всем вопросам, где налицо единство позиций Англии и Франции, уступать, но там, где такого единства нет, упорствовать. Так Орлов и действовал. В результате ему удалось добиться условий, менее тяжких и унизительных для России, чем ожидалось после столь несчастной войны.

Россия теряла устье Дуная, южную Бессарабию, а главное, лишалась права иметь на Черном море военный флот и прибрежные арсеналы, поскольку море было объявлено нейтральным. Таким образом, русское Черноморское побережье становилось беззащитным от возможной агрессии. Другие условия Парижского договора задевали интересы России в меньшей степени. Покровительство турецким христианам было передано в руки «концерта» всех великих держав, т. е. Англии, Франции, Австрии, Пруссии и России. Территории, оккупированные во время войны, подлежали обмену. Поэтому Россия возвращала Турции Каре, а союзники — России Севастополь, Евпаторию и другие русские города.

Восточная война нанесла сокрушительный удар всей внешнеполитической системе царизма. Рушились сколоченные им в результате военно-дипломатических побед 1826—1833 гг. ближневосточные позиции, резко упал его международный престиж. «Европа перестала бояться северного колосса на обнажившихся крепостных ногах» — так написал об этом В.О. Ключевский.

В то же время Восточная война явилась сильнейшим толчком к развалу внутренней социальной базы самодержавия. Царизм, по словам Ф. Энгельса, скомпрометировал в этой войне не только «Россию перед всем миром», но и «самого себя перед Россией».

Война обострила всеобщую ненависть россиян к феодально-крепостническому строю и поставила в порядок дня вопрос об уничтожении крепостного права. Словом, Крымская война ускорила назревание революционной ситуации, которая вынудила царизм отменить крепостное право.

Таким образом, если крепостнический режим внутри страны привел к внешнеполитическому краху царизма в Восточной войне, то внешнеполитический крах царизма, в свою очередь, ускорил падение крепостнического режима в России.

Западная (особенно английская и французская) историография изображает Восточную войну как «защиту территориальной целостности Турции» от русской агрессии и преувеличивает успехи союзных войск, причем английские историки ставят во всех отношениях на первое место англичан, а французские — французов. Наиболее характерны монографии француза К. Базанкура «Крымская экспедиция» (1858) и англичанина А. Кинглека «Вторжение в Крым» (1868). Оба автора были участниками войны, писали о ней с большим знанием фактической стороны дела и остались главными авторитетами в изучении этой темы для последующих — не только английских (Г. Темперлей, Д. Гендерсон) и французских (А. Рамбо, Э. Гишен), но и американских (Д. В. Пурьир) исследователей.

Русские дореволюционные историки, напротив, пытались доказать, что Россия в Восточной войне защищалась от агрессии со стороны Англии, Франции и Турции. Вопрос о причинах поражения России они переносили из социально-экономической, области в чисто военную, т. е. сводили их (причины) к ошибкам, военачальников. Что же касается вопиющих безобразий крепостного режима, который на деле и привел Россию к крымской катастрофе, то они затушевывались или вовсе замалчивались. Такая концепция характерна для трех самых крупных в России до 1917 г. исследований на эту тему под одинаковым названием «Восточная война» — М.И. Богдановича (1877), Н.Ф. Дубровина (1900), A.M. Зайончковского (1908—1913). Главное достоинство этих трудов заключается в обилии фактического материала. Авторы (все трое — генералы, а Дубровин к тому же еще академик) досконально изучили предмет исследования и подробно воссоздали ход всех боевых действий.

В советской историографии до конца 30-х годов преобладала точка зрения М.Н. Покровского, который в общих курсах русской истории и в статье «Крымская война» справедливо разоблачал захватнические цели царизма (внутренняя война у большевиков всегда выглядела как империалистическая) и связывал крымское поражение с тотальной отсталостью дореформенной России, но, с одной стороны, он преуменьшал агрессивность противников России, а с другой — недооценивал героизм русского народа.

С конца 30-х годов советские историки освободились от заблуждений Покровского, но обратились в другую крайность — к некоторой идеализации внешней политики России и ее военного искусства с негативной оценкой военачальников «николаевской школы», которой будто бы противостояли В.А. Корнилов, П.С. Нахимов, В.И. Истомин, Э.И. Тотлебен. Этот недостаток заметен в работах И.В. Бестужева, Ш.М. Левина, Б.И. Зверева, Л.Г. Бескровного и даже в капитальном труде Е.В. Тарле, который, однако, по глубине, масштабности, редчайшему сочетанию научной монументальности с художественно яркой формой изложения поныне остается лучшим не только в российской, но и в мировой литературе о Крымской войне. Здесь впервые комплексно освещены все основные — как военные, так и дипломатические, социальные, экономические — сюжеты Крымской войны на широком фоне европейской и мировой политики.

[Kliper]

Зато войска союзников почти вдвое превосходили русскую армию и почти втрое были лучше оснащены и вооружены. Их перевес в людях и технике решил исход сражения 8 сентября 1854 г. на р. Альма. Меншиков с 35-тысячной армией попытался здесь остановить союзников и так был уверен в успехе, что пригласил на поле битвы светских дам, обещая показать им зрелище позорного бегства неприятеля. Бежать, однако, пришлось ему самому. Спасая себя, он потерял свой портфель с ценными бумагами, но сохранил органически присущую ему беспечность и даже острил на бегу: «Если бы я выиграл эту битву, меня сделали бы графом Альмавива! »

Вам это ничего не напоминает?

Итак, вечером 20 июля около 65 тыс. американцев, разделенных на две враждебные армии, стояли у речушки Булл Ран, готовые начать первое в этой войне (и в американской истории!) братоубийственное сражение в столь неслыханных масштабах. Оно получило имя от маленькой речки, на берегах которой развернулось, хотя отечественные историки с давних пор упорно именуют его сражением у Манассаса. Так когда то назвала его пресса мятежников, но со временем в США утвердился «северный» вариант, и конечно же логичнее и нам именовать его так. Булл Ранское сражение в значительной степени определило дальнейший ход войны примерно до осени 1862 г.
Воскресный день 21 июля выдался солнечным. С утра весь вашингтонский «цвет» устремился к Сентервиллу, чтобы посмотреть, как отважный Макдоуэлл задаст трепку трусливому Борегару. Дамы надели нарядные платья, мужчины захватили с собой съестное и виски – намечался забавный пикник с бесплатным представлением. Их уверенность в ослепительной победе не могли поколебать ни жара, ни дорожная пыль, ни даже бредущая им навстречу толпа солдат, лишь условно напоминавшая колонну.
Стр. 15

Началось повальное бегство, особенно на центральном участке сражения. Вот эта, завершающая, часть битвы описана современниками с редким единодушием. Майор северянин Э. Смолл писал: «Макдоуэлл делал отчаянные попытки создать новую линию обороны… но эти попытки были бесплодными… Мы так устали, что не могли покинуть поле сражения с той же скоростью, с какой пришли на него. Солдаты вокруг меня едва тащились и тяжело дышали» . Лейтенант из 57 го нью йоркского пехотного полка Дж. Фэвилл даже по прошествии нескольких дней в смятении писал в дневнике: «Все было в спешке и смятении, дороги были забиты фургонами и орудийными батареями, а по обе стороны от них растекались солдаты, постепенно теряя всякое подобие войска и на глазах впадая в безрассудство. Не было ни арьергарда, ни иных образований для сдерживания противника, и если бы он действительно появился, то всех нас без труда захватили бы в плен» . И подобных свидетельств можно привести десятки.

А расфранченные «зрители», еще пару часов назад радостно приветствовавшие атаковавших северян и уже предвкушавшие немедленный марш на Ричмонд, бежали к Вашингтону, обгоняя солдат. Дорога от Сентервилла до столицы была забита колясками аристократов, орудийными повозками, бегущими солдатами, кое как ковылявшими ранеными, обезумевшими лошадьми…
Стр. 17
С.Н. Бурин "На полях сражений гражданской войны в США"

Отправлено спустя 15 минуты 2 секунды:

Проиграл Меншиков и сражение в районе Инкермана под самым Севастополем 24 октября 1854 г. Действия русского штаба в этом сражении похожи на анекдот.

Так может это и есть анекдот.
Гоша, сочинением сказок занимались не только советские историки.