РККА в бою ⇐ Вторая мировая война

[Кадук]

То есть по вашему Сталин подписывал документы только находясь в своем кабинете?

А где еще? В бане на коленке?

На унитазе в сортире.
Хрущев же говорил об этом.
Правда он сам этого не видал так как в Киеве с Жуковым водку кушал.

[Lew]

А где еще? В бане на коленке?

Например мог подписать на даче (их было две), в поезде и пр.
Примитивно мыслите

[Антон]

Без комментариев.

[Lew]

Да понятно, трудно вам что-то возразить на мои разумные аргументы

[Кадук]

Да понятно, трудно вам что-то возразить на мои разумные аргументы

А в чем их разумность?
С 3 часов ночи до 6 утра Сталин был в Кремле как и почти все члены ставки.
Возглавил маршал Тимошенко.
С 6.05.41 Сталин Председатель СНК.
Он же член Политбюро.
Так где документ подписывался Сталиным?

[Lew]

А в чем их разумность?
С 3 часов ночи до 6 утра Сталин был в Кремле как и почти все члены ставки.

Кадук, ты как обычно заскочил в последний вагон электрички даже не поинтересовавшись откуда и куда она следует.
А следует она отсюда

Дорогой дело не во мне, а в Мифе что Сталин работал в Кремле уже вечером 22 июня 1941 года

Отправлено спустя 3 минуты 26 секунд:

С 3 часов ночи до 6 утра Сталин был в Кремле как и почти все члены ставки.

а вот тут ты снова забыл добавить ВЕРЬ МНЕ - Я ЗНАЮ

[Кадук]

А в чем их разумность?
С 3 часов ночи до 6 утра Сталин был в Кремле как и почти все члены ставки.

Кадук, ты как обычно заскочил в последний вагон электрички даже не поинтересовавшись откуда и куда она следует.
А следует она отсюда

Дорогой дело не во мне, а в Мифе что Сталин работал в Кремле уже вечером 22 июня 1941 года

Ну и что?
Вы с Антоном спорили не о 22 июня.
Причем Вы как обычно спорили ради спора.
Флеймораст одним словом.

[Lew]

Ну и что?
Вы с Антоном спорили не о 22 июня.

Кадук, до тебя доходит как до жирафа

Не знаю что мне пытался доказать Антон, могу лишь говорить за себя.
Я ему пытался донести 2 мысли:
1. записи в журнале посещения кабинета Сталина не являются 100% свидетельством того, что посетителей принимал именно Сталин;
2. не всегда Сталин подписывал документы в своем кабинете, он их подписывал находясь и в других местах.

Если вы оба с этим не согласны - мне фиолетово, не вижу смысла доказывать очевидное

[Кадук]

Ну и что?
Вы с Антоном спорили не о 22 июня.

Кадук, до тебя доходит как до жирафа

Не знаю что мне пытался доказать Антон, могу лишь говорить за себя.
Я ему пытался донести 2 мысли:
1. записи в журнале посещения кабинета Сталина не являются 100% свидетельством того, что посетителей принимал именно Сталин;
2. не всегда Сталин подписывал документы в своем кабинете, он их подписывал находясь и в других местах.

Если вы оба с этим не согласны - мне фиолетово, не вижу смысла доказывать очевидное

А для чего тогда доказываете и спорите?
Правая половина мозга не ведает,что делает левая?
А слово очевидное означает -убедится собственными глазами.
Вы видимо лично присутствовали при подписании документа.
А что подписывал в других местах -согласен.
В Тегеране к примеру и Ялте.

[Lew]

Мистер Кадук, на ваше понимание я не рассчитывал и писал не для вас
Лишь полюбопытствую, вы написали:

С 3 часов ночи до 6 утра Сталин был в Кремле

Откуда вы знаете что 23.6. С 3 часов ночи до 6 утра Сталин был в Кремле?

Ответ дадите, или опять всё закончится как обычно?

[Gosha]

РАЗГРОМ 25-ГО СТРЕЛКОВОГО КОРПУСА В РАЙОНЕ ВИТЕБСКА

В шестом номере журнала «Военно-исторический архив» опубликовано донесение Главного военного прокурора заместителю наркома обороны СССР Л. 3. Мехлису от 27 сентября 1941 года, составленное по материалам расследования боевых действий 25-го стрелкового корпуса в районе Витебска в период с 10 по 20 июля 1941 года. Безусловно, у вас уже сложилось свое негативное мнение и о товарище Л. 3. Мехлисе, и о расследованиях военной прокуратуры того периода. Отчасти они справедливые, и нет надобности переубеждать вас в другом. Но факты, изложенные в данной докладной записке, говорят о многом. Предлагаю отдельные фрагменты этого документа и небольшие комментарии по нему.

25-й стрелковый корпус в составе трех (127-й, 134-й и 162-й) стрелковых дивизий 1 июля 1941 года был переброшен под Витебск из Донбасса (формировался в городе Сталино, нынешний Донецк). Следовательно, в своем составе он мог иметь около 45 тысяч человек личного состава, около 400 орудий и минометов калибра 76-мм и выше, порядка 150, 45-мм противотанковых и около 50, 37- и 76-мм зенитных пушек, до 1500 автомашин, около 300 тракторов. Это не считая пулеметов, винтовок, карабинов, средств связи, лошадей... Управлять всем этим сложным боевым хозяйством было поручено генерал-майору С. М. Честохвалову, начальнику штаба корпуса полковнику Виноградову и бригадному комиссару Кофанову.

Безусловно, кто-то возразит мне, заявив, что едва ли соединения данного корпуса были укомплектованы и оснащены по штатам военного времени (штат 04/400 от 5.04.1941 г.). Но надо учитывать, что 25-й стрелковый корпус начал переброску с мест постоянной дислокации после его пополнения за счет людей, призванных из запаса. Вооружением он мог пополняться как в период формирования, так и по пути движения и непосредственно на месте. Военных складов на линии Днепра было предостаточно. Я также допускаю, что штатный комплект тяжелого вооружения и боеприпасов был не полный, но посмотрим дальше.

По прибытии в Киев командир корпуса получил боевую задачу на занятие обороны по реке Западная Двина от Витебска до города Сурж-Витебский на фронте примерно 70 километров. Безусловно, нормативы несколько превышали довоенные. На стрелковую дивизию приходилось до 23 километров фронта обороны. Но при этом нужно понимать, что дивизии должны были обороняться за рекой и на каждый километр фронта обороны приходилось до 15 пулеметов, около 6 орудий и минометов калибра 76-мм и выше, по несколько противотанковых пушек, а также несколько сотен пехотинцев, вооруженных винтовками и карабинами. Теоретически держать оборону такими силами вполне возможно, тем более что далеко не все подступы к реке одинаково доступны для танков и пехоты противника. Оставалось только ее правильно организовать, а затем оперативно управлять подчиненными соединениями и частями в бою. Но материалы расследования говорят совсем о другом.

«Погрузка и отправка частей по железной дороге из Киева проходила 2—4 июля. Руководство погрузкой и продвижением частей отсутствовало, в результате чего прибытие эшелонов не согласовывалось с предстоящим выполнением боевых задач». Тем не менее к И июля в район сосредоточения корпуса (севернее города Витебска у села Мишутки) прибыли штаб корпуса, 442-й кавалерийский, 515-й, 162-й и 738-й стрелковые полки, а также 410-й легкий артиллерийский полк, дивизион гаубичного артиллерийского полка и 263-й отдельный батальон связи. Несколько правее штаба корпуса в районе села Прудники расположился штаб 134-й стрелковой дивизии, а также по два стрелковых батальона от 629-го и 738-го стрелковых полков, батальон связи, один дивизион гаубичного артиллерийского полка, зенитно-артиллерийский дивизион.

Как известно, фланговое передвижение больших масс войск всегда чревато большими опасностями и должно быть четко согласовано с выдвижением других соединений, осуществляющихся из тыла в сторону фронта и от фронта в тыл (эвакуация). В первую очередь организовывается занятие максимально удаленных рубежей, а затем ближних. Кроме того, каждый рубеж в первую очередь занимается передовым отрядом, усиленным саперами и артиллерией, а затем туда выдвигаются основные силы соединений по мере их прибытия. С начала развертывания в полосе обороны организуется разведка противника, туда выдвигаются командные пункты всех соединений, а со всеми полосами и участками обороны устанавливается связь. И опять мы видим, что того комплекта сил, которые осуществили выдвижение в первом эшелоне 134-й стрелковой дивизии, было достаточно для выполнения задач первой очереди при отсутствии непосредственного соприкосновения с противником.

11 июля передовые батальоны дивизий заняли оборону ЦО западному берегу Западной Двины, остальные части — РО ее восточному берегу. Но в этот день участок обороны, Занимаемый двумя батальонами 501-го стрелкового полка, был атакован «мотомехчастями противника неизвестной численности (разведка отсутствовала) и прорвались через Западную Двину на шоссе Витебск — Смоленск и Витебск — Сураж. Указанные два батальона, не имея надлежащего руководства, в панике разбежались. Охваченный паникой «окружения», в ночь на 12 июля начал менять свое местонахождение штаб корпуса. К 16.00 12 июля командир корпуса генерал-майор Честохвалов с группой штабных командиров и батальоном связи, бросив часть автомашин, прибыли на КП 134-й сд в село Прудники. Их прибытие сразу внесло панику в части дивизии, так как прибывшие, в том числе и сам Честохвалов, панически рассказывали о якобы нанесенных немцами потерях частям 162-й сд, бомбежке их с воздуха и т.п. К 17.00 в тот же день генерал-майор Честохвалов сообщил, что мехчасти противника прорвались в районе Витебска и движутся по шоссе Витебск — Сураж, а «штаб окружен», и приказал корпусным частям отходить на восток, бросив на произвол находившиеся в обороне на западном берегу Западной Двины части 134-й сд».

Комментарии: Правильно организовав боевое обеспечение по западному берегу реки Западная Двина и расположив главные силы на ее восточном берегу, командир корпуса не позаботился о взаимодействии этих сил. Мост не был надежно прикрыт пехотой и артиллерией и не готовился к взрыву. Разведка противника не велась. Прорыв противника на одном направлении привел к возникновению паники среди руководства корпуса, которая начала распространяться в войска.

«После указаний командира корпуса Честохвалова об отступлении началось паническое бегство на восток. Первым побежал штаб корпуса и 2-й эшелон штаба 134-1 сд, возглавляемый начальником штаба дивизии подполковником Светличным, который с 9 июля на КП отсутствовал — «отстал» и только к моменту отхода 12 июля прибыл в село Прудники. Автомашины без руководства в панике неслись на восток на местечко Ян- ковичи... 13 июля штаб корпуса остановился у местечка Янковичи, но 14 июля переехал в лес у села Понизовье, бросив всякое управление частями корпуса. По примеру штаба корпуса разбегались воинские части, не оказывая никакого сопротивления противнику, бросая материальную часть и снаряжение».
Комментарии: Корпус начал отход с занимаемых позиций без приказа свыше, не только не войдя в соприкос- ловение с противником, но и не разобравшись в реально сложившейся обстановке.

Элементарные правила отхода были нарушены: не были определены маршруты отхода, промежуточные рубежи и силы для их занятия, конечный рубеж отхода войск, не был организован отвод тяжелой техники, артиллерии и вывоз другого военного имущества, отсутствовала организация связи на этапе отхода. Все это, безусловно, привело к тому, что отход практически сразу же приобрел вид панического бегства.

[Gosha]

ПУЛЕМЕТНАЯ ДРАМА

«Первый после Сталина. Оружейник Дегтярев мог снабдить целую армию образцами своего оружия не принятого на вооружение».


Про Василия Алексеевича Дегтярева (2 января 1880 г. — 16 января 1949 г.) говорят, что он в одиночку был готов вооружить целую армию.

Действительно, в Великую Отечественную войну РККА воевала его пистолетами-пулеметами ППД, ручными пулеметами ДП-27 и крупнокалиберными ДШК, противотанковыми ружьями ПТРД… В день 140-летия конструктора АиФ.ru рассказывает только о двух его разработках. О самой удачной и самой неудачной.

Пулемет, лучший друг пехоты

Незадолго до смерти Дегтярев надиктовал небольшую книгу мемуаров «Моя жизнь». О своем ручном пулемете он рассказывал в ней так:
«Это было поздней осенью 1924 года. Пассажирский поезд, отяжеленный товарными вагонами, шел медленно. Стояла хмурая ночь. Дождь уныло стучал в стекла, навевая на душу тоску. Я сидел на скамейке задумавшись, от времени до времени поглядывая на массивный ящик, положенный в проходе между сиденьями. Шумные пассажиры, состоящие в основном из спекулянтов и торговцев (ведь это было в расцвете нэпа), косились на ящик и отпускали по моему адресу разные шутки.

Один даже прямо опросил меня, что за товар я везу в этом ящике. Конечно, этим коммерсантам никогда бы не могло прийти в голову, что человек в скромном поношенном пальто и барашковой шапке — изобретатель и что в этом массивном ящике лежит плод многолетних работ, грозное оружие — первый русский пулемет».

Конструктор не лукавил. Пулемет, который он вез из Коврова в Москву, действительно вскоре стал первым образцом советского автоматического оружия под названием ДП-27. То есть пулемет Дегтярева пехотный образца 1927 г. До самого конца Великой Отечественной войны пулемет Дегтярёва был основным, а часто единственным автоматическим оружием советской пехоты в звене отделение-взвод. Именно на «дегтяря» молились солдаты перед лицом наступающего противника. Как правило, пулемет не подводил. Фронтовики отмечали, конечно, что емкость дискового магазина («блин» по-простому) в 47 патронов недостаточна. Что сошки иногда отваливаются. Что механизм слишком чувствителен к попаданию пыли, грязи и снега. Однако альтернативой ДП-27 был пулемет «Максим», иметь который стрелковому отделению и даже взводу не полагалось по штату. К тому же «Максим» относится к классу станковых пулеметов и весит со станком и водой в кожухе охлаждения под 70 кг. А ДП — чуть больше 10 кг.



Пулеметная драма

О другом своем детище, пулемете Дегтярева станковом (ДС-39), Василий Алексеевич в мемуарах даже не упомянул. Хотя потратил на него более 10 лет жизни. Неудивительно. История принятия на вооружение станкового пулемета взамен порядком устаревшего «Максима» по праву называется среди оружиеведов пулеметной драмой.

Задание на проектирование облегченного образца станкового пулемета было дано Штабом РККА 13 июля 1928 года, а уже 2 августа Артиллерийский комитет разработал тактико-технические требования к нему. Этот документ представляет собой классическую историю о том, как слишком большие запросы военных могут угробить самый заманчивый с технической точки зрения проект. Штаб потребовал, чтобы в пулемете было предусмотрено 2 режима огня: более низкий по наземным целям (600 выстрелов в минуту) и более высокий — по воздушным (1200). Мало того, заказчик хотел, чтобы к пулемету подходили разные типы боеприпасов. Речь о самом старом образце патронов калибра 7,62 мм, имеющих так называемую фланцевую гильзу. То есть такую, у которой нижняя часть выступает за габариты гильзы. По сути, пора было переходить на более современные бесфланцевые патроны, но старых в СССР накопилось огромное количество. Равно как и не менее старых матерчатых пулеметных лент. Их руководство РККА также хотело сочетать с современными металлическими лентами.

Дегтярев кропотливо воплощал все «хотелки» в жизнь. В 1939 г. многострадальный пулемет все-таки был принят на вооружение. «Максим», соответственно, сняли с производства. Но из войск тут же пошли рекламации: старые гильзы в патроннике рвутся, пулемет «жует» ленту и т. д.

Хорошо задуманная система нуждалась в доводке, но тут началась война. Дегтярев попросил 3-4 месяца на устранение недостатков, но их ему не дали. Руководство предпочло вернуть в производство «Максим», что и было сделано в течение одной недели.

В итоге новый «станкач» конструктора Горюнова появился в СССР только в 1943 г., а «Максим» дошел до Берлина. Но пулеметы ДС-39 участие в войне все-таки приняли. Правда, не на нашей стороне. В ходе Зимней войны штук 200 попало к финнам, которые вполне успешно эксплуатировали их и после 1945 г. В Финляндии они прошли модернизацию, последние ДС-39 были списаны только в 1986 г. Знал ли про это второй в СССР Герой Социалистического Труда (первым был Сталин) Василий Дегтярев, неизвестно.