Гипотеза 793-1066 ⇐ Средневековье

[Gosha]

Типологию топоров в начале XX века разработал Ян Петерсен.

Любой боевой топор – крайне небольшой именно в силу своей боевой направленности: им нужно много и ловко размахивать. Значит, тяжелым он быть не должен (иначе рука устанет слишком быстро), отсюда и скромные размеры. Но с течением времени появляется то, что в классификации Петерсена относится к типу М: бродекс. Это широкая секира – в сагах ее называют «великанша битвы»; обычно ее держат двумя руками. Именно такие двуручные топоры вышиты на знаменитом ковре из Байё в качестве вооружения саксонских хускарлов.

[Gosha]

Не следует, впрочем, думать, что они имели гигантские размеры. В конце концов, это же не топор для разделки мяса. Если читатель уже вознамерился посетить Интернет на предмет соответствующих изображений, то считаю своим долгом предупредить: не стоит принимать на веру реконструкторские фотографии, на которых такой топор посажен на древко длиной почти 2 м. Это, мягко скажем, преувеличение. В действительности бродексы, как правило, имели древки примерно 1,1–1,2 м в длину, а лезвийная часть в большинстве случаев достигала 23–25 см, но это нисколько не умаляло их разрушительных качеств.

[Gosha]

Такие размеры, в сочетании с небольшим весом, оптимальны для того, чтобы топор можно было взять двумя руками – и нанести удар невероятной силы. Очень широкая лезвийная часть на двуручном хвате против доспехов того времени – в высшей степени смертельная вещь. Бродекс являлся самым мощным оружием, имевшимся в распоряжении у тогдашней пехоты.

Страшнее его было, пожалуй, лишь кавалерийское копье в руках у умелого всадника.

[Gosha]

Заканчивая разговор о топорах, перечислю несколько образцов.

Знаменитый топор из захоронения Маммен, наверное, самый знаменитый топор эпохи викингов из Дании X века, шикарно украшенный орнаментом в известном «зверином» стиле. Это одноручный топор, который использовался очень богатыми людьми. В Музее истории культуры в Осло выставлен не менее знаменитый топор из Лангейда. Его характерная черта – выраженное мощное утолщение лезвийной части. Сразу оговорюсь: лезвие наварено, как мы уже наблюдали у мечей из твердой стали. Более того, основание древка, которое погружено в секирную втулку, оковано для повышенной крепости бронзой. В самом тонком месте ее толщина составляет около 4–5 мм – совсем немного. Максимальная длина лезвийной грани – порядка 24 см.

Его упрощенная и серьезнейшим образом облегченная версия – топор из Людвигшара, выставленный в Национальном историческом музее в Копенгагене: он представляет собой точно такую же секиру, только с полностью выбранной внутренней плоскостью. Другими словами, от секиры у него осталась лишь рамка.

[Gosha]

Ну и конечно, копье.

Это самое массовое оружие, которое было главным инструментом поражения как у викингов, так и у их противников. Именно копьем можно достать человека издалека. Значительно расширяя возможности воина, оно отличалось вполне демократичной стоимостью (у франков, как мы помним, копье вместе со щитом оценивалось в 2 солида, а меч – в 7 солидов).

[Gosha]

Взять, к примеру, саксонское копье VI века. Оно довольно сложной формы, имеет две выборки по лезвийным частям для усиления режущего эффекта, особенно при извлечении из раны. Впрочем, им можно было и ударить (как, допустим, коротким мечом на древке), просто нанеся порез. Это копье весьма прихотливо украшено и, что самое главное, дамаскировано.

Теперь стоит взглянуть на рогатины IX–X веков: при их производстве тоже применялась дамаскировка, а вот форма была предельно проста.

В более позднее время практически перестают встречаться сложные формы наподобие лаврового листа, характерные для эпохи Меровингов и доставшиеся ей, вероятно, еще от Великого переселения народов. Так что в соответствии с общей тенденцией и копье упрощается, причем до такой степени, что в XI веке становятся распространенными экземпляры, изготовленные просто из куска стали.

[Gosha]

Часто встречаются копья с небольшой перекладинкой, предназначенной для того, чтобы противник (неважно, кто он – человек или медведь), «надеваясь» на копье, не приблизился на опасное расстояние к воину (охотнику). Во многих копьях такая перекладина не предусмотрена, однако к ним в самом узком месте втулки с помощью прочного кожаного шнурка привязывалась «крестом» определенной длины палка, игравшая ту же роль.

[Gosha]

Кстати, понятие «рогатина» происходит от слова «рог», а не «рога»: она с одним клинком. В выражении «лезть на рожон» имеется в виду именно это приспособление. Скандинавы называли его «кол в броне». Благодаря весьма протяженной боевой части им можно было еще и рубить. Часто таким оружием пользовались без щита, держа двумя руками, так как оно не очень длинное (как правило, короче небольшого копья, которое держали в одной руке вместе со щитом) и древко его достаточно толстое. Соответственно, удобно было бить с размаху, к тому же на конце древка был укреплен фактически меч – до 40 см в длину. Сплошное удобство, ведь с ножом (пусть даже и с длинным саксом) требуется подходить к противнику очень близко, а если, образно выражаясь, привязать нож к палке – становится гораздо ловчее.

[Gosha]

Мы тем временем закончили свое ознакомление с наступательным оружием – и переходим к защитному вооружению. Шлемы эпохи Переселения народов рассматривать не станем и сразу обратимся к эпохе Венделя, а конкретно – к захоронению Вендель-14. Это 14-й курган из местечка Вендель в Швеции, где найдены эти королевские погребения. (Такие же имеются и в Вальсгерде.) В нем был обнаружен очень сложный шлем, являющийся образцом серьезного
эволюционного развития римского шлема.

Нащечники смыкаются перед лицом и запираются шкворнем, практически как у шлема армэ XV–XVI веков. Наносная часть – очень мощная, глубокая и широкая, то есть лицо закрыто почти целиком, причем предусмотрены характерные боковые вырезы около глаз и около рта, совершенно в римской традиции: таким образом, владелец шлема имел возможность смотреть вбок, чтобы ориентироваться в пространстве и вовремя принимать меры против коварных врагов, а также беспрепятственно общаться с коллегами по битве и, самое главное, быть понятым ими.

[Gosha]

Сам по себе шлем, конечно, гораздо менее прочный, чем римские аналоги, потому что те делались, как правило, из одного куска стали, были монолитными и не имели соединительных частей. Этот же шлем полностью отвечает традициям изготовления шпангенхельмов, то есть клепаных шлемов, времен Великого переселения народов.

Нетрудно догадаться, что любое изделие, имеющее заклепки, менее прочное, чем монолитная деталь. Тем более что эти заклепки поставлены не с помощью пресса в заводских условиях, а вручную; к тому же заклепка по определению должна быть мягче, чем сталь (иначе ее невозможно будет установить). Однако таковы исторические реалии: эпоха Переселения народов практически полностью уничтожила промышленность Римской империи, поэтому все, что оставалось, – только копировать форму. Что же касается прочностных характеристик, то их так просто не сымитируешь – по крайней мере при сопоставимых толщинах.

[Gosha]

Однако кое-что эти умельцы смогли сделать лучше, чем римляне: они роскошно украсили свое изделие.

Весь шлем из погребения Вендель-14 покрыт пластинами из посеребренной бронзы, которые с поразительной точностью изображают как детали материальной
культуры, так и способы применения оружия того времени. В частности, на одной хрестоматийно известной пластине два воина сражаются со щитами, причем один из них в кольчуге, а другой – в очень точно изображенном длинном англосаксонском одеянии. Начали бой они с метания копий – у одного в щите, у другого в полах одежды
застряли метательные копья с обратными зубцами (ангоны), причем они погнуты: именно этим славился в свое время римский пилум, обладавший длинной гнущейся втулкой, сгибавшейся при попадании в щит и создававшей этим массу проблем.

[Gosha]

Отдельного разговора заслуживает блестящий, абсолютно шикарный шлем из Саттон-Ху (Англия). Он добыт из королевского захоронения, причем это одно из немногих погребений того времени (начало VII века) с настоящим полным кораблем; более поздние встречаются гораздо чаще. Несомненно, вооружение такого рода никак не могло быть массовым: если простой шлем стоил 6 солидов, то стоимость этого шедевра просто невозможно представить. Позолота, инкрустация серебряной и золотой проволокой, серебряные пластины с чеканкой, драгоценные камни (гранаты), рельефные изображения взмывающей птицы, дракона и кабаньих голов – в масштабе современных цен этот шлем можно сравнить, пожалуй, с натуральным «Бентли» на голове.

[Gosha]

Однако к VII–VIII векам и англосаксонский мир постигло упрощение шлемов. Возьмем, к примеру, шлем из Нортгемптоншира (Англия), хронологически относящийся к
меровингско-вендельской эпохе. Между этим шлемом и находкой из Саттон-Ху не так уж много времени, и расположены эти погребения недалеко друг от друга. Тем не менее внешне они очень разные, и у нортгемптонширского экземпляра бросается в глаза значительное упрощение: конструкция очень незатейлива – это шпангенхельм из четырех сегментов, которые положены под ребреный каркас и снизу приклепаны к венцу.

Наголовье предельно простое. К тому же этот шлем совсем лишен украшений (если не считать крохотных гранатов, вставленных вместо глаз у фигурки кабана, венчающей гребень шлема). Можно предположить, что у заказчика банально не хватило средств.

[Gosha]

Обращаю внимание читателей: два последних шлема отмечены так или иначе изображениями кабана (вепря). Это тотемное животное, имеющее большое значение в средневековой культуре, особенно в поэзии. В рамках нашей беседы достаточно будет отметить, что на шлемах он играет роль апотропея (оберега), и эта роль невероятно важна. В сагах и в эпических песнях часто упоминается, что он участвует в бою на равных со своим хозяином. Еще одна деталь: шлем из Нортгемптоншира, к сожалению, сзади обломан, и мы не знаем, что было у него на затылке. У реконструкторов сегодня принято добавлять туда кольчужную защиту шеи – не совсем понятно, на каком основании. С таким же успехом там мог быть и монолитный назатыльник, как на шлеме из Саттон-Ху.

[Gosha]

Со шлемом из Нортгемптоншира перекликается шлем из Йорка, найденный на улице Коппергейт в Йорке (Англия) при выравнивании строительной площадки. Раскапывали старый колодец для мусора, а нашли шлем, который закончил свое существование в IX веке (то есть в самый разгар эпохи викингов). Конструктивно он точно такой же, только гораздо богаче украшен. А вот сравнивать его со шлемом из Саттон-Ху было бы совершенно не благодарным занятием, ведь с тем
произведением искусства ничего и рядом не стояло, наверное, века до шестнадцатого.

[Gosha]

На исторической сцене разворачивается эпоха викингов – и упрощение шлемов становится необратимым. Вот, в частности, знаменитый шлем с полумаской из норвежского Гьёрмундбю, который нашли в 1943 году и укрывали от фашистов, чтобы те не додумались его использовать в качестве «наследия предков». Шлем, датируемый концом IX – началом X века, имеет довольно сложную конструкцию: стандартные четыре сегмента положены не под каркас, а между каркасными пластинами; их по две с каждой стороны, и они стянуты заклепками насквозь. Сами пластины между собой не склепаны, их стягивает каркас. Внизу, как и положено, – фиксация на венце.

/up & down - UranGan/

[Gosha]

Точно такая же маска, датируемая X веком, найдена в Локруме, на острове Готланд . Интересно, что аналогичную маску обнаружили в Киеве. Еще один фрагмент полумаски такого же типа нашелся в датском местечке Тьеле в 1850 году, в собрании кузнечных принадлежностей, относящемся к X веку, однако долгое время не удостаивался должного внимания – и получил признание как фрагмент шлема лишь в 1980-е годы. Все эти артефакты покрыты серебром и частично позолочены. В отделке полумаски из Гьёрмундбю использована всечка вертикальных серебряных полос, то есть можно сделать вывод, что изготовление подобных предметов достигло практически предельной примитивности.

/up & down - UranGan/

[Gosha]

Конечно же, они продолжали оставаться вещами недешевыми, однако их уже мог позволить себе богатый крестьянин, бонд, у которого есть хутор с 3–4 десятками домочадцев и слуг (может быть, даже с рабами-трэллами), есть пара кораблей, на которых он ловит сельдь… Такой человек был в состоянии без раздумий приобрести подобный простенький шлем. Отмечу, что в эпоху викингов обладание шлемом – любым – означало известный уровень достатка его владельца, своего рода корона.

В сагах содержится много подробных описаний одежды и доспехов действующих лиц, и шлему в них всегда отводится одно из главных мест. Кстати, признаком принадлежности к определенной прослойке общества являлась, помимо шлема, покраска ткани. В сагах уделяется немало внимания цвету одежды героев – либо указывается конкретный цвет (синий, алый, голубой, травянисто-зеленый и т. д.), либо отмечается сам факт покраски:

«Они едут весною на тинг в сопровождении сорока человек,
все в крашеных одеждах» («Сага о Гисли»).
«Все они были в крашеных одеждах» («Сага о Ньяле»).

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

У небогатого большинства дружинников шлема не имелось, и одежда была некрашеная. Впрочем, не нужно думать, что в Европе такие шлемы имели широкое распространение: скорее всего, они представляют некую местную, скандинавскую традицию. Тем временем упрощение технологии изготовления шлемов продолжилось.

Яркими примерами данной тенденции являются полусферические шлемы-черепники, найденные в швейцарских землях, не очень удаленных друг от друга. В Шамосоне был обнаружен шпангенхельм простейшей конструкции, с очень примитивным орнаментом на венце, а в замковом холме в Нидеральте – уже чуть более сложный цельнокованый цельнотянутый шлем, напоминающий средневековый сервильер.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

По всей видимости, эти находки относятся к X–XI векам. Они представляют собой уже более технологичные и дешевые изделия, чем шлем из Гьёрмундбю. Такое вооружение мог купить для себя или для своего дружинника буквально любой мало-мальски обеспеченный человек. Сохранилось большое количество совершенно однотипных изображений подобных шлемов. Много их встречается в Северной Италии, то есть на территории бывшей империи Каролингов; среди них, в частности, – хорошо известное изображение на сосуде для святой воды из Ломбардии (конец X века).

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Итак, наблюдаем, как шлем из Гьёрмундбю претерпевает все большее упрощение и становится доступен все более широким народным массам. Традиция изготовления шпангенхельмов все заметнее размывается, постепенно преобразуясь в европейский «почерк» производства шлемов, который если и применялся викингами, то уже на славянских территориях.

Приведу в качестве образца шлем из Гнёздово Смоленской области (тип I по классификации А. Кирпичникова): он склепан из двух сегментов через поперечную полосу и венец. В результате исследований этого шлема, проведенных специалистом по древнерусскому оружию С. Каиновым, стала возможной его точная реконструкция. Шлем, безусловно, очень простой, но в нем еще прослеживаются отголоски нетехнологичности прежних времен, когда о соотношении качественного результата и усилий, затраченных на его достижение, не особенно задумывались.

Скажем, для скрепления сегментов шлема между собой хватило бы в несколько раз меньшего количества заклепок (интересна, кстати, их форма – сложная, полу-грибовидная), чем их на самом деле поставлено. На боковых сегментах предусмотрены ребра жесткости – для большей прочности в случае бокового удара. Точно такой же шлем (что любопытно – с примитивным наносником) найден на территории Великой Моравии, около Праги.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Гнёздово – место расположения обширной скандинавской фактории с курганным могильником совершенно невероятных размеров, в котором абсолютно все богатые захоронения имеют ярко выраженные следы скандинавских погребальных ритуалов и отличаются большим количеством предметов, этнически маркированных именно как скандинавские. Конечно же, эти предметы щедро «разбавлены» вещами местного производства, а также привезенными из Византии, Великой Моравии, владений Хазарского каганата (с Кавказа и Волги). Многие подобные свидетельства межнациональных отношений попадали и в Скандинавию. Скажем, в погребениях встречаются фрагменты хазарских кафтанов и широченных шаровар, на которые, по свидетельству современников , шло до 100 локтей материи. Есть все основания считать такие штаны, зафиксированные в изобразительных материалах своего времени , тоже заимствованием с Востока, да еще и в гипертрофированном виде, заставляющем суровых северян выглядеть этакими запорожцами.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Переходим к окончанию эпохи викингов. Конец X–XI века: знаменитые шлемы с наносником. Образцом нам послужит довольно сложный и относительно ранний так называемый шлем святого Вацлава из Праги, который имеет цельнокованый купол с довольно сложным наносником и венцом полукруглого профиля; все сохранившиеся части обода и наносник покрыты серебряной насечкой (пусть и примитивной). Как только мы переходим мысленно в XI век,
перед нами сразу оказываются шлемы из реки Маас (на территории современной Бельгии), из чешского города Ольмюца, из Ледницкого озера в Польше, а также множество других созданных по одной технологии. Они представляют собой коническую или куполовидную каску с наносником, у которой наиболее сложной с технологической точки зрения частью является соединение этого наносника с куполом.

Тонкий наносник очень быстро сомнется и будет бесполезен, а толстый (при достаточно тонком куполе ) при первом же ударе отломится из-за перепада толщин. Поэтому приходилось искать компромиссные варианты – и делать очень толстым именно основание носа (в таком случае сам наносник получался не более 4 мм в толщину) либо же предусматривать профилированный наносник, снабжая его ярко выраженным выступом-ребром.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Вероятно, в таких шлемах и сражались воины Харальда Хардрады при Стэмфорд-Бридже. Гадать здесь не приходится, ведь точно такие же экземпляры запечатлены на вышитом ковре из Байё, посвященном битве при Гастингсе (случившейся, напомню, вскоре после Стэмфорд-Бриджа), и на сотнях других изображений того времени – как скульптурных, так и живописных, включая книжные миниатюры.

От шлема из Гьёрмундбю их отделяет век-полтора, но за это время, как выясняется, произошло такое невероятное упрощение технологии производства, что появилась возможность снаряжать в такие шлемы фактически целые армии.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Может задать вопрос: как же так – викинги на севере, Чехия гораздо южнее; на каком основании относим найденные там шлемы к викингским? Ответ прост: однотипное вооружение было распространено на территории буквально всей Европы. Изображения подобных шлемов найдены и в Швеции, и в Испании. Правда, некоторую проблему представляет тот факт, что в самой Скандинавии таких до сих пор не обнаружено.

Впрочем, не забудем, что это уже XI век и христианизация тогда стремительно шагала по скандинавским землям: она привела к тому, что прекратились массовые захоронения воинов со всем их профессиональным инвентарем. Не исключено, что, останься скандинавы язычниками, – глядишь, и нашлись бы такие артефакты.

/a principio ad finem – UranGan/