Гипотеза 793-1066 ⇐ Средневековье

[Gosha]

Например, археологи Элис Бемер, Мортимер Уилер и Ян Петерсен, тщательно исследовавшие материальную культуру, в том числе и оружие, поделили мечи на типы по форме эфесов, учитывая соотношение навершия, перекрестья и рукояти, а также их оформление.

Другой специалист, Эварт Оукшотт, действовал как оружиевед: он не имел специального образования, однако был известным коллекционером и очень много читал на эту тему, достигнув в конце концов прекрасного знания предмета. Оукшотт продолжил типологию Уилера, исследовавшего мечи раннего Средневековья – от эпохи Великого переселения народов и позже, и развил ее до начала XVI века.

[Gosha]

При этом он внес в уилеровскую типологию замечательную поправку: исследовал меч не как единый объект, а как многоэлементный комплекс, в который, в частности, входят клинок, гарда и навершие.

А кто мешал, скажем, тем же викингам взять уже бывший в употреблении клинок, сбить с него старый эфес и полностью его переоснастить?

Значит ли это, что, в соответствии с системами Бемера или Петерсена, полностью поменяется тип меча, ведь клинок остается одним и тем же? Поэтому Оукшотт догадался разделить классификацию наверший, классификацию гард и классификацию клинков.

[Gosha]

Это действительно стало большим прорывом в изучении оружия: в 1960 году Оукшотт издал великолепную книгу «Археология оружия» (The Archaeology of Weapons), затем – «Меч эпохи рыцарства» (The Sword in the Age of Chivalry).

Однако его классификация при всей ее прогрессивности была полностью оторвана от хронологических и генетических рядов; из нее невозможно было проследить, что из чего происходит и что когда существовало. Необходимо было разбираться с каждым экземпляром отдельно, что оказалось очень неудобно; поэтому археологи редко пользуются этой классификацией.

[Gosha]

А. Н. Кирпичников, изучая русское вооружение (мечи, сабли, копья, топоры), взял за образец опорную классификацию Петерсена и составил точно такую же, исходя из формы эфеса и поместив исследуемые артефакты в типо-хронологические ряды. Тем не менее данная типология, несмотря на все свои положительные стороны,
очень плохо работает с точки зрения оружиеведения, потому что в ней не учитывается масса необходимых параметров, среди которых важнейший – это клинок, главный поражающий элемент холодного оружия.

Одним словом, классификация Петерсена – Бемера – Кирпичникова недостаточно подробно исследует сам артефакт, изучая общую культуру; типология Уилера – Оукшотта не исследует собственно культурное явление, зато обращает хорошее внимание на сам предмет.

Положение усугубляется еще и тем, что за последние годы раскопано невероятное количество артефактов, кое-какие из которых не подпадают ни под один из описанных типов. В настоящее время мы стоим перед фактом, что обе типологии устарели и нуждаются в переработке – нужны новые. Однако, пока этого не
сделано, приходится пользоваться тем, что есть.

[Gosha]

Теперь посмотрим на мечи эпохи Великого переселения в типологии Элиса Бемера (в которой предусмотрены четыре типа эфесов).

Первый тип – прямое перекрестье, прямое навершие и трубчатая, отдельно насаживаемая рукоять. В датском озере Крагехул таких мечей не меньше сотни.

Второй тип - в музее Клюни хранится так называемый меч Теодориха Великого. К сожалению, подлинная кожаная рукоять по естественным причинам не сохранилась, зато сам меч относится к классике заключительного периода Великого переселения: красная эмаль с золотой перегородкой и очень широкий клинок, совершенно прямой, идеально совпадающий с позднеримскими кавалерийскими спатами. Собственно, это и есть спата, просто переоснащенная другим эфесом.

[Gosha]

Третий тип – еще один великолепный меч из озера Крагехул, очень показательный, с Х-образным эфесом, когда рукоять в центре очень узкая и имеет выраженное расширение к навершию и гарде. Прошу обратить внимание – клинки у всех этих мечей очень разные типологически (к вопросу об эффективности классификации по эфесам: она, по большому счету, не работает, а лишь описывает эфесы). Он двудольный, с ярко выраженной колющей способностью – в отличие, скажем, от меча Теодориха, который является явно рубящим мечом с отсутствием сужения к острию вообще (видимо, так достигается специфический баланс, позволяющий рубить со всего размаху прямо с коня).

Четвертый тип. Приведу в пример два реконструированных меча: один из Финляндии, другой из Швеции, из Вальсгерде (знаменитые курганы эпохи Венделя, VI век). Это так называемый Hringsverd, «меч с кольцом», описанный во многих источниках вплоть до скандинавских саг: в них регулярно у ожившего покойника,
поднявшегося из кургана, отнимают меч, и он оказывается с кольцом, что указывает на его очень почтенный возраст, поистине «седую древность». Кольцо, понятное дело, изначально служило для того, чтобы привязывать к нему темляк, то есть петлю на руку. Есть такие же мечи, у которых это кольцо вообще не действует, в него невозможно ничего вставить, оно не более чем побрякушка, уже приобретшая, видимо, сакральное значение, – так принято и можно много золота на него извести.

В конце концов, это просто красиво.

[Gosha]

У предков – родных дедушек мечей эпохи викингов, имеются очень небольшие плоские гарды, которые, по большому счету, вообще не гарды, а простые упоры для руки, неспособные при таких размерах эффективно защищать пальцы. Им параллельны плоские навершия, в состав которых входят основание на заклепках и треугольная
крышечка, как украшение надеваемая сверху.

Клинок при этом довольно широкий, с широким долом, от этих экземпляров остается буквально пара шагов до мечей эпохи викингов.

[Gosha]

Очень интересно, в каком виде все это находят, например, в озерах.

Уже не раз упоминал знаменитые находки из озера Нидам. Кстати, на эту тему написана отличная книга – Denmark in the Early Iron Age Конрада Энгельгардта (1866 год). В ней по понятным причинам фотографий нет, зато прорисовки выполнены настолько качественно, что на них можно рассмотреть буквально все: каждую выбоинку, каждую завитушку в рисунке на металле. Любопытная деталь: эти жертвенные мечи, утопленные в озерах, зачастую являются трофейными римскими мечами, попавшими в руки германцев.

[Gosha]

Они порой зверски изрублены: очевидно, их владельцы оказались в такой ситуации, когда уже некогда было думать о том, чтобы подставлять только щит; вероятно, попав в окружение, они отбивались чем и как угодно, в том числе и мечом, лишь бы хоть как-то отмахнуться от нападавших, – и кромка клинка фактически превращена в пилу.

Видимо, эти отчаянные действия успехом все-таки не увенчались, меч оказался у германцев, а они, в свою очередь, даровали его богам. Впрочем, нельзя исключить и другого развития событий. Такое издевательство над дорогим оружием вполне может свидетельствовать о ритуальном его уничтожении. Ведь оружие, приносимое в жертву (неважно, в каком качестве: непосредственного подношения богам или похоронного инвентаря, сопровождающего погибшего хозяина), и само должно быть уничтожено.

Логика прозрачна: человек умер и оказался у богов – значит, и оружие должно умереть вместе с ним, иначе как же оно попадет на тот свет? Это вопрос первостатейной важности для носителей языческого сознания в его викингской разновидности. Поэтому жертвенное оружие непременно нужно было или сжечь, или изрубить, или согнуть, или зазубрить – одним словом, сотворить с ним что-то такое, что вызвало бы его неминуемую гибель. Этим объясняются регулярные находки ритуально уничтоженных предметов вооружения, в том числе и в озере Нидам, хотя оно совершенно точно не является погребальным курганом.

[Gosha]

Из священных датских болот мы получили также достаточно представительную выборку вариантов изготовления меча с точки зрения технологии. Я имею в виду основополагающие методы придания клинку его неотъемлемых качеств – способы дамаскировки.

Что это такое, надо пояснить. Меч – объект очень сложный в производстве. Уже отмечалось, что очень редко он выковывался из цельной заготовки стали, так как столь качественную сталь в достаточном количестве было очень непросто найти. Если же таковая и находилась, то стоила безумно дорого. Так что в большинстве своем
воины вынуждены были обходиться весьма низкокачественными изделиями из мягкого железа, которое гнулось, тупилось, ломалось и всячески подводило в ответственный момент.

В массовой римской армии эти неприятности не составляли проблемы, потому что в ней предпочитали пользоваться короткими мечами или очень длинными кинжалами, предназначенными исключительно для колющих ударов и имеющими ромбовидное сечение: при таких условиях эксплуатации не было острой нужды в высококачественной стали. К тому же легионеров в римских войсках было в избытке – если очень нужно, они и гвоздями могли противника одолеть.

[Gosha]

Когда же встал вопрос о более или менее профессиональном элитном оружии, обнаружилась проблема: требовались клинки максимально прочные, способные при этом долго оставаться острыми. Выходом стала дамаскировка, получившая распространение еще в латенскую эпоху. Этот способ состоит в применении различных сортов стали – от низкоуглеродистой до высокоуглеродистой, возможно, с некими добавками, которые определялись эмпирически и сразу же добывались из руды.

Действительно, существует руда, в состав которой изначально входят определенные добавки, и это явилось благом для тогдашних мастеров, поскольку обогащать руду на постоянной основе в те далекие времена не умели.

Что происходило затем?

Несколько волокон (проволоку) перековывались вместе, перерубались, перековывались снова, образуя довольно сложный узор, – и так раз за разом. Чем больше слоев входило в подобную перекрутку, чем сложнее и красивее она становилась, тем большая однородность достигалась, тем более предсказуемые свойства приобретал меч – и,
соответственно, тем дороже стоил.

[Gosha]

Меч мог быть изготовлен полностью дамасским, но все же чаще применялся дамаскированный сердечник, к которому приваривались стальные лезвия. Вот уж на
лезвия-то сталь найти было гораздо легче, и обходилось это не так дорого. Да, тенденция к удешевлению производства отнюдь не является изобретением Нового времени.

Некоторые из находок, обнаруженных в тринадцати священных датских болотах и относящихся ко II–V векам, просто невообразимой сложности: любая японская катана (кроме, вероятно, императорских образцов работы Масамунэ ) не идет ни в какое сравнение с ними по трудоемкости изготовления… и предельной нетехнологичности этого
изготовления!

Дамаскированный сердечник и стальные наварные лезвия – это, скажем так, начальный уровень сложности. Известны сердечники, сваренные из 3–4 разных сортов дамаска с разным рисунком, причем они могли быть сварены как последовательно, так и параллельно друг другу, этаким «бутербродом».

[Gosha]

У некоторых мечей с одной стороны один дамасский рисунок, а с другой стороны – сразу два, то есть они представляют собой трехслойный сердечник, к
которому приварены стальные лезвия. Встречаются четырехслойные сердечники, причем все – с абсолютно разным рисунком. Это означает потрясающую сложность, а следовательно, и потрясающую стоимость, которую сейчас и деньгами-то не выразишь. Скорее всего, такие изделия оплачивались не деньгами, а каким-либо натуральным продуктом (не целиком, так частично) вероятней всего рабами, которые затем уже экспортировались (предлагались) по всей Европе.

Сложность работы, вложенная в подобный меч, уже по определению придавала ему священный статус, потому что сделать такое простой человек был не в состоянии: это самое настоящее колдовство, не иначе. Магия!

Для примера упомяну об одном из позднеримских мечей, которые достали из датского озера Иллеруп. В основании меча золотой насечкой изображен бог Марс, а сам меч полностью изготовлен из дамасской стали, как мы можем судить по плоскости клинка и четырем (!) его долам. С этим удивительно сложным технологическим заделом мы подходим к эпохе викингов.

[Gosha]

Итак, люди освоили сложнейшую технологию. В вендельскую эпоху естественное развитие событий привело к необычайной роскошности этого оружия. Век героев – вождей с их малочисленными дружинами – не требовал вооружения значительных контингентов. Следовательно, «лучшие люди», чья жизнь, культура и религия были полностью связаны с войной, могли позволить себе чрезвычайно сложное, богато украшенное, а значит, и невероятно дорогостоящее (вернее сказать,
ресурсоемкое) снаряжение.

Последовавшая эпоха викингов потребовала больше оружия, так как количество дружин, отправлявшихся по морю на подвиги, увеличилось. При этом члены воинских коллективов в большинстве своем не обеспечивались вендельскими «королевствами» (относительно крупными вождествами), а базировались экономически на хуторском хозяйстве бондов, то есть были заметно беднее.

[Gosha]

В вендельскую эпоху для решения всех проблем в большинстве случаев хватало нескольких кораблей, а викинги положили начало масштабной международной экспансии. Повышенный спрос всегда приводит к упрощению и начальной стандартизации массового производства. Поэтому к середине VIII – началу IX века шикарное вендельское оружие подверглось заметному упрощению. Безусловно, мечи эпохи викингов тоже изрядно украшены и золотом, и серебром, но их отделка не идет ни в какое сравнение с вендельской. Более того, стремительно упрощалась технология изготовления самого клинка: теперь основную конструкцию составляли дамасский сердечник и наварные стальные лезвия.

Причем зачастую роль дамасского сердечника выполнял просто мягкий сердечник из обычного полусырого железа или слабоуглеродистой стали, который или обваривался лезвиями по бокам, или заворачивался в «пакет» из стали с двух сторон – то есть плоскости тоже получались жесткими. Спору нет, такие изделия и сравнивать нельзя с датскими находками, которые мы только что рассматривали. Это типичный признак того, что потребность в оружии возросла.

[Gosha]

С другой стороны Балтийского моря, в империи Каролингов, армия тоже увеличивалась в размерах: мы только что наблюдали это в подробностях. Она точно так же, как и вооруженные силы викингов, нуждалась во все большем количестве оружия. Поэтому старые меровингские мечи – прямые родственники скандинавских вендельских мечей – уходят в прошлое.
Тем не менее старое оружие, очень дорогое и качественное, являвшееся выражением статуса своего владельца, еще некоторое время производилось и долгие годы оставалось в употреблении: об этом свидетельствуют исландские саги, записанные в XIII–XIV веках.

Еще бы: меч красивый, добротный, надежный, да и цены немалой – что ж его не использовать?

[Gosha]

Более того, редкой удачей считалось обладание оружием из прошлого – ради него даже могли осквернить древний курган, не считаясь с возможной местью озлобленных духов. Так, Греттир в саге рискует спуститься в гробницу Старого Кара, где в схватке с ожившим мертвецом добывает меч, никогда не покидавший рода хозяев кургана.

Далеко не все мечи у викингов были украшены.

Конечно, попадаются экземпляры, на удивление нарядные, но встречается и совершенно примитивная отделка. Например, классическое пятичастное викингское навершие (тип Q в классификации Петерсена) просто позолочено, а поверх позолоты процарапана штихелем некая геометрическая невнятица. Причем если разберем это навершие, то увидим, что крышка внутри полая.

Такое и впрямь стоило недорого.

[Gosha]

Тип Q по Петерсену: он вообще может не иметь ни украшений, ни сложного навершия, ни сложного перекрестья. Это просто монолитное железо, уже не составное – из трех частей – и без заклепок. Самый простой тип меча, один из самых распространенных.

Еще более простые, если не по конструкции, то по формальным признакам, – мечи типа F. Такое вообще не украшенное оружие появляется уже во второй половине IX века, и его довольно много, то есть это фактически народный вариант.

[Gosha]

Его мог использовать обычный бонд, которому, допустим, сегодня вдруг понадобилось защищать семью от разбойников, а вообще, идти на войну он не планировал и денег на роскошное оружие у него нет, но уж если хоть какое-нибудь должно быть, то подобный меч как раз сгодится.

Такими мечами уже вполне можно вооружать большую армию, они свидетели первых настоящих государств в Скандинавии.

Собственно говоря, их можно считать маркером начала заката викингов – периода, когда хаотический натиск разрозненных ватаг сменили усилия объединенных, крупных образований с куда более многочисленными военными контингентами.

[Gosha]

Довольно ранний тип – потомок меровингских мечей и прямой родственник петерсеновских типов А и В. Навершие – очень простое, двусоставное: из прямоугольного основания и подтреугольного (полупирамидального) окончания, соединенных заклепками и полых изнутри, чтобы избежать лишней утяжеленности. Орнамент – очень
простой. Тут нужно пояснить, что значит «простой» в данном случае. Золото и серебро, уложенные в металлическую насечку, – по нынешним понятиям это довольно замысловатая отделка. Однако в сравнении с любым меровингским мечом – просто небо и земля.

Самая сложная часть работы – изготовление самого клинка.

[Gosha]

С определенного времени практически все клинки получали клеймо. Все известные нам в настоящее время мечи без клейма – нерасчищенные. Стоит их расчистить и протравить дол, сразу проступает клеймо. Оно вваривалось сталью – то есть это не просто золотая насечка на уже упомянутом изображении бога Марса. Таковы
знаменитые мечи Ульфберта, которые отмечены клеймом +VLFBERHT+ в долах клинка и которых найдено уже более 200 (что говорит о массовом производстве – скорее всего, в некоей фамильной мастерской на Рейне).

Зачем же понадобилось вваривать клеймо сталью?

Его ведь не видно, пока не протравишь, а даже если и протравишь, издалека все равно незаметно, тем более что и читать-то мало кто умел, так что какая разница? На самом же деле сложная вварка в тело клинка букв, еще и такой непростой формы, являлась гарантией высокого мастерства кузнеца.

[Gosha]

Это означало, что он владел техникой дамаскировки и мог изготовить дамаскированный сердечник, что уже было готовым знаком качества. Поэтому некоторые мастера,
копируя мечи Ульфберта и не понимая при этом, что на них написано, порой вбивали в свои изделия невнятные закорючки, совершенно бессмысленные и лишь внешне похожие на исходную надпись.

Такое встречалось в Скандинавии довольно часто, когда местные кузнецы – неграмотные, но искусные – делали для невзыскательных потребителей поделки «под Ульфберта».

[Gosha]

Нельзя обойти вниманием и саксы – длинные ножи. В захоронениях иногда находятся континентальные франкские саксы, относящиеся к V – началу VI века. На них, как правило, делали какие-либо надписи. Точно такой же, с надписью Beagnoth, в свое время был обнаружен в лондонской Темзе. Характерные черты таких ножей – расширяющийся к концу или прямой (как у финки) клинок и скос обуха.

Лангсакс – то есть «длинный сакс». Его иногда ошибочно называют однолезвийным мечом, что категорически неверно. Меч по определению – оружие с двумя лезвиями, так что в результате получается нелепица: «однолезвийное двулезвийное оружие»! Если уж хочется назвать этот нож по-русски, то лучше всего подойдет термин «палаш».

Итак, лангсакс – это мечевидный эфес и однолезвийный клинок. В Скандинавии на данный момент таких найдено около пяти десятков, что говорит о том, что они были достаточно распространены.

[Gosha]

Ну и конечно, секиры, боевые топоры. Такое оружие более популярно, чем меч, в силу того, что заметно дешевле. Хотя порой попадаются столь богато украшенные экземпляры, что на месте тогдашнего потребителя данной продукции можно поневоле задуматься: а не лучше ли купить два меча попроще за ту же цену?

Безусловно, топор обладает одним большим преимуществом: у него вес сконцентрирован на окончании. Удар топором при одинаковой затраченной энергии сильнее, чем удар мечом, так как в контакт с мишенью вступает меньшая поверхность. Ее площадь можно сделать еще меньше за счет специального скоса лезвия в одну или другую сторону.

[Gosha]

Однако, несмотря на несомненный плюс – полную концентрацию усилия на окончании, – топором гораздо менее удобно фехтовать (если можно так выразиться): орудовать им получается не так быстро, как мечом, и при необходимости его невозможно подставить под удар, ведь древко-то деревянное. Одним словом, у
топора есть свои преимущества перед мечом (и стоимость, и пробивная способность), но имеются и безусловные минусы.