Как строилась Москва. ⇐ История Руси

[Чувак]

Весной 1147 года в имении боярина Кучки, первого владельца Москвы, встретились два русских князя. Один из них, князь Святослав Северский, только что ходил войной в Смоленскую землю, другой — суздальский князь Юрий Владимирович Долгорукий — разорил Торжок и земли по реке Мете. Захватив богатую добычу, Юрий Долгорукий послал сказать своему другу и союзнику: «Приде ко мне, брате, в Москову!»

Князья встретились на высоком берегу Москвы-реки, среди густого бора, где стояли боярский двор и сельская усадьба. Шумно и весело пировали князья с дружинами, а потом, обменявшись подарками, разъехались по своим владениям. Через девять лет летописец записал в «Сказании об убиении Даниила Суздальского и начале Москвы», как «князь Юрий взыде на гору и обозре с нея очима своима семо и овамо, по обе стороны Москва-реки и за Неглинною, возлюби села оные и повеле сделать град мал, деревян».

Однако в исторической науке считается, что не Юрий Долгорукий был первооткрывателем Москвы. Прибыв в эти края, он застал на Боровицком холме и у его подножия город с крепостным валом, рвом и с достаточно сложным хозяйством. Так что своих гостей хлебосольный князь встретил не на пустом месте, и ему было чем угостить их.

О пра-Москве теперь много и напряженно думают ученые и историки. Пока точно не известно, забредали ли сюда воины князя Святослава, шедшие по Оке на хазарский город Итиль Русский писатель Ю. Лощиц считает, что Москву вполне мог видеть, а то и участвовать в ее укреплении Владимир Мономах, приходивший в эти края с намерением прочно освоить ростово-суздальские лесные, речные и полевые угодья. Отдельные археологические находки, связанные с пра-Москвой, дразнят исследователей какой-то пестрой диковинностью. Тут и серебряные монеты из Армении и Средней Азии, и глубокий оборонный ров, проходивший возле юго-западного угла нынешнего Большого Кремлевского дворца, тут и христианская вислая печать 1093—1096 годов, и остатки булыжной мостовой, где эта печать лежала.

Известный российский историк А. Асов предполагает, что предшественником Москвы мог быть Аркаим — древнейший сакральный центр славян, основанный за много веков до памятного 1147 года. В этом году Москва впервые была упомянута в христианских летописях, а через девять лет Юрий Долгорукий повелел своему сыну Андрею насыпать новую крепость, больше прежней, так как старая была не только мала, но уже и обветшала.

В 1156 году, когда над устьем реки Неглинной затевалось грандиозное строительство, князь Юрий находился в Киеве. На этом основании некоторые ученые предлагают считать основателем Москвы Андрея Боголюбского, другие же считают, что он был только исполнителем работ, задуманных его отцом.

На месте Москвы первоначально, как уже указывалось выше, были села, принадлежавшие боярину Степану Кучке, но начало Москвы пошло не от них, а от княжеского поселения в юго-западной части Кремля, где Неглинка впадала в Москву-реку. Это поселение обнесли деревянными стенами и рвом, впоследствии оно и стало московским Кремлем, в строительстве и укреплении которого самое деятельное участие принимали и другие русские князья.

Первоначальные размеры этого городка были самые крохотные, в длину Москва тогда имела всего около 220 метров. Посредине его стояла церковь во имя Рождества Иоанна Предтечи, срубленная, по словам летописей, еще в те времена, когда здесь только бор шумел. Рядом с церковью стояли княжеские хоромы — деревянный дом с клетью внизу и жилыми горницами наверху. За хоромами лепились нехитрые служебные помещения — амбары, подвалы, сараи…

С высокой кремлевской кручи были видны дымы окрестных сел, кольцом окружавших Москву сельцо «под бором» в Замоскворечье, далеко за ним Воробьево (на Воробьевых горах), ближе к Москве — Кудрино, Сухощаво и другие. Все эти села были отделены от первоначальной Москвы бором и лугами.

То было время беспокойное, да и крепкого государства на Руси тогда еще не было. Каждый князь стремился увеличивать свои владения за счет других, и первые 90 лет Москва представляла собой небольшой деревянный «детинец» — пограничный город-крепость Ростово-Суздальского княжества, в которое Москва тогда входила.

В 1238 году, когда из далеких монгольских степей двинулась на Русь рать хана Батыя, разрозненные и малочисленные дружины русских князей не могли остановить их и защитить свои земли. Почти все главные города, кроме Новгорода и Галича, куда монголы не дошли, были повержены и разграблены. Вся Русская земля лежала поруганная. На месте городов высились груды развалин, поля и села были усеяны трупами, оставшиеся в живых люди прятались в лесах.

Не смогла сдержать нашествия татарских полчищ и небольшая московская крепость, в летописи об этом сказано так:

«Люди убиша от старца до сущего младенца, а град и церкви огневи предаша и монастыри еси и села пожогша и, много имения вземше, отъидоша…»

На месте Москвы остались лишь груды пепла, и стаи ворон кружились над трупами изрубленных жителей. Казалось, не возродиться Москве после Батыева нашествия. Но потянулись на пепелища переселенцы, застучали топоры и запели пилы, и вскоре на пожарище вырастают крепостные стены, церкви, монастыри, окрестные деревушки — возникает новая Москва. К середине XIII века она была уже стольным градом самостоятельного Московского княжества — небольшого и не особенно сильного, да и было в нем всего лишь два города: сама Москва да Звенигород.

Но не было на Руси и другого княжества, местоположение которого было бы так выгодно: леса, болота и соседние княжества, окружавшие Москву, охраняли ее от вражеских нашествий. И потому после литовских и татарских набегов потянулись сюда многочисленные переселенцы, которые охотно расселялись на берегах Москвы-реки. Перебрались к Москве и торговые люди, ведь через город проходила дорога Владимирская и дорога на запад — к берегам Днепра.

Москва растет, богатеет и исподволь, медленно начинает расширять свои владения, собирать земли русские под свое начало. Уже первый московский князь Даниил Александрович присоединил к Москве Переславль-Залесский, его сын завоевывает Можайск, а вскоре и вся Москва-река, от истоков до устья, стала принадлежать Московскому княжеству. При князе Данииле был основан на юго-востоке деревянный Даниловский монастырь, а вокруг него образовалось Даниловское старинное селение.

При князе Иване Калите княжеская резиденция расширилась, причем весьма значительно. Князь задумал перестроить свою резиденцию так, чтобы она не уступала старинному великокняжескому городу Владимиру, поэтому все свои новые постройки, соборы и дворец он поместил за первоначальной восточной стеной. Место для построек Иван Калита выбрал около старинной церкви архистратига Михаила, которая стояла в Московском бору с тех же самых времен, что и церковь во имя Рождества Иоанна Предтечи. К северу от этих церквей было выбрано место для главного московского храма — каменного Успенского собора, который был заложен Иваном Калитою с благословения митрополита Петра[43] в августе 1326 года. Через три года площадь между двумя старыми церквами и новым Успенским собором была замкнута с восточной стороны каменной церковью Иоанна Лествичника с первой в Москве колокольней, которую впоследствии перестроили в знаменитую колокольню Ивана Великого. Так образовался «четырехугольник соборов», а между соборами и границами старого княжеского города был построен Спасский монастырь, а перед ним, лицом к Москве-реке, выстроили новые княжеские терема.

За крепостной стеной на берегу Москвы-реки построился шумный торговый посад, появились новые слободы, и летописцы восхищенно повествуют: «Москва — град велик, град чуден, град многолюден, — кипел богатством и славою, превзошел честию все города русской земли».

Во время княжения Ивана Калиты самым страшным врагом для Руси была Золотая Орда, поэтому надо было уберечь Москву от татарских нашествий. Московское княжество и тогда было еще не особенно сильным, чтобы противостоять грозным монголо-татарским ратям, и Иван Калита девять раз ездил «на поклон» к хану. Хитрой политикой, подарками и деньгами он получил великокняжеский владимирский престол. Теперь московский князь стал великим князем, старшим на русской земле. Получив передышку, Иван Калита задумал прибрать к рукам земли соседних князей и за их счет расширить московские владения. Начал князь бороться и с разбойниками, грабившими купеческие караваны, и постепенно стали стекаться в Москву бояре и купцы из соседних княжеств, да и вся Русь потянулась к Москве.

Но деревянный город часто горел: великие пожары от злых людей или от несчастных случаев повторялись в первой Москве почти каждые пять лет. Быстро уничтожал огонь жилища и имущество горожан, но так же быстро они вновь устраивались. Москва нуждалась в более мощной защите, и новый князь — молодой Дмитрий Иванович — решает возвести каменные укрепления вокруг Кремля. Князь продолжает собирать русские земли под начало Москвы, и удельные князья один за другим признают его власть. Москва становится сильной и крепкой, грозные каменные стены и башни Кремля кажутся неприступными. Москвичи завели у себя «зелейное» (пороховое) производство, и Москва решается на великое дело — освободить землю русскую от монголо-татарского ига.

На зов Москвы со всех сторон спешат удельные князья и бояре со своими дружинами, купцы, посадские и «черные» люди. Собрав силы огромные, князь московский Дмитрий Иванович отправился в Троицкий монастырь к святителю Сергию Радонежскому, который благословил князя на ратный подвиг во имя Отечества и дал ему двух монахов-богатырей — Ослябя и Пересвета. Войска сошлись на Куликовом поле — там, где река Непрядва впадает в Дон. Страшная сеча продолжалась целый день, и монголы начали было уже одолевать русских, но тут из засады ударили полк волынского воеводы Боброка и полк Владимира Андреевича, брата великого князя. Это и решило исход битвы.

Куликовская победа не освободила Русь от монголо-татарского ига полностью. Дань Золотой Орде все равно приходилось платить, были и еще разорительные набеги, были и поражения. Но унижения больше не было! Окончательно свергнуть монголо-татарское иго выпало на долю Ивана III. К этому времени Москва была уже столицей огромного Русского государства, земли которого доходили до Белого моря на севере, простирались за Урал. Окрепшей Москве была уже не страшна ослабевшая к тому времени Золотая Орда, и Иван III объявляет татарам, что отныне они не признают над собой ханской власти и отказываются платить дань. Ордынский хан Ахмет пошел войной на Русь, надеясь больше не на силу, а на угрозу. Русские и татары сошлись на реке Угре, но татары не решились перейти реку и дать сражение и отступили без боя. После этого многие русские князья бьют челом «великому князю всея Руси» о принятии их на московскую службу: Москва завоевывает Новгород с его богатейшими колониями, без боя присягает осажденная Тверь, окончательно покорена Вятка, смирилась Рязань…

Современные кремлевские стены и башни тоже возводились при Иване III, который развернул на территории Кремля небывалое строительство. В нем принимали участие лучшие мастера из разных русских городов, и именно тогда сложился тот уникальный кремлевский ансамбль, который и поныне восхищает всех своим величием и монументальностью.

К этому времени уже в течение 60 лет строили и устраивали каменную Москву итальянцы-фрязове. Казалось, что своими нововведениями они изменят облик древнего русского зодчества и водворят в нем иные формы — европейские. Заслуга итальянцев в истории нашего зодчества действительно весьма значительна, но Московская Русь уже тогда крепко и во всем держалась своего ума и своих обычаев и вовсе не намеревалась широко отворять ворота тем нововведениям, которые могли изменить коренные черты ее вкусов и нравов. Поэтому все дело призванных итальянцев ограничивалось одною техническою стороною: не итальянским замыслом в создании небывалых на Руси форм, а только исполнением в этом случае старого русского замысла.

Памятником чисто итальянской архитектуры в Московском Кремле остается только Грановитая палата — бывший тронный зал великокняжеского дворца. Сооружение ее происходило в период образования единого Русского централизованного государства: именно тогда «изумленная Европа была ошеломлена внезапным появлением на ее восточных границах огромной империи, и сам султан Баязет, перед которым Европа трепетала, впервые услышал высокомерную речь московита».

Живя на востоке и имея постоянное дело с Востоком, Москва не могла вырастить себя по образцу Запада, с которым к тому же не сошлась верой и некоторыми политическими началами. Однако при внимательном рассмотрении восточный облик старой Москвы оказывался не таким уж и восточным, а в полной мере русским — самобытным созданием русской народности. Высшую красоту русский народ всегда созерцал в Божием храме, а в Москве было столько церквей, что трудно было их сосчитать: «Сорок сороков!».Русский историк В.О. Ключевский писал, что «в этих словах немногих как бы пророчески обозначилась вся история Москвы, истинный смысл и существенный характер ее исторической заслуги. Москва тем и стала сильною и опередила других, что постоянно и неуклонно звала к себе разрозненные русские земли на честный пир народного единства крепкого государственного союза».

[Gosha]

Весной 1147 года в имении боярина Кучки, первого владельца Москвы, встретились два русских князя

Боярин Кучка свое имение Москвой не называл, именовал Кучково. Примером может послужить Тушино - владение боярина Туши. Москва стала называться с легкой руки Гурьгия-Юрия Владимировича Долгорукова, по реке Москова (Медведица).

Позднейшие московские леген­ды хорошо помнили о древнем москов­ском владельце, боярине Стефане Ивано­виче Кучке, которому принадлежала Москва до Юрия Долгорукого, насиль­ственно ею завладевшего. Было время, когда на предания о Кучке ученые смот­рели как на сплошной вымысел XVII в. и не видели в нем никакого зерна достоверности. Но народные предания имеют свою основу, нередко вовсе не легендарную. Таковы и предания о Кучке, которые будут нами кратко изложены. Предания о Кучке дошли до нас в двух поздних повестях или сказаниях о начале Москвы. Первую из них С. К. Шамбинаго назвал хронографи­ческою повестью, другую — новеллой по характеру их содержания. Первая по­весть носит название “О зачале царствующаго великого града Москвы, како исперва зачатся”.
Она начинается рас­суждениями о том, как древний Рим и второй Рим — Константинополь возник­ли на крови, а ному и Москва как третий Рим должна была создаться “. по кровопролитию же и по закланию кро­вей многих”. Таким образом, и при осно­вании Москва во всем была равна своим предшественникам — Риму и Констан­тинополю. В доказательство этой мысли приводится следующий рассказ, который мы передаем в переводе на современный язык.
“В лето 1158 г. великий князь Юрий Владимирович шел из Киева во Владимир град к сыну своему Андрею Юрьевичу, и пришел на место, где ныне царствующий град Москва, по обеим сторонам Москвы-реки села крас­ные. Этими селами владел тогда боярин некий богатый именем Кучка, Стефан Иванов. Тот Кучка очень возгордился и не почтил великого князя подобаю­щею честью, какая надлежит великим князьям, а поносил его к тому же. Князь великий Юрий Владимирович, не стерпя от него хулы, повелевает того боярина схватить и смерти предать; так и было. Сыновей же его Петра и Акима, моло­дых и очень красивых, и единственную дочь, такую же благообразную и краси­вую, именем Улиту, отослал во Влади­мир к сыну своему, ко князю Андрею Юрьевичу. Сам же князь великий Юрий Владимирович взошел на гору и обозрел с нее очами своими туда и сюда по обе стороны Москвы-реки и за Неглинною. И возлюбил те села и повелевает на том месте вскоре сделати малый деревянный город и прозвал Москва город по имени реки, текущей под ним. И потом князь великий отходит во Владимир к сыну своему князю Андрею Боголюбскому и сочетает его браком с дочерью Кучковою, с которой князь Андрей прижил и сыновей, рано умерших. И был у него отец его князь Юрий Владимирович не­мало времени и заповедал сыну своему князю Андрею Боголюбскому град Мо­скву людьми населить и распростра­нить”. Далее говорится, что Улита и ее братья Кучковичи устроили заговор и убили Андрея Боголюбского. За смерть князя отомстил его брат Михалко Юрь­евич. Он перебил убийц брата, а Улиту велел “. повесити на вратах и растреляти из многих луков”. К этому рассказу прибавлен краткий летописец, оканчивающийся известием о смерти Ивана Калиты.

[Не гость]

Боярин Кучка свое имение Москвой не называл, именовал Кучково. Примером может послужить Тушино - владение боярина Туши. Москва стала называться с легкой руки Гурьгия-Юрия Владимировича Долгорукова, по реке Москова

Само название города - Москов град заставляет искать этого самого Моска.
Академическая история такого не знает, а вот альтернативная называет Моска Святоярыча, жившего в VI веке.
Кавказские и донские славянорусы, а также берендеи и торки (тохары) пережили падение Русколани в IV веке. Затем под ударами готов, гуннов и слившихся с ними половцев часть ушла с Северного Кавказа в Русь Приднепровскую и на Дунай (Волынь). Здесь они основали город Переяславль (берендеи), Туров (торки), Владимир Волынский (волыняне) и другие.
Последний киевский князь Святояр вместе со своей семьёй был повешен готами конунга Триедорея в 543 г. Известно, что потом готов из Киева изгнал воевода Гордыня вместе с аланами и в Киеве установилась власть славяно-аланской династии Скотеня.
Династия Святояра тогда не была пресечена, ибо его сыновья Пирогощ, Радогощ и Моска княжили в землях Дунайской и Карпатской Руси, то есть на Волыни. Впоследствии Пирогощ стал родоначальником князей южных славян (сербов и хорват). О князьях Радогоще и Моске писал также византийский историк Феофилакт Симокатта, он назвал их Ардагастом и Мусокием.
Согласно «Истории» Феофилакта, Радогощ (Ардагаст) был смертельно ранен в 597 г. во время войны славян с византийскими войсками, возглавляемыми стратигом Приском. Его гибель оплакивал брат Моска (Мусокий). Приск воспользовался тем, что славяне справляли тризну по Ардагасту (Радогощу) и были пьяны. После поминального пира и тризны ромеи напали на лагерь Мусокия-Моска и «продолжили поминальный пир, совершая возляния кровью». На следующий день, протрезвев, славяне отплатили за набег и освободили пленных.
Об этом же говорит и «Книга Велеса» (Лют II, 6): «И вот он (Моск) пил о брате своём умершем, который отошёл к Богам. И был он убит волохами, ибо Радогощ тот был Святояричем. И вот после тризны мы не должны были спать, но заснули. И тогда волохи-воины напали на нас, и мы не могли противиться. И так отступили. А затем вернулись. И решили: волохи много едят и пьют, и сего ради мы также придём и будем пить братское вино… И так ромеям было отплачено за зло их». После сих событий Моска Святоярич был избран «единым князем» (Лют II, 6:2) и стал заботиться о единстве славян. И было это в 597 г.
Это год начала правления князя Моска и год исхода славян с Дуная (земли Волыни) в земли вятичей.

[Gosha]

Само название города - Москов град заставляет искать этого самого Моска.Академическая история такого не знает, а вот альтернативная называет Моска Святоярыча, жившего в VI веке

Все это патриотично! Не гость может подскажите Юрий Владимирович Долгорукий каким боком был в родстве с Моска Святоярычем, не проще было назвать город в честь себя любимого, как собственно в большинстве случаев совершали князья. Пример тому Юрьев, Ярославль, Владимир, Киев. Почему не назвать Яуз, Неглинск, Долгоруков, Юрьев Московский, Георгиевск или Гургев, как поступил сын Юрия Владимировича - Андрей назвал свою резиденцию Боголюбов. Все же нужно обратиться к науке топонимике.
Топоним (от древнегреческого τόπος — место + ὄνομα — имя, название) — имя собственное, обозначающее собственное название географического объекта.
Топонимы изучаются наукой топонимикой.
Среди топонимов выделяются различные классы, такие как:
Оронимы — названия поднятых форм рельефа (гор, хребтов, вершин, холмов);
Спелеонимы — названия природных подземных образований;
Хоронимы — названия любых территорий, областей, районов; Административный хороним; Природный хороним.
Урбанонимы — названия внутригородских объектов;
Агоронимы — названия площадей;
Годонимы — названия улиц; Городской хороним
Дромонимы — названия путей сообщения;
Ойконимы — названия населённых мест;
Астионимы — названия городов;
Комонимы — названия сельских поселений;
Гидронимы — географические названия водных объектов, в том числе: Гелонимы — названия болот, заболоченных мест;
Лимнонимы — названия озёр;
Океанонимы
Пелагонимы — названия морей;
Потамонимы — названия рек;
Агронимы
Дримонимы

Другие термины
квазитопонимы — потенциальные слова языка, напоминающие топонимы по лексическому содержанию и словообразовательной модели, используемые как названия вымышленных географических объектов (Мухосранск);
микротопонимы — названия небольших объектов (угодий, урочищ, сенокосов, выгонов, топей, лесосек, гарей, пастбищ, колодцев, ключей, омутов, порогов и так далее, обычно известные лишь ограниченному кругу людей, проживающих в определённом районе);
антропотопонимы — названия географических объектов, образованных от собственного имени человека,
неотопонимы — преднамеренное изменение названия топонима с целью уточнения характеристик реально существующего объекта; в широком смысле любое изменение названия объекта (или возвращение старого имени) представляет собой неотопоним и должно быть согласовано с прежним названием, что особенно касается названий городов, улиц, а также государств.

В топонимах (особенно гидронимах) устойчиво сохраняются архаизмы и диалектизмы, они часто восходят к языкам-субстратам народов, живших на данной территории в прошлом, что позволяет использовать их для определения границ расселения этнических общностей (например, славян в Европе или тюркских народов и этносов на Украине). Практическая транскрипция топонимов, устанавливающая их исходное и единообразное написание и передачу на других языках, важна для картографирования. Среди стилистически дифференцированных вариантов топонимов наиболее многочисленными являются топонимы-коллоквиализмы, топонимы-поэтизмы, топонимические перифразы.


Отправлено спустя 9 минут 8 секунд:
Теперь насчет Моска Святоярыча из VI века. Советую замечательную книгу Виктора Михайловича Гобарева "Предыстория РУСИ" в двух частях.


Первая в отечественной и зарубежной литературе книга, в живой и увлекательной форме раскрывающая уникальную тему, практически не известную современному читателю, — жизнь и борьбу за независимость древних народов и племен Центральной и Восточной Европы со II тысячелетия до н. э. по IV век до н. э.
Бездонно глубоки в нашем народе героические традиции служения Родине. Века и тысячелетия не смогли прервать их. Народившись при возникновении славянской прародины, они передались последующим поколениям защитников Отчизны, произвели на свет явление, которое весь мир назвал «русским характером» или «русским чудом». Русское чудо — это героизм легендарный, это стойкость необычайная, это выдержка беспредельная, это мужество несгибаемое! От первых подвигов в защиту родной земли к «русскому чуду» — таков путь развития и приумножения наших исторических традиций.
Эта книга — об их зарождении, о первых защитниках и первых героях славянской земли, о тех, кто жил в нашем Отечестве и боролся за его свободу еще в прошлую эру. Громадные временные пласты (двадцать—сорок веков!) отделяют нас от тех событий. Но не зря говорят, что все великое видится на расстоянии. Тем значимее бессмертный подвиг ратоборцев, отдавших жизни свои за то, чтобы родилась и жила славянская прародина.

[Не гость]

Не гость может подскажите Юрий Владимирович Долгорукий каким боком был в родстве с Моска Святоярычем, не проще было назвать город в честь себя любимого, как собственно в большинстве случаев совершали князья.

Вы не внимательны. Разве я утверждал, что Моск Святоярыч и Юрий Долгорукий были родственниками?
Вы пишите чушь, а я ее должен доказывать?
Для меня такая ситуация выглядит достаточно странно.
Если Вы потрудитесь вспомнить летописное упоминание о Москве, то выясните, что Долгорукий не строил Москву, не закладывал первого камушка.
Москва уже была до него. И с какой стати он должен был переименовывать этот городок?

[Gosha]

Вы не внимательны. Разве я утверждал, что Моск Святоярыч и Юрий Долгорукий были родственниками?

Вы меня не поняли - это шутка. Но ваши шутки бьют рекорды. Еще раз имение боярина Кучки Стефана Ивановича было красное село Кучково, никой Москвы не было так как село располагалось на месте современной Красной площади и шло до Кучкова поля, по современной улице Варварка, до Старой Площади. Сам двор боярина Кучки С.И. находился на Боровицком холме, когда князь Ю.В. Долгорукий примучил боярина, он его имущество приватизировал - жену и дочь тоже, назвал его усадьбу Москов по названию большей реки Москвы, начал рубить кремль, то есть деревянные стены из дуба-кремля (крепкого).

[Не гость]

Сам двор боярина Кучки С.И. находился на Боровицком холме, когда князь Ю.В. Долгорукий примучил боярина, он его имущество приватизировал - жену и дочь тоже, назвал его усадьбу Москов по названию большей реки Москвы, начал рубить кремль, то есть деревянные стены из дуба-кремля

Вы так красиво пишите, да еще без ссылок на автора, как сами будто являетесь живым свидетелем тех далеких событий.
Для пущей убедительности осталось только объяснить происхождение названия той самой большой реки Москвы, а так же, для примера существования подобных традиций, привести названия пары-тройки древних городов, чьи имена буквально повторяют названия ближайших водоемов с подобным окончанием на -ов, или -ва.
Про кремль уже порадовали.
Слово «кремль» впервые появляется в летописи в 1317 году как «кремник» в связи с сообщением о неудачной попытке строительства укреплений в Твери.
Что ни к Долгорукому, ни к Москве, естественно, не имеет никакого отношения.
В 1156 году на территории современного Кремля были построены первые укрепления общей протяжённостью около 850 метров и площадью около 3 га. Укрепление было окружено рвом шириной 16 — 18 м и глубиной не менее 5 м. Земляной вал по ширине был около 14,5 м и 7 м по высоте. Для тех времён это была типичная средняя русская крепость. Вал был укреплён дубовыми брусьями.
Вслед за дьяковцами, с началом в X веке славянской колонизации бассейнов Оки и Москвы-реки, вершину Боровицкого холма заселили вятичи (возможно, осваивая прежнее городище). Предположительно, посёлок вятичей на холме состоял из двух укрепленных центров — первый, больший по площади, находился на месте современной Соборной площади, второй занимал оконечность мыса. Предположительно, оба центра защищало кольцевое укрепление, состоящие из рва, вала и частокола. Вятичи включили в состав оборонительных сооружений и два соединённых промоиной оврага, выполнявших ту же функцию ещё в дославянское время; овраги были преобразованы в ров глубиной до 9 метров и шириной около 3,8 метров. Предположительно, на мысовой части поселения располагался некий политико-административный центр: при археологических раскопках здесь была найдена киевская вислая печать конца XI века.
Таким образом, и славянское поселение, и фортификационные сооружения существовали до 1147 года.
Имеет ли Юрий Долгорукий какое либо отношение к названию этого поселения?
Стоит поднять это самое первое летописное упоминание.
В лето 6655 ( 1147 ). Иде Гюрги воевать Новгорочкой волости, и пришед взя Новый Торг и Мьсту всю взя; а ко Святославу присла Юрьи, повеле ему Смоленьскую волость воевати; и шед Святослав и взя люди Голядь, верх Поротве, и так ополонишася дружина Святославля. И прислав Гюрги и рече: «Приди ко мне, брате, в Москову».
Летописец приводит название, не ссылаясь на то, что Юрий Долгорукий как либо назвал это селение. Таким образом, следует сделать вывод, что и само название существовало до Долгорукова.

Отправлено спустя 6 минут 50 секунд:
PS Что касается боярина Кучки.
Сказания о Кучке и Кучковичах
На этот скудный исторический каркас народное воображение в XVII—XVIII веках нарастило массу беллетристических подробностей, связанных с основанием Москвы. Так, в поздних источниках появляются сообщения, что владимиро-суздальский князь Юрий Долгорукий будто бы проездом остановился в Кучковой местности, а Кучко приказал убить за какую-то грубость, завладел селами убитого боярина и заложил на берегу р. Москвы город, который на первых порах назывался Кучковым, а затем Москвой.
Являются ли народные сказания столь позднего времени научным доказательством?

[Gosha]

Слово «кремль» впервые появляется в летописи в 1317 году как «кремник» в связи с сообщением о неудачной попытке строительства укреплений в Твери.

Слово кремль впервые встречается в записи Воскресенской летописи под 1331 годом, в известии о пожаре Москвы! «Въ лЪто 6839 мЪсяца маiа з, бысть пожаръ на МосквЪ, ИогорЪ город Кремль». П. В. Сытин приводит летописную запись под 1354 годом, где при описании одного московского пожара кремлевская крепость названа Кремником: «Погоре город Москва, Кремник весь». Видимо, названия Кремль и Кремник были синонимичны, поскольку при описании другого пожара в 1365 году крепость снова названа Кремлем -«Пбгоре посад весь и Кремль, и Заречье». Это о фортификации в целом. Нужно рассмотреть первоочередной материал дерево и его качество. Эта гипотеза приведена М. Фасмерон в «Этимологическом словаре русского языка». Здесь же он помещает такие слова, как кремь - часть засеки, где растет лучший строевой лес, кремлевый крепкий, прочный (о строительном лесе) кремлевая сосна - сосна на опушке леса (следовательно, большая, мощная). Родственными слову кремль М. Фаемер считает и слова кремень, крома или кром (кремль Новгорода). Так что Кремль уходит своими корнями в Седую старину.

[Не гость]

Слово кремль впервые встречается в записи Воскресенской летописи под 1331 годом, в известии о пожаре Москвы! «Въ лЪто 6839 мЪсяца маiа з, бысть пожаръ на МосквЪ, ИогорЪ город Кремль». П. В. Сытин приводит летописную запись под 1354 годом,

Конечно, 1317 год был несколько позже 1331-го. Похоже, речь идет о временах до н. э.? У Вас как с математикой?
Или точные науки не для Вас?
То, что кремль имеет значение городских укреплений, у меня не вызывает никаких сомнений. При чем именно городских.
Крепостные укрепления города Переславля Залесского, сооруженные так же с насыпью земляного вала и в то же историческое время, имели то же самое название. Земляной вал, кстати в этом городе сохранился до наших дней. И область внутри валового кольца сохранила это историческое название - кремль. В XII-XIII веках это была вторая по мощности крепость Владимиро-Суздальской земли после Владимирского кремля.
Кремлей было немало: так, в домонгольской Руси насчитывалось около 400 больших и малых городов; от многих из них сейчас остались только круговые земляные валы, на которых в древности и располагались крепостные стены (характерный пример — Рюриково городище — старый центр Новгорода).
К сожалению, в XVIII—XIX веках часть кремлёвских крепостей, лишившись военного значения, были уничтожены. Так, например, не сохранилось — даже частично — ни одного деревянного кремля (если, конечно, не считать считаных острожных башен в зауральских землях).
Почти полностью были разобраны каменные Можайский кремль (за исключением одной башни с надвратной церковью и 11 метров крепостной стены, встроенных в Ново-Никольский собор на кремлёвском холме), Вяземский кремль (кроме Спасской башни и Басты), Ярославский кремль (кроме двух из башен), Серпуховский кремль (его разрушение было завершено в 1934 году: сохранившиеся к тому времени немногочисленные фрагменты были разобраны на строительство Московского метрополитена; осталось лишь два небольших участка стены). Отдельные части Смоленского кремля были уничтожены в 1812 году французами, а в 1940-е годы немцами.
Некоторые кремлёвские постройки были перестроены в XIX веке (отдельные башни Московского, Смоленского кремлей).
В список Всемирного наследия ЮНЕСКО входят Московский Кремль, Новгородский детинец, Казанский и Суздальский кремли.

[Gosha]

Конечно, 1317 год был несколько позже 1331-го. Похоже, речь идет о временах до н. э.? У Вас как с математикой?

Не Гость перед тем как возражать нужно внимательно прочесть сообщение оппонента. Я же не против 1317 года, а написал, что слово кремль впервые встречается в записи Воскресенской летописи под 1331 годом, писал о Москве в которой и находился Воскресенский монастырь и Московский летописец записал событие 1331 года, который видел воочию.

[Не гость]

Не Гость перед тем как возражать нужно внимательно прочесть сообщение оппонента.

Я внимательно читаю посты, если они не представляют из себя проповеди на 2-3 страницы форума.
Ваши, как правило, кратки и содержательны.
Но в данном конкретном случае только после разъяснительного поста становится понятно, что в 1331 первом году впервые в летописи упоминается именно московский кремль, а не какой либо другой.
Полагаю, виной здесь не моя невнимательность, а построение фразы, вырванной из контекста и приведенной Вами, как очень часто, без ссылок на автора или первоисточник.

[Gosha]

Киевский детинец - Кремль 1240 год.
Конечно Москве даже в XIV веке было далеко до многих старейших городов Руси Киева, Новгорода, Суздаля, Владимира, Ярославля, но
энергичная деятельность Ивана Калиты (1325-1341) в первой половине XIV века быстро превратило Москву в сильный военный и экономический центр древней Руси. Это дало Калите возможность приступить к перестройке Московского Кремля. С 1326 по 1340 год в Кремле были построенные каменные церкви, Архангельский и Успенские соборы, новые княжеские хоромы, а в 1339-1340 годы - крепкие дубовые стены.

Дубовый Кремль Ивана Колиты.

Отправлено спустя 4 минуты 50 секунд:

Полагаю, виной здесь не моя невнимательность, а построение фразы, вырванной из контекста и приведенной Вами, как очень часто, без ссылок на автора или первоисточник.

Как же первоисточник указан Воскресенская летопись, а взято из трудов Забелина если для вас важно.

[Не гость]

Конечно Москве даже в XIV веке было далеко до многих старейших городов Руси Киева, Новгорода, Суздаля, Владимира, Ярославля, но энергичная деятельность Ивана Калиты (1325-1341) в первой половине XIV века быстро превратило Москву в сильный военный и экономический центр древней Руси. Это дало Калите возможность приступить к перестройке Московского Кремля.

Эко Вы скакнули! С Долгорукого сразу до Калиты. И сразу некое чудесное превращение "в сильный военный и экономический центр"!
Однако превращение не было столь чудесным и с развитием Москвы связаны, естественно, события предшествовавшего XIII столетия.
В первой половине, практически до 1263 год, шел политический рост Москвы. Москва то становилась центром удельного княжества, то теряла этот статус.
В 1238 году Москву сжег Батый.
Наиболее подробно о взятии Москвы войсками Батыя говорится в нескольких строках Лаврентьевской летописи: “Тое же зимы взяша Москву татарове, и воеводу убиша Филипа Нянка за правоверную хрестьянскую веру, а князя Володимера яша руками, сына Юрьева, а люди избиша от старьца и до сущаго младенца; а град, и церкви святыя огневи предаша, и манастыри вси и села пожгоша, и много именья въземше отъидоша”.
Правда, Москва на удивление быстро оправилась от разорения. Прикрытая рязанскими и нижегородскими землями, она находилась в большей безопасности и меньше всех остальных территорий подвергалась набегам, что вызвало приток населения. Кроме того, постепенно возрождалось хозяйство, и уже в 1247 году в Москве вновь появился самостоятельный князь Михаил Хоробрит, который начал борьбу за великое княжение Владимирское.
По завещанию Александра Невского княжество в 1263 году было выделено в удел его младшему сыну — Даниилу Александровичу, за потомками которого оно и закрепилось. Сыном Даниила был Иван I Калита — дед Дмитрия Донского. Однако, на протяжении всего этого времени Московское княжество было удельным в составе Великого княжества Владимирского.
При основателе дома московских князей Данииле княжество занимало очень маленькую территорию, ограниченную бассейном реки Москва, и не имело выхода к Оке. В конце борьбы за владимирское княжение между своими старшими братьями Дмитрием и Андреем Даниил был союзником Дмитрия, и ордынская Дюденева рать разорила в том числе и Московское княжество (1293). После ликвидации сарайским ханом Тохтой «дунайского улуса» Ногая (1300) на московскую службу перешла часть знати из южнорусских земель, прежде находившихся в сфере влияния Ногая. В 1301 году Даниил разбил рязанского князя Константина Романовича, взял его в плен и захватил город Коломну. В 1302 году Даниилу удалось получить выморочный Переславль-Залесский, по завещанию своего бездетного племянника Ивана Дмитриевича (затем он перешёл к получившему ярлык на владимирское княжение Михаилу Тверскому. В 1303 году Даниил умер, в том же году старший из пяти его сыновей, Юрий, ходил на Смоленскую землю и взял Можайск.
Таким образом, энергичным действиям Ивана Калиты предшедствовали энергичные действия его отца Даниила, а нашествие татар способствовало развитию и укреплению Московского княжества, вызвав миграцию населения и приток служилых людей.

[Gosha]

Эко Вы скакнули! С Долгорукого сразу до Калиты.

Можно и дополнить. В то время Москва была еще простым поселением, состоявшим во владении некоего знаменитого и богатого человека — Степана Ивановича Кучко, — и именовалась Кучковом. Дом этого Кучко по одной из версий находился будто бы близ нынешних Чистых прудов, а где Кремль — шумел дремучий бор, и там, где теперь церковь Спаса Преображения Господня (Спас на Бору), жил некий пустынник Букал, а на Крутицах человек мудрый Подон, родом римлянин. Кучковых селений было шесть: Воробьево, Симоново, Высоцкое, Кулишки, Кудрино и Сушево.
Относительно даты строительства крепости и города на месте поселения также ведутся споры. Некоторые считают, что Москва была основана в 1156 году, когда князь Юрий Долгорукий закладывает на месте старого поселения город и выстраивает новую деревянно-земляную крепость. Однако эти сведения часто подвергаются сомнению, так как Великий князь в то время княжил в Киеве, а в летописи содержатся весьма отрывочные сведения о его визитах на территорию будущей Москвы. Часть историков полагает, что город был основан чуть ранее, в 1153 году, а другая часть высказывает мнение о том, что основание Москвы нужно приписывать не самому Юрию Долгорукому, а его сыну – Андрею. Тогда, как рассказывает тверской летописец, были построены первые деревянные стены московского кремля. Территория его была в несколько раз меньше современной ( примерно 300 метров из конца в конец). В округе были разбросаны села и деревни. Крепость служила для окрестных жителей административно-хозяйственным центром и местом укрытия от врагов. Первый Кремль прослужил городу около двухсот лет.

Первым князем на Москве был Владимир Всеволодович (1194-1228 годы), которому досталась Московь в наследство от отца Всеволода III Большое гнездо, великого князя Владимирского, имевшего четверых сыновей. Однако раздел владений, произведенный Всеволодом, не устроил братьев. Юрий, получивший в наследство великокняжеский престол, произвел перераспределение владений (в частности, отнял у Владимира и Москву), что вызвало недовольство старшего и младших братьев. Мирные переговоры ни к чему не приводили, дело доходило до военных столкновений за московский престол. В результате Владимир Всеволодович почти самовольно княжил на Москве в 1212-1213 годы, а затем, по общему согласию братьев - в 1217-1228 годы. Но умер он, как сообщает русский историк В.Н. Татищев, ссылаясь на неизвестную ныне летопись, князем московским. И ничем, кроме борьбы за московский стол, да неудачным сражением с половцами под Переславлем Русским, княжение его не ознаменовалось.

Вернемся немного назад - Андрей Юрьевич затем основал свое великое княжество Владимирское на Клязьме (1158), вдали от Киева, в северо-восточной части России, и Москва стала одним из младших городов Суздальской области, но в то же время составляла как бы сборное место для проходивших через нее ополчений, потому что князья и воеводы владимирские, новгородские, рязанские и черниговские сходились в нее со своими войсками, направляясь в разные стороны обширной удельной Руси. Но великие князья в ней не жили. А находилась она во владении князя суздальского, то есть наследников Юрия Долгорукого, по наследству переходя до великого князя Всеволода Юрьевича Долгорукого, прозванного Большое Гнездо. Владимир Всеволодович, сын Всеволода Юрьевича, первый из князей основал в Москве свое жилище, но был изгнан из нее братом своим Юрием Всеволодовичем. В то время Москва была уже довольно велика и сильна, имела свое войско для защиты, но тем не менее подверглась той же участи, как и другие города русские, при нашествии Батыя (1238). Москва впервые узрела врагов и впервые была со всеми своими окрестными слободами обращена в пепел. Кроме этого первого погрома в продолжение долгого времени Москва претерпевала разные несчастные для нее крушения и неоднократно была сожигаема и разоряема татарами: так, она была сожжена во второе нашествие Батыя и потом — братом татарского хана Дюдени при великом князе владимирском Андрее Александровиче (сыне Александра Невского) в 1293 году.

По разделу с братьями в 1282 году один из сыновей великого князя владимирского и всея Руси Александра Ярославича Невского, Даниил Александрович, получил в удел Москву'. По получении этого надела Даниил Александрович немедленно должен был выступать с москвичами и новгородцами на брата своего Андрея, князя городецкого, с которым, однако, до боя не дошло и в пяти верстах от города Дмитрова был заключен мир. После девятилетнего мирного правления в Москве князь Даниил дружелюбно впустил татар в свою Москву и видел, как она была разграблена ими. Через три года, с вокняжением брата Андрея на столе владимирском, начал Даниил искать независимости и принял титул князя московского (в 1296 году), и с тех пор Москва в системе северных русских владений стала пользоваться некоторой политической значительностью. Присоединив к своему княжеству Переславль-Залесский и еще другие области, князь Даниил приготовил Москву быть столицей великого княжества. Храбрый, разумный и любимый своим народом, князь Даниил Александрович был настоящей причиной украшения и распространения Москвы. Он учредил в Москве оборонительное войско (1300), положил основание Кремлю и построил несколько церквей и монастырей, в числе коих Данилов монастырь, церковь во имя Преображения Господня под сенью дремучего бора (Спас на Бору) и церковь во имя Михаила Архангела (Архангельский собор)'. Этот кроткий и миролюбивый князь умер схимником 4 марта 1303 гола и погребен по его желанию на погосте устроенной им обители. Самое главное конечно похороны в Успенском соборе Кремля митрополита Петра и постройка Чудова монастыря на месте Ордынского подворья в Кремле.

В то время город Владимир по имени только представлял главу великого княжения: резиденция находилась в Твери, которую перенес туда великий князь Михаил Ярославич. Старший сын Даниила Александровича Юрий, вступив на великокняжеский престол, преимущественно оказывал уважение Москве и, вероятно, проживал в ней, так как о пребывании его во Владимире нигде нет известий (умер в 1325 году). При этом князе св. митрополит Петр из Владимира переселился в Москву. Это было в 1321 году. В следующем году, уже в княжение Дмитрия Михайловича (Грозные Очи), св. Петр окончательно перенес кафедру из Владимира в Москву к сыну Даниила Ивану, по прозванию Калита . Через три года (1325 году) в Москве была заложена первая каменная церковь — Успенский собор, обрушившийся неоконченным. По удалении с великокняжеского престола Александра Михайловича Иван Калита получил от татарского хана грамоту на великокняжение, но княжить во Владимир не поехал, оставшись в отчине своей, в Москве. Это было в 1328 году зимой. Москва стала центром Московского великого княжества после присоединения: к маленькому княжеству Коломны (1300 году); Переславля-Залесского (1302 году); Можайска (1303 году). Дмитрий Донской окружил город не только белокаменными стенами. В эти же годы был основан ряд монастырей Рождественский (1386), Данилов (1282), Сретенский (1397), Симонов (1379).

[Не гость]

Москва стала центром Московского великого княжества после присоединения: к маленькому княжеству Коломны (1300 году); Переславля-Залесского (1302 году); Можайска (1303 году).

Небольшое уточнение.
Великим Московское княжество, стало в середине XIV века, когда город Владимир перешел в наследовенное владение Московским князьям.
С 1330-х до 1480 года московские князья, за редкими исключениями, — держатели ханского великокняжеского ярлыка, за получение которого они боролись с двумя другими крупными княжествами: Тверским и Суздальско-Нижегородским. С дальнейшим расширением владений московских князей и централизацией власти в конце XV века Великое княжество Московское стало центром единого Русского государства, освободившегося от ордынской зависимости. В 1547 году великий князь Московский, государь всея Руси Иван IV Васильевич принял титул царя.

[Gosha]

Небольшое уточнение.

Киев (882 — 1243) — это 361 год.
В 882 году преемник Рюрика новгородский князь Олег Вещий захватил Киев, который с этого времени становится столицей Руси. С принятием Русью христианства в конце X века Киев становится резиденцией русского митрополита. Совпадение политического и церковного центра в сочетании с длительным периодом единовластия киевских князей привело к формированию на Руси устойчивого института столицы, что было не типичным для большинства европейских стран того времени.

В древнерусской литературе понятию столицы соответствовали выражения «старейший стол» и сохранившие своё значение до сегодняшнего дня «стольный город» и эпитет «первопрестольный». Киев получил наименование «Матери городов русских», что являлось калькой с греческого слова «метрополия» и уподобляло город Константинополю.

Своей княжеской династии в Киеве не сложилось, контроль над ним был предметом постоянной борьбы, что с одной стороны вело к неуклонному падению его реальной роли, а с другой делало объектом, вокруг которого переплетались интересы всех русских земель. С 1169 года, когда Андрей Боголюбский, обладая признанным старшинством, впервые отказался занять киевский стол, связь между обладанием Киевом и статусом самого сильного князя стала необязательной. В последующее время старшие суздальские и волынские князья предпочитали передавать Киев своим второстепенным родственникам, а черниговские и смоленские — чаще правили лично. Тем не менее, к князьям, когда-либо в течение жизни побывавшим в Киеве, продолжал прилагаться титул князей «всея Руси». Как в древнерусских источниках, так и в глазах иностранцев город продолжал восприниматься как столица. В 1240 году Киев был разрушен монголами и на долгое время пришёл в упадок. Борьба за него прекратилась. Старейшими на Руси были признаны владимирские великие князья Ярослав Всеволодович (1243) и Александр Ярославич Невский (1249), и Киев был передан им. Однако своей резиденцией они предпочли оставить Владимир. В последующую эпоху, вплоть до завоевания Киева Литвой (1362), в нём правили провинциальные князья, не претендовавшие на общерусское главенство.

Владимир (1243 — 1389) — это 146 лет.

Владимир-на-Клязьме, основанный в 1108 году Владимиром Мономахом, стал столицей Северо-Восточной Руси в 1157, когда сюда из Суздаля перенёс свою резиденцию князь Андрей Юрьевич Боголюбский. Признание старейшинства в княжеском роде, действительно, оказалось оторванным от киевского стола, но оно прилагалось к личности князя, а не его городу и далеко не всегда принадлежало владимирским князьям. Временем максимального влияния княжества стало правление Всеволода Юрьевича Большое гнездо. Его главенство признавалось князьями всех русских земель, кроме Чернигова и Полоцка, и отныне владимирские князья стали именоваться «великими».
После Монгольского нашествия (1237—1240) все русские земли оказались под верховной властью Монгольской империи, в подчинении её западного крыла — Улуса Джучи или Золотой Орды. И именно великие князья Владимирские были номинально признаны в Орде старейшими во всей Руси. В 1299 году во Владимир перенёс свою резиденцию митрополит. С нач. XIV века владимирские князья стали носить титул «великих князей всея Руси».

Москва (1389 — 1712) — это 323 года

Москва впервые упомянута в летописи в 1147 году. В 1263 году Москву получил в удел младший сын Александра Невского — Даниил Александрович. Не претендуя на великое княжение Владимирское, он смог значительно расширить территорию своего княжества за счёт соседних смоленских и рязанских волостей. Это позволило Даниилу привлечь к себе на службу большое количество служилых людей, которые составили основу мощного московского боярства. В современной историографии данный фактор рассматривается как важнейший в процессе успешного возвышения Москвы. В 1325 году в Москву из Владимира переехал митрополит. Московское княжество стало Великим с июля 1392 года когда Василий I Дмитриевич получил ярлык на присоединения Нижнего Новгорода, Городца, Мещеры и Тарусы. В 1393 году присоединение Суздальско-Нижегородского и Муромского княжества, Торжка, Волоколамска, Вологды после войны с Новгородом.
В 1547 году Иван IV принял царский титул, и Москва до 1712 года стала столицей уже царства — Государства Российского.