Мобильная версия
Камиль Абэ: 20 мар 2019, 15:01 Это есть добавочный налог на крестьянство в интересах подъема индустрии, обслуживающей всю страну, в том числе крестьянство. Это есть нечто вроде "дани", нечто вроде сверхналога, который мы вынуждены брать временно для того, чтобы сохранить и развить дальше нынешний темп развития индустрии, обеспечить индустрию для всей страны, поднять дальше благосостояние деревни и потом уничтожить вовсе этот добавочный налог, эти "ножницы" между городом и деревней.
К концу 1920-х годов — времени установления единоличной власти Сталина — страна Советов находилась на грани финансового банкротства. Золотовалютные резервы СССР не превышали 200 млн золотых рублей, что было эквивалентом 150 т чистого золота. Ничтожно мало по сравнению с довоенным золотым запасом Российской империи, который по стоимости достигал почти 1,8 млрд золотых рублей (эквивалент более 1400 т чистого золота). К тому же у СССР образовался внушительный внешний долг, и стране предстояло потратить астрономические средства на индустриальный рывок.
Ко времени смерти диктатора в марте 1953 года золотой запас СССР вырос как минимум в 14 раз. В наследство последующим советским руководителям Сталин оставил, по разным оценкам, от 2051 до 2804 т золота. Сталинская золотая кубышка оказалась больше золотой казны царской России. Далеко до Сталина было и его главному сопернику — Гитлеру. В начале Второй мировой войны золотые ресурсы Германии оценивались в $192 млн — эквивалент 170 т чистого золота, к которым надо добавить еще около 500 т золота, награбленного нацистами в Европе.
Царскую золотую казну пустили по ветру всего за несколько лет. Еще до прихода большевиков к власти более 640 млн золотых рублей было вывезено за границу царским и Временным правительствами в уплату военных кредитов. В перипетиях Гражданской войны, при участии и белых, и красных, истратили, украли и потеряли золота на сумму около 240 млн золотых рублей.
Но особенно быстро «царский» золотой запас таял в первые годы Советской власти. Золото пошло на оплату контрибуций по сепаратному Брестскому миру с Германией, позволившему Советской России выйти из Первой мировой, на «подарки» по мирным договорам 1920-х соседям — прибалтийским государствам, Польше, Турции. Огромные средства уходили в 1920-е на разжигание мировой революции и создание советской шпионской сети на Западе. Кроме того, тонны золота и драгоценностей, экспроприированных у «имущих классов», шли на покрытие дефицита советской внешней торговли. При полном развале экономики, отсутствии экспорта и доходов от него, а также трудностях с получением кредитов на капиталистическом Западе Советской России приходилось расплачиваться за импорт жизненно необходимых товаров национальным золотым запасом.
В 1925 году комиссия Сената США расследовала вопрос о советском экспорте драгоценных металлов на Запад. По ее данным, в 1920–1922 годах большевики продали за границу более 500 т чистого золота! Реалистичность этой оценки подтверждали как секретные документы советского правительства, так и скудная наличность в хранилищах Госбанка СССР. По данным «Отчета по золотому фонду», составленного правительственной комиссией, которая по заданию Ленина обследовала финансовое положение страны, на 1 февраля 1922 года советское государство имело золота всего лишь на 217,9 млн золотых рублей, причем из этих средств нужно было направить 103 млн золотых рублей на погашение государственного долга.
В 1927 году в СССР началась форсированная индустриализация. Расчет Сталина на то, что валютные доходы от экспорта сельскохозяйственной продукции, продовольствия и сырья будут финансировать промышленное развитие страны, не оправдался: в условиях мирового кризиса, разразившегося в 1929 году, и затяжной депрессии на Западе цены на сельскохозяйственную продукцию безнадежно упали. В 1931–1933 годах — решающий этап советской индустриализации — реальная экспортная выручка ежегодно была на 600–700 млн золотых рублей меньше ожидаемой, докризисной. СССР продавал зерно в половину, а то и в треть докризисной мировой цены, тогда как миллионы собственных крестьян, вырастивших это зерно, умирали от голода.
