Кадук: 13 окт 2018, 18:26
Исходя из того,что соотношение раненых к убитым примерно 1\3 можно легко посчитать действительные потери в живой силе РККА.
Безвозвратные потери каждой дивизии стекались в Генштаб с приложением схем расположения дивизионного кладбища, но ориентиры как сами братские кладбища не уцелели исчезли с лица земли на местах колхозных полей и деревень выросли леса.
В начале 1941 года население СССР составляло, как выяснено в последнее время посредством тщательнейших и всецело достоверных подсчетов (работа вышла в 1999-м году), 195,3 млн. человек, а в начале 1946-го людей старше 5 лет в стране имелось всего лишь 157,2 млн. Таким образом, "исчезли" 38,1 млн. человек из имевшихся в начале 1941-год. Утрата, конечно же, огромна - 19,5% - почти каждый пятый! - из населения 1941 года.
Даже и 38,1 млн. "исчезнувших" людей нельзя отнести целиком к жертвам войны, ибо ведь и в 1941-1945 гг. люди продолжали уходить из жизни в силу "естественной" смертности, которая уносила в то время минимум (именно минимум) 1,3% наличного населения за год (не считая младенческой смертности), то есть за пять лет - 6,5% - что от 195,4 млн. составляет 12,7 млн. человек (повторю: по меньшей мере столько).
Кроме того, не так давно были опубликованы сведения о весьма значительной эмиграции из западных областей СССР после 1941 года - эмиграции поляков (2,5 млн.), немцев (1,75 млн.), прибалтов (0,25 млн.) и людей других национальностей; в целом эмигранты составляли примерно 5,5 млн. человек. (Народы России. Энциклопедия. — М., 1994. С. 61)
Таким образом, при установлении количества людей, в самом деле погубленных войной, следует исключить из цифры 38,1 млн. те 18,2 млн. (12,7+5,5) человек, которые либо умерли своей смертью", либо эмигрировали. И, значит, действительные жертвы войны — 19,9 млн. человек, не считая, правда, смерти детей, родившихся в годы войны.
Это вроде бы противоречит результату наиболее авторитетного исследования, осуществленного в 1990-х годах сотрудниками Госкомстата — 25,3 млн. человек. Но в этом исследовании специально оговорено, что имеется в виду "общее число умерших (не считая естественной смертности) или оказавшихся за пределами страны, а, как отмечалось выше, за пределами страны оказалось 5,5 млн. эмигрантов, 19,9+5,5 - это 25,4 млн. человек, что почти совпадает с подсчетами Госкомстата. Стоит сообщить, что принципиальное согласие с подсчетами Госкомстата высказал наиболее квалифицированный эмигрантский демограф С. Максудов (А. П. Бабенышев), с начала 1970-х годов работающий в Гарвардском университете (США).
Что же касается гибели военнослужащих, то произведенное в конце 1980-1990-х годах скрупулезное исследование всей массы документов воинского учета 1941-1945 годов показало, что потери армии составляли 8,6 млн. человек. К примерно такой же цифре пришел ранее С. Максудов, причем, особенно существенно, что он исходил не из недоступной ему, эмигранту, воинской документации, а из демографических показателей. И, ознакомившись с опубликованными в 1993 году итогами анализа документов, он выразил удовлетворение и даже "удивление" тем, насколько "потери в военкоматском учете... близки к их демографической оценке". Таким образом, два исследования, исходящие из разных "показателей", дали, в общем, единый результат, что делает этот результат предельно убедительным.
Нельзя не отметить еще и следующее. С. Максудов в качестве профессионального демографа "упрекнул" исследователей армейских документов в игнорировании естественной смертности, обоснование утверждая, что собственно боевые потери на самом деле были меньше 8,6 млн., так как часть военнослужащих (напомню, что в армию призывались и не очень молодые люди - до 50 лет) умерла в силу естественной смертности, и гибель от рук врага постигла, по расчетам С. Максудова, 7,8 млн. военнослужащих.
Широко распространено представление, что наибольшие боевые потери пришлись на самую молодую часть призванных в армию людей,- тех, кому было в 1941 году 18 или не намного больше лет. И это, безусловно, вполне основательное представление, ибо не имевшие существенного жизненного - не говоря, уже об армейском - опыта юноши погибали, конечно, в первую очередь; в этом возрасте к тому же нередко еще слабо развито чувство самосохранения.
Но боевые потери этого поколения все же крайне резко преувеличивают. Так, в печати многократно утверждалось, что воины 1921-1923 годов рождения погибли почти все, например, один известный ученый, членкор АН, писал не так давно: "Из прошедших фронт людей этого возраста вернулись живыми только 3 процента", то есть 97 (!) процентов погибли...
Между тем есть вполне надежные сведения, что из 8,5 млн. мужчин 1919-1923 гг. рождения, имевшихся в 1941 году, к 1949 году "уцелели" 5 млн. Выходит, таким образом, что почти две трети мужчин этого поколения вообще не воевали (что крайне неправдоподобно), ибо, как утверждается, только один из тридцати трех фронтовиков этого возраста "вернулся живым".
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов