Охота эволюция человека ⇐ Доисторические времена

[Gosha]

В простейшем виде праща — это лента из плотного, но эластичного материала, например из сыромятной кожи, с расширением посредине и с петлей на одном конце для крепления ее на большом пальце либо запястье. Такой метательный снаряд может быть сплетен целиком из растительных волокон. Когда лента сложена вдвое, расширение ее центральной части образует карман, куда вкладывается округлый тяжелый предмет. Удержать его там перед броском удобнее всего, полностью растянув пращу в таком положении. В момент броска он отпускает свободный конец пращи, и камень с силой летит в намеченное место.

[Gosha]

Принцип использования пращи как метательного приспособления дает ярчайший пример того, как одна и та же идея может быть приведена в исполнение, притом совершенно независимо, носителями множества разных культур и вне какой-либо очевидной связи с экологическими условиями их существования и социальным устройством обществ. Как видно, это устройство вошло в быт обитателей почти всех уголков Земли — от Гренландии до тропиков Океании и Огненной Земли. Среди всех пяти континентов праща не нашла применения только в Австралии.

[Gosha]

У некоторых народов праща служит в основном для развлечений на досуге.

Она используется у них в ходе ритуальных имитаций военных действий, а также в качестве детской спортивной игрушки — для развития силы и ловкости подрастающего поколения. Это дает основание полагать, что первоначально устройство не имело серьезного практического применения. Но позже оно оказалось весьма полезным в жизни скотоводческих обществ, где пастух получает возможность управлять большим стадом, препятствуя точными бросками камня разбредаться животным, оказавшимся на периферии отары. В дальнейшем эволюция пращи пошла по тому же стандартному пути, которым следовали многие технологические достижения людей, а именно превратилась со временем в грозное военное оружие.

[Gosha]

Вот, например, что известно об использовании пращи в захватнических войнах империи инков (XV—XVI века). У них именно она была главным оружием дальнего радиуса действия. «Это было средство нападения на противника, устрашающее в своей простоте. Его изготавливали из плетеной шерсти ламы. Сложенное вдвое, изделие имело в длину 36—70 см. Пращу вращали над головой, один конец отпускали, и камень летел вперед и попадал в цель с большой точностью.

[Gosha]

С расстояния 15 м он мог проделать вмятину в металлическом шлеме и оглушить человека. Без шлема, защищающего голову, рана, полученная от попадания посланного из пращи камня, была смертельной» (фон Хаген, 2010: 505). Оружие было в ходу и у ацтеков. Стоит вспомнить, что, согласно легенде, великан Голиаф, одетый в металлические доспехи, был убит юношей Давидом не стрелой или топором, а именно камнем, выпущенным из пращи.

[Gosha]

Праща была на вооружении многих армий на ранних этапах цивилизации (в Древнем Египте, Месопотамии, Персии), в вой¬нах античного периода в Греции и Риме, а также в Средние века, во время Крестовых походов, вплоть до XV века (Kofmann, 1973; Harrison, 2006; Wernick, 2014).

В качестве охотничьего оружия праща, по-видимому, не нашла широкого применения. С ней на млекопитающих небольших размеров и на птиц, преимущественно держащихся стаями, охотились носители 10 культур из 21, по которым имеются достоверные сведения. Все это племена индейцев (в том числе и апачи, упомянутые ранее), населяющих западную половину Северной Америки (Skov, 2013: с. 17).

[Gosha]

При попытках установить время появления пращи в предыстории археологи сталкиваются, с проблемой, когда наши предки стали впервые пользоваться деревянными копьями или пращей. Материалы, из которых она изготовляется, так же или даже более недолговечны, как дерево. Но здесь нам на помощь приходит то обстоятельство, что на ранних стадиях использования пращи люди стали использовать в качестве метательных снарядов, наравне с камнями, а затем и вместо них изделия из глины, которые прекрасно сохранятся в археологической летописи.

[Gosha]

Предполагается, что производство таких миниатюрных ядер диаметром в несколько сантиметров получило развитие в раннем неолите, еще до того, как люди научились выделывать керамическую посуду, то есть в период между 12 и 8 тысячами лет назад (Dohrenwend, 2002: 30). Вполне достоверные сведения о существовании целых запасов из сотен глиняных снарядов, заготовленных впрок на случай нашествия противника, получены при раскопках нескольких археологических памятников на Ближнем Востоке, на территории современных Ливана, Сирии, Ирака и Ирана. Наиболее ранними считают артефакты такого характера из поселка Чатал-Хююк в турецкой провинции Анатолия, изготовленные в период между 7400 и 5500 годами до нашего времени (KuHkova, 2013.10).

[Gosha]

Археологи приходят к выводу, что глиняные заготовки для ядер (или «пуль», как их именуют в англоязычной литературе), скорее всего, высушивали на солнце, а не жаром огня, поскольку в последнем случае они оказались бы менее твердыми и более ломки¬ми. Кроме того, для увеличения убойной силы этих снарядов их стали делать не шарообразными, а эллипсовидными в продольном сечении и заостренными на обоих концах.

Показательно, что к такому решению пришли обитатели столь удаленных друг от друга регионов, как, скажем, Пелопоннесский полуостров в Европе и Марианские острова в Океании.

[Gosha]

В древнегреческом городе Олинф изготовление таких ядер было, вероятно, поставлено на поток.

Там при раскопках нашли фрагменты формы из терракоты, углубления которой заполнялись сырой глиной, что позволяло получить при ее высушивании одновременно 11 изделий стандартной величины. Вероятно, были накоплены огромные запасы снарядов, но это не спасло город, когда он в 347 году до нашей эры был завоеван отцом Александра Македонского Филиппом II и полностью разрушен.

[Gosha]

Болас . Чтобы сконструировать этот метательный снаряд, от людей потребовалось гораздо больше креативной фантазии и изобретательности, чем при реализации принципа пращи.
----------------------------------------------------------------------------
Болас, бола, болеадорас — от испанского bola («шар»).

Сам замысел, состоящий в том, чтобы обездвижить животное с расстояния, требовал понимания простых физических закономерностей, таких, например, как действие силы инерции, направленной противоположно ускорению при торможении движущегося тела внешней преградой (момент соприкосновения эластичного тяжа, несущего груз, с ногой жертвы). Кроме того, конструирование такого составного снаряда предполагает сложную иерархию планирования действий — плетение надежных по прочности шнуров, решение способа соединения того и другого в единую конструкцию. Все это становится возможным при достаточно высоком уровне когнитивных способностей. Тем более впечатляет тот факт, что уже на самых ранних этапах социокультурной эволюции все это было осуществлено совершенно независимо обитателями регионов, расположенных, в частности, на противоположных концах земли — в высоких широтах северного и южного полушарий.

Некоторые варианты устройства боласов. Несколько (от двух до семи) тяжестей в форме шара либо эллипсоида крепят тем или иным способом на концах эластичных шнуров, будь то полоски кожи, сухожилия и прочее, которые соединяют воедино в одной точке. При броске эти шнуры обвивают ноги жертвы и лишают ее возможности скрыться бегством.
 

[Gosha]

Первое упоминание об этом оружии датируется в археологической летописи 14600 годами до нашего времени *. Среди 238 артефактов, найденных при раскопках на открытой стоянке в Монте Верде II, недалеко от чилийского побережья Тихого океана, 45 были представлены шарами боласами c желобками для крепления на шнуре. Более мелкие артефакты шарообразной формы были предназначены, как полагают, для метания с помощью пращи (Dillehay et al., 2015: 3).
Наконечник копья ланцетовидной формы, характерной для культур первых поселенцев Южной Америки, найден рядом с костными останками мастодонта либо гомпотерия (Cuvieronicus sensu). Поблизости от следов очага обнаружены фрагменты костей оленя, лошади и вымершего вида лам (Paleolama sp.).
Впрочем, следы использования животной пищи чрезвычайно скудны. Зато великое множество находок говорит о том, насколько значительным был вклад растительных ресурсов в рацион этих палеоиндейцев. Здесь обнаружены ископаемые фрагменты девяти видов съедобных водорослей, которые доставлялись на стоянку за десятки километров с берега океана, а также следы использования 45 видов наземных растений, в том числе дикого картофеля Solanum maglia **(Dillehay, 2008: 785).
-----------------------------------------------------------------------------
* - Трудно поверить в то, что артефакт, названный «болас» в статье Ao et al. (2017), действительно принадлежит к этой категории изделий. Речь там идет о раскопках в местности Суйцзияо (северо-восточный Китай) куль¬турных слоев возрастом 260—370 тысяч лет до нашего времени. Показана фотография камня размером 5 см в поперечнике, очень грубо обработан¬ного в попытках придать ему шарообразную форму. Какие-либо детали, которые могли бы указывать на намерение мастера соединить изделие с неким эластичным тяжем, отсутствуют полностью. Изготовление этого артефакта, как и каменных орудий, найденных вместе с ним, авторы приписывают ранним денисовцам. Также не вызывают доверия упоминания о находках боласов при раскопках в двух других археологических памятниках Китая (возрастом 180—115 и 90—70 тысяч лет), тем более что время изготовления самих этих артефактов не установлено сколько-нибудь определенно (Chen, 2003: 23).
** - Специфические условия захоронения содержимого культурных слоев благоприятствовало необыкновенно хорошему сохранению органических остатков.

[Gosha]

Здесь уместно упомянуть, в дополнение к сказанному во ранее, о том, что в культурных слоях девяти стоянок южноамериканских палеоиндейцев этого периода (на рубеже плейстоцена и голоцена) обнаружены останки 59 видов животных самых разных размерных категорий, от крупных грызунов (туко-туко Ctenomys talarum), гуанако, лошадиных и пумы Puma concolor до нескольких представителей мегафауны.

[Gosha]

Основываясь на этих данных, авторы статьи пишут: «Роль [этих последних] еще нелегко оценить окончательно, но мы полагаем, что она всегда была маргинальной, то есть они не были объектом интенсивных и систематических охоты/падальничества. Та и другая активность могли одновременно иметь место в этот период, но наши данные показывают, что к падальничеству прибегали лишь при случайном обнаружении туш таких животных, как мастодонт и гигантский плащеносный броненосец Doedicurus clavicaudatus» (Gutierrez, Martinez, 2008: 64). То есть сделан вывод, что обитатели этих стоянок не придерживались специализации в добывании животных жертв, а были оппортунистическими потребителями всего спектра природных ресурсов.

[Gosha]

Через восемь тысячелетий после событий, описанных в предыдущих параграфах, боласы были в ходу у тогдашних обитателей острова Огненная Земля. Возраст этих артефактов оценивается в 6200—5600 лет до нашего времени (Morello et al., 2012). Материал, из которого изготовляли шары (песчаник), позволял придать им пра¬вильную шарообразную форму и проделать по экватору изделия глубокий желобок для крепления на нем тесьмы, сплетенной из сухожилий или растительных волокон. Можно видеть, насколько тщательнее обработаны шары по сравнению с каменными орудиями иного назначения, сделанными теми же аборигенами из неподатливого обсидиана. О том, насколько устойчивой оказалась эта традиция в технологии изготовления шаров, говорит их конструкция, дошедшая до XI—XVI веков нашей эры и воплощенная в материальной культуре инков в Перу. У них болас использовался на охоте, а снаряд, сконструированный на основе близкой идеи, — в качестве боевого оружия.

[Gosha]

Сам же принцип использования боласа, зародившийся в Южной Америке вскоре после первого появления там людей и реализованный тогда на юге современного Чили, нашел в дальнейшем широкое применение по всей равнинной территории континента. Издавна и до начала ХХ века это один из наиболее характерных компонентов пастушеского образа жизни народов юга Бразилии, Боливии, Уругвая и особенно Аргентины. Болас — своего рода визитная карточка южноамериканских ковбоев, так называемых гаучо.

[Gosha]

В этом сюжете можно видеть очередной пример того, как носители совершенно разных культур приходят независимо к идентичным, по сути дела, инновациям в сфере обеспечения своих жизненных потребностей.

[Gosha]

Однако при этом реализация одной и той же идеи осуществляется с использованием материалов, наиболее доступных в данной местности и в соответствии с некой вполне конкретной задачей, соответствующей здешним условиям существования людей. В данном случае эскимосы инуиты , за неимением камня, изготовляют грузила для боласа из кости. Она легко подвергается перфорированию, так что отверстия в изделиях позволяют легко соединять эти изделия при создании готового метательного снаряда.

[Gosha]

Он оказывается в результате сравнительно легким и может быть использован только при охоте на птиц. Обитатели пампасов Аргентины испокон ве¬ков охотятся с боласом на гуанако (Lama guanicoe) и страусов нанду (Rhea americana), так что орудие должно быть снабжено достаточно тяжелыми ядрами. Первоначальный способ их крепления на концах соединительных тяжей (на желобке, выдолбленном по экватору артефакта) был со временем заменен здесь и в других ре¬гионах значительно более трудоемким. Шары помещают в кожаные футляры, которые нетрудно закрепить на тесьме попросту с помощью узлов.

Дополнительные сведения об исторических трансформациях оружия типа боласа можно найти в следующих работах испанских исследователей: Boltovskoy, 2002; Hern ndez, 2002.

[Gosha]

Дерево вместо камня: метательные палки

Индейцы апачи — уже упомянутые искусные метатели камней, — а также многие другие индейские этносы юго-запада Северной Америки (например, хопи и навахо) широко используют в качестве охотничьего оружия короткие тяжелые метательные палки. Наиболее успешна охота с ними на животных величиной с кролика и зайца, откуда и само название предмета — «кроличья палка» (rabbit stick). С ее помощью иногда удается добыть пернатое средней величины, например утку. Но эти снаряды могут быть эффективны и при охоте на таких млекопитающих крупного размера, как антилопа вилорог (Antilocapra americana) и толсторогий баран (Ovis canadensis). Более того, хопи и индейцы прибрежных районов южной Калифорнии использовали в прошлом «кроличью палку» в качестве боевого оружия (Koerper, 1998: 256—257).

[Gosha]

Один предмет, который, как предполагается, мог иметь такое же назначение в глубокой древности, был найден археологами в Шёнингене вместе с десятком деревянных копий. Как мы помним, изготовление этих артефактов приписывают гейдельбергскому человеку, полагая, что они сделаны были задолго до появления в Европе Homo sapiens — около 300 тысяч лет назад. Этот снаряд представляет собой слегка изогнутый обрубок дерева длиной 78 см, заметно сужающийся к концам, которые, однако, не сведены на острие, в отличие от копий.

[Gosha]

Более поздний образчик метательной палки, сделанной из бивня мамонта около 20 тысяч лет назад, вероятно, неандертальцем, был найден археологами в пещере массива Облазова на территории современной Польши (Koerper et al., 1998: 65). Изображение такого оружия присутствует в египетских настенных росписях, относимых к 1425 году до нашей эры. А сам снаряд обнаружен археодавние времена уходят корнями метательные палки разной убойной силы и бумеранги австралийских аборигенов, о которых речь пойдет далее.

[Gosha]

Индейцы делают это оружие из твердых пород дерева (разные виды мескита рода Prosopis, дуб, железное дерево Lyonothamnus floribundus, корпус Cornus excelsa и др.). Как видно, форма изделий значительно варьирует — некоторые напоминают австралийский охотничий бумеранг, не рассчитанный на возврат к охотнику после броска. Длина орудия — от 30 до 45 см, вес 300— 400 г. Цель может быть поражена с расстояния от 60 до почти 200 м.

[Gosha]

Археологические находки в двух пещерах (в штатах Флорида и Невада) показали, что «кроличьи палки» разной формы, включая изогнутые наподобие австралийских бумерангов, использовались в Северной Америке еще в период существования здесь культуры кловис, около 9—8.5 тысяч лет назад (Tuohy, 2004). По словам этого автора, один из этих артефактов представляет собой самый древний бумеранг из найденных когда-либо археологами (там же). Следует, однако, заметить, что первые изображения бумерангов в наскальной живописи Австралии датируются еще более ранними временами — по меньшей мере 10 тысячами лет назад.

[Gosha]

Все сказанное выше свидетельствует о том, сколь важную роль испокон веков играло дерево в качестве материала для изготовления охотничьего оружия. Древесина твердых пород вполне может соперничать по твердости с камнем, который во многих архаических культурах вообще никогда не используется для наконечников охотничьих орудий. Существует точка зрения, согласно которой идея о том, что каменные наконечники для копий и стрел оказываются непременно наилучшими в плане оптимизации убойной силы такого оружия, — это не более чем привычное, устоявшееся заблуждение (Waguespack et al., 2009).

По этому поводу в другом месте иронично сказано, что камень, в отличие от дерева, не обязательно столь же важен для самих изготовителей артефактов, как для археологов, их изучающих (Sillitoe, Hardy, 2003: 563).