Самаритяне и Иудеи - история взаимоотношений ⇐ История древнего мира

[Samuel]

Прошлое и настоящее самаритян

По мнению современных Иудеев и Иудеев древности, не собственное желание, но воля ассирийского царя, который переселил язычников Ассирии в Израиль, сделала язычников Междуречья наследниками павшего Израильского царства. Однако и безумие тирана порой подвластно целям Творца. Некоторые евреи Израиля, по мнению Иудеев, опустились тогда же (8 век до н.э.) до идолопоклонства, но пришельцы из Ассирии поднялись до Торы. Они приняли единого Бога, но были отвергнуты его народом. И, разделив участь евреев, оказались вовлеченными в порочный и кровавый конфликт с ними.
ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ
Когда-то здесь стоял храм. Храма давно уже нет, но гора, на которой он возвышался, священна. Гора Гризим возле Шхема.
Каждый Песах самаритяне поднимаются сюда, чтобы принести очистительную жертву. Как и две с половиной тысячи лет назад, они разбивают шатры и одеваются в особые праздничные одежды – белые, подпоясанные белыми же поясами балахоны. Головы их венчают красные или белые конусообразные фески, в руках у них – длинные посохи. Точно такие же, как те, что были у евреев, выходивших из Египта и еще не знавших, что им суждено стать единым богоизбранным народом.
Среди толпы выделяется человек в красных одеяниях. Это коэн, первосвященник, глава общины и, как верят самаритяне, потомок Аарона.
За несколько недель до Песаха самаритяне выпекают мацу – не хрустящую и ломкую, как у евреев, но мягкую и круглую, похожую на арабские питы. Они поднимаются к жертвенному камню и вводят в круг семь баранов – в точности как сказано в Торе. Здесь, соблюдая вплоть до последней мелочи ритуал жертвоприношения, баранов режут – на том же камне, на котором это делали их предки. Затем туши разделывают и обжаривают на вертелах. Но не дай Бог раздробить кости – это святотатство.
Затем начинается трапеза. Впрочем, нет, не трапеза, даже не процедура насыщения. И уж тем более не знаменитый израильский пикник с “мясом на огне”. Лихорадочно, давясь и заталкивая в рот куски баранины, с необузданной жадностью боящегося потерять еду человека поглощают они пищу. Но не потому, что голодны, хотя специально не едят в преддверии Песаха. А потому, что “ведь в спешке выходили мы из Египта”. Съев мясо, сжигают остатки, тщательно следя за тем, чтобы ничто не осквернило тленом святость этого места.
Когда-то, до разрушения Второго Храма, точно так же поступали евреи. Но если для евреев жертвоприношение сегодня – доисторический анахронизм, то самаритяне чтят его больше жизни. Это момент, когда они чувствуют себя ближе всего к Творцу.
Ни один человек не остается дома в этот день. Не назначаются встречи, не планируются дела. Весь народ восходит на гору Гризим. Старики встают с постелей, инвалидов везут в колясках их родственники, младенцев несут на руках матери, больных поддерживают под руки. Лучше умереть здесь, возле жертвенника, чем остаться одному дома. Это не просто традиция – это закон. Один из свода не подлежащих обсуждению законов, которые удержали самаритян на поверхности истории в то время, когда другие народы, казалось бы, куда более сильные и многочисленные, один за другим исчезали в ее пучине.
ДВА ЛИКА ОДНОГО НАРОДА
Самаритянская община – уникальной раритет человеческой цивилизации, живое свидетельство эпохи Второго Храма, застывшее в потоке времени. Сокращаясь от века к веку, скованная в своем развитии враждой и деспотизмом сменявших друг друга властителей, она все плотнее сворачивалась в непроницаемый для внешнего мира кокон ветхозаветных предписаний, чтобы вновь вернуться к жизни в момент, когда древняя земля Израиля освободится из ледяных объятий иноземных культур. А пробудившись – проявила поразительную гибкость и жизнеспособность, столь несвойственную историческим реликтам.
У самаритянской общины два лица. В будние дни квартал Неве-Пинхас, что на окраине Холона, неотличим от обычных зажиточных “спальных” районов израильских городов. Небольшие виллы, окруженные зеленью, тенистые улочки, детские площадки и стоянки для машин. Белые столики во дворах, еврейские имена на дверях квартир, иврит, звучащий со всех сторон, запах специй и жареного мяса. Люди одеты скромно, но вполне современно. Женщины в платьях и джинсах, мужчины в майках и рубашках. Никто не покрывает головы кипами и другими головными уборами.
Лишь непонятная надпись перед сквером, состоящая из странных значков, похожих на шумерскую клинопись, может вызвать удивление, но случайный посетитель, скорее всего, отнесет ее на счет чудачеств местного населения.
— Только очень наблюдательный человек поймет, что наш квартал отличается от других, – говорит Шахар Иегошуа, секретарь самаритянской общины в Холоне. – Как? Например, по надписям на указателях улиц. Надписи на трех языках: иврите, английском и древнееврейском. Люди теряются, когда видят эти буквы. Они начинают гадать, что это за язык. Как правило, говорят: арамейский. На самом деле перед ними язык ТАНАХа. Настоящий, а не адаптированный к современности еврейский язык. И мы говорим на нем, как и на иврите.
Шахар – типичный представитель общины. По израильским стандартам он относится к преуспевающему среднему классу. Заместитель управляющего банка, он недавно достроил второй этаж своей виллы и не без гордости показывает просторную веранду, с которой открывается вид на Неве-Пинхас:
— Многие, приезжая к нам, думают, что увидят нечто похожее на иерусалимский район Меа-Шеарим. Они ожидают найти полуразвалившиеся постройки и людей, изолировавших себя от окружающего мира. Но большинство из нас вполне коммуникабельны. Все работают, многие занимают хорошие должности и преуспевают. Можешь зайти в дом к любому и убедиться, что я – не исключение. Почти у всех – свой дом, свои машины. У всех наших детей есть компьютеры – они готовы к тому, чтобы во всеоружии вступить в век высоких технологий.
Шахар гордится своим старшим сыном, который завершает службу в армии, обожает компьютеры и изучает программирование:
— Его подруга – еврейка из Беэр-Шевы, – подмигивает Шахар. – Многим израильтянкам нравятся наши парни. Девушки стремятся выйти за них замуж, хотя даже не подозревают, насколько трудно быть самаритянином.
А действительно – трудно. Светскость и современный уклад – не более чем накидка, наброшенная на сцементированный веками каркас традиций и предписаний. Кажущиеся обыденность и простота жизни обитателей квартала Неве-Пинхас обманчивы. Второе лицо общины открывается с наступлением субботы. В этот момент возникает чувство, что жителей района подменяют. От праздности вечерних двориков, непринужденности и благоденствия не остается и следа. Гул голосов, звучание автомобильных сигналов, детский визг сменяются торжественной тишиной. К середине дня самаритяне облачаются в традиционные праздничные одежды. В домах до исхода субботы гаснет свет, прекращаются работы, связь с внешним миром прерывается. Наступает день молитв. У самаритян четыре молитвы: в пятницу вечером, затем с трех часов ночи до первых лучей солнца, днем и вечером. В перерыве между молитвами читаются главы из Пятикнижия. Никаких скидок на здоровье не делается – как и при восхождении на гору Гризим.
— Субботний день свят. Для всех – у нас, в отличие от евреев, нет деления на светских и несветских. Мы не нарушаем ни одной из заповедей Торы. Нашей Торы, – говорит Шахар.
БРАТЬЯ-ВРАГИ
“Наша Тора” – не оговорка. Тора самаритян отличается от еврейской. Изменения – несущественны, но они есть. Значительно важнее другое. В отличие от евреев, самаритяне верят, что Тора была завершена уже после вступления Иисуса Навина в землю Ханаан – его современником Авишуа бен-Пинхасом ха-Коэном на горе Гризим. Почему именно на Гризим? Потому что Гризим и есть та самая гора Мория, где Авраам собирался принести в жертву своего сына Ицхака. Священное место для всех евреев. И если бы не человеческая глупость и гордыня, оно бы и осталось таковым, убеждены самаритяне. Но судьба распорядилась иначе, и это стало причиной раскола и бедствий еврейского народа.
Эли Коэн из ветви Итамара бросил вызов своему племяннику – Ази бен-Бхаки из ветви Пинхаса бен-Элиэзера, которому было завещано первосвященство. Часть людей поддержала Эли, и спор за духовное наследство вылился в противостояние двух лагерей. В одну из ночей Эли Коэн вместе со своими приверженцами из колен Иуды и Биньямина покинул гору Гризим, прихватив скинию Завета. Дойдя до Шило, он поставил скинию там и объявил новое место святилищем. Впрочем, Шило оказалось временной стоянкой, и скиния была перевезена в Иерусалим, который и превратился в духовную и политическую столицу евреев.
Те же, однако, кто остался с Ази бен-Бхаки, сохранили верность горе Гризим. Они объединили вокруг себя десять колен и стали родоначальниками Израиля. Колено Иуды и колено Биньямина укрепились в Иерусалиме и положили начало Иудее. Одно время все двенадцать колен были объединены Давидом, но раскол и отчуждение оказались столь велики, что удержать враждующих собратьев под одной короной наследникам царя Соломона не удалось. Еврейское царство вновь раскололось надвое по старому, так и не зажившему шву: на Иудею со столицей в Иерусалиме и Израиль со столицей в Шомроне-Самарии (название “шомроним” происходит от древнееврейского слова “стражи”) и святилищем на горе Гризим.
Самаритянская традиция отказывается принимать версию о том, что весь народ Израиля был уведен ассирийским царем в изгнание. Это, утверждают ее приверженцы, не более чем преувеличение и плод злопыхательства иудеев. Часть людей, в основном элита, действительно, попала в плен и была уведена за пределы Израиля, но большая часть осталась – в основном потомки Йосефа, разделившиеся на колена Эфраима и Менаше. Остались и потомки левитов, которые из поколения в поколение передавали священные традиции народа.
Все сегодняшние самаритяне относят себя к потомкам Йосефа. Семья (или клан) Цдака Ацапори считается наследниками Менаше, семьи Дафни, Иегошуа, Мархив и Шашони – колена Эфраима.
— Каждый из нас знает, к какому роду принадлежит, и чтит память предков, – говорит Шахар.
Официальная версия, основанная на ТАНАХе, менее романтична. Согласно ей нынешние самаритяне – потомки языческих племен из Междуречья, Северной Сирии и Западного Ирана, в основном – кутейцы, покоренные царем Ассирии и переселенные им на территорию разрушенного Израильского царства (1). “И перевел царь Ассирийский людей из Вавилона, и из Куты, и из Аввы, из Емафа, и из Сепарваима, и поселил их в городах Самарийских вместо сынов Израилевых. И они овладели Самариею, и стали жить в городах ее” (IV Царств, 17:24). Обосновавшись на новой земле, пришельцы вобрали в себя остатки местного населения и приняли нового Бога. Сделать это им было нетрудно, ибо ассирийские наместники поощряли смену религий, справедливо полагая, что уход от своих богов окончательно лишит переселенцев связей с прежней родиной.
Предоставленные сами себе, самаритяне установили святилище на горе Гризим и вполне мирно соседствовали с теми евреями, которые остались в разоренной Вавилоном Иудее. Друг в друге они видели братьев, а смешанные браки стали общепринятой нормой.
Раскол (и здесь обе версии совпадают) произошел после возвращения евреев из вавилонского плена и прибытия в Иерусалим Эзры и Нехемии (2). Самаритянские хроники гласят, что “шомроним”, предвкушая возрождение единого царства, обратились к Нехемии с просьбой позволить им участвовать в восстановлении нового Храма, но получили решительный отказ на том основании, что они-де не евреи и потому не могут иметь своей доли в священнодействии. ТАНАХ возлагает вину за происшедшее на самаритян, которые в своей ревнивой приверженности горе Гризим как мифической святыне, делали все, чтобы помешать возрождению Храма, – строили козни и срывали восстановительные работы. Тогда разгневанный Нехемия особым указом отстранил самаритян от участия в строительстве: “А вам нет части, и права, и памяти в Иерусалиме” (Нехемия, 2:20).
Сказать, чья версия более близка к правде, трудно. Но не стоит забывать, что запрет Нехемии и Эзры на смешанные браки евреев с другими народами во избежание ассимиляции наверняка распространялся и на самаритян, превращая их в париев. Те же, в свою очередь, вряд ли могли симпатизировать идее восстановления Храма в Иерусалиме, в то время как сами не имели такового на горе Гризим.
Так или иначе, после отказа Нехемии отношения между двумя братскими народами дали трещину, которая с течением времени только углублялась, пока не превратилась в пропасть. Евреи презрительно именовали самаритян кутейцами, подчеркивая их языческое происхождение. Еврейские первосвященники запретили своей пастве вступать в браки с самаритянами, делать обрезание у “моэлей-кутейцев”, купаться в их миквах, есть их пищу – хлеб и мясо.
Самаритяне отвечали евреям аналогичными запретами, а также мстили им, доставляя всевозможные неудобства и неприятности. Мешали паломникам из Галилеи следовать через Самарию; разжигали костры на вершинах гор не в преддверии праздников, как было принято, а в обычные дни, чтобы запутать своих соседей; натравливали на евреев враждебные им племена.
Завоевание Палестины Александром Македонским не изменило ситуацию. Великий завоеватель, безразличный к духовным исканиям, в равной степени покровительствовал обоим народам, которые поразили его оригинальностью своей религии не меньше, чем ревностным и страстным отстаиванием малозначительных, казалось бы, деталей культа. Великодушно отозвавшись на мольбы самаритян, Александр Македонский разрешил им воплотить в жизнь свою мечту – построить храм на горе Гризим. На протяжении двухсот лет на Святой Земле было два храма – в Иерусалиме и в Самарии. Обстоятельство это не способствовало сближению двух народов, но связи между ними еще не были окончательно разорваны. Вражда тлела, однако не перерастала в прямой конфликт. Ее можно было еще преодолеть – религиозные расхождения не казались слишком значительными, а взаимные претензии не отложились в памяти несокрушимыми пластами предубеждений. Но воцарение хасмонейского царя Йоханана Гиркана разнесло вдребезги последние шансы на примирение. Опьяненный военными успехами Маккавеев и преисполненный кичливой верой в свое превосходство, Гиркан решил покончить с “самарийской ересью”. Вторгшись в Самарию, он опустошил ее и, дабы окончательно сломить “язычников” и обратить их лицом к Иерусалиму, сровнял с землей храм на горе Гризим. Для самаритян это было потрясением столь же ужасным, как для евреев – разрушение их Храма Навуходоносором. И, возможно, даже более страшным: ведь на руинах уничтоженной святыни торжествовал не бездушный дикий варвар, но свой же собрат – еврейский царь! Вместе с самаритянским храмом евреи растоптали не только всякую надежду на мир с родственным народом, но и собственное достоинство и право на милосердие по отношению к себе.
Отныне Храм в Иерусалиме стал для самаритян символом бездушия и лжи. Они называли его не “Бейт-микдаш”, а “бейт-махташ” (“дом стыда”). Их озлобление породило едва ли не первые в истории антиеврейские наветы. Поверье, пустившее глубокие корни в Самарии, гласило, что в иерусалимском Храме, в месте, где должен находиться “арон-кодеш” (вместилище Торы), евреи прячут человеческий скелет и тайно ему поклоняются. Самаритяне находили особое удовольствие в том, чтобы осквернять этот Храм, разбрасывая вокруг него кости людей и животных, что должно было еще больше подчеркнуть “мерзость” этого места.
Впрочем, евреи в своих предрассудках ничем не уступали самаритянам. Встречая их, они брезгливо отворачивались, обходили стороной Самарию, которую считали “нечистой” и оскверненной, распространяли слухи, что “шомроним” поклоняются языческому богу кутейцев Нергалу и чуть ли не приносят человеческие жертвы. То был типичный пример ненависти, рожденной религиозной слепотой и мелочными придирками. Тогда еще ни евреи, ни самаритяне не подозревали, какой будет расплата за невежество и высокомерие.
МИР, ОБРАЩЕННЫЙ В ПРОШЛОЕ
После разрушения Второго Храма взаимная этническая ненависть не ослабла, а мифологические расхождения вышли на уровень религиозного конфликта. В Иудее и в диаспоре победили “прушим” – сторонники реформированного иудаизма. Храмовая культура исчезла. Кипа, тфилин и мезуза сменили жертвоприношение, как знак благодарного служения Творцу. Пятикнижие дополнилось Устной Торой – Мишной. Бесчисленные юридические и религиозно-этические толкования Торы оформились в Талмуд, который превратился в самодостаточную ценность.
В отличие от евреев, самаритяне не изменили прежним традициям ни на йоту. Даже в отсутствие своего Храма они продолжали приносить жертвы на горе Гризим; они отказались принять Устную Тору, считая ее производным и надуманным комментарием священных текстов; они соблюдают только те праздники, что указаны в Торе. Пурим и Ханука для них не имеют ни малейшей ценности. Впрочем, и религиозные праздники самаритяне отмечают не так, как евреи. “Сукка” их устанавливается не на улице, а внутри квартиры и являет собой разноцветное кружево стянутых в огромный “зонт” фруктов под потолком. “Это очень трудоемкая, пожалуй, даже ювелирная работа – подвесить каждый плод к потолку так, чтобы вместе они составили нужный орнамент, – говорит Шахар. – Так предписывает традиция. Мы не строим шалаши, как евреи”.
Единственная книга, которую самаритяне почитают кроме Торы, – Книга Иушуа бин Нуна (Иисуса Навина), но она не имеет ничего общего с одноименной книгой в ТАНАХе. Самаритяне ревностно сохраняют сан первосвященника из рода коэнов – потомков Итамара, сына Аарона. Первосвященник одновременно и глава общины.
“Шомроним”, как и евреи, построили свои синагоги, но здания эти подчеркнуто скромны, непритязательны и создают впечатление временности. Лишь внутреннее убранство новой синагоги в Неве-Пинхасе выполнено в более изящном и торжественном стиле. При этом самаритяне крайне благоговейно относятся к храмовой обрядности. Перед входом в синагогу, например, они, как это делали раньше евреи перед вступлением в Храм, разуваются – ведь сказано в Торе: “сними обувь твою, ибо место, на котором стоишь, есть земля святая…” Самаритяне не носят кипу и не накладывают тфилин, так как считают эти символы измышлениями галутных раввинов. Они придерживаются своего календаря, отличного от еврейского, который ведут от момента вступления Иисуса Навина в землю Ханаан. Сегодня по самаритянскому календарю 3638 год. Молитву они читают на древнееврейском, похожем на современный иврит примерно так же, как старославянский язык похож на русский. Они верят в приход Мессии, но убеждены, что принадлежать он будет не к “Давидову корню”, а к “древу Йосефа”. Им станет Тахеб, сын Йосефа, который “явит себя в дни возмездия и воздаяния”.
В первые века новой эры в Самарии возникли движения за религиозную реформу, подобные реформе “прушим”, но развития они не получили. Представления самаритян оставались неизменными, и это отразилось и на их жизненном укладе, и на системе образования. От самаритян не требовалось комментировать Тору и отыскивать тайные смыслы священных текстов – но знание Пятикнижия должно было быть безукоризненным. Потому занятия Торой у них еще более продолжительны, чем в ортодоксальных йешивах, а спрос с детей – более строгий. Самаритяне не устанавливают срок бар- и бат-мицвы. Но во время церемонии перехода в совершеннолетие подростку надлежит пройти труднейший экзамен, в котором не делается скидок на возраст. В частности, прочитать наизусть перед общиной большую часть Торы – начиная с благословения на горе Синай.
Нагрузка на маленьких самаритян больше, чем на других их сверстников. Они учатся в государственно-религиозных школах, но помимо этого – и в местном общинном центре: учат древнееврейский язык и изучают традиции. И учеба эта не менее обязательна, чем государственная.
Светские законы не действуют в самаритянской общине. Процедуры брака и развода не менее строги, чем у ортодоксов Иудеев, но – иные. Супружеству предшествуют три этапа: знакомство (правда, институт посредников отсутствует – из-за малочисленности общины), помолвка и свадьба. Скрепляет союз коэн-первосвященник, он же принимает решение о разводе. Один человек совмещает в себе функции всего раввинатского суда – и противостоять его воле еще труднее, чем бюрократической религиозной машине. Лишь на первом этапе будущие супруги могут расстаться, не проходя процедуры развода. Но, помолвленные, они очень часто обречены оставаться друг с другом. Разводы у самаритян совершаются очень редко, и они крайне болезненны.
Самаритяне тщательно блюдут законы чистоты, описанные в Торе. Во время месячных женщина, как это предписано Торой, не только не может вести хозяйство, но даже ее передвижение по дому ограничено. Она должна находиться в отдельной комнате, предоставив мужу заниматься всеми “женскими” делами – готовкой, стиркой, поддержанием чистоты, заботой о детях.
К кашруту самаритяне относятся не менее ревностно, чем ультраортодоксы, – правда, со своих позиций: не покупают мясо у еврейских торговцев, считая его недостаточно кашерным. В общине есть свой резник, чьи умение и знания, по мнению самаритян, берут свое начало из глубокой древности и были утрачены евреями в галуте. Как в древности, часть мяса они отдают коэну – в качестве “безвозмездной доли”.
Религиозное рвение самаритян уникально, и оно было щедро вознаграждено: спасение пришло, когда история уже занесла над ними свою длань. Однако сегодня, оглядываясь в прошлое, можно предположить, что при более благоприятных обстоятельствах и более искушенных вождях самаритяне могли не только выжить, но и остаться хозяевами этой земли на века. И тогда современная история ближневосточного конфликта пошла бы совсем по другому пути…
ВИЗАНТИЙСКАЯ НАКОВАЛЬНЯ
В течение двух столетий – со второго по четвертое – самаритяне были доминирующим этносом Палестины. Евреи, потерпевшие сокрушительное поражение во время двух повстанческих войн и совершенно обескровленные, не составляли им конкуренции. Самаритяне беспрепятственно расселялись на опустевшей территории – следы их присутствия археологи обнаруживают по всей территории Израиля: от Кармеля на севере до Иудейской пустыни на юге, от Кесарии на западе – до Бейт-Шеана на востоке.
Ситуация стала ухудшаться в IV веке, когда самаритяне приобрели наибольшее влияние. Возможно, они слишком уверовали в свою удачу, а может быть, как это частенько бывало с другими народами, не сумели разглядеть за локальными событиями контуры грядущих перемен. Так или иначе, самаритяне вступили в противоборство с силой, одолеть которую были заведомо не в состоянии, – с быстро наращивавшей мускулы Византийской империей. Помочь им могло только чудо – но чуда, к сожалению, не произошло. Раз за разом самаритяне восставали против Константинополя, и каждый раз византийцы с легкостью сокрушали их.
Печальнее всего то, что Византия, особенно на первых порах, готова была довольствоваться лишь политической властью в Восточном Средиземноморье, не пытаясь навязывать христианство ни евреям, ни самаритянам. В то время отношения между иудаизмом и греко-православной церковью еще не были так безнадежно пропитаны враждебностью и подозрительностью. Предрассудки и суеверия не отягощали их вековыми напластованиями; евреи все еще оставались для ранних христиан народом Книги, и раздражение еврейской “жестоковыйностью” соседствовало с чем-то вроде сыновнего почтения и даже некоторого трепета. Прошли столетия, прежде чем христиане стали видеть в народе Моисея “народ-богоубийцу”, а еврейская суббота обратилась в “шабаш ведьм”. Конечно, наместники Константинополя в приливах религиозного и служебного усердия пытались утвердить свою веру среди евреев и самаритян, но их действия несопоставимы с политикой грубого и неприкрыто-издевательского насаждения языческих культов римскими императорами. Нельзя сказать, что самаритяне не страдали от ограничений, от чуждых и даже противных им христианских указов, но терпимость и плюрализм вообще не были, увы, характерной чертой раннего средневековья. В то же время самаритяне обладали равными правами с остальным населением Палестины (как повелел именовать покоренную Эрец-Исраэль император Адриан) и, более того, пользовались даже определенными привилегиями. В частности, им разрешалось служить в византийской армии – и обстоятельство это, по иронии истории, сыграло роковую роль в их судьбе.
Первый конфликт произошел в конце V века, во время правления императора Зенона. Руководители восстания не испытывали нехватки мужества и отваги. Во главе мятежников стояли лидеры разбойничьих банд, орудовавших в Самарии, и один из них, по кличке Волк, стал вождем наспех сколоченного войска. Позднее, провозгласив себя царем самаритян, он присвоил себе римское имя Юстас – популярное на территории бывшей Римской империи.
Чего не хватало восставшим – так это здравого смысла и ощущения перспективы. Часть из них руководствовалась верой в приход Спасителя, который поможет им совладать со злодеями. Другие надеялись, что византийцы, занятые подавлением бунта в Антиохии, не обратят внимания на “неприятности” в Палестине. Третьи рассчитывали на помощь иранских Сасанидов. Все эти надежды лопнули как мыльный пузырь при столкновении с реальностью.
Поначалу, как это часто бывает, самаритяне без труда сломили сопротивление немногочисленного византийского гарнизона в Шхеме и захватили город. Юстус-Волк объявил себя царем и приступил к гражданским делам. Он создал самаритянскую администрацию, разделил свое государство на провинции и организовал своего рода налоговое управление. Он также вступил в Кесарию и разрушил местную церковь. Торжества в Кесарии завершились скачками на ипподроме и кровавой оргией, во время которой были убиты, по утверждению ряда историков, десятки местных христиан.
Праздновать Юстасу, однако, пришлось недолго. Византии не потребовалось мобилизовывать значительные силы для подавления бунта. Легионы, размещенные в Иудее и Сирии, соединились в Самарии, окружили и без особого труда разгромили нерегулярные формирования самаритян. Юстус был схвачен и казнен, а голова его отправлена в Константинополь как вещественное доказательство успеха наместника Палестины. Персидский шах пальцем о палец не ударил, чтобы помочь восставшим, а небеса никак не откликнулись на мольбы о спасении, звучавшие с горы Гризим.
Мессианские чаяния дорого обошлись самаритянам. Отныне им было запрещено отправлять обряды на своей святой горе, и, что еще хуже, на развалинах бывшего храма выросла греко-православная церковь. После этого подчинение Константинополю казалось уже невозможным – и новая вспышка восстания не заставила себя долго ждать. Втянутые в порочный круг борьбы с великой державой раннего средневековья, самаритяне постепенно утрачивали свои силы и веру в справедливость. Ожесточение нарастало с обеих сторон, но если для Византии мятежи самаритян были комариными укусами, то для самаритян карательные акции византийцев превращались в удары кузнечного молота.
Спустя девять лет после первого восстания вспыхнуло второе. Как и в первый раз, самаритяне обратились за помощью к персам, и, как и прежде, персы остались глухи к призывам союзника. Когда византийцы ворвались в Шхем, они обнаружили там лишь несколько сот отчаявшихся людей – большинство самаритян отступились от своих вождей и разошлись по домам. Однако карательные меры и новые ограничения обрушились на всех. Впрочем, главные неприятности для самаритян были впереди. Новый басилевс, знаменитый Юстиниан, менее всего был склонен терпеть мятежи и беспорядки в границах империи – особенно если инициаторами их были нехристианские народы. Едва придя к власти в 527 году, он ужесточил меры против самаритян. Отныне им запрещалось занимать официальные должности, передавать свое имущество наследникам-единоверцам и возводить новые молельни. Некоторые синагоги стали превращаться в христианские базилики – особенно быстро этот процесс шел в Шхеме, где сформировалась перешедшая в христианство самаритянская аристократия.
Взрыв произошел спустя два года после воцарения Юстиниана – сразу после пасхального жертвоприношения в апреле. То было самое крупное восстание, и последствия его оказались самыми трагическими. В мае сотни вооруженных самаритян ворвались в Шхем и учинили избиение местных христиан и собственных, сменивших веру, соотечественников. Епископ был убит, а церкви безжалостно разрушены. Восстание начало распространяться за пределы Самарии и достигло Иудеи. Вождь восставших Юлиан Цабр провозгласил себя царем и короновался в Шхеме. Юстиниан, поначалу ошеломленный брошенным ему вызовом, быстро оправился и перешел к решительным действиям. Как и Зенон полвека назад, он стянул войска из Сирии и Палестины и взял восставших в кольцо. Юлиан вынужден был отступить из Шхема в самарийские горы, надеясь, что партизанской войной сможет истощить противника. Замысел не удался – византийцы оказались коварнее, чем предполагал самарийский царь. Они не стали преследовать его отряды с помощью регулярных частей, но натравили на самаритян бедуинские племена. Истощенная и малочисленная армия Юлиана Цабра не выдержала коварных ударов кочевников. В конце концов, застигнутая врасплох арабским шейхом Абу-Карибом, она была разбита и рассеяна.
За несколько месяцев восстания Самария превратилась в выжженную землю. Десятки тысяч людей погибли, сотни тысяч попали в рабство. Греки выжигали посевы, обрекая целые области на вымирание. Значительную часть самаритян насильно крестили; кроме того, были отменены все гражданские права, которыми они обладали – в том числе (и прежде всего!) – право служить в армии.
Энергичные меры Юстиниана окончательно сломили самаритян. После этого они еще несколько раз пытались восставать, но то были скорее акты отчаяния, нежели попытка добиться независимости или хотя бы сохранить религиозные свободы.
Самаритяне утратили веру в себя, и даже столь долгожданное вторжение персов в начале VII века не придало им сил. К эпохе арабских завоеваний большая часть “шомроним” уже приняла христианство, многие растворились среди соседних народов. Воцарение ислама не принесло самаритянам облегчения. Мусульмане, проявлявшие по отношению к евреям относительную терпимость, в самаритянах видели враждебную секту, и насильственная христианизация сменилась со временем насильственной исламизацией.
Численность самаритян непрерывно сокращалась, и к моменту появления на свет Декларации Бальфура (2 ноября 1917 года) их оставалось всего 146 человек. Община казалось обреченной, и тем удивительнее ее возрождение. Сегодня число самаритян уже превышает 600 человек и продолжает расти вопреки мрачным прогнозам специалистов, утверждавших, что через несколько десятилетий этот народ пополнит собой пантеон “вымерших этносов”.
ПЕРЕД НОВЫМИ ИСПЫТАНИЯМИ
Человеком, который более чем кто бы то ни было способствовал возрождению общины, стал покойный президент Израиля Ицхак Бен-Цви. Наделенный необычайным великодушием и чувством исторической справедливости, был поражен стойкостью самаритян и одновременно удручен их бедственным положением. Лишь горстка “шомроним” жила у горы Гризим, остальные были рассеяны по всей стране – среди арабов и евреев. Общинные связи затухали с уходом из жизни каждого старика, хранившего память о традициях предков. Бен-Цви решил собрать самаритян в одном месте – с синагогой и общинным центром. Таким местом стала окраина Холона. В 1954 году здесь возник квартал Неве-Пинхас, вобравший в себя несколько десятков семей самаритян. То был первый шаг к возрождению. Шестидневная война ускорила процесс объединения. Гора Гризим стала частью Израиля – отныне уже ничто не отделяло самаритян, живущих среди евреев, от их святыни, а их собратья под Шхемом, в свою очередь, не зависели от прихотей мусульманских правителей. До 1967 года, в отсутствие изгнанного арабами коэна, во главе общины стоял временно избранный на этот пост кантор. Отныне препятствия для возвращения отпали – коэн Пинхас бен-Авраам вернулся в Самарию и был признан первосвященником и пожизненным главой самаритян. Квартал в Холоне назван его именем – Неве-Пинхас. В нем проживает половина самаритянской общины. Остальные живут рядом с горой Гризим, в районе Неве-Кедем.
— Среди братьев-евреев мы расцвели, – говорит Шахар. – Спасение пришло к нам в тот момент, когда мы уже стояли на краю пропасти.
Нельзя сказать, что отношения между евреями и самаритянами идеальны, но Шахар предпочитает видеть стакан “наполовину полным”, а не наоборот.
— Конечно, проблемы существуют, но их нельзя даже сравнивать с нашим положением среди иноверцев, – подчеркивает он.
Проблемы, о которых он говорит, самые разные – начиная с бытовых и поверхностных, доставляющих незначительный дискомфорт (как, например, запрет есть “некашерное” еврейское мясо во вполне кашерных, с точки зрения евреев, ресторанах), и кончая идейно-религиозными. Неве-Пинхас соседствует с районом, населенным в основном приверженцами партии ШАС. Религиозные сефарды, по-прежнему воспринимающие самаритян как язычников-инородцев, не слишком их жалуют, и отношения между обитателями соседних кварталов трудно назвать добрососедскими. Арье Дери, занимавший пост министра внутренних дел, в 1994 году пытался провести в Кнессете закон, лишающий живущих за границей самаритян права на возвращение в Израиль. Комитет “шомроним” подал апелляцию в БАГАЦ, и законопроект был приостановлен.
Несмотря на внешнее благополучие, у самаритян довольно непростые отношения и с муниципалитетом города.
— Ты не представляешь, сколько сил я трачу, чтобы получить средства на благоустройство района, – жалуется Шахар. – У нас накопилось множество проблем, мы нуждаемся в новых домах, новых участках. Но к нашим просьбам не слишком прислушиваются.
Тем не менее, невзирая на трудности, община разрастается. Несмотря на свою древность, в возрастном отношении она очень молода и численность ее быстро увеличивается. Юноши все чаще женятся на девушках из еврейских семей (только за последние два года таких браков было десять), и это обновляет древнюю кровь. Среди самаритян традиционно высок процент людей с различными физическими и психическими нарушениями – результат родственных браков, заключавшихся на протяжении веков. Шахар надеется, что союзы с еврейскими девушками изменят эту тенденцию. Но и здесь не все просто.
— Еврейская девушка, которая приходит к нам в общину, должна полностью принять наши принципы веры и жизненный уклад. Для светских израильтянок наши религиозные разногласия с раввинами не столь уж существенны, но и им сложно, особенно на первых порах совместной жизни, выполнять все предписания. Что касается браков наших девушек с евреями, то такие браки запрещены, – объясняет Шахар.
Главная причина беспокойства самаритян, впрочем, связана сегодня уже не с демографией, а с политикой. Самаритяне боятся (и эти страхи небезосновательны), что будущее израильско-палестинское соглашение вновь разделит маленькую общину надвое, как это было до 1967 года. И тогда Неве-Пинхас вновь окажется отрезан от горы Гризим.
— В преддверии встречи в Кемп-Дэвиде мы обращались во всевозможные международные организации, к лидерам разных стран и, конечно, к главе израильского правительства с просьбой учесть наши интересы. Но до нас, в сущности, никому нет дела. И кто знает, как поведут себя арабы с национальными меньшинствами – тем более с нами, – сокрушается Шахар.
Тем не менее, он не склонен предаваться отчаянию:
— Мы столько пережили, но не пали духом. Если Богу угодно послать нам новые испытания, мы преодолеем их. Мы не забудем гору Гризим, как евреи никогда не забудут Иерусалим.
Источник данной информации тут:
http://kontinentusa.com/proshloe-i-nast ... amarityan/

Лично моё мнение такое: самаритяне - это прямые потомки праведного Йосефа, то есть двух колен Израиля: Ефрема и Манассии. Да, вероятно, эти люди с 8 века до н.э. и до 5 века до н.э. уже ассимилировали переселенцев из Ассирии, которые приняли их вариант единобожия. Следовательно нынешние самаритяне - это потомки тех же древних израильтян, которым чудесным образом удалось сохранить свою веру и свой генофонд на протяжение 3200 лет на земле Израиля. Они жили при господстве Ассирии, Вавилона, Македонии-Греции, Иудеи, Римской империи, Византии, арабов, османов, британцев - и все эти тысячелетия самаритяне смогли сохранить свою особую идентичность и свою еврейскую веру. А сегодня они вновь живут у себя в своём еврейском государстве - в государстве Израиль, в котором, правда, господствуют их давние соперники и братья-враги Иудеи, которые, к сожалению, продолжают относиться к самаритянам весьма противоречиво - как к коренному населению Израиля, как к своим союзникам и практически почти родственникам, но также и как к своим вечным соперникам и неким еретикам и полукровкам, претендующим на звание более чистокровных израильтян, чем сами нынешние Иудеи.
Иисус Христос и самаритяне
Интересно и отношение Иисуса Мессии (Христа) к самаритянам - это хорошо описано в Новом Завете. Сначала ведь Иисус запретил Апостолам даже приходить в города Самарии:
5. Этим двенадцати ученикам своим Иисус, перед отправкой их на проповедь, дал такое обязательное к исполнению наставление: в города и села язычников и самаритян даже и не ходите…
(Св. Евангелие от Матфея 10:5)
То есть, фактически пророк Йешуа этими словами подтвердил Апостолам и своим ученикам тот древний запрет на общение между Иудеями с одной стороны и самаритянами и язычниками с другой стороны, который действовал столетиями в Иудее и был очень строгим. Поэтому ни сам Йешуа, ни его Апостолы сначала не проповедовали народу Самарии. В начале своей проповеди Иисус по какой-то причине предпочитал в отношении к самаритянам следовать общей для всех Иудеев того времени традиции - полный бойкот самаритянам и самое настоящее игнорирование самаритян. Однако, немного позднее, как мы знаем, Христос явно в корне изменил своё отношение к этому народу и начал там успешную проповедь:
39. И многие Самаряне из города того (Сихарь) уверовали в Него по слову женщины, свидетельствовавшей, что Он сказал ей все, что она сделала.
40. И потому, когда пришли к Нему Самаряне, то просили Его побыть у них; и Он пробыл там два дня.
41. И еще большее число уверовали по Его слову.
(Св. Евангелие от Иоанна 4:39-41)
Безусловно, Йешуа точно не стал бы проповедовать на земле Самарии людям, с которыми официальный Иудаизм запрещал даже здороваться, если бы не был уверен в том, что самаритяне - это те же евреи! Он точно распознал в них братьев по вере по отношению к Иудеям. Более того, Йешуа тогда же, во время проповедей Иудеям на землях Иудеи, начал ставить самаритян всем им в пример, как весьма праведных людей:
30. На это сказал Иисус: некоторый человек шел из Иерусалима в Иерихон и попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым.
31. По случаю один священник шел тою дорогою и, увидев его, прошел мимо.
32. Также и левит, быв на том месте, подошел, посмотрел и прошел мимо.
33. Самарянин же некто, проезжая, нашел на него и, увидев его, сжалился
34. и, подойдя, перевязал ему раны, возливая масло и вино; и, посадив его на своего осла, привез его в гостиницу и позаботился о нем;
35. а на другой день, отъезжая, вынул два динария, дал содержателю гостиницы и сказал ему: позаботься о нем; и если издержишь что более, я, когда возвращусь, отдам тебе.
36. Кто из этих троих, думаешь ты, был ближний попавшемуся разбойникам?
37. Он сказал: оказавший ему милость (самаритянин). Тогда Иисус сказал ему: иди, и ты поступай так же.
(Св. Евангелие от Луки 10:30-37)
На мой взгляд, всей этой притчей о добром самаритянине Йешуа Мессия как бы учил своих последователей и вообще всех израильтян любить самаритян и даже брать с них пример. Он таким образом, как я думаю, хотел призвать всех Иудеев и самаритян к единству - чтобы они все стали единым народом Израиля с единой верой еврейской - с верой назорейской! Он сам под своей властью хотел объединить всех израильтян! Вероятно, на тот момент Христос уже точно считал самаритян хорошим народом - народом Израиля, братьями Иудеев. Как же так вышло? Думаю, он случайно забрел на земли самаритян рядом с городом Сихарь - там он увидел, что самаритяне - обычные евреи, которые сохранили веру древних евреев по примеру Моше пророка. В Сихари Йешуа понял, что вражда между Иудеями и самаритянами - это порочная инициатива Иудеев, а не самаритян. Йешуа осознал, что религия самаритян - это тот же Закон Моисея, но без Устной Тору (без Талмуда). Их религия имеет форму верований тех древних израильтян 10-9 века до н.э., чьими потомками они себя считали всегда и сегодня продолжают считать. Как известно, Христос к заповедям Устной Торы (Талмуда) относился не так уж однозначно. Есть мнение, что он не так уж позитивно относился к устным заповедям. На мой взгляд, это в итоге и сблизило Христа и его последователей с самаритянами. Хотя сначала Йешуа в общении с самаритянами занимал некую покровительственную и проиудейскую позицию:
22. Вы не знаете, чему поклоняетесь, а мы (Иудеи) знаем, чему кланяемся, ибо спасение приходит в мир от Иудеев (а не от самаритян).
(Св. Евангелие от Иоанна 4:22)
Тем не менее, он смело позднее стал учить всех Иудеев тому, что самаритяне - это самые настоящие братья Иудеев. И даже очень праведные братья! Не поэтому ли враги Иисуса называли Иисуса самаритянином, в котором поселился бес? Вот слова Иудеев, не согласных с чем-то в проповеди Иисуса:
48. На это Иудеи отвечали и сказали Ему: может быть правы те из нас, которые говорят, что ты являешься самаритянином и что в тебя вселился бес?
(Св. Евангелие от Иоанна 8:48)
А эти слова самаритянки, которая сказала их Иисусу, подтверждают то, что 2000 лет назад самаритяне считали себя потомками праведного еврея древности Яакова (Иакова-Израиля):
12. Неужели ты больше отца нашего Иакова, который дал нам этот колодезь и сам из него пил, и дети его, и скот его?
(Св. Евангелие от Иоанна 4:12)
Из всего этого можно сделать сразу несколько выводов: самаритяне, по мнению Иисуса, были израильтянами, с которыми Иудеи, тоже израильтяне, должны дружить и вновь стать одним единым народом Израиля. И есть ещё одно предположение: именно нарушение Иисусом заповеди на игнорирование Иудеями самаритян и явилось одной из весомых причин того, что Йешуа вошёл в конфликт с лидерами Синедриона. Если бы не это нарушение, Йешуа, вероятно, не был бы предан в руки римлян для суда и казни - тогда он проповедовал бы много лет и в Израиле все или почти все стали бы считать его пророком и Мессией.
То есть, вопрос отношений между самаритянами и Иудеями был до такой степени важен для древних Иудеев, что поссорил Иисуса с лидерами Иудаизма того времени и явился одной из основных причин его преждевременной и трагичной смерти.

[Сергей Чевычелов]

Там у них какие-то расхождение по поводу местоположения Храма. А их Пятикнижие древнее Масоретского текста. И верят они только в это Пятикнижие. Для них прочего Танаха не существует, а тем более - Нового Завета. Так что Иисус может быть в них и поверил, они в него не поверят никогда.

Отправлено спустя 7 минут 12 секунд:
Да и еврейских пророков они не признают!

[Samuel]

а тем более - Нового Завета. Так что Иисус может быть в них и поверил, они в него не поверят никогда.

То, что происходило в середине 1 века н.э. - это не то, что происходило в 5-6 веке н.э. или в 9 веке н.э.... Всё меняется. Новый Завет свидетельствует о том, что в на исторических землях Израиля (включая земли самаритян) в середине 1 века н.э. многие сотни или даже тысячи евреев (включая и самаритян-израильтян) уверовали в то, что Йешуа - это Мессия Израиля. Сам Йешуа начал там успешную проповедь о назорейской вере (о Евангелии), а Апостолам поручил продолжить эту проповедь в Самарии. Что Апостолы и делали...Верующих в Йешуа Мессию было в первых веках н.э. в Самарии не так мало, как вы думаете. Да, не все самаритяне уверовали - большая часть усомнилась. Да, далеко не все Иудеи Израиля и мира в первых веках уверовали в Иисуса. Но часть из них уверовала. И их было не так уж мало, как вы думаете. Вот слова Яакова, брата Мессии, которые он адресовал Шаулю (Павлу):
20. Они же, выслушав, прославили Бога и сказали ему: видишь, брат, сколько тысяч уверовавших (в Иисуса Мессию) Иудеев? И все они ревностно соблюдают Закон Моше!
(Деяния св. Апостолов 21:20)
Есть упоминания о том, что и в Самарии были общины назореев и христиан в первых веках н.э.
Безусловно, самаритяне сегодня нейтрально ( то есть никак не) относятся ко Христу - они не признают в его лице пришедшего Мессию Израиля. Но так было не всегда. В 1 веке н.э. по проповеди самого Иисуса и затем его Апостолов уверовала часть населения Самарии. И были созданы общины назреев (еврейских христиан) на землях Самарии тоже.

Отправлено спустя 1 минуту 11 секунд:

Да и еврейских пророков они не признают!

Иудейских - нет. А еврейского пророка Моше они признают. Очень даже. Это их главный пророк! И они веруют в Бога Израиля. Молятся Ему они на древнем Иврите. И не только молятся - они до сих пор говорят между собой на том древнем Иврите, на котором говорили царь и пророк Давид! Этот язык не очень даже похож на нынешний современный Иврит.

Отправлено спустя 3 минуты 3 секунды:

Там у них какие-то расхождение по поводу местоположения Храма. А их Пятикнижие древнее Масоретского текста. И верят они только в это Пятикнижие. Для них прочего Танаха не существует,

Но их Писанием Святым является важнейшая и основная часть того же Писания, которое чтут веками и тысячелетиями и остальные евреи (Иудеи). И это объединяет их - общая вера в Одного Бога. И общие предки.

[Сергей Чевычелов]

Есть упоминания о том, что и в Самарии были общины назореев и христиан в первых веках н.э.

Я сомневаюсь, в 1 веке н.э. христиан было очень мало, и навряд ли они появились в Самарии - все учение Христа противоречит верованиям самарян. Но, возможно, ведь и евреи поверили в многобожие! Поэтому дайте, пожалуйста, ссылку.

[Samuel]

Я сомневаюсь, в 1 веке н.э. христиан было очень мало, и навряд ли они появились в Самарии - все учение Христа противоречит верованиям самарян. Но, возможно, ведь и евреи поверили в многобожие! Поэтому дайте, пожалуйста, ссылку.

Но вы верите словам Яакова, брата Иисуса?
20. Они же, выслушав, прославили Бога и сказали ему: видишь, брат, сколько тысяч уверовавших (в Иисуса Мессию) Иудеев? И все они ревностно соблюдают Закон Моше!
(Деяния св. Апостолов 21:20)
Это ведь слова из Писания христиан - они доказывают, что в Иерусалиме и в Израиле того периода было множество евреев, уверовавших в Йешуа и принявших его учение (назорейское). Теперь что касается Самарии:
39. И многие Самаряне из города того уверовали в Него по слову женщины, свидетельствовавшей, что Он сказал ей все, что она сделала.
40. И потому, когда пришли к Нему Самаряне, то просили Его побыть у них; и Он пробыл там два дня.
41. И еще большее число уверовали по Его слову.
42. А женщине той говорили: уже не по твоим речам веруем, ибо сами слышали и узнали, что Он — истинно Спаситель мира, Христос.
(Св. Евангелие от Иоанна 4:39-42) Это информация о проповеди самого Иисуса в городе Сихарь. Проповедь не планировалась, казалось бы.... Йешуа (с учениками), как это описано в Евангелии Иоанна, просто проходил рядом с участком земли, которая была пограничной между Иудеей, Галилеей и Самарией. Он остановился у колодца отдохнуть, а ученики Иисуса отправились в ближайший иудейский городок, чтобы купить там еды. А этот колодец считался особым местом - считалось, что это колодец Яакова (Израиля) - это особое и святое место было у самаритян. И вот самаритянка пришла за водой к колодцу и Йешуа попросил её дать и ему воды. Женщина удивилась - ведь Иудеям запрещено общаться с самаритянами. Йешуа пообщался с женщиной и она сразу уверовала в то, что перед ней пророк и может не просто пророк, а сам Мессия. Она позвала и других жителей Сихаря прийти туда и послушать Иисуса. Они пошли с ней и пригласили Иисуса к ним - побыть у них в гостях несколько дней. Так Йешуа нарушил запрет Иудаизма на общение между Иудеями и самаритянами. Он понял, что самаритяне - это потомки израильтян и евреи - они тоже дети Израиля. И он сам начал там проповедовать и затем и Апостолам поручил там же проповедовать после того, как отошёл на Небеса. Проповедь Иисуса была чрезвычайно успешна в Сихари - множество жителей города (если не все жители) стали назореями. Вероятно, Йешуа проповедовал не раз в Самарии, но это не описано в Евангелии. Не всё из его деяний описано.
В этом отрывке указано, что Йешуа поручил Апостолам проповедь в Самарии:
8. но вы примете силу, когда сойдет на вас Дух Святой; и будете Мне свидетелями в Иерусалиме и во всей Иудее и Самарии и даже до края земли.
(Деяния св. Апостолов 1:8)
Апостол Филипп проповедовал в Самарии и многие в городе приняли его проповедь:
5. Так, Филипп пришел в город Самарийский и проповедовал им Христа.
6. Народ единодушно внимал тому, что говорил Филипп, слыша и видя, какие он творил чудеса.
7. Ибо нечистые духи из многих, одержимых ими, выходили с великим воплем, а многие расслабленные и хромые исцелялись.
8. И была радость великая в том городе.
(Деяния св. Апостолов 8:5-8)
Тот город Самарии, вероятно, весь или почти весь стал назорейским - принял учение Иисуса и Апостолов. Иисус и Апостолы там не проповедовали бы никогда, если бы не поняли одного факта - самарийцы - это те же евреи или особая их часть.
12. Но, когда поверили Филиппу, благовествующему о Царствии Божием и о имени Иисуса Христа, то крестились и мужчины и женщины.
13. Уверовал и сам Симон и, крестившись, не отходил от Филиппа; и, видя совершающиеся великие силы и знамения, изумлялся.
14. Находившиеся в Иерусалиме Апостолы, услышав, что Самаряне приняли слово Божие, послали к ним Петра и Иоанна,
15. которые, придя, помолились о них, чтобы они приняли Духа Святого.
16. Ибо Он не сходил еще ни на одного из них, а только были они крещены во имя Господа Иисуса.
17. Тогда возложили руки на них, и они приняли Духа Святого.
(Деяния св. Апостолов 8:12-17)
Конечно же, не все жители Самарии уверовали в то, что Йешуа - это Мессия. Но, вероятно, часть жителей Самарии (10-20% всех жителей или даже 25-30% всех самаритян) точно в то время уверовала и вошла в общину Единой Церкви Израиля.

[Сергей Чевычелов]

Верю! Но жители города Самарии уже тогда были не самаритяне, а В БОЛЬШИНСТВЕ эллины и италики, сирийцы и арабы. Еще Ирод в 1-м веке до н.э. заселил крупные города своего царства наемными воинами и их семьями (как Брежнев - Тирасполь )

Отправлено спустя 6 минут 23 секунды:
Помните, как Иисус с креста: "Элои! Элои! ламма савахфани? — что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? 35 Некоторые из стоявших тут, услышав, говорили: вот, Илию зовет. 36 А один побежал, наполнил губку уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить, говоря: постойте, посмотрим, придет ли Илия снять Его. 37 Иисус же, возгласив громко, испустил дух". Иисус говорит на ИМПЕРСКОМ арамейском языке. Но, большинство его НЕ ПОНИМАЕТ.

[Samuel]

Помните, как Иисус с креста: "Элои! Элои! ламма савахфани? — что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? 35 Некоторые из стоявших тут, услышав, говорили: вот, Илию зовет. 36 А один побежал, наполнил губку уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить, говоря: постойте, посмотрим, придет ли Илия снять Его. 37 Иисус же, возгласив громко, испустил дух". Иисус говорит на ИМПЕРСКОМ арамейском языке. Но, большинство его НЕ ПОНИМАЕТ.

Вы сделали совершенно ошибочный вывод. Йешуа, молясь, произносил слова из ТаНаха на арамейском. Слово Элои похоже на еврейский (арамейский) вариант произношения имени Илия. Йешуа не громко молился...Он умирал и чувствовал себя ужасно - у него уже была слабость. Его просто многие не расслышали и не особо поняли - это был арамит религиозного стиля, использованный в древних Писаниях Иудеев 5-4 века до н.э. Римские солдаты редко были еврейского происхождения и не знали арамита. Но даже они слышали, что у евреев был великий пророк Илия. И они подумали, что этот религиозный бунтарь или преступник молится о том, чтобы бог Илия услышал его и спас от смерти.

Но жители города Самарии уже тогда были не самаритяне, а В БОЛЬШИНСТВЕ эллины и италики, сирийцы и арабы.

Вы ошибаетесь!! В первой половине 1-го века на землях Самарии и всего исторического Израиля жили евреи (включая и самаритян). Арабы там точно не жили. Сирийцы тоже едва ли (а если жили, то мало). Греки и латиняне (из Италии) жили лишь в некоторых прибрежных городах. Но и они составляли там в ту эпоху меньшинство населения. В Иерусалиме жили из греков и выходцев из Италии лишь воины и должностные лица из Рима и они составляли лишь 2-3% населения Иерусалима (остальные были евреями, то есть Иудеями тогда).

Отправлено спустя 1 минуту 30 секунд:

Еще Ирод в 1-м веке до н.э. заселил крупные города своего царства наемными воинами и их семьями

И кто же по нации были эти наёмники?

[Сергей Чевычелов]

Вы ошибаетесь!! В первой половине 1-го века на землях Самарии и всего исторического Израиля жили евреи (включая и самаритян). Арабы там точно не жили. Сирийцы тоже едва ли (а если жили, то мало). Греки и латиняне (из Италии) жили лишь в некоторых прибрежных городах. Но и они составляли там в ту эпоху меньшинство населения. В Иерусалиме жили из греков и выходцев из Италии лишь воины и должностные лица из Рима и они составляли лишь 2-3% населения Иерусалима (остальные были евреями, то есть Иудеями тогда).

Ссылки?

Отправлено спустя 50 секунд:

И кто же по нации были эти наёмники?

Меньше всего евреи.

Отправлено спустя 2 минуты 29 секунд:
Если суммировать все известные данные: во всей Иудее проживало 100000 евреев, в Александрии - 1 млн

[Samuel]

Ссылки?

Косвенным подтверждение того, что большинством населения земель Израиля в ту эпоху были евреи, которые, в основном, не знали греческого (не говоря уже о Латыни), но говорили лишь на Иврите и арамейском языке, может быть этот отрывок:
37. При входе в крепость Павел сказал тысяченачальнику: можно ли мне сказать тебе нечто? А тот сказал: ты знаешь по‐гречески?
(Деяния св. Апостолов 21:37)
Римский офицер весьма удивился, когда услышал, что еврей говорит на греческом языке. Шауль (родом из Тарса в Киликии, где жило много греков и где греческий давно к тому моменту стал родным языком для местного даже и не греческого населения) спросил римлянина на греческом языке: могу ли я обратиться к тебе с просьбой? Офицер вместо простейшего и ожидаемого в этой ситуации ответа (да или нет) воскликнул: как? ты, будучи евреем, на греческом языке говоришь? Ничего себе!
Это вопрос удивления и это восклицание даёт нам понять то, что происходило в те времена (середина 1-го века н.э.): население Иерусалима и многих других областей исторического Израиля, будучи сугубо еврейским, в основном, не владело языками оккупантов и колонизаторов (греческим и латинским) или знало эти языки очень и очень плохо (кто-то мог связать несколько слов во едино на ломанном языке - и только разговорные фразы, которые употреблялись часто). Среди элиты и богатых часть владела греческим хорошо или сносно, но другая часть тоже очень плохо. В приморских городах ситуация с владением еврейского населения греческим языком была не такой ужасной - там евреи могли и говорить на греческом сносно или не очень плохо, но могли не владеть этим языком (но так хорошо, как знал греческий язык Шауль-Павел, образованный еврей из богатой семьи греческого города в Киликии, там точно греческий тоже почти никто не знал).

Отправлено спустя 5 минут 47 секунд:

Меньше всего евреи.

Для чего бы Иудею Ироду (путь и Иудею идумейского происхождения) приходилось заселять города Израиля не евреями?

Отправлено спустя 1 минуту 56 секунд:

Если суммировать все известные данные: во всей Иудее проживало 100000 евреев, в Александрии - 1 млн

А это откуда вас такие данные? И данные это какого века? Если 3 или 4 века, то может быть... Но во всём Египте евреев могло бы жить примерно 500 000 или 1 000 000. Не в Александрии. Ведь население Александрии в 3-4 веке н.э. составляло 200 000 или 300 000 человек. Это максимум. Может и 100 000 человек.

[Сергей Чевычелов]

Это косвенные данные и обобщать их нельзя. В своей книге я позже приведу ДОКУМЕНТЫ нескольких деревень юга Иудеи которые говорили, жили, женились, завещали по греческим законам и на гречески в середине 1 века.

Отправлено спустя 1 минуту 25 секунд:

А это откуда вас такие данные? И данные это какого века? Если 3 или 4 века, то может быть... Но во всём Египте евреев могло бы жить примерно 500 000 или 1 000 000. Не в Александрии. Ведь население Александрии в 3-4 веке н.э. составляло 200 000 или 300 000 человек. Это максимум. Может и 100 000 человек.

Об этом писал Филон Александрийский, он жил тогда в Александрии. Цифра сомнительная, но она есть.

[Samuel]

Об этом писал Филон Александрийский, он жил тогда в Александрии. Цифра сомнительная, но она есть.

Он ошибся - в Иудее и на землях Израиля в те времена жило несколько сотен тысяч евреев, включая и самаритян. Вероятно, до миллиона. Но может быть и до полутора или двух миллионов человек. Точных данных нет.

Отправлено спустя 41 секунду:

Это косвенные данные и обобщать их нельзя.

Это косвенное доказательство, но оно весомое. Можно верить этому доказательству.

Отправлено спустя 28 секунд:

В своей книге я позже приведу ДОКУМЕНТЫ нескольких деревень юга Иудеи которые говорили, жили, женились, завещали по греческим законам и на гречески в середине 1 века.

Пожалуйста, приведите эти документы. Я ознакомлюсь - тогда и обсудим.

[Сергей Чевычелов]

Это косвенное доказательство, но оно весомое. Можно верить этому доказательству.

С моей точки зрения, нельзя.

Пожалуйста, приведите эти документы. Я ознакомлюсь - тогда и обсудим.

Дождитесь продолжения моей книги. Сейчас я целиком в Хеттском государстве с Сестрой бога и богом Грозы - пьем причастие (14 век до нашей эры).

[Samuel]

С моей точки зрения, нельзя.

Как ещё можно объяснить такой вопрос удивления (а на самом деле даже и возглас удивления!) римского офицера: ты умеешь говорить по-гречески? Ведь Шауль явно обратился к офицеру на чистом греческом языке! Для чего ещё понадобилось офицеру спрашивать его об этом?

Отправлено спустя 1 минуту 24 секунды:

Дождитесь продолжения моей книги.

Нет, уж... Если эти документы существуют, приведите их сейчас. Или же я обвиняю вас в выдумке!

[Сергей Чевычелов]

Или же я обвиняю вас в выдумке!

Ага, я Ваш бред воспринимаю терпеливо, а Вы мне грозите! Как Вы думаете, почему ВСЕ Евангелия написаны по-гречески? Для кого они писались в середине 1 века.

[Ци-Ган]

Дождитесь продолжения моей книги. Сейчас я целиком в Хеттском государстве с Сестрой бога и богом Грозы - пьем причастие (14 век до нашей эры).

О, мой "клиент"!
Что еще за сестра Бога?
Ну-ка дайте этот текст.
А заодно и свой перевод.

[Сергей Чевычелов]

О, мой "клиент"!
Что еще за сестра Бога?
Ну-ка дайте этот текст.
А заодно и свой перевод.

Затем царь входил в халентуву, и начиналось большое собрание (salli asessar). Этот ритуал сопровождал любой праздник, и проводился как в столице, так и в других городах, в самшитовой роще, на горе Пискуринуве. Царь, часто вместе с царицей, садился на ритуальный престол. Вокруг престола занимали места другие участники обряда. Царь в некой позе жертвователя (сидя или стоя), кормил и поил богов, приобщаясь тем самым к телам и крови богов, по сегодняшним понятиям, совершая причастие. Затем угощали всех участников собрания – свиту царя и царицы, жителей города, в котором происходил обряд, и гостей из других городов страны. Участники большого собрания носили наименование панкус (от pankur – род) и их ритуальные функции, вероятно, восходили к древнеродовым: мешеди – «вице-регент» и «телохранитель» (Ардзинба, 1997), сыны дворца – стражи царя, главный виночерпий – «военачальник», а также, пока точно неидентифицированные: кравчий, чашник, человек жезла, человек копья и прочие люди царя и горожане. Центральным актом действия большого собрания было кормление богов, то есть жертвоприношение богам. Это причастие царя, царицы и других участников собрания было равнозначно терминам хеттского языка «пир» и «еда» - царские праздники соответственно обозначались логограммой EZEN (пир, еда). Царь, царица и прочий панкус во время кормления богов также пили богов. В этом последнем обряде, именовавшимся у хеттов очищением (успокоением), принимали участие и какие-то другие, вероятно, высокопоставленные придворные, так как они назывались господами. По одному, вдвоем, а то и сразу вшестером, стоя напротив царя, господа пили вместе с ним. Некоторые ритуальные трапезы проводил царевич. Так, на второй день праздника хассумас царевич входил в дом повара и требовал принести туда еду. Перед царевичем располагались двенадцать служителей, а именно, жрец бога Грозы, человек бога Грозы, жрец бога войны – Царя страны [Вспомним, что царь хеттского государства считался богом и имел прозвище “Солнце». – С.Ч.], жрец бога Телепину, жрец богини Трона (Халмасуитты), два жреца Цилипури, жрец бога Хасамили и др. (Ардзинба «Ритуалы и мифы древней Анатолии»).
Помимо царских существовали и другие ритуалы большого собрания.
На празднике Тетесхапи Сестра бога кормила преимущественно божеств хаттского происхождения. «Сестра бога» облачалась в одеяния красного цвета. Кормления сопровождались песнями или стихами, которые исполняли девы цинтухи по-хаттски. В этих стихах с характерной для поэтики хатти аллитерацией речь идет о царе, царице и божествах. Сестра бога в особой позе сидя или стоя пила (или поила) бога. Кравчий снаружи приносил толстый хлеб и протягивал его жрице. Она разламывала его и возвращала кравчему. Затем куски хлеба раздавали панкусу: «панкусу в руки дают (хлеб)», «панкусу дают пить», «панкусу (хлеб, напитки) делят на части». Было дело, стольник брал хлеб с ритуального стола и протягивал его Сестре бога, и она разламывала хлеб на столе, и его также раздавали панкусу. Как и на царских ритуалах, на празднике Тетесхапи жертвы именовались едой, питьем, завтраком – EZEN. То есть жертва выступала одновременно как и еда. В конце большого собрания после кормления очередного божества помещение подметалось. Интересно, что в царском ритуале Сестре бога подавали воду для омовения рук, и «брадобреи подметали землю». Любопытно, что жертвоприношения приносятся также и предметам, которые с современной точки зрения богами не являются.
«Надсмотрщик над поварами и надсмотрщик над стольниками внутри (помещение) ритуально очищают, (и) надсмотрщик над поварами у постамента один раз совершает жертвенное возлияние, очагу (алтарю) – один раз совершает жертвенное возлияние, руну – один раз совершает жертвенное возлияние, престолу – один раз совершает жертвенное возлияние, окну – один раз совершает жертвенное возлияние, у дерева бога Хасамили – один раз, источнику – один раз приносит жертву, деревянному засову – один раз приносит жертву. Затем с внешней стороны очага (алтаря) он один раз совершает жертвенное возлияние. (И) вновь с напитком тавал (и) с напитком валхи, совершая жертвенное возлияние, он обходит (по очереди) ритуальные места» [Ардзинба «Ритуалы и мифы древней Анатолии»].

[Ци-Ган]

О, мой "клиент"!
Что еще за сестра Бога?
Ну-ка дайте этот текст.
А заодно и свой перевод.

Затем царь входил в халентуву, и начиналось большое собрание (salli asessar). Этот ритуал сопровождал любой праздник, и проводился как в столице, так и в других городах, в самшитовой роще, на горе Пискуринуве. Царь, часто вместе с царицей, садился на ритуальный престол. Вокруг престола занимали места другие участники обряда. Царь в некой позе жертвователя (сидя или стоя), кормил и поил богов, приобщаясь тем самым к телам и крови богов, по сегодняшним понятиям, совершая причастие. Затем угощали всех участников собрания – свиту царя и царицы, жителей города, в котором происходил обряд, и гостей из других городов страны. Участники большого собрания носили наименование панкус (от pankur – род) и их ритуальные функции, вероятно, восходили к древнеродовым: мешеди – «вице-регент» и «телохранитель» (Ардзинба, 1997), сыны дворца – стражи царя, главный виночерпий – «военачальник», а также, пока точно неидентифицированные: кравчий, чашник, человек жезла, человек копья и прочие люди царя и горожане. Центральным актом действия большого собрания было кормление богов, то есть жертвоприношение богам. Это причастие царя, царицы и других участников собрания было равнозначно терминам хеттского языка «пир» и «еда» - царские праздники соответственно обозначались логограммой EZEN (пир, еда). Царь, царица и прочий панкус во время кормления богов также пили богов. В этом последнем обряде, именовавшимся у хеттов очищением (успокоением), принимали участие и какие-то другие, вероятно, высокопоставленные придворные, так как они назывались господами. По одному, вдвоем, а то и сразу вшестером, стоя напротив царя, господа пили вместе с ним. Некоторые ритуальные трапезы проводил царевич. Так, на второй день праздника хассумас царевич входил в дом повара и требовал принести туда еду. Перед царевичем располагались двенадцать служителей, а именно, жрец бога Грозы, человек бога Грозы, жрец бога войны – Царя страны [Вспомним, что царь хеттского государства считался богом и имел прозвище “Солнце». – С.Ч.], жрец бога Телепину, жрец богини Трона (Халмасуитты), два жреца Цилипури, жрец бога Хасамили и др. (Ардзинба «Ритуалы и мифы древней Анатолии»).
Помимо царских существовали и другие ритуалы большого собрания.
На празднике Тетесхапи Сестра бога кормила преимущественно божеств хаттского происхождения. «Сестра бога» облачалась в одеяния красного цвета. Кормления сопровождались песнями или стихами, которые исполняли девы цинтухи по-хаттски. В этих стихах с характерной для поэтики хатти аллитерацией речь идет о царе, царице и божествах. Сестра бога в особой позе сидя или стоя пила (или поила) бога. Кравчий снаружи приносил толстый хлеб и протягивал его жрице. Она разламывала его и возвращала кравчему. Затем куски хлеба раздавали панкусу: «панкусу в руки дают (хлеб)», «панкусу дают пить», «панкусу (хлеб, напитки) делят на части». Было дело, стольник брал хлеб с ритуального стола и протягивал его Сестре бога, и она разламывала хлеб на столе, и его также раздавали панкусу. Как и на царских ритуалах, на празднике Тетесхапи жертвы именовались едой, питьем, завтраком – EZEN. То есть жертва выступала одновременно как и еда. В конце большого собрания после кормления очередного божества помещение подметалось. Интересно, что в царском ритуале Сестре бога подавали воду для омовения рук, и «брадобреи подметали землю». Любопытно, что жертвоприношения приносятся также и предметам, которые с современной точки зрения богами не являются.
«Надсмотрщик над поварами и надсмотрщик над стольниками внутри (помещение) ритуально очищают, (и) надсмотрщик над поварами у постамента один раз совершает жертвенное возлияние, очагу (алтарю) – один раз совершает жертвенное возлияние, руну – один раз совершает жертвенное возлияние, престолу – один раз совершает жертвенное возлияние, окну – один раз совершает жертвенное возлияние, у дерева бога Хасамили – один раз, источнику – один раз приносит жертву, деревянному засову – один раз приносит жертву. Затем с внешней стороны очага (алтаря) он один раз совершает жертвенное возлияние. (И) вновь с напитком тавал (и) с напитком валхи, совершая жертвенное возлияние, он обходит (по очереди) ритуальные места» [Ардзинба «Ритуалы и мифы древней Анатолии»].

Что Вы мне суете?
Текст пожалуйста.
Латинская транслитерация клинописи.
Ну можете саму клинопись, удобочитаемую.
Кстати, "Текст Анниты Вы наверное тоже перевели"?
Если да, то можем открыть отдельную тему и там подискутировать.
Транс

[Сергей Чевычелов]

Что Вы мне суете?
Текст пожалуйста.
Латинская транслитерация клинописи.
Ну можете саму клинопись, удобочитаемую.
Кстати, "Текст Анниты Вы наверное тоже перевели"?
Если да, то можем открыть отдельную тему и там подискутировать.
Транс

В данном случае я работаю над темой "большого собрания" в Угарите, хетто-хаттов и в Танахе. Источник я указал. Переводами я не занимаюсь - я теоретик, а не экспериментатор.

[Ци-Ган]

В данном случае я работаю над темой "большого собрания" в Угарите, хетто-хаттов и в Танахе.

Ну так что это за собрание, где оно записано-описано?

Источник я указал.

Я не рассмотрел.

Переводами я не занимаюсь - я теоретик, а не экспериментатор.

Еще бы понять что Вы нагородили в этом одном предложении.
Что значит "я теоретик"?
Вы фантазер?
На основании чего Вы фантазируете, на основании так называемых переводов хеттского?
Так это не переводы.
На самом деле хеттский язык на сегодняшний день не расшифрован.

[Сергей Чевычелов]

На самом деле хеттский язык на сегодняшний день не расшифрован.

Ну так что это за собрание, где оно записано-описано?

[Ци-Ган]

На самом деле хеттский язык на сегодняшний день не расшифрован.

Ну так что это за собрание, где оно записано-описано?

Обширный труд Ардзинбы основан на анализе якобы расшифрованных хеттских текстов.
На самом деле хеттский язык не расшифрован.
Все "переводы" хеттского сплошная галиматья.
И я могу Вам это доказать (если, конечно, Вы не упоротый, коих сейчас на просторах рунета пруд пруди).

[Сергей Чевычелов]

Как можно что-то доказать, если "хеттский язык не расшифрован"?
Если Вы его расшифровали и можете предложить свои переводы, я готов к их восприятию. Но. должен сказать, что уже имеющиеся переводы меня устраивают, поскольку полностью укладываются в мои представления о древних религиях.

[Samuel]

а Вы мне грозите

Нет. Это не угроза. Это лишь информирование и просьба: пожалуйста, предоставьте ссылку на документы, в которых всё, что вы утверждали, указывается, или же я подумаю, что таких документов в принципе не существует и вы несколько склонны фантазировать. Не за чем ждать.

Как Вы думаете, почему ВСЕ Евангелия написаны по-гречески? Для кого они писались в середине 1 века.

У вас сохранились 4 оригинала четырёх книг Евангелия: Матфея, Луки, Марка и Иоанна? Ведь писались эти книги в 1 веке н.э.! У вас есть оригиналы? Если именно у вас их нет, может они в принципе существуют у кого-то? Ведь ваша уверенность в том, что еврей Матвияху писал для евреев Церкви Израиля книгу о жизни и проповеди еврейского Мессии именно на греческом (а не на Иврите или арамите), должна же на каких-то документах и фактах основываться? Не может ведь быть, чтобы вы выдумывали это или доверяли чужим выдумкам! Я прав? Или вы выдумали это (или приняли чужие басни и выдумки за истину)? Жду ответа, уважаемый.

[Сергей Чевычелов]

Нет. Это не угроза. Это лишь информирование и просьба: пожалуйста, предоставьте ссылку на документы, в который всё, что вы утверждали, указывается, или же я подумаю, что таких документов в принципе не существует и вы несколько склонны фантазировать. Не за чем ждать.

Документы есть. У меня в планах предоставить их года через два. Не хотите ждать, ищите сами. Эти свои планы я нарушать не намерен, иначе я не напишу намеченные 100 томов.

У вас есть оригиналы?

Самое раннее Евангелие от Марка на греческом. Найдите на еврейском или арамейском. Должен сказать, что нет даже предположения о том, что первое Евангелие Марка было написано на Еврейском и арамейском (в отличие от Матфея).





Отправлено спустя 5 минут 51 секунду:
Самым главным доказательством того, что первые Евангелия были написаны на греческом, является то, что цитаты в них из греческой Септуагинты, которая никогда не признавалась евреями, а не из Танаха.

[Ци-Ган]

Как можно что-то доказать, если "хеттский язык не расшифрован"?
Если Вы его расшифровали и можете предложить свои переводы,

Именно так можно доказать.

я готов к их восприятию.

У меня появились сомнения.
Сомнения возникли из вот этого:

Но. должен сказать, что уже имеющиеся переводы меня устраивают, поскольку полностью укладываются в мои представления о древних религиях.

И этого:

иначе я не напишу намеченные 100 томов.

[Samuel]

Документы есть. У меня в планах предоставить их года через два. Не хотите ждать, ищите сами. Эти свои планы я нарушать не намерен, иначе я не напишу намеченные 100 томов.

Как вам угодно. Но лучше через 10 лет. Или ещё лучше через 100 лет. Спасибо. Успехов вам в написании 1100 томов.

Отправлено спустя 1 минуту 44 секунды:

Самое раннее Евангелие от Марка на греческом.

А датировка копии этого Евангелия какая? Может 3-4 век н.э.? Я прав? Я просил сообщить информацию о том, есть ли у вас оригинальная рукопись Марка 1 века на греческом... Или может такая рукопись 1 века есть у кого-то из людей или была 200 лет назад? Есть информация? Или вы просто так утверждаете, что Евангелие Марка первоначально было написано на греческом??

Отправлено спустя 4 минуты 36 секунд:

Самым главным доказательством того, что первые Евангелия были написаны на греческом, является то, что цитаты в них из греческой Септуагинты, которая никогда не признавалась евреями, а не из Танаха.

Но ведь переводили ТаНах на греческий Иудейские мудрецы. Так и возникла Септуагинта.
Безусловно, те христиане из числа греков, которые в 4 веке н.э. дописывали оригинальное Евангелие (назовём его базовым), пользовались Септуагинтой.