"Прелести" жизни в дореволюционной России, или Кто хочет похрустеть булками

Свидетельствует Достоевский

Билет в театр на знаменитого музыканта-иностранца 25 руб.
На чай посыльному 1 р.

Отправлено спустя 30 секунд:
«Стыдливые» дамы
пляж

Свернуть

В Прибалтийском крае произошла курьезная история.

Несколько женщин стали купаться прямо с берега.

В это время по берегу гуляло несколько мужчин.

Купальщицы потребовали, чтобы бесстыдники-мужчины удалились.

Последние, видимо, не расслышав издалека криков, не обратили на них внимания.

Тогда из компании купальщиц отделились три дамы (лет 40-45) и, забыв свою стыдливость, пошли в костюмах прародительницы Евы объясниться с мужчинами.

Последние, видя приближающихся трех «граций», смутились и ушли с пляжа.

Победа осталась за дамами.

© «Наша Костромская жизнь». 1912. №129.

Про картинную галерею И.К.Айвазовского в Феодосии
дом Ай

Свернуть

Картинная галерея, оставленная И.К.Айвазовским в Феодосии, стала неузнаваемой.

Картины покрыты пылью, нет достаточного присмотра.

В доме, где жил Айвазовский, внизу приютилось полицейское управление, а вверху будет клуб.

1897. Июль. Феодосия. Дом Айвазовского.

© «Поволжский вестник». 1908. № 537.

Охота на людей

Если в Европейской России много первобытной патриархальности, то в Сибири много первобытного зверства. Кто, например, поверит, что в глубине этой далекой стороны охотятся на людей так же, как на зверя. А между тем о такого рода «промысле» рассказывает «Екатеринбургская Неделя». Охотятся на так называемых «горбачей».

Горбач – это возвращающийся с приисков рабочий, на спине которого имеется котомка с немудрым «барахлишком». Вот на этого-то обездоленного человека и охотятся сибирские крестьяне, находя в своем кодексе жизни следующую формулу, оправдывающую, по их мнению, убийства: «Живем мы, сударь, охотой. Много ли напромышляешь? Вот горбач подвернется – иное дело: частенько не только лопатина добрая, но и деньжонки найдутся».

Охота совершается так: узнают «промышленники», что идет кучка рабочих, небольшая, человек пять-шесть. Навстречу этой кучке отправляются «охотники», спрячутся в лесу и начнут бить пулями жертву за жертвой. Какая возмутительная, какая страшная картина!

Но если судьба устроит так, что «промышленник» попадется в руки «горбачей», то пощады ему нет, и его ждет ужасная смерть: на него надевают «красную шапку».

Шапка эта – раскаленный докрасна медный или железный котелок.

Какие пытки средневековой инквизиции сравнятся с пыткой, совершающейся в дремучем лесу, в глухой тайге?

© «Русская жизнь». 1893 год. № 102.

Удачная сделка по продаже реки Клязьмы

На днях владелец фабрики в селе Черкизове близ станции «Тарасовка», Северной ж.д. Новиков пригласил к себе крестьян сельца Черкизова, кишащего дачниками, и предложил им 100 рублей за разрешение спустить нефтяные остатки в Клязьму.

Крестьяне согласились и три дня подряд «всем обществом» пропивали реку.

Первый спуск нечистот был произведен вечером, как нарочно в тот момент, когда в реке было много купающихся.

Результаты купанья в нефти сказались очень скоро: среди дачников начались массовые заболевания кожными болезнями.

И до сих пор фабрика продолжает спускать остатки по вечерам или ночью. Дачники подают коллективную жалобу губернатору.

© «Орловский вестник», №188, 28 июля 1912 года.

Отправлено спустя 20 секунд:
(Конец лИСТА 14)

Неожиданная находка в Санкт-Петербурге
Петербург

Свернуть

Курьезная, в своем роде гомерическая находка обретена на днях среди Петербурга. Найдено – шутка сказать! – несколько сот железнодорожных вагонов, остававшихся забытыми и никем не замечаемыми более десяти лет!

Находка сделана на Петербургской стороне на обнесенном забором пустыре. Вагоны были пассажирские и товарные. Деревянные части их уже сгнили, внутри и на крышах этих вагонов выросли мох и трава.

Вагоны эти, как сообщает «Петербургский Листок», были выстроены уже давно на закрытом теперь заводе г-на Голубева (по Вульфовой улице), который строил их для рыбинско-бологовской железной дороги.

С прекращением работ на этом заводе вагоны эти были отвезены на упомянутую площадь. Все дела существовавшего и когда-то исполнившего громадные заказы для железных дорог завода Голубева перешли в собственность какого-то учреждения, которое и решило теперь употребить эти вагоны в дело…

Вовремя спохватились, нечего сказать!

© «Волжский вестник». 1888 год. № 196.

Свидетельствует Достоевский.

Взятка 200 р.
Шоколадка 10 коп.
Учитель 12 руб/мес

Лев Николаевич Толстой и городовой
Как известно, Л.Н.Толстой одевается всегда крайне просто...

06.07

Свернуть

Однажды с ним был такой случай.

По одной из московских улиц городовой тащил пьяного в участок так, как это обычно делают городовые.

Возмущенный грубостью полицейского Толстой подошел к нему и спросил:

- Ты грамотный?

- Грамотный, - ответил городовой.

- Евангелие читал?

- Читал.

- Так ты должен знать, что оскорблять ближнего не следует!

Городовой, видя скромный костюм Льва Николаевича, в свою очередь спросил:

- А ты грамотный?

- Грамотный.

- Инструкцию для городовых читал?

- Нет.

- Ну так прежде почитай её, а потом и разговаривай!

© «Биржевые ведомости». 1908. № 186.

Русская крестьянка в Африке
крестьянка

Свернуть

В 1876 году прибыл в С.-Петербург африканец, негр по имени Сади и вскоре поступил здесь в услужение. Сначала он был лакеем у одного из магнатов, потом постепенно был кучером, дворником, половым в трактире и, наконец, поступил нумерным лакеем в одну из одесских больших гостиниц.

Получая хорошее содержание, негр при скромной и аккуратной жизни собрал на чёрный день небольшой капитал. Вёл он вообще образ жизни самый аккуратный, отличаясь трезвостью. В той же самой гостинице находилась нумерная девушка Анна Федорова, дочь дворника, крестьянина Тверской губернии, которая, служа вместе с негром долгое время, влюбилась в него. Вскоре негр сделал девушке предложение, принятое ею весьма охотно; затем негр принял христианскую религию, и они обвенчались. Так жили они несколько лет.

Вдруг негр получает письмо от родителей, потребовавших сына к себе. Негр уговорил и жену свою отправиться с ним на родину. Анна Федорова согласилась, и они вдвоем в 1883 году выехали из Петербурга в Африку, направляясь в городок, находящийся на острове Мадагаскаре, вблизи Мозамбикского пролива.

Родители Анны Федоровой были крайне возмущены её поступком, уговаривали её остаться и за мужем не ехать, но она осталась непреклонной. Очутившись на острове Мадагаскаре, несчастная жена Сади с первых же дней пребывания там сделалась невольницей, так как родители Сади ни за что не соглашались признать женой сына Анну Федорову, сами расторгли этот брак, принудив сына выбрать себе жену из своего племени.

Несчастная Анна Федорова, замученная самыми тяжелыми работами, исхудалая и болезненная, воспользовавшись удобным случаем, бежала от своих мучителей к Мозамбикскому проливу. Здесь какой-то добросердечный плантатор выслал её на свой счет на ближайшую пароходную пристань, откуда она на пароходе прибыла в Европу, зарабатывая дорогой деньги мытьем и шитьём белья для матросов, шитьем парусов и исполняя должность судомойки.

На днях несчастная женщина, больная, изнуренная, одетая в рубище, прибыла в Петербург после пятилетнего житья на чужбине.

© «Волжский вестник». 1888 год. № 247.

Про нежелание служить в армии
16.07

Свернуть

Известно, как все евреи боятся пойти в солдаты и какие меры принимают они, чтобы уклониться от воинской повинности; но то, что передадим мы сейчас, полагаем, превосходит все слышанное доселе по этому поводу.

В ноябрьский 1888 года набор в городе Смоленске должен был пойти в военную службу сын одного здешнего довольно состоятельного еврея Порошенко.

Незадолго до набора Порошенко, однако, скрывается. Известно, что в этом случае за еврея должен пойти в солдаты другой, стоящий на очереди, еврей, таковым на этот раз оказался сын еврея Мамута. Не желая также идти в солдаты, да притом еще за людей, отец и сын Мамуты принимают самые тщательные меры к розыску скрывшегося Порошенко.

Розыски продолжались недолго – Мамуты напали на след беглеца и донесли начальству, что Порошенко скрывается в Москве у своего родного брата, служащего там врачом, и что Порошенко во избежание солдатчины вынули восемь зубов и привили к языку сифилитический яд.

На основании этих сообщений Порошенко был недавно арестован в Москве и привезен в Смоленск. По освидетельствовании действительно оказалось, что Порошенко лишен восьми зубов и язык у него положительно разрушился от сифилиса.

Теперь Порошенко отправлен на излечение в госпиталь и будет привлечен к судебной ответственности за членовредительство.

© «Смоленский вестник». 1889 год. № 13.

Свидетельствует Достоевский

Приданое богатой невесты 100 тыр. серебром (300 т. ассигнациями).
Частный урок чистописания 1 руб. 50 коп.
Подарок штатского генерала подчинённому на свадьбу 10 р.
Приданое простой невесты - деревянный дом + 400 руб.
Жалованье мелкого чиновника-канцеляриста 10 руб./мес

Торговля мухоморами
мухоморы

Свернуть

Корреспондент «Сибирского вестника» рассказывает между прочим следующее о торговле мухоморами, которую ведут русские купцы с инородцами Сибири..

«Чукчи и коряки, - говорит он, - предпочитают мухоморы даже водке, потому что после опьянения от мухоморов не чувствуется головой боли. Мухоморы растут по всему Охотскому прибрежью; но самый обильный сбор их бывает в Янске, откуда они и привозятся в Гижигу и сбываются как товар для коряков и чукчей. Чрезмерное употребление мухоморов часто бывает причиной смерти. Наевшийся мухоморов бывает весел, разговорчив и во время сна ему являются разные видения, подобно тому, как при употреблении опиума*.

Торговля мухоморами в Анадырске укоренилась давно, тем более что и в Анадырске бывают мухоморы – и очень крупные. Анадырские чукчи, запасаясь ими здесь, идут навстречу носовым чукчам, возвращающимся с колымской ярмарки, и променивают мухоморы на табак очень выгодно!»

Быть может, торговля мухоморами действительно очень выгодна; но тем не менее она напоминает нам торговлю англичан с Китаем опиумом*. Что прежде всего принесла европейская цивилизация китайцам – опиум*; а русские купцы сибирским инородцам – мухоморов. После этого мы все еще продолжаем удивляться тому упорству, которое нередко встречаем в полудиких народах относительно сближения с нами, людьми просвещенными.

Кто знает, быть может, в этом случае инстинкт самосохранения берет верх над всеми соблазнами предлагаемой к их услугам цивилизации.

© «Народная газета», 1866 год. № 38.

Как стать умным? Отвечает Новгородская губерния
photo_2025-08-18_23-26-22

Свернуть

Ступайте в лес, на кусте вереска найдите лесного клопа.

Куст подожгите, а клопа держите над огнем и приговаривайте:

«Клоп, клоп, тряси ногам да дай разум дуракам!»

Если клоп подрыгает ногами, обязательно поумнеете. А нет так нет…

© «Русские крестьяне. Жизнь. Быт. Нравы». Т. 7. Ч. 2. С. 195.

"По деревенской улице, среди белых мазанок, с диким воем двигается странная процессия.

Идёт толпа народа, идёт густо, медленно и шумно, — движется, как большая волна, а впереди её шагает шероховатая лошадёнка, понуро опустившая голову.

Поднимая одну из передних ног, она так странно встряхивает головой, точно хочет ткнуться шершавой мордой в пыль дороги, а когда она переставляет заднюю ногу, её круп весь оседает к земле, и кажется, что она сейчас упадёт.

К передку телеги привязана верёвкой за руки маленькая, совершенно нагая женщина, почти девочка.

Она идёт как-то странно — боком, ноги её дрожат, подгибаются, её голова, в растрёпанных тёмно-русых волосах, поднята кверху и немного откинута назад, глаза широко открыты, смотрят вдаль тупым взглядом, в котором нет ничего человеческого.

Всё тело её в синих и багровых пятнах, круглых и продолговатых, левая упругая, девическая грудь рассечена, и из неё сочится кровь.

Она образовала красную полосу на животе и ниже по левой ноге до колена, а на голени её скрывает коричневая короста пыли.

Кажется, что с тела этой женщины содрана узкая и длинная лента кожи.

И, должно быть, по животу женщины долго били поленом, а может, топтали его ногами в сапогах — живот чудовищно вспух и страшно посинел.

Ноги женщины, стройные и маленькие, еле ступают по серой пыли, весь корпус изгибается, и нельзя понять, почему женщина ещё держится на этих ногах, сплошь, как и всё её тело, покрытых синяками, почему она не падает на землю и, вися на руках, не волочится за телегой по тёплой земле…

А на телеге стоит высокий мужик, в белой рубахе, в чёрной смушковой шапке, из-под которой, перерезывая ему лоб, свесилась прядь ярко-рыжих волос; в одной руке он держит вожжи, в другой — кнут и методически хлещет им раз по спине лошади и раз по телу маленькой женщины, и без того уже добитой до утраты человеческого образа.

Глаза рыжего мужика налиты кровью и блещут злым торжеством.

Волосы оттеняют их зеленоватый цвет.

Засученные по локти рукава рубахи обнажили крепкие руки, густо поросшие рыжей шерстью; рот его открыт, полон острых белых зубов, и порой мужик хрипло вскрикивает:

«Н-ну… ведьма! Гей! Н-ну! Ага! Раз!..»

Сзади телеги и женщины, привязанной к ней, валом валит толпа и тоже кричит, воет, свищет, смеётся, улюлюкает, подзадоривает.

Бегут мальчишки… Иногда один из них забегает вперёд и кричит в лицо женщины циничные слова. Взрывы смеха в толпе заглушают все остальные звуки и тонкий свист кнута в воздухе.

Идут женщины с возбуждёнными лицами и сверкающими удовольствием глазами. Идут мужчины, кричат нечто отвратительное тому, что стоит в телеге. Он оборачивается назад к ним и хохочет, широко раскрывая рот.

Удар кнутом по телу женщины.

Кнут, тонкий и длинный, обвивается около плеча, и вот он захлестнулся подмышкой. Тогда мужик, который бьёт, сильно дёргает кнут к себе; женщина визгливо вскрикивает и, опрокидываясь назад, падает в пыль спиной.

Многие из толпы подскакивают к ней и скрывают её собой, наклоняясь над нею. Лошадь останавливается, но через минуту она снова идёт, а избитая женщина по-прежнему двигается за телегой.

И жалкая лошадь, медленно шагая, всё мотает своей шершавой головой, точно хочет сказать: «Вот как подло быть скотом! Во всякой мерзости люди заставляют принять участие…»

А небо, южное небо, совершенно чисто, — ни одной тучки, солнце щедро льёт жгучие лучи.

Это я написал не выдуманное мною изображение истязания правды — нет, к сожалению, это не выдумка.

Это называется — «вывод». Так наказывают мужья жён за измену; это бытовая картина, обычай, и это я видел в 1891 году, 15 июля, в деревне Кандыбовке, Херсонской губернии, Николаевского уезда".

Максим Горький. 1895 г.

«Дорогой наш, любимый Алексей Максимович!

Пишут тебе, нашему родному, колхозницы села Кандыбина. По рассказам здешних старых людей и по твоему правдивому страшному рассказу «Вывод» мы с малых лет знаем, что давние мы с вами знакомые, дорогой Алексей Максимович. Нерадостна была та первая наша встреча, больно вспоминать о ней.

44 года назад ты видел, как Гайченко Сильвестр зверски издевался над своей женой Гарпыной, и впервые прозвучало тогда в селе Кандыбино, и как они живут, как ударно трудятся, как горячо выполняют наказ любимого нашего руководителя, великого большевика товарища Сталина: «Зробити колгоспи більшовицькими, а колгоспників заможними…».

Квадроберы начались из России

"Воображая себя собакой"
квадро

Свернуть

Некая Екатерина Оказма, 22-летняя служанка из Олешевич в Галиции, одержима редкой болезнью, которая вызывает общее удивление у всех врачей Перемышльской больницы, где находится в настоящее время больная.

Весьма любопытны, хотя и трагичны, те признаки, при которых проявляется эта болезнь. Пока она не определена, но, без сомнения, выступает она на почве нервозного расстройства.

По словам очевидцев, болезнь несчастной состоится в том, что больная чувствует сначала сильную боль в голове; затем она лишается сознания и в это время поражает докторов своим поведением. Начинает бегать, как животное, на четвереньках, воображая себя собакой, в подражание которой лает на присутствующих. Больше всего замечательно то, что в такие моменты больную можно укротить тем только способом, каким обыкновенно укрощают собак. Именно приказывают ей тогда сторожить у дверей, и она подчиняется приказу, садится на указанное ей у дверей место и ждёт терпеливо.

Болезнь эта имеет характер периодический. Один такой момент продолжается обыкновенно два и три дня. В это время интенсивность болезни не ослабевает ни на минуту. Когда больничная прислуга принесет ей кушанье, она вскакивает, как собака, и принимается за еду, во время которой проявляет необыкновенную жадность. Если же кто-нибудь пытается помешать ей, она рычит и скалит зубы по-собачьему. После еды ложится прямо на землю и спит, свиваясь в клубок. Когда после такого мучения несчастная придет снова в сознание, то она не помнит, что с ней происходило. По мнению врачей, болезнь эту можно назвать «психозом» на нервной почве, чем-то вроде истерии.

© «Киевлянин», №99, 1911 год.

Горемыкин опровергает Горбачёва
Символы вечной трагедии русской жизни

…Балы, красавицы, лакеи, юнкера
И вальсы Шуберта и хруст Французской булки
Любовь, шампанское, закаты, переулки
Как упоительны в России вечера.
(Песня гр. Орел)

Наверху — уверенность в государственном благополучии.

Внизу — ничем не прикрашенная действительность:
невежество, нищета, забитость, отчаяние, произвол.

Искони так и идут эти две колеи русской жизни, от деревне до столицы, каждая сама по себе, взаимно чуждые друг другу, неустанно враждующие.

После поражения в русско-японской войне, все слои русского общества ощутили громадную отсталость страны от передовых государств Запада, где еще сохранился ряд темных сторон, неблагоприятно выделяющих его на общем фоне европейской культуры.

Господство в среде всего населения безграмотности и невежества, слабый уровень образования и знаний даже в более обеспеченных классах, полное отсутствие прочного правопорядка, полицейско-бюрократический произвол и абсолютная юридическая безграмотность.

Материальная необеспеченность большинства населения, при столь громадных размерах территории и массы природных ископаемых.

Премьер-министр России И.Л. Горемыкин предоставил материалы об удовлетворении потребностей сельского населения, составляющего свыше 100 млн. жителей.

Оказывается, что, в общем, в 50-ти губерниях России, количества хлеба, приходящегося на душу обоего пола, не достигают годовой нормы продовольствия одной души, — 20 пудов — на 3, 4 пуда, т. е. на 17% меньше нормы. И это при нормальных погодных условиях.

Свернуть
Повышение собираемых на душу продовольственных продуктов против средней нормы в 20 пудов наблюдается только в 8-х районах: Новороссийском, где на душу приходится 37,8, в Восточном — 25,3 и Юго-Восточном — 24,5.

Во всех остальных местностях количество собираемого на душу хлеба, наоборот, ниже нормы, и районы располагаются в таком порядке:
юго-восточная группа средне-земледельческого района на 2,3 пуда менее,
северо-восточный район на — 4,1,
средне-приволжский — 4,2,
прибалтийский — 4,6,
юго-западный — 6,8,
малороссийский —
6,5, северо-западный — 7,6,
северо-западная группа средне земледельческого района – 8 пуд,
средне-промышленный — 9.2
и северный — 10,3.

В такой же мере, если не больше, недоедает и крестьянский скот. Выше нормы — в 40 пудов на лошадь – собирается лишь в северо-восточном районе.

Если к этому добавить еще природные катаклизмы, происходящие периодически, то состояние продовольствия в стране вообще катастрофическое.

К главному потребителю следует еще добавить казенные винокурни, в 1904 году, например, казенных питей было выпущено в количестве – 1.366.447 ведер по расчету на 40 град.

Из технологии: из 1 кг зерна получают 0, 92 л сорокаградусной. Это не принимая в расчет частные и индивидуальные винокурни.

«Русские ведомости» в передовой статьеобъясняет положение хлебного голода:

Довольно странные явления можно наблюдать на свете. Так, например… — кто может сказать, что Россия когда либо не была богата землей?

Издревле было сказано: «земля наша велика».

А между тем, «малоземелье» — есть самая давняя историческая болячка русская и бегство народа от «утеснения» или «тесноты» за поисками разных «Белых вод», и «Белых Apaлий» и пр. характернейшая черта русской истории.

До последних времен в России и преобладало земледельческое производство. И хлеба, Россия производила такое изобилие, что очень долго Европа кормилась нашим хлебом, об американском, ост-индском и австралийском хлебе и помину еще не было, а русский хлеб фигурировал на заграничных рынках и Россия была житницею Европы.

Несомненно, что в России хлеба было всегда огромное количество. Да и как могло быть иначе? Десятки, а в последнее время сотня миллионов землепашцев, занятых производством хлеба, должны были неизбежно создавать огромные его количества.

А между тем, кому неизвестно, что голодовки на Руси не переводились, а, начиная с 60-х годов, голод охватывал огромные районы страны, и голодовки и хроническое недоедание землепашцев представляют характерную черту истории русской в XIX веке.

В 1868 году, всего семь лет спустя после освобождения крестьян, голодали в 28 губерниях.

В 1873 году был известный Самарский голод, когда по дорогам валялись сотни трупов погибших от голода людей.

Все восьмидесятые годы проходили с недородами и недостатком хлеба то в одном, то в другом месте Руси.

90-е годы ознаменовались небывалым еще, охватившим более двадцати пяти миллионов сельских обывателей, голодом, с его последствиями — тифозной и холерной эпидемией.

В настоящее время, как видно даже из официальных известий, «продовольственная нужда», (а попросту — голод) грозит весьма большому числу русских губерний.

Земледельческое государство с абсолютным обилием земельных пространств, а народ стонет от малоземелья, — с огромным и исключительным производством хлеба, а народ то и дело недоедает и голодает.

Это ли не странное явление?

Но не менее странное явление и то, что население земледельческого государства, состоящее, главным образом, из миллионов «самостоятельных хозяев землепашцев», — питается значительную часть года покупным хлебом.

Каждую осень по съемке урожая русские хле6опашцы, чтобы справиться с лежащими на них податями, начинают «по дешевому тарифу» сбывать свой хлеб скупщикам.

Это время года характеризуется обилием предложения крестьянского хлеба на внутренних рынках. Стоящий за спиною фиск и, стало быть, настоятельнейшая нужда продать хлеб, во что бы-то ни стало.

Уже этих двух обстоятельств, вполне достаточно, чтобы цена хлеба в это время падала до крайних пределов!.. И действительно, в некоторых местах крестьяне продают в это время продукты своего производства по цене в 1,5 раза ниже стоимости их производства.

Чем дешевле на рынке хлеб, тем больше надо его продать, чтобы выручить необходимую сумму денег на расходы, совершать которые так же неизбежно нужно нашему землепашцу, как неизбежно смертному умереть.

Чем больше продается хлеба, тем меньше остается для собственного прокормления. И громадное большинство землепашцев продает его столько, что на прокормление круглый год не хватает.

Когда же наступает время прикупать хлеб, то оказывается, что на местных рынках его мало, желающих купить — много, и цена на хлеб поднимается так, что и приступу к нему нет для землепашца с тощим карманом.

Мешок ржаной муки, нормальная цена которого 2 р 76 коп., продается тогда за 5р. 50 к и по 6 р 25 к.

И вот наблюдается явление не только странное, но и полное горького трагизма: производитель и истинный хозяин хлеба – без хлеба, и считает чистый ржаной хлеб — пряником, «предметом роскоши».

В меню нашего хлебопашца начинают фигурировать: мякинный хлеб, хлеб из лебедовой муки, сосновая кора, солома с крыш и т. п. «пищевые продукты».

Когда землепашцы начинают испытывать острую нужду в хлебе и голодать, это еще не означает, что в стране хлеба нет и что он весь вывезен на внешний рынок.

В это время в стране хлеба может быть очень много, но только он — или ссыпан в элеваторские закрома или находится в вагонах железных дорог, в вагонах стоящих целые месяцы без движения.

Такое странное явление, как недостаток хлеба на внутренних рынках и недоступная для землепашца цена его, наряду с огромными хлебными залежами на наших железных дорогах наблюдается у нас уже давно, — а не только в последнее — военное время.

Такие залежи у нас – явление неизбежное не только в военное время, когда движение воинских парализует движение грузовое, но оно неизбежно и в самое обычное время.

Хлеб скуплен и сдан на железные дороги, но на этих последних он встречается с «правилами об очередях».

По этим правилам по предоставлению вагонов, под грузами 1-й категории числятся продукты спиртоводочных заводов, а также ткани ценных материй; в 2-й значатся мануфактуры для народного потребления, в следующей — строительные материалы: дерево, камень, и уже потом, в последней категории значится хлеб.

Эти правила «приковывают излишек хлеба», — и весьма значительный излишек, занимают сотни тысяч вагонов, — к железнодорожным станциям и не пускают его на внутренний рынок.

Правда, эти правила не пускают его и на внешний рынок, но в последние два – три десятилетия наш хле6 не очень-то высасывается из страны внешним рынком.

Конкуренция там хлеботорговцев американских, ост-индийских и австралийских сильно потеснила нас оттуда с нашим хлебом, в особенности, когда мы вздумали засорять наше хлебное зерно.

Задержка хлеба на железных дорогах правилами об очередях — имеет последствием недопущение хлеба на внутренний рынок, и этим сохраняется на рынке «хорошая цена» на хлеб, выгодная для хлеботорговцев, скупивших за дешевку хлеб у хлеботорговцев и затем перепродающих им же «за хорошую цену», а также и для землевладельцев-помещиков, производящих хлеб исключительно на рынок.

И вот в результате — странное явление: при обилии хлеба в залежах на железных дорогах — смертная нужда населения в хлебе, вследствие его дороговизны на внутреннем рынке!

И это - «хруст Французской булки»…

Когда недород и засухи стали повседневной жизнью. С 1900 года не было места, района и года, когда крестьянина не посетило это черное «облако».

И не было воли и желания научить крестьянина пользоваться агротехникой и удобрениями. О мелиорации могли только рассуждать в тиши кабинетов. Истощение земли достигло пределов.

Но вот и шампанское:

Сколько пьет Петербург шампанского?…

В Петербурге шампанское льется рекой. За последний год (1910), из Франции выписано было по специальному заказу около 1.300,000 бутылок шампанского наивысших марок. Шампанское приходит в Петербург и в бочках, по 250 бутылок в каждой бочке.

Кладовые для шампанского громадны. Одна фирма, например, хранит у себя постоянно 700 тыс. бутылок. Фирмы, торгующие шампанским, продают до трех с половиною миллионов шампанского собственного разлива. В общей сложности Петербург выпивает до 4 с половиной миллионов бутылок в год.

Издание «Хлебное дело», характеризуя развитие хлебного экспорта, отмечают несколько причин понижения торговли: неповоротливую бюрократию и железно-дорожную бесхозяйственность.

По словам «Хл. Д.», особенно усердно распространяются западно-европейскими коммерсантами и западно-европейской спекулятивною печатью, которыми принимаются всевозможные меры к тому, чтобы сбить на понижение цены на русский хлеб и затем воспользоваться выгодной и дешевой его покупкой, вырвав у нас возможность, укрепить расшатанное наше народное благосостояние.

Учитывая все наши внутренне экономические и финансовые недостатки, наше железнодорожное и торговое неустройство, малоосведомленность, некультурность нашей сельскохозяйственной и хлеботорговой среды, наши культурные соседи — хлебопромышленники все более и более развивают свои аппетиты на русский хлеб.

Во всем этом виновата наша бесхозяйственность, которая привела к тому, что в настоящее время Россия уже не считается житницей Европы – резюмирует «Хлеб. Д.»

В качестве развития торговли зарубежные покупатели зерна предлагают свой товар, НО таможенный сбор в России самый высокий: до 1906 года он составлял 33%, после начала реформ Столыпина, из-за увеличившего импорта сельхозмашин, его подняли до 38%.

Система нашей хлеботорговли, основанная на классических русских терминах: «авось, да небось», — не выдерживает даже самой снисходительной критики.

А, «Новое Время» в 1910 г. отмечает замечательный «курьез»:

Несмотря на хороший у нас в текущем году урожай, ввоз к нам зернового хлеба из-за границы хотя понизился в цифрах (до 5.7 миллионов. руб. против 9 мил. руб. в оба предыдущих года), но однако не прекратился.

«Русские покупают хлеб», — это действительно истинно русский курьез. Газета рекомендует и здесь бороться кнутом, т. е. таможенными ставками, — но оставим на этот раз, эту истинно-русскую меру на совести истинно-русской газеты. Перейдем к «успехам»промышленности и торговли. Здесь тоже немало курьезов.

Оказывается, что мы покупаем не только хлеб, но и рыбу, и воск, и кожи во всех видах. Угля каменного и кокса ввезено на 22,5 милл. руб. больше чем в предыдущий, — горькие истины не мешает иногда пересыпать остренько – веселым:
Оказывается, что мы получаем на 1,8 миллионов рублей(!!!) необделанного камня.

Горемыкин опровергает Горбачёва 1.jpg
C’est la vie (се ля ви).

А это крестьянское малоземелье и даже безземелье рядом с огромными пустующими земельными пространствами, рядом с многоземельем всяким?

А эта всё еще царящая над деревней страшная темнота, безграмотность и невежество всякое, безграмотность, часто бок о бок с университетскими городами?…

А это истязание земли и своего каторжного труда, только для того, чтобы иметь на столе краюху хлеба?…

А это полное равнодушие властей при полном отсутствии государственной агрономической помощи?…

Поистине, целые годы потребовались бы, хотя бы только для самой краткой отметки всей деревенской обыденности, тяжкой крестьянской доли…

Зачем же она такая обойденная?

Зачем такая величайшая по отношению к ней несправедливость?

Моральные абсурды начинают царить над несчастной историей, когда последняя сделалась предметом спекуляций и орудием в руках политиков и реформаторов перестроечного цирка.

Закулисная пошлость фокусов политиков публике не видна, на арену пред публикой они являются в более или менее приличном виде, прикрашенном бутафорией.

Но стоит раскрыть механизм или секрет фокуса, и публика делается невольной свидетельницей пошлости и того морального убожества, тех низов падения, до которых может опуститься человек.

Где точное и строгое изложение истории есть действие закономерное, — никто теоретически оспаривать не будет.

Так же неоспоримо, что нарушение, искажение и утаивание истины — есть криминал, подлежащий осуждению и соответствующей каре.

Ибраев Геннадий Алимович

«Четырёхлетняя подсудимая»

В Кадникове Вологодской губернии недавно был курьезный случай. У местного мирового судьи Леонтьева разбиралось дело, подсудимой в котором являлась девочка четырех лет.

Во время совершения литургии она переходила в церкви с одного места на другое, смеялась и, несмотря на запрещение родителей, не вела себя тише...

церковь

Свернуть

Тут присутствовал мировой судья Леонтьев, который был выведен из терпения этими поступками девочки, и вот в злобе на неё он призывает полицейского надзирателя и просит составить протокол.

Составляется протокол и начинается дело. В означенное время вызывается к этому мировому судье отец подсудимой; но последний не является, а передает дело адвокату, который и берется защищать ребенка.

Адвокат приходит в камеру и просит мирового судью это дело оставить без последствий, так как подсудимая четырех лет, а закона для таковых пока не существует ещё у нас.

Понятное дело, мировой судья конфузится, не находит сказать ничего против этого и оставляет дело так, а всю свою вину сваливает на полицейского надзирателя, который якобы по своему усмотрению и составил протокол.

© «Саратовский дневник». 1884 год. № 82.

Новый "спорт" на Урале
Вид на Собор и плотину завода.1890-е г.

Свернуть

В маленьком городе Златоуст, затерявшемся среди Уральских гор, обыватели изнывают от скуки и не знают, чем наполнить свою однообразную, скучную жизнь..

Недавно несколько интеллигентов ввели новый, чрезвычайно милый спорт – биться лбами. В общественном собрании трое членов клуба бились лбами, испытуя их крепость.

Результаты боя: один установил рекорд и приглашает желающих состязаться с ним. Как слышно, из Саткинского завода ожидается некий крепколобый господин Хорошковский.

Не хочется верить, что таким "спортом" занимаются люди, а не бараны…

© "Русский листок", №275 за 8 октября 1899 года.

(Конец Листа 15)

А.Лексей: 08 мар 2026, 10:51 © «Волжский вестник». 1888 год. № 196.

А.Лексей: 08 мар 2026, 10:53 Свидетельствует Достоевский

А вот А.П. Чехов свидетельствовал о злоумышленнике из крестьян, который на железной дороге отвинчивал гайки ...

Но ведь всё познаётся в сравнении... Вот О.Генри описывал, как два джентльмена в Штате Алабама, что в Северной Америке, решили заняться киднепингом. правда, их постигло фиаско по независящим от них причинам..
Надо заметить, что наши писатели достаточно откровенно писали о недостатках и неурядицах российской жизни... А вот англо-саксонские авторы избегали повествовать о геноциде негров и индейцев в Штатах и о злодеяниях британцев в Индии...

Оригинальный промысел "лечения травами"

Нам сообщают, что в Казани появился какой-то калашник из Ярославля, занимающийся весьма выгодным ремеслом. Напаивая настоями из известных ему трав молодых людей, призывающихся к исполнению воинской повинности, он достигает того, что субъекты худеют, у них уменьшается объем груди, вследствие чего в военную службу их забраковывают.

Калашник—ярославец практикует уже давно и приобрёл в Казани своего рода известность. Надо полагать, что этот господин закончит свою практику на скамье подсудимых.

© «Волжский вестник», 1885 год. № 125.

Свидетельствует Достоевский

Жалованье слуги на своих (?) харчах 7 руб/мес

«Фантастическое завещание»
Из Углича пишут...

Совершенно фантастическое завещание оставила умершая на днях угличская домовладелица Елизавета Михайловна Леонтьева. Всё оставшееся после её смерти имущество: имение в Орловской губернии, два дома и, наконец, капитал – она завещала на содержание захудалой собачки «Серки» и трех старушек, слуг «Серки»…

Наследство это оценивается в 100 тысяч рублей.

Согласно воле завещательницы, собачка и старушки должны помещаться в одном из домов, принадлежащих покойной.

Ныне судебным приставом произведена охранительная опись имущества и, так как наследников не оказалось, то в права наследства введена «Серка», которая была вследствие этого осмотрена ветеринарным врачом и признана здоровой.

© «Биржевые ведомости». 1912 год. № 103.

«Священник в паровозе»

В Миргороде Полтавской губернии в последнее время возбудило массу толков почти невероятное происшествие с печальным исходом. Дело в следующем.

На станции Лубны Киево-Полтавской железной дороги стоит «на парах» локомотив. Публика в ожидании поезда прохаживается по перрону. Стоящий локомотив заинтересовывает кое-кого из публики; с особенным вниманием осматривает его какой-то сельский священник. Отсутствие машиниста и кочегара подает ему мысль ближе познакомиться с интересным механизмом, и он всходит на площадку паровоза. Повернул какую-то ручку – шипит, хочет повернуть в обратную сторону – целое облако пару, и локомотив начинает двигаться. Обезумев от ужаса, священник отворачивает различные рычажки, но скорость хода от этого только увеличивается.

Паровоз пронзительно свистит. На вокзале смятение. Телеграфируют по линии, чтобы очистить путь.

Находящиеся на следующей станции «Ромодан» пассажиры через 20 минут с изумлением увидели промчавшийся со страшной скоростью паровоз и на нем черную фигуру с развевающимися волосами, дающую тревожные свистки.

Бог знает, чем бы окончилось это необычайное происшествие, если бы, к счастью, благодаря отсутствию воды в котле, паровоз не остановился в нескольких верстах от Миргорода.

Священника сняли в бессознательном состоянии и с вечерним поездом должны были отправить в полтавскую больницу. Ходят упорные слухи, что он сошел с ума...

© «Пермский край». 1902. №379.

Про неоднозначные Сибирские пельмени

Известно, что в Сибири любят пельмени. Но чтобы из-за пельменей выходили беспорядки – об этом мы не слыхали. А между тем, по словам «Сибирской Жизни», пельмени питают не только желудки сибиряков, но и преступные наклонности их.

Как недавно управа докладывала думе, по сообщению пристава 3 участка города Томска г-на И-ка, на базаре постоянно происходят мелкие кражи, убийства и прочее, между тем в других местах такого рода происшествий замечается менее.

Отыскивая причины этого вопиющего зла, пристав, наконец, пришел к тому заключению, что виноватыми в происшествиях являются… пельмени!.. Вокруг изготовительниц пельмений, особ преимущественно подозрительных, собираются толпы разного люда, преимущественно тоже подозрительных: отсюда-де и происшествия…

Обсудив это сообщение, управа проектировала ограничить число пельменщиков и пельменщиц на базаре и, кроме того, при каждой выдаче подобного свидетельства запрашивать полицию о благонадежности лиц, желающих продавать пельмени…

…Пельменщики должны будут представлять свидетельство о благонадежности. Этого еще не доставало.

© «Владимирская газета». 1903 год. № 47.

Традиции раздельного сбора мусора в России

До революции практически весь мусор, за исключением пищевых отходов, перерабатывался. По улицам ходили старьёвщики, которые скупали буквально все: битую посуду, рваные сапоги, сломанные ножницы, ненужные тряпки.

Кожаный мусор сдавался в обувные мастерские, металлический хлам – на заводы, стекло — тоже, тряпки — на бумагопрядильные заводы. Если что-то можно было восстановить, подлатав — то восстанавливали и продавали на толкучках, продать можно было даже рваную и перелатанную одежду. Даже упаковочная бумага в жирных пятнах не выбрасывалась — её собирали дворники и бросали в домовую печь для нагрева воды.

Вот жительница Москвы Вера Бокова вспоминала:

"Своеобразной разновидностью разносчиков были тряпичники и старьевщики, только они ничего не продавали, а, наоборот, стремились купить.

«Старые голенища продать! Нет ли бутылок, штофов, всякого старья, тряпья, старых сапогов и старого заячьего меха продать!» — завывали тряпичники.

«Старые вещи берем!» — вопили татары-старьевщики.

Сапожное и платяное старье сбывалось ими разным мастеровым и шло в переделку, остальное продавалось на заводы. Фунт стекла стоил полкопейки; фунт тряпья — 1–2 копейки, фунт железа — 3–4 копейки. Набегавший в итоге дневной доход старьевщика составлял копеек 50.."

Андрей Аксёнов.

"Прелести" жизни в дореволюционной России, или Кто хочет похрустеть булками - Страница 7

"Прелести" жизни в дореволюционной России, или Кто хочет похрустеть булками ⇐ Российская империя