РККА - 1941 ⇐ Вторая мировая война

[Gosha]

В полдень - разгорелось - напряженное - сражение крупных сил пехоты, конницы, танков. Густая пыль, поднятая гусеницами и копытами, превратила день в ночь. Более того, заработали еще дымопуски тяжелых танков батальона Б. Петрицы. Прикрытые дымовой завесой, они мощным тараном обрушились на боевые порядки «синих».

Подоспевший танковый резерв Туровского, поддержанный с воздуха штурмовиками, довершил окружение конного корпуса. Загремели трубы, означавшие окончание маневров.

Отзывы иностранцев о маневрах, появившиеся , на страницах прессы были высокими:
«В отношении танков я полагал бы правильным, — указал генерал Луазо, — считать Армию Советского Союза на первом месте». Ему вторил генерал Крейчи: «Наиболее характерным считаю массовое применение больших моторизованных соединений и новую интересную тактику». А итальянский генерал Монти был «в восторге от применения воздушного десанта».

[Gosha]

Киевские маневры, а в следующем году Белорусские, показали вы¬сокую боевую мощь Красной Армии, хорошую выучку красноармейцев и навыки командного состава. Учения 1935—1937 г. продемонстрировали передовой характер военного искусства Красной Армии, которая в те годы успешно решала вопросы организации и применения на поле боя новых средств вооруженной борьбы, в частности, крупных , механизированных, танковых и военно-воздушных соединений.

До 1937 г. Красная Армия превосходила вермахт (рейхсвер) в количественном и качественном отношениях. Главную , роль в реорганизации Красной Армии сыграл М.Н. Тухачевский и его сторонники, которых было подавляющее большинство. Весной 1937 г. фактически все высшие командные и штабные должности занимали крупные специалисты, уровень образования офицеров был высоким.

Один Ворошилов оставался во главе армии в качестве «парадного генерала». Вокруг него «крутились» Буденный, Кулик и Щаденко, к которым примкнет позже Мехлис.

[Gosha]

Тем, что Красная Армия к середине 30-х годов стала хорошо органи¬зованной и могучей силой, Сталин был обязан больше всего Тухачевскому Архивные материалы убедительно свидетельствуют о том, что все сколько-нибудь крупные вопросы, связанные с организацией и вооружением Красной Армии, ставились и проводились в жизнь именно им. По его совету Сталин устранил дуализм (командир—комиссар) в Красной Армии, так сильно мешавший командованию. Это «устранение» политики в пользу военной квалификации в руководстве Красной Армии, должно было, как этого небезосновательно опасались, натолкнуться на сопротивление радикальных элементов, а также на противодействие тех, кто в переходе к строго дисциплинированной армии усматривал признак контрреволюции по образцу Наполеона.

[Gosha]

Еще в то время, когда Сталин сохранял полное доверие к Тухачевскому и строил на основе создаваемой им организации армии свои планы на будущее, ему уже около года нашептывалось, что, возможно, придется испытать жестокое разочарование в Тухачевском, которому была предоставлена диктаторская власть в военных -делах. Недругам Тухачевского удалось убедить вождя, что такое руководство армией представляет огромную опасность. Когда после этого новый руководитель НКВД Н.И. Ежов сообщил о раскрытии широко разветвленной контрреволюционной организации, а Л.Д. Троцкий «подлил масла в огонь тем, что написал о наличии в СССР сил во главе с военными, способных ликвидировать сталинский режим», судьба армии и ее руководства была предопределена.

Так закончился период взлета Красной Армии. Военная квалификация- была принесена в жертву безопасности тотальной системы.

[Gosha]

Выявился и другой просчет немцев относительно русских, о котором Клейст упомянул Лиддел Гарту и который, разумеется, разделяло большинство людей на Западе в то лето. «Надежды на победу, – говорил Клейст, – в основном, опирались на мнение, что вторжение вызовет политический переворот в России…. Очень большие надежды возлагались на то, что Сталин будет свергнут собственным народом, если потерпит на фронте тяжелое поражение. Эту веру лелеяли политические советники фюрера…» (У. Ширер, Взлет и падение третьего рейха, т.2, с. 244, М., Воениздат, 1991 г.)

Заканчивая разбирать ответы генералов ответим на простой вопрос – были ли эти вопросы чисто «академическими»? Конечно, нет.

Эти вопросы сами по себе уже «расстрельные», и задавать их стали явно в связи с подозрением наличия «состава преступления» среди отдельных генералов из числа командования округов и армий. И если бы не было подозрений в адрес военных, в том, что они умышленно срывали выполнение поступающих приказов и директив Москвы, сознательно не выполняли свои должностные обязанности, то такие вопросы так ставить точно не стали бы.

В общем, это было вполне официальное дознание. После которого «Дело» либо было бы передано в Военную прокуратуру и МГБ, либо закрыто.

[Gosha]

Какие выводы, или какие итоги можно подвести, разобрав достаточно полные ответы некоторых генералов отвечавших на «вопросы Покровского»? Неутешительные…

«Расследование» Покровского формально продолжалось до примерно 1956 года (имеются «воспоминания» записанные в этом году). Однако судя по всему, никаких выводов или итогов по нему сделано не было, ответы в военную прокуратуру не попали, а были сданы в архив. В 1956 году Покровского сменил генерал армии В.В. Курасов, который и прекратил опросы командиров, а в 1961 году сам Покровский в возрасте 63 лет был уволен из армии. Но разобрав ответы (полные) некоторых генералов по всем запокругам можно попробовать самим сделать эти выводы и подвести некоторые «итоги». Итак…

«Соображения» от июля-августа 1940 года начальника Генштаба маршала Б.М. Шапошникова предусматривали два варианта развития событий – два варианта нападения Гитлера. Один – главными силами по ПрибОВО и ЗапОВО, и второй вариант – главные силы немцы бьют по КОВО. При этом указывается, что более вероятным надо ожидать главный удар немцев именно по Прибалтике и Белоруссии – здесь просто проще сконцентрировать самим немцам свои войска, чем гнать их ближе к союзникам, к Венгрии и Румынии. Даже при том, что к осени 40-го на Балканах и присутствовали некоторые немецкие войска, удар по Украине главными силами немцев Шапошниковым считается маловероятным и практически не рассматривается. Германия не могла готовить два главных удара в любом случае – главным мог быть только один удар. Остальные – вспомогательные. Но Главные силы РККА по этим двум вариантам в любом случае следовало концентрировать против главных сил врага.

Сменивший Шапошникова Мерецков предложил в сентябре свой вариант «Соображений». В которых удар немцев по КОВО уже преподносится как очень даже вероятный и даже предпочтительнее чем удар по Прибалтике и Белоруссии. При этом Мерецков подготовил и вариант «Соображений», в котором уже предлагается свой ответный удар готовить из КОВО – «южный» вариант образца 1940 года – как ответ на главный удар Германии по все той же Прибалтике и Белоруссии. После этого ГШ получает задачу-разрешение от Сталина – усилить КОВО и подготовить ДВА варианта отражения агрессии – «северный» и «южный». Которые вступили бы в силу исходя из того где немцы начнут концентрировать свои главные силы для вторжения в СССР. Т.е., против главных сил врага выставляются наши главные силы. Срок полной готовности этих вариантов – 1 мая 1941 года. При этом даже при том, что удар главный у немцев будет севернее Полесья, военным было указано – усилить КОВО, так как Шапошников и потом и Мерецков по «северному» варианту предположили против КОВО слишком уж заниженные силы противника.

[Gosha]

Какой вариант станет основным – будет решено Сталиным в тот момент, когда угроза войны станет близкой и станет более определенным – где немцы концентрируют свои главные силы. До этого, численность наших войск севернее и южнее Полесья должна быть примерно равной.

Осенью 40-го ГШ подготовил два варианта отражения агрессии, при которых наш ответный удар главных сил был либо севернее, либо южнее Полесья и Бреста, но при этом главные силы немцев ожидались только севернее Бреста. Новые «северный» и «южный» варианты. При этом военные стали протаскивать идею именно этого «южного» варианта – нанести наш ответный удар по неосновным силам противника, предлагая считать его основным. Принимать решение какой вариант станет основным, должен был и мог по мере готовности этих вариантов и по мере складывающейся военной и политической обстановки – также Сталин и СНК (правительство и Политбюро ВКП(б)), а не НКО и ГШ.

На осень 40-го планировались КШИ по двум вариантам, которые были проведены в январе 41-го. Но на этих КШИ военные играли не те варианты, которые сочинял Шапошников – против главных сил немцев – наши главные. С нашими ответными действиями не ране чем через несколько дней, а то и недель после нападения Германии.

[Gosha]

На этих КШИ игрались варианты – немцы своими главными силами врежут в одном месте, а мы – им ответим в другом своими главными. По их неосновным силам. И мы при этом наносим свои ответные удары именно немедленно.

Жуков командуя КОВО, лихо ударил «на Будапешт» по «южному» варианту военных, ударив сразу после нападения врага по именно неглавным силам «западных», лихо их разгромил и стал после этого начальником Генштаба. При этом на играх этого варианта, Жуков и Мерецков (тогда начГШ) просто смухлевали. Немцы легко смяли слабые силы в Белоруссии и Прибалтике, должны были сорвать такое красивое наступление Жукова «на Будапешт», но «проблему» решили просто – из воздуха нарисовали в помощь ЗапОВО 18-ть дивизий с парой тысяч танков «резерва» и немецкое наступление погромное было «остановлено».

То есть военные уже с января 41-го минимум свой «южный» вариант отражения нападения Германии – наши главные силы наносят наш немедленный ответный удар по неосновным силам (и союзникам) Германии – начали готовить как основной. Не дожидаясь, что там Сталин решит.

При этом они же занимались подтасовкой, но насколько это было подготовкой измены или дуростью безграмотных неучей тимошенок -мерецковых-жуковых – увы, мы этого не узнаем видимо никогда.

И на этих КШИ также проиграли и некий «северный» вариант – наш ответный удар севернее Полесья по неосновным силам врага, которые своими главными силами ударил по Украине.

[Gosha]

Таким образом, реально в ГШ готовилось, и было даже не ДВА, а ЧЕТЫРЕ частных варианта к «Соображениям» осени 1940 года. Два – «северный» и «южный» – с размещением наших главных сил против главных сил противника. Которые и одобрил наверняка Сталин.

И два – с размещением наших главных сил и ответным ударом соответственно – против неосновных сил врага. В мае 41-го Жуков с Василевским сочинили план нанесение превентивного удара из КОВО по готовящему вторжение противнику – это уже пятый «план войны», который остался не более чем черновым предложением военных Сталину. Который так и остался не более чем черновиком. А также к середине июня Жуков начал сочинять еще одни «Соображения», которые к 22 июня тем более остались не более чем набросками.

К марту 1941 года наш ГШ уже достаточно точно определил-знал, что Гитлер будет наносить свой главный удар по Прибалтике-Белоруссии (в феврале пришло сообщение от «Альты» (Ильзы Штёбе), в котором та сообщила о трех направлениях ударов вермахта, указав фамилии командующих этими группами Армий) и ГШ начинает разрабатывать окончательные «южный» и «северный» вариант отражения агрессии.

При этом в обоих разрабатываемых вариантах Жукова главные силы Германии ожидаются только против ПрибОВО и ЗапОВО, как и предусматривают «общие» «Соображения» Шапошникова от августа и даже Мерецкова от сентября 1940 года.

При этом «южный» вариант отражения агрессии – ответный удар из КОВО по неосновным войскам противника, южнее Бреста, явно становится предпочтительным для НКО и ГШ. Которые разработку «северного» варианта, с размещением наших главных сил против главных сил противника севернее Бреста просто херят – переносят отработку этого варианта на июль месяц еще 1 февраля! В момент назначения Жукова на Генштаб.

[Gosha]

При этом наши «стратеги» ГШ и командующие округов, не просто просчитывают, а и именно надеются, что немцы свой главный удар будут наносить именно севернее Полесья! И «записка Павлова» от конца января 41-го в Генштаб именно об этом – не дай бог, немцы прознают, что мы свои главные силы гоним в КОВО и свой ответный удар планируем из Украины! Немедленный удар – в ответ на нападение.

И хотя основными по идее должны были стать «Соображения» по «северному» варианту (ведь по «южному» осени 40-го немцы свои войска против Украины не сосредотачивают как главные, а этого на весну 41-го и не ожидается), в Генштабе к маю подготовили всю необходимую документацию по «южному» варианту, но по «северному» – нет. Хотя для видимо Сталина, в ГШ ведется работа и по «отработке» в черновиках вариантов, которые он одобрил – «южный» и «северный» варианты, при которых наши главные силы выставляются против главных сил противника.

Такой черновик нам известен как «Соображения от 11 марта» опубликованные в наше время в полном варианте и как именно перечерканный черновик без чьих то подписей (кроме исполнителя Василевского) в сборнике «1941: документы и материалы к 70-летию начала Великой Отечественной войны: в 2 т.» (Сост.: Ю. А. Никифоров, к. и. н., и др.». Санкт-Петербург: ФГБУ "Президентская библиотека им. Б.Н. Ельцина", 2011г.).

[Gosha]

При этом Сталина пытаются уверить наши «стратеги» в ГШ и с помощью того же Голикова, нач. РУ ГШ (выходца из КОВО), что немцы свои главные силы гонят на Украину – для ее «захвата» в первую очередь.

Таким образом, военные пытаются убедить Сталина в необходимости еще большего усиления КОВО. Хотя они не только точно знают, где врежут немцы главными силами, знают о именно трех направлениях ударов и какие из них основные, но они именно на такой сценарий и надеются. Т.е., вводя Сталина в заблуждение по поводу Украины, военные пытаются готовить свой «южный» вариант начала войны.

И тут надо помнить и понимать самое важное – все эти «планы войны», которые «утверждал» (одобрял минимум) Сталин предусматривали наши ответные действия не ранее готовности наших войск к контрнаступлениям, т.е. не ранее чем через несколько недель после нападения противника. После начала мобилизации в стране. Но наши стратеги в ГШ надумали начинать войну именно немедленными ответными контрнаступлениями, по неосновным силам врага. А если получится – то можно попробовать врезать и превентивно – по изготовившемуся к нападения противнику – Германии ее союзникам.

Ведь СССР по любому отстает от Германии в степени мобготовности и развернутости. Ведь Германия уже воюет в Европе. Но в РККА и в приграничных округах часть мероприятий по разворачиванию и отмобилизованию также уже начали проводить – с зимы-весны 41-го. И как писал в своих «трудах великий полководец» Тухачевский – врезать по врагу своими приграничными армиями, которые уже вроде как готовы воевать, но, не имея в тылу готовых к войне главных сил – не есть глупость и авантюра.

Те, кто был потупее и менее грамотен в военных вопросах, видимо считали что «недоучившийся семинарист» ничего не смыслит в военных вопросах и поэтому и надо не обращая внимание на его указания и советы готовить быструю «победу» над агрессором таким вариантом! А были, скорее всего, и те, кто, прекрасно понимая всю губительность такой авантюры, и впихивали в головы неучам этот «южный» вариант. Прекрасно понимая, что будет достаточно небольшого сбоя в подготовке и начале реализации этого сценария и все рухнет и приведет к неминуемому погрому Армии и поражению СССР!

[Gosha]

Еще при Тухачевском, начГШ Егоров сочинял мобпланы приводящие к поражению в случае войны – планировалось готовить на случай войны с Германией меньше своих дивизий по мобилизации, чем могут выставить немцы. Но к 22 июня 41-го нового готового мобплана вообще так и не было отработано в ГШ. А ведь без планов по мобилизации на случай войны в принципе воевать нельзя. Ведь мобпланы и позволяют иметь необходимые запасы военного имущества под формирование новых своих дивизий, исходя и расчетов сил противника. Или вам придется уже в ходе начавшейся войны заниматься импровизациями с мобилизациями из народного хозяйства людей, техники и ресурсов, что может вполне привести к поражению в войне.

В начале мая в зап. округа отправляются директивы на разработку новых Планов прикрытия по окончательным «южным» «Соображениям» весны 41-го. И по этому варианту Жукова наши главные силы собираются не против главных сил противника. Директивы же и карты на разработку ПП по «северному» варианту в зап. округа должны были отправить только в начале июля, после чего в округах должны были иметь «под рукой» Два Плана прикрытия. И как указывается в исследовании «1941 год— уроки и выводы», новые майские ПП в зап. округах при этом не совсем соответствовали разрабатываемому в ГШ «южному» варианту.

[Gosha]

Генштаб отправляет в округа директивы на ПП по своему «южному» варианту – главные силы РККА против неосновных сил врага и при этом КОВО должен был быть готов к немедленному ответному удару, а не спустя минимум три недели требуемых для готовности к такому удару по рабочим Соображениям!

Если вы сравните ПП округов, то увидите что если ПП ПрибОВО и ЗапОВО написаны как под копирку – имеют одну задачу – сдержать удар противника, то ПП КОВО имеет задачу – быть готовыми всеми силами нанести немедленный ответный удар. И команда на этот удар для КОВО предполагается как неопределенная, без учета мобилизации которую начнут с началом войны как предполагалось в «Соображениях» Шапошникова, – в любой момент КОВО должен начать по первой же команде, хоть на следующий день после нападения Германии, ответное наступление практически всеми силами округа!

[Gosha]

Жуков готовил «южный» вариант-задачу отражения агрессии из КОВО по которой главные силы немцев ожидаются севернее Полесья.

Должен был иметь и «северный» вариант – наши главные силы против главных сил немцев севернее Полесья. И если главные силы врага определяются разведкой против Прибалтики-Белоруссии (а именно это и показывала разведка – главные силы немцев концентрируются севернее припятских болот, «севернее устья реки Сан»), то он тем более должен был (в первую очередь) готовить вариант, по которому наши главные силы будут сосредотачиваться именно в этих округах – ПрибОВО и ЗапОВО. По крайней мере, только Сталин мог решать – какой вариант будет основным.

Однако Тимошенко и Жуков стали реализовывать свой вариант – «южный» – подготовку немедленного ответного удара из КОВО по неосновным силам противника напавшего своими главными силами в Прибалтике и Белоруссии. Кто-то считает, что это и есть – «активная оборона» как было прописано у Шапошникова еще? Нет – это подготовка наступления, хоть и ответного, и никакого отношения к активной обороне это наступление из КОВО не имеет.

«Активную» оборону оставили ПрибОВО и ЗапОВО.

[Gosha]

По «северному» варианту, который был предпочтительным по Шапошникову и даже по Мерецкову в единственно утвержденных Сталиным «Соображениях», главные силы РККА и прежде всего западных округов развертываются против главных сил вермахта (в ПрибОВО и ЗапОВО – против В. Пруссии и северной Польши).

Они сдерживают первый удар, а потом наносят и свой ответный.

По «южному» же варианту Жукова, даже притом, что главные силы немцев все равно ожидаются и бьют по ПрибОВО и ЗапОВО, главные силы РККА концентрируются в КОВО для ответного «флангового» удара-наступления. При активной обороне в ЗапОВО-ПрибОВО и отвлекающих ударов по Пруссии из этих округов – войска ПрибОВО-ЗапОВО округов должны «сковать» главные силы немцев пока КОВО лихо громит врага ответным ударом «на Люблин».

Это возможно было исполнить если бы ПрибОВО-ЗапОВО были способны противостоять основным силам Вермахта или КОВО мог вовремя нанести фланговый удар по прорвавшемуся противнику в Белоруссии, а так Вермахт разбил РККА по частям.

[Gosha]

Директивы на новые ПП от 5-6 и 14 мая отправили в округа с готовностью ПП в них – к концу мая. После чего эти ПП должны были утвердить в НКО. И это были ПП под «южный» вариант военных, а не одобренный Сталиным еще осенью 40-го вариант – главные наши силы выставляются против главных сил противника… При этом по этому плану предусматривалось самое страшное – на границе выставлялись стрелковые дивизии растянутые по фронту так что плотность их обороны уменьшалась в 3 раза и выше. Т.е., Жуков решил оставить на границе минимум войск в тех местах, где не готовилось наше ответное наступление. И таким образом немцы получали многократный перевес на участках именно своего наступления.

С 14 по 20 мая в Генштабе провели (видимо под контролем Сталина) последние и окончательные Командно-Штабные игры (КШИ). На которых по вводной «южного» варианта предлагавшегося еще Шапошниковым в августе 1940 года и которые как показывают эти КШИ Сталиным и одобрялись к исполнению – главные силы немцев и их союзников ударили по КОВО и наши главные стоят там же – отрабатывали, самое наиболее важное: действия ВВС приграничных округов на случай нападения Германии. Которым по игре дали численность их ВВС в разы больше чем у них было в реальности!

[Gosha]

Ведь от действий наших ВВС в первые часы и сутки войны, в случае если мы отдаем инициативу первого удара, нападения немцам и зависит – насколько успешными будут дальнейшие наши действия. И тот, кто завоюет господство в воздухе с первых минут и часов войны тот и может оказаться в итоге победителем.

РККА имеет на границе вроде как больше самолетов, чем Германия, и даже при том, что не все полки получили новые истребители, мы вроде как вполне можем удержать господство в воздухе. Даже если немцы начнут первыми и имеют кратный перевес в самолетах, как это игралось на этих КШИ. Но для этого мы должны быть готовы к их первому удару и держать свои ВВС минимум в повышенной б.г. загодя. И в случае нападения немцы не смогут уничтожить нашу авиацию на «спящих» аэродромах. Что и отрабатывалось на этих КШИ: мы узнаем о дате нападения примерно за две недели, и приводим свои войска и ВВС в повышенную боевую готовность. И когда враг нападает, мы вполне готовы его встретить.

На этих КШИ игрался «южный» вариант одобренный Сталиным и без всяких немедленных ответных ударов, которые игрались в январе, и которые нашими военными и протаскивались. На этих – немцы нанесли удар, вторглись на нашу территорию, какое-то время мы обороняемся и спустя время необходимое для подготовки ответного контрудара (полная мобилизация и развертывание своих главных сил) наносим свой удар из КОВО. Спустя примерно пару недель. И на этих КШИ, которые до сих пор толком не изучены и до конца не рассекречены, однозначно наши командующие ВВС приграничных округов также показали Сталину, как они лихо разгромят напавших немцев.

24 мая у Сталина подвели итоги этим КШИ, на совещании которое до сих пор остается «тайной» для многих историков. На котором и присутствовали командующие ВВС западных округов.

[Gosha]

Тут надо понимать одну вещь – Сталин не страдал авантюризмом и другим не позволял. Проведя за месяц до ожидаемого нападения КШИ по одному варианту отражения агрессии, он вряд ли пошел бы на то чтобы изменить этот вариант или поменять его на другой – вместо контрнаступления через несколько недель отмобилизования и подготовки готовить ответное и немедленное контрнаступление! Зная прекрасно, что немцы могут напасть буквально спустя несколько недель. Что мы и получили в итоге к 23 июня.

То есть – проведя эти КШИ, Сталин рассчитывал именно на такой сценарий начала войны с нашей стороны. И не мог дать добро военным на подготовку другого сценария. Также и в самих округах, под контролем ГШ проводились свои игры на случай нападения Германии.

[Gosha]

Существует несколько различных опубликованных на сегодня вариантов «южных» «Соображений от 11 марта», в которых вроде бы главный удар немцев ожидается по КОВО и поэтому там надо разместить более мощные силы РККА. Но это – «фальшивки».

Сделанные на основе одобренного Сталиным «черновика» ГШ по отработке «южного» варианта – главные силы РККА против главных сил Германии. Когда удар из КОВО просчитывался в ответ на концентрацию главных сил врага против Украины. Такое количество «фальшивок» в принципе не имеет никакого логического объяснения – зачем они вообще были бы нужны, если бы не ставилась цель скрыть те «Соображения от марта» 1941 года Жукова по которым он и собирался начать войну.

Что в них такого крамольного было для полководца Победы? Попробуем разобраться.

[Gosha]

Военные кинулись отрабатывать и готовить к войне «южный» вариант, с размещением главных сил в КОВО для лихого удара по союзникам Гитлера, с целью отрезать их от Германии, а Германию от нефти Румынии. А в «центре» как-нибудь продержатся Павловы-Кузнецовы.

Как потом писал маршал М.В. Захаров, с приходом в НКО и ГШ Тимошенко и Мерецкова «взгляды на стратегическое сосредоточение и развертывание резко меняются, хотя в оценке возможных действий противника расхождений не было. Главная группировка советских войск создается южнее Припяти для выполнения следующей стратегической задачи:
“Мощным ударом в направлении Бреслау в первый же этап войны отрезать Германию от Балканских стран, лишить ее важнейших экономических баз и решительно воздействовать на Балканские страны в вопросах участия их в войне”.»

[Gosha]

Предпочтение было отдано «южному» варианту: «По этому варианту и была развернута Красная Армия к началу Великой Отечественной войны». Но если Мерецков в сентябре 40-го вроде как предлагал выставить на Украине наши главные силы против главных сил немцев, то Жуков в марте 41-го надумал реализовать еще и дурость Тухачевского – поставить наши главные силы против слабого крыла немецкого фронта и нанести ответный фланговый удар из КОВО.

Как видите, М.В. Захаров писал, что в КОВО нагоняются главные силы РККА для нанесения ответного удара по напавшему врагу притом, что главный удар немцев все равно ожидается в ПрибОВО и ЗапОВО! Могли нарком и Нач.ГШ делать это своей волей, имели ли на это право? Могли – но права не имели. Именно это и было «подменой» ими утвержденных Сталиным «планов», о которых столько лет пишет историк А.Б. Мартиросян. Нарком и начГШ реализовывали на случай нападения Германии «Соображения» по «южному» варианту и этот «южный» вариант Жукова весны 41-го наверняка Сталиным не утверждался и тем более как основной.

[Gosha]

Почему «южный» вариант Тимошенко и Жукова не был утвержден Сталиным как основной или хотя бы одобрен им? Так все просто – после войны проще было бы просто опубликовать этот «южный» вариант (хотя бы в общих чертах) и показать что именно Сталин и виноват в том, что он якобы знал, где попрут главные силы немцев, но при ожидании главных сил немцев против Прибалтики и Белоруссии «тиран заставил военных» гнать войска на Украину. Чтобы нанести ответный удар по слабому флангу напавшего врага. Т.е. это Сталин придумал такой авантюрный план!

Прежде всего, именно Жукову проще потом и было бы валить все «на тирана» с предъявлением подписей Сталина на этом «варианте», мол, он сам подписал тот «план войны», с ударом из КОВО по неосновным силам врага – с него и спрос.

[Gosha]

При этом для убедительности показывался бы «северный» вариант, который по версии Жуковых был похерен Сталиным. И все было бы просто – это «тиран» заставил военных исполнять дурной вариант, «бездарный сценарий» начала войны – готовить из Украины немедленный ответный удар по врагу, напавшему своими главными силами севернее Бреста. При этом на обоих вариантах показывались бы минимум подписи Тимошенко и Жукова и возможно даже утверждающие подписи Сталина.

Но военные врали о другом – «тиран заставлял считать их, что немцы в первую очередь хотят захватить Украину» и там (а не против Прибалтики-Белоруссии) якобы собирают свои главные силы, и, мол, поэтому в КОВО и нагоняли так много войск впустую… То есть Гитлер хотел воевать как Карл XII - а не как Наполеон, который Бонапарт! Так Гитлер знал историю лучше Красных маршалов - Наполеон взял Москву - а Карл XII застрял под Полтавой!

[Gosha]

Вместо документов нам все эти годы подсовывали байки о том, что Сталин «устно заставляет» военных нагонять войска в КОВО, мол, там немцы нанесут свой главный удар – «тиран заставлял считать их, что немцы в первую очередь хотят захватить Украину» и там якобы собирают свои главные силы, и, мол, поэтому в КОВО и нагонялись войска. Однако под эти байки маршальские, «планов» военные на этот случай не подготовили хотя бы со своими подписями и утверждающих подписей «тирана» на них тем более нет.

[Gosha]

Известные нам «Соображения от 11 марта» (публикация 1998 года, хранятся в ЦАМО) утверждают, что главные силы вермахта будут бить по КОВО. Однако маршал М.В. Захаров пишет, что с общими «Соображениями» Шапошникова в «южном» варианте по которому началась война для РККА «в оценке возможных действий противника расхождений не было». И это подтверждает и исследование «1941 год — уроки и выводы» в 1992 году.

Т.е. в тех вариантах ГШ, которые реализовывали военные, главные силы немцев ожидались не против КОВО, а только против Прибалтики и Белоруссии! И на такой сценарий наши «стратеги» именно надеялись и рассчитывали. Чтобы реализовать свой дурной сценарий – ударить по неосновным силам противника, который попрет своими главными в другом месте. И если немцы разгадают наши «замыслы» и погонят против Украины свои главные силы, то тогда Павлов из ЗапОВО (а не Кирпонос из КОВО как планировалось с января 41-го) будет наносить наш главный удар – из Белоруссии, на Варшаву.

Только неучли Советские стратеги, что остановить наступление КОВО было также легко как остановить ЗапОВО, а вот наступление Армий Центр остановить не получилось!