Мясной Бор ⇐ Беседка

[Gosha]

Ржевская мясорубка

«Ржевская мясорубка» до сих пор вызывает вопросы. Вопрос только один для чего? Азиатская хитрость Сталин одним отвлекающим ударом решить несколько политических и военных проблем. Конечно удар был не один, а несколько чтобы уж наверняка связать по рукам и ногам немецкие резервы под Ленинградом, Волховский фронт с Мясным Бором и Ржев, все это делалось, чтобы хоть как-то облегчить положение войск в Сталинграде. Все эти операции местного масштаба были объявлены как победы РККА, особенно Сталинградская эпопея была преподнесена как грандиозная победа Советского оружия. Действительно Сталину нужна была одна единственная «Победа над Германией» в которой он не сомневался, но Сталинская Победа произошла от самонадеянности Гитлера».

Красная армия отбила у немцев город чудовищной ценой
Семьдесят пять лет назад перевернулась одна из самых кровавых страниц в истории Великой Отечественной войны – завершилась Ржевская битва, которую еще называют "ржевской мясорубкой". Жутко представить, но солдаты воевали буквально на "полях смерти", задыхаясь от трупного запаха своих же погибших однополчан. Хоронить не было никакой возможности – немцы простреливали поля. Воспоминания ветеранов страшнее любого фильма ужасов.
Вместе с тем, наступление на занятый немцами Ржев – одна из самой спорной операции в истории войны. Некоторые историки считают, что в огромных потерях Красной армии – порядка 400 тысяч человек – виновато бездарное советское командование и лично Сталин, который опасался, что немцы вновь начнут наступление на Москву. Поэтому он безжалостно бросал сибирские части под огонь немецкой группы армий "Центр".
Но задачу выполнить удалось. Немцы ушли из Ржева, а так называемый Ржевско-Вяземский выступ, или плацдарм, который немцы собирались использовать для наступления на Москву, прекратил свое существование. Не осталось у гитлеровцев и резервов для переброски войск под Сталинград, где параллельно шла другая великая битва.

Но какой ценой этого удалось достичь. Четыре наступательные операции захлебывались в крови. Позже ветеран и историк Петр Михин напишет, что если бы вместо шести необеспеченных операций, "в каждой из которых для победы не хватало чуть-чуть", были бы проведены одна-две сокрушительные, не было бы ржевской трагедии.
Гитлеровцы были лучше вооружены, обеспечены новейшей военной техникой. У советских артиллеристов зачастую было по несколько снарядов, которые приберегали для танков и экономили боеприпасы, когда наступала пехота.
Немцев поддерживали танки PzKpfw IV, бронетранспортеры SdKfz 25. На тот момент это были самые современные машины. А вот Т-34-76 еще требовали доработки, но и их не хватало. Кстати, в ходе Ржевско-Сычевской операции летом 1942 г. проходила одна из крупнейших танковых битв Второй мировой. С обеих сторон в ней участвовали 1,5 тысячи машин.
У немцев во время боев лучше работала связь. По рации они оперативно вызывали авиацию, корректировали огонь артиллерии. Все это будет у Красной армии. Но потом. В время "ржевской мясорубки" красноармейцы воевали, словно в аду. Потери тут же восполняли новобранцы – в основном, неподготовленные деревенские жители, которым приходилось учиться прямо в бою. Отступать было некуда. Позади стояли бойцы заградотрядов, вооруженные автоматами и пулеметами, которых так не хватало на передовой.


Ветераны вспоминают, как бои шли буквально за каждый бугорок. В некоторые подробности даже верится с трудом. Река Бойня рядом со Ржевом становилась красной от крови.
Порой солдат начинало охватывать равнодушие, и они тысячами погибали в болотах, лесах и полях Тверской области.
В то же самое время Ржевская битва не была избиением, атаковали не только русские, как это иногда подают в статьях и фильмах. Немецкий ветеран Август фон Кагенек в своей книге "Война на востоке" писал о наступлении 18-го пехотного полка вермахта, которое захлебнулось из-за сокрушительного огня советской артиллерии в августе 1942-го. В мясорубку попали все.
"Невообразимо это количество артбатарей и ракетных установок всевозможных типов, неописуемый звук "Катюш". Как минимум, от 40 до 50 стреляли одновременно. Бомбардировщики и истребители-бомбардировщики приходили и уходили с резким звуком моторов. Мы никогда еще не видели такого в России", – пишет историк.


Одной из самых засекреченных операций стала "Марс", или Ржевско-Сычевская стратегическая операция, которой лично руководил Георгий Жуков. Перед легендарным военачальником поставили цель – разгромить 9-ю немецкую армию, составляющую основу группы армии "Центр".
По версии некоторых историков, немцы узнали о готовящемся наступлении, причем в Кремле заведомо решили "сдать" Жукова, чтобы затем неожиданно взять в кольцо армию Паулюса под Сталинградом.

Четвертого ноября 1942 г. советский разведчик "Гейне – Макс", который по легенде был эмиссаром прогерманской организации "Престол", отправил немцам радиограмму о готовящейся операции. Таким образом, гитлеровцы узнали о готовящемся наступлении и отразили его.

Девятую армию русские так и не разгромили, а потери были огромны. По данным американского историка Дэвида Гланца, за три недели операции "Марс" советские войска потеряли около 100 тысяч убитыми и пропавшими без вести, 235 тысяч были ранены. По официальным советским данным, Красная армия лишилась 42 тысяч человек. Историк Александр Орлов приводит другие цифры: 70 тысяч человек убитыми. Кто ближе к правде, точно не известно. Но в любом случае это один из самых страшных эпизодов "ржевской мясорубки".


Двадцатого декабря 1942 г. Жуков приказал прекратить наступление. Справедливости ради стоит сказать, что о "радиоигре" разведчиков он ничего не знал и старался выполнить приказ главнокомандующего.
Немцы тоже понесли серьезнейшие потери. В вермахте приняли решение оставить Ржев и отступить на заранее подготовленные позиции. Гитлеровцы вывезли технику, военное имущество. На запад они угнали якобы "по собственному желанию" тысячи мирных жителей.
Перейдя в наступление, войска Красной армии обнаружили лишь арьергард 9-й армии, который создавал видимость присутствия основной части войск. Город удалось вернуть. Но о полном разгроме немцев не могло быть и речи – они организованно отступили. Однако в Москве объявили об успехе операции. Сталина лично поздравил британский премьер Черчилль.
Символично, что 5 марта, после освобождения Ржева, Сталину было присвоено звание маршала Советского Союза. А в августе 1943-го главнокомандующий сам прибыл в город, откуда немцы собирались во второй раз штурмовать Москву.
Ржевская битва до сих пор является предметом спора историков. Часть из них считают, что, если бы не жертва советского народа, Сталинград бы не устоял, а немцы бы твердо обосновались на Кавказе. Другие полагают, что советское командование совершило настоящее преступление против собственного народа, бездарно организовав наступление на Ржев. А точных данных о потерях Красной армии и вермахта в этой битве до сих пор нет. В местах сражений до сих пор находят немецкие блиндажи и останки солдат.

[Антон]

[alexeybo]

Гоша, Мясной Бор не имеет отношения к битве за Ржев. Это два различных эпизода в войне. Как по времени, так и по месту.

[Gosha]

Гоша, Мясной Бор не имеет отношения к битве за Ржев. Это два различных эпизода в войне. Как по времени, так и по месту.

Это название статьи! Не спешите с выводами! Эпизода два, а методы исполнения все те же!

Отправлено спустя 10 минут 12 секунд:
НА СЛОМ


«Люди механически двигаются вперед, и многие гибнут — но мы уже не принадлежим себе, нас всех захватила непонятная дикая стихия боя. Взрывы, осколки и пули разметали солдатские цепи, рвут на куски живых и мертвых. Как люди способны такое выдержать? Как уберечься в этом аду? Грохот боя заглушает отчаянные крики раненых, санитары, рискуя собой, мечутся между стеной шквального огня и жуткими этими криками; пытаясь спасти, стаскивают искалеченных, окровавленных в ближайшие воронки. В гуле и свисте снарядов мы перестаем узнавать друг друга. Побледневшие лица, сжатые губы. Кто-то плачет на ходу, и слезы, перемешанные с потом и грязью, текут по лицу, ослепляя глаза. Кто-то пытается перекреститься на бегу, с мольбой взглядывая на небо. Кто-то зовет какую-то Маруську…»

Так описывает свой первый бой Борис Горбачевский, которому довелось участвовать и выжить в одном из самых кровавых сражений Великой Отечественной — летнем наступлении под Ржевом. Для него война закончилась в Чехословакии, но именно бои на Калининском фронте оставили самый сильный след в его памяти.

Между тем Ржевско-Вяземский выступ представлял собой большую угрозу для Москвы. Мало того, что он был недалеко от столицы, около 180 км, на выходе из «смоленского коридора» между Днепром и Западной Двиной, так там еще проходили две крупные железные дороги: Великие Луки — Ржев и Орша — Смоленск — Вязьма. Этот выступ позволял готовить операции по охвату Москвы с севера и юга.

Помимо этого, стратегического, значения Ржевско-Вяземского выступа, сражения здесь сильно отличались от боев на южном фланге фронта. На Украине и на Северном Кавказе борьба шла, главным образом, за экономику: за нефть и нефтеналивные порты, за уголь и металлургические заводы, за зерно и мясо. Под Ржевом же была схватка совсем другого рода: у кого быстрее ноги подломятся. Или, иными словами, чья воля и боеспособность будут окончательно сломлены боями.

Да, это было кровавое сражение, в котором армии Западного и Калининского фронтов потеряли значительно больше, чем немцы. По подсчетам Алексея Исаева, соотношение немецких и советских общих потерь в августе-сентябре 1942 года во время боев за Ржев составляет 1:6. Наши потери с января 1942-го по март 1943 года составили 1,16 млн человек, в том числе 392,5 тысяч убитых и пропавших без вести.

Наступление было организовано для того чтобы измотать любой ценой Вермахт его Группу «Центр» лишить ее резервов и в перспективе возможности наступления на Москву. Во-первых, средние суточные потери советских войск под Ржевом вовсе не вызывают удивления — около 2,9 тысяч человек в сутки. Этот показатель позволяет оценить интенсивность боев. Для сравнения, суточные потери во время Курской битвы достигали колоссальной величины в 12 тысяч человек.

Во-вторых, несмотря на более низкие потери, и для немцев бои за Ржев были настоящим адом. Весьма немногочисленные немецкие документы и воспоминания, относящиеся к этим боям, рисуют почти одними и теми же словами одинаковую картину: мощный обстрел из орудий и танков, атаки крупными силами танков и пехоты, рукопашные схватки за позиции и траншеи, высокие потери. Противник у Жукова под Ржевом был серьезный — генерал Вальтер Модель, который и сам был сторонником наступательных действий. Моделя 16 января 1942 года направили в 9-ю армию, чтобы спасти ее от окружения. Хотя против него действовали пять советских армий, уже 22 января Модель перешел в наступление. Он тоже «бросал своих солдат на убой». Например, в полку «Дер Фюрер» дивизии СС «Дас Райх», в котором было 650 человек, не считая приданных ей частей, всего за несколько дней боев в начале февраля 1942 года за Клепенино в живых осталось всего лишь 35 человек, но нужно учитывать что дивизия не получала пополнение с конца октября 1941 года.

Некоторые роты эсэсовского полка пали поголовно. И ничего, почему-то никто из ревизионистов не величает Моделя «мясником» и не обвиняет его в том, что ему не было жалко отборных эсэсовцев. У них он — энергичный и решительный полководец.
За ликвидацию угрозы окружения 9-й армии Моделю присвоили звание генерал-полковника и наградили Дубовыми листьями к Железному кресту. 25 мая 1942 года Модель был тяжело ранен. После излечения и краткого отпуска его снова отправили в «Ржевскую мясорубку».

Как видим, противник был таков, что дай ему слабину — он перейдет в наступление. Если бы не эти якобы «бездарные» наступления на Ржевско-Вяземский выступ, то неизвестно, как бы война обернулась дальше. Эти атаки не позволяли использовать выгодный плацдарм ни для наступления на Москву, ни для помощи другим участкам фронта. Это уже само по себе большое достижение.

Но кроме этого, были и другие результаты боев. Первое. Ржевский выступ поглощал боеприпасы, топливо, продовольствие, снаряжение, пополнения, в силу чего немцам на других участках фронта часто не хватало сил для достижения успеха. С центрального участка фронта немцы так и не смогли снять подкрепления ни для штурма Севастополя, ни для захвата Кавказа, ни для Сталинграда. Более того, с юга пополнения перебрасывались на север. Например, ряд частей из-под Севастополя, которые, по идее, должны были быть направлены на Кавказ, были летом 1942 года переброшены на Волхов, и там вскоре полегли. Таким образом, тяжелые бои войск Западного и Калининского фронтов помогали другим фронтам бить противника и под Сталинградом, и под Ленинградом.

Второе. Под Ржевом немцы были сломлены морально, конечно насмотрелись атак гроссмейстера Жукова и одурели. После ожесточенных боев в 1942 году они отступили из Ржева, признав тем самым свое поражение. Модель из мастера наступлений после этого отхода превратился в «мастера отступлений». Весьма разительная перемена!

И наконец, в результате «просто отступления» Моделя из Ржевско-Вяземского выступа и «бездарной» операции по ликвидации Демянского плацдарма были полностью ликвидированы все возможности для немецкого наступления на Москву.

Немцев сломили и заставили их отступать на центральном участке фронта, именно там, где раньше они рвались к Москве, там, где они собирались добиться решающей победы. Вот в этом и заключалась главная победа под Ржевом, которой добился генерал армии Г.К. Жуков. За это Сталин и сделал его 18 января 1943 года Маршалом Советского Союза, первым с начала войны, а народ СССР прозвал «маршала Победы» - «Мясником». Необходимая победа была добыта не талантом, а солдатской кровью. Победа под Ржевом была необходимой, но на дворе был только 1942 год – это сейчас известно, что война закончилась в Мае 1945 года.

[alexeybo]

Это название статьи! Не спешите с выводами! Эпизода два, а методы исполнения все те же!

Но эту статью поместили в теме Вы, и название теме дали Вы. На содержание статьи своих комментариев Вы не дали.
Метода исполнения существует два - оборона или наступление. Мясной бор - пример неудачного проведения наступательной операции. Ржевская битва включает в себя несколько операций. Как наступательных, так и оборонительных. Во время Ржевской битвы тоже были примеры неудачных наступательных операций, с серьезными негативными последствиями для наших войск. Но это не основание для смешивания одного с другим.

[Gosha]

Но эту статью поместили в теме Вы, и название теме дали Вы. На содержание статьи своих комментариев Вы не дали.

Тут много еще будет удивительного!

Отправлено спустя 1 минуту 46 секунд:

Но это не основание для смешивания одного с другим.

Вы и не смешиваете возражайте на предложенное, а не любуйтесь вывеской!

[alexeybo]

Тут много еще будет удивительного!

Я бы сказал, что с Вашей помощью будет много низкосортного.

Вы и не смешиваете возражайте на предложенное, а не любуйтесь вывеской!

Так в том и дело, что вывеской я не любуюсь. А вывеска Ваша. Я уже возразил по основному - по вывеске, а в деталях по содержанию станет еще хуже.
Вообще-то правила хорошего тона при осуществлении "перепоста" материала требуют указания источника.

[Gosha]

Наличие белых пятен в истории Великой Отечественной войны и через 60 лет после ее окончания бесспорно. Правда, в последнее двадцатилетие сделано многое для того, чтобы их стало меньше. Опубликованы новые документы, в научный оборот введены неизвестные ранее факты, появились исследования с альтернативными официальным оценками отдельных военных событий.

Это, в частности, относится к истории военных действий в районе ржевско-вяземского выступа в 1942 – начале 1943 гг. В советское время они не стали объектом серьезных исследований военных историков. По идеологическим причинам на их объективное освещение было наложено табу. Объем информации о том, что происходило на этом участке фронта, увеличивался постепенно, фактический материал строго отслеживался, дозировался.

К началу политических изменений в советском обществе в середине 1980-х годов в справочной, исследовательской и мемуарной литературе в рассматриваемый период Великой Отечественной войны говорилось о трех крупных наступательных операциях советских войск на московском направлении: Ржевско-Вяземской стратегической 1942 г., Ржевско-Сычевской июля – августа 1942 г., Ржевско-Вяземской 1943 г. Присутствовало некоторое описание операций, при этом внимание акцентировалось на их положительных результатах. Очень редко упоминалась еще одна наступательная операция в конце 1942 г., иногда даже без названия, известная сейчас как «Марс». Не было попыток объединить эти операции с участием одних и тех же фронтов, практически на одной территории и имевшие практически одну цель – нанести поражение немецкой группе армий «Центр».

Официальная оценка боев в районе ржевско-вяземского выступа в советское время была однозначной. В ответе Института военной истории на запрос Ржевского краеведческого музея говорилось: «Бои в районе Ржева являлись частью общего сражения за Москву». Данная оценка создавала парадоксальную ситуацию: если, по существующей периодизации, битва за Москву закончилась 20 апреля 1942 г., а ее основные итоги до сего дня подводятся на конец декабря 1941 г., то куда же отнести операции Красной Армии на этом участке фронта летом и зимой 1942 г. и весной 1943 г. Если их следовало считать «частью сражения за Москву», то, по логике, Московская битва завершилась с ликвидацией немецкого плацдарма у стен столицы в марте 1943 г. То есть официальная точка зрения скорее вносила неясность в оценку военных действий на московском направлении, чем давала ответы.

В 1990 – начале 2000 гг. появились интересные публикации, в частности, о потерях советских войск в операциях, в том числе на ржевско-вяземском выступе. Несмотря на явно заниженные цифры, эти данные сразу поставили военные действия в пространстве Ржев – Гжатск – Вязьма по потерям в один ряд со Сталинградской битвой. Описание операции «Марс» американским историком Д. Гланцем, а затем и ее официальная версия позволили закрыть пробел в действиях Красной Армии по ликвидации опасного плацдарма германских войск на подступах к столице советского государства.

Эти материалы, а также архивные документы военного времени, доступ к которым на какое-то время был расширен, позволили отдельным региональным исследователям, краеведам выступить с предложением по-новому взглянуть на военные действия Красной Армии, направленные на ликвидацию опасного вражеского плацдарма в центре советско-германского фронта. Опираясь на существующий в военно-исторической науке понятийный аппарат, ломая сложившиеся схемы, они заявили, что на этом участке фронта в январе 1942 – марте 1943 гг. развернулась одна из кровопролитнейших битв Великой Отечественной войны – Ржевская битва. Причем город Ржев выступил в этом случае как город-символ, давший название битве, развернувшейся в пространстве Белый – Ржев – Зубцов – Сычевка – Гжатск – Вязьма, точно так, как Москва дала название битве, развернувшейся на территории нескольких областей.

Данная точка зрения об еще одной битве на московском направлении официальной военной историографией не была принята. Кроме того, оспариваются и большие цифры потерь в боях на ржевско-вяземском выступе. В результате сложилось странное положение: с одной стороны, наличие большого числа фактов, документов, которые при опоре на положения современной военно-исторической теории позволяют рассматривать военные действия советских и германских войск в районе ржевско-вяземского выступа как битву. С другой стороны, военно-историческая наука, представленная государственными исследовательскими учреждениями, все равно настаивает на традиционных оценках. Ведущие советские военные историки, не желая видеть очевидного, идут дальше: они говорят об искажении, очернении истории войны. Нам ближе точка зрения историка Ю. Н. Афанасьева, который утверждает, что в сложившихся исторических штампах замешано слишком много личных судеб, воспоминаний молодости, боли утрат: «На многом лежит действительно неизгладимая печать сакральности: миллионы стояли насмерть за отчий дом, за родных, за Родину… Любые негативные интерпретации связанных с этим событий – даже вполне аргументированные – могут задеть и задевают сугубо личное, память индивидуальную и историческую. Однако мы не можем, не должны и просто не имеем права оставаться в плену объеденного сознания, незаинтересованного в поиске исторической правды».

М. А. Булгаков устами своего героя говорил, что «факт – самая упрямая в мире вещь». Даже если факт не замечать, он все равно не исчезает. На основе фактов даже не профессионалы могут делать выводы. Английский историк Т. Б. Маклей утверждал, что «начало мудрости – признание фактов».

Цель данной книги – изложение истории военных действий в 1942 – начале 1943 гг. на центральном – московском – направлении советско-германского фронта с учетом известных автору к настоящему времени фактов и документов с тем, чтобы сами читатели определили правоту той или иной точки зрения. При этом мы никоим образом не претендуем на полноту исследования темы. При многолетнем замалчивании событий сложно за небольшой срок при ограничении доступа к архивным документам изучить и осветить большую тему. В данной книге излагается лишь «скелет», канва непризнанной битвы, которые в последующем, смеем надеяться, будут заполнены событиями, фактами, документами, персонажами. При этом мы допускаем, что появление новых документов, которые сегодня все еще остаются закрытыми (автор не смогла получить доступа к документам Ставки ВГК, Генерального штаба, Западного направления и многим другим), может опровергнуть отдельные положения и выводы автора книги. В появлении ошибочных утверждений и домыслов во многом виноваты те, кто держит источники закрытыми.

Автором при изучении темы был использован широкий круг разнообразных источников. Это, прежде всего, документальные материалы, как опубликованные, так и хранящиеся в Центральном архиве Министерства обороны в городе Подольске Московской области. Это материалы периодической печати военного времени, военная публицистика, как советская, так и германская. Активно использовались воспоминания участников битвы с обеих сторон, от генералов до рядовых, их дневники, в том числе на языке бывшего противника. Безусловно, автор изучила доступные ей отечественные и зарубежные научные труды, касающиеся военных действий на центральном участке советско-германского фронта. Особенности научно-популярного издания не позволяют давать по тексту ссылки на источник, как это происходит в научном исследовании. Но в конце изложения мы сочли необходимым перечислить основные использованные источники и литературу.

Хотелось бы надеяться, что тема книги заинтересует историков и исследователей и они продолжат изучение Ржевской битвы. Отдельные исследователи могли бы разрабатывать разные стороны рассматриваемой проблемы и тем самым заполнять пустоты в общей канве истории битвы. При этом начинать нужно не с опровержения уже написанной истории, а с новой работы со всем комплексом документов военного времени, в первую очередь архивных. Как показала практика, в написанной в советское время истории войны неправильно указаны даже даты. Пример с днем совершения подвига А. Матросовым известен многим любителям истории. Такие примеры есть и в истории Ржевской битвы. Лишь исследование в комплексе документов Ставки ВГК, Генерального штаба РККА, направлений, фронтов, армий, а также вермахта, в первую очередь группы армий «Центр», соединений и частей обеих воющих сторон позволит создать полную историю битвы на московском направлении в 1942 – начале 1943 годы.