Византийские источники о Руси ⇐ Правление Рюрика

[Gosha]

Константин Багрянородный терминами — несклоняемым и склоняемым (Константин 1989, 48. II. 4, 8; VI. 5; IX. 1, 3, 5, 67; XXXVII. 42, 43, 47; XLII. 4, 62), т. е. «по-росски» — обозначает в трактате «Об управлении империей» народ (или народы) рос, его территорию и его язык. Следует считать, что во времена Константина Багрянородного этноним «рос» стал привычным в византийской традиции и постепенно «втягивался» в греческие грамматические и орфографические нормы.

[Gosha]

Дополнительным подтверждением этому является употребление Константином парадигматически корректного термина «Росия» (II. 4), который употреблен им и в «Книге церемоний» (Const., 1829, 594. 18; 691, 1). Этот термин для обозначения Руси впервые встречается именно у Константина Багрянородного.

Сопоставимыми с терминами «Русская земля» и «страна русская» древнерусских летописей стали в византийских источниках выражения «страна Росии» у Константина (Константин, 1989, XXXVII, 43) и «Росийская земля» у Феодора Продрома (Theod. Prodr., 1974, № 59. 191). Термин закрепился и в документах Константинопольского патриархата. В южно-славянских памятниках именование государства «Рос(с)ия» появляется с 1387 г., в самой России — со второй половины XV в. (Soloviev, 1947; Соловьев, 1957, 134—155). Известная форма, употребительная в новое время и ставшая регулярной — с двумя «с» «Россия»), в греческих текстах встретится лишь в XIV в.— в «Исторических записках» византийского гуманиста Никифора Григоры (Gregoras, 1855, 199. 12; 511. 18); в русских же источниках, согласно М. Н. Тихомирову (1953, 93—96),— с XV в.