nvd5: 30 ноя 2017, 08:58Ссылку дайте.
nvd5: 30 ноя 2017, 08:58Как я должен реагировать на этот бред? Где документы? Покажите. Утомили уже Вы своей совершенно тупой клеветой.
ОТ ГЕРОЕВ БЫЛЫХ ВРЕМЕН
«Неизвестный - Самовар»
«Самоварами» звали инвалидов без обеих ног и рук, оставалось только туловище с головой, такого человека переставляли с места на место, как самовар,
прозвище закрепилось за инвалидами еще с Русско-Японской войны, а возможно еще ранее, военных инвалидов на Руси всегда было много, но к ним всегда относились с уважением, с паперти никто не гнал, даже генералы - «отдавали честь» и подавали на водку бывшему служивому от щедрот своих, наверно у них было больше культуры и сострадания. Во всем Мире существуют воинские Мемориальные кладбища - этим гордятся, только в СССР гордились кладбищами победителей, но не кладбищами «побежденных» их старались забыть.
«Неизвестный», - так и назвал этот рисунок Добров. Позже удалось вроде бы выяснить (но лишь предположительно), что это был Герой Советского Союза Григорий Волошин. Он был летчиком и выжил, протаранив вражеский самолет. Выжил – и просуществовал «Неизвестным» в Валаамском интернате 29 лет.
В 1994 году объявились его родные и поставили на Игуменском кладбище, где хоронили умерших инвалидов, скромный памятник, который со временем пришел в ветхость. Остальные могилы остались безымянными, поросли травой…».
Операция «Инвалид».
«Что хочется, но нельзя забыть – весь этот кошмар, когда еще живых людей «загоняли в гроб», чтобы те, которые были на верху вкусно ели, сладко пили, спокойно спали. Было забыто все: «Отечество в опасности – Братья и Сестры – был забыт народ Победитель в августе 1945 года». По Сталинскому закону нужно было встать на учет, чтобы попасть в инвалидную артель, а что умели бывшие Защитники Родины 1924-1927 годов рождения попавшие на фронт со школьной скамьи - ничего!
В один из летних дней 1948 года в вагонах поездов, электричек, на базарах, площадях, улицах советских городов и местечек прохожие не увидели привычные костыли и тележки на которых передвигались безногие фронтовики. Буквально в одну ночь власти «поубирали» из населенных пунктов сотни инвалидов Великой Отечественной войны и вывезли их подальше «от глаз людских». На протяжении следующих дней милиция обыскала все ночлежки и подвалы, где ютились калеки. Всех, кто там находился, также ждала высылка. Оправдать такие действия невозможно, но все же, попытаемся проанализировать почему это произошло?
Во-первых, Советский Союз экономически был не в состоянии не только обеспечить достойную жизнь сотням тысяч своих солдат, получивших увечья, но и в целом обеспечить свой, искалеченный войной, народ. Во-вторых, инвалиды портили имидж страны, победившей фашизм. Советский солдат – это сильный, молодой, полный сил мужчина, а не обрубок, вроде «самоваров» - бойцов и командиров РККА получивших наиболее тяжкие ранения и лишившиеся верхних и нижних конечностей. И наконец, в-третьих, немаловажным был политический вопрос. Потерявшие все на войне солдаты, становились «свободными» в стране рабов. Они больше не боялись НКВД и милиции. К тому же многие были награждены орденами и медалями. Среди инвалидов было немало Героев Советского Союза. Эти люди видели ад войны и, выжив там, они уже ничего не боялись.
Советские специальные органы стали следить за военными инвалидами еще в ходе Великой Отечественной войны. В течении 1943-1944 годов НКГБ СССР направило местным органом госбезопасности несколько директив, требующих обеспечить через агентуру изучение процессов, происходящих в среде инвалидов войны. «Чекисты» организовывали агентурное освящение работы госпиталей, местных советов и органов социального обеспечения по вопросам медицинского обслуживания, трудоустройства инвалидов, установления и выплаты им пенсии. Проблемы во взаимоотношениях этой категории советских граждан и властей не заставили себя ждать. В Узбекской ССР в конце войны на оперативный учет были взяты 554 военных инвалида, большинство из которых ранее находились в немецком плену. В октябре 1944 года УНКГБ Краснодарского края было выявлено 103 инвалида «возвратившихся в советский тыл при невыясненных обстоятельствах». Управление Молотовской области тогда же арестовало 13 фронтовиков-инвалидов «за антисоветскую работу».
Чаще всего вернувшимся с фронта инкриминировались антиколхозные выступления и антисоветская агитация, которая выражалась в «прославлении кулацких хозяйств и капиталистического уклада в деревне». А вскоре НКГБ в Коми АССР «вскрыл» «Союз инвалидов войны», который возглавлял бывший майор советской армии. По мнению людей «в васильковых фуражках» эта организация занималась «дезорганизацией колхозного производства». Кроме этого, власть явно испугалась угроз исполнения терактов со стороны «военных калек» в отношении ее представителей. Бывшие солдаты и офицеры РККА без рук и ног угрожали председателям и ревизорам, ни в грош не ставили начальников и управдомов. На фронте они смотрели смерти в глаза, были в немецком плену, горели в танках, шли на таран вражеских самолетов и выжили. Эти люди уже ничего не боялись. Один из арестованных и обвиненных в убийстве секретаря сельсовета на допросе заявил: «Мне все равно теперь, быть на свободе или в тюрьме».
После окончания Великой Отечественной войны внимание к ветеранам-инвалидам со стороны властей не снизилось. Как уже отмечалось, первая волна депортации военных инвалидов прошла в 1948 году и коснулась, прежде всего, рядового и сержантского состава. К тому же высылали в основном тех, кто не был награжден высшими правительственными наградами. Вторая волна прокатилась по Советскому Союзу в 1953 году. Один москвич вспоминал, что у его знакомой, проживавшей на проспекте Горького, муж был офицером советской армии и на войне лишился ног. Он передвигался, сидя в деревянном ящике и отталкивался от земли специальными палками. Вскоре фронтовик собрал возле себя целую компанию таких же военных инвалидов. Они носили военные френчи и гимнастерки, а на их груди «висела география Европы». Женщину предупреждали, чтобы она не выпускала мужа на улицу. В итоге в начале 1950-х его «забрала» милиция и вывезла в один из «санаториев» для инвалидов, расположенный где-то под Омском в Сибири. Впоследствии, не выдержав условий содержания в «спецсанатории», фронтовик повесился.
Следующий хозяин Кремля Никита Хрущев также не особо церемонился с покалеченными ветеранами. Во времена его правления военных инвалидов продолжали считать «нищенствующим элементом». В феврале 1954 года Министр внутренних дел СССР С. Круглов докладывал в Президиум ЦК КПСС, что «несмотря на принимаемые меры, в крупных городах и промышленных центрах страны все еще продолжает иметь место такое нетерпимое явление, как нищенство. За время действия Указа Президиума Верховного Совета СССР от 23 июля 1951 года «О мерах борьбы с антиобщественными, паразитическими элементами», органами милиции было задержано нищих: во 2-м полугодии 1951 году — 107 766 человек, в 1952 году — 156 817 человек, в 1953 году — 182 342 человека. Среди задержанных нищих инвалиды войны и труда составляют 70%. Борьба с нищенством затрудняется тем, что многие нищенствующие отказываются от направления их в дома инвалидов, самовольно оставляют их и продолжают нищенствовать».
В этой связи министр рекомендовал принять дополнительные меры по предупреждению и ликвидации нищенства, что должно было проявится в «преобразовании домов инвалидов в дома закрытого типа с особым режимом». В 1948 году по Указу Верховного Совета Карело-Финской ССР (впрочем, скорее всего, по указанию «из Москвы») был образован «Дом инвалидов войны и труда». Калек здесь держали в нечеловеческих условиях. Старые монастырские постройки были практически не пригодны для жилья. В некоторых зданиях отсутствовали крыши, а электричество сюда провели лишь через несколько лет. По началу там не хватало даже фельдшеров и младшего медперсонала. Многие из фронтовиков умерли уже в первые месяцы пребывания на острове. В 1959 году там находилось 1500 инвалидов. Подобные заведения были открыты в Сибири и других частях СССР. Поговаривают, что такие «спецсанатории» были и в Беларуси.
После помещения в эти зведения фронтовиков лишали паспортов и всех прочих документов, в том числе и наградных. Питание там было скудным. Санитары вспоминали, что «пациентов без конечностей, выносили во двор, чтобы те подышали свежим воздухом. Иногда их сажали в специальные корзины и с помощью веревок поднимали на деревья. Получались подобия гнёзд. Иногда инвалидов «забывали» снять, и они умирали от переохлаждения, проведя ночь на морозном, свежем воздухе. Частыми были случаи самоубийства. Навещали ли этих людей родные? С конца 1950-х годов фронтовикам разрешили встречаться с близкими, но многие не хотели сообщать о себе, считая, что они лишь усложнят жизнь своей семье. Умерших на Валааме хоронили на специальном кладбище. На могилах ставили неприметные деревянные памятники, которые со временем рассыпались. Всего, по разным данным, на этом погосте было похоронено до двух тысяч человек.
В 1984 году Валаамский интернат был ликвидирован, а оставшиеся его постояльцы были перевезены в село Видлица, Олонецкого района Карелии. Позднее этнографы нашли архив личных дел валаамских постояльцев. Правда, информация в этих документах очень скудная: ФИО, дата рождения, категория инвалидности и причина смерти. Куда исчезли личные документы этих людей, и самое главное, награды, сегодня никто уже не может ответить. Память о инвалидах-фронтовиках во многом сохранилась благодаря энтузиастам-волонтерам, которые устраивались на работу в эти «спецсанатории». Один из них Геннадий Добров во времена «хрущевской оттепели» смог побывать на Валааме. Фотографировать на «режимном объекте» было запрещено, поэтому санитар делал зарисовки. Его работы стали достоянием общественности лишь в середине 80-х годов ХХ века. В 1988 году был издан альбом его рисунков «Автографы войны». Для его создания художник посетил около 20 домов-интернатов для ветеранов в разных частях СССР.
Памятник ветеранам, умершим на Валааме.
«По данным Военно-медицинского музея в Санкт-Петербурге в ходе Великой Отечественной войны ранения получило 46 миллионов 250 тысяч советских граждан. Из этого числа около 10 миллионов вернулось с фронта с различными формами инвалидности. Из этого числа 775 тысяч с ранениями в область головы, 155 тысяч с одним глазом, 54 тысячи ослепших, 3 миллиона одноруких, 1,1 миллион без обоих рук…».
В 2011 году на Валаме был открыт мемориал в память о ветеранах-инвалидах, умерших здесь. Но жители большинства постсоветских республик до сих пор ничего не знают об этой постыдной странице истории «государства рабочих и крестьян». Уверен, что среди узников Валаама и прочих «санаториев» было не мало фронтовиков всех национальностей бывшего СССР, которые защищая Советскую Родину, отдали почти все, но в благодарность получили ссылку и клеймо недочеловека. Об этом, как и о других преступлениях советской системы забывать нельзя и помнить необходимо, чтобы это не повторилось больше никогда, такого отношения власти к собственному народу Победителю.
Вероятности отрицать не могу, достоверности не вижу. М. Ломоносов
Мобильная версия
