Русская Армия Первой. ⇐ Первая мировая война

[Gosha]

Оперативный маневр Жоффра потерпел полную неудачу. Линия Соммы потеряна, французские войска принуждены к отходу за Марну. Жоффр пишет в своих воспоминаниях: «Стало очевидным в этот момент, что нельзя противопоставить правому германскому крылу достаточных сил, чтобы остановить охватывающее движение, которое логически должно было довести врага до Парижа». Французский командующий, между прочим, продолжает свою политику «делать, что можно», и 2 сентября изымает из армии Саррайля 4-й корпус для передачи Монури, но он прибудет только 6–7 сентября.

[Gosha]

Преследование: обстановка на начало сентября

Второго сентября завершилась первая стадия преследования. Командующие немецкими армиями могли быть довольны его результатами.
Инициатива полностью в их руках. Войска непрерывно продвигаются вперед. Попытки противника контратаковать или хотя бы просто задержаться на выгодных позициях отражены всеми армиями, причем и французы, и англичане понесли несоразмерные результатам потери. Первая армия выиграла бой при Ле-Като и стычку при Ладресси. Вторая одержала победу в сражении у Сен-Кантена. Третья и 4-я разбили врага на Маасе, 5-я – создала угрозу Вердену, 6-я штурмует Шармский проход. Самое главное: французы сдали линию Соммы, бросили даже укрепления Ла-Фера, Лаона, Реймса. Таким образом, первый рубеж сопротивления преодолен без особого труда, и на повестке дня – Сена, Париж, победа.

[Gosha]

У Жоффра, конечно, особых поводов для радости не было, но пока что «исполнение приговора» откладывалось. Противнику нигде не удалось добиться решающего результата. Армии были в плохом порядке, но они сохранили целостность.
Самым важным было изменение баланса сил на западном фланге стратегического фронта. Шестую армию удалось собрать – если не у Амьена, то у Компьена. Между тем противник медлил с усилением своего Правого крыла. Эту ситуацию Жоффр должен был воспринимать как чудо: он выиграл один или два темпа, хотя, по логике вещей, отступление приводит к проигрышу активного времени.

[Gosha]

Германское высшее командование начинает проявлять нервозность. Мольтке подсознательно понимает, что им допущены серьезные ошибки, главная из которых – поспешная переброска 11-го и гвардейского резервного корпусов на Восточный фронт. Между тем победа на западе еще не достигнута. «Когда в сражениях участвуют миллионные армии, победитель должен захватить множество пленных. А где они? Тысяч двадцать в Лотарингии, ну еще десять-двадцать тысяч пленных на других участках».

[Gosha]

Проблема даже не в том, что на Западе не хватает сил. Хуже всего, что главное командование не располагает средствами для того, чтобы как-то влиять на события. Остается лишь регистрировать их и уповать на Бога и командующих армиями.

[Gosha]

Поворот Клюка

Хотя сражение при Сен-Кантене не создало проблем никому, кроме Ланрезака, Бюлов по уже установившейся у него привычке запросил содействие 9-го корпуса 1-й армии: «Чтобы завершить эксплуатацию успеха, мы весьма рекомендуем захождение 1-й армии к Лаон-Ла-Феру». Клюк санкционировал изменение направления движения 17-й дивизии. В результате 1-я армия растягивается на непомерно широком фронте – от Амьена (4-й резервный корпус) до Ла-Фера (9-й корпус).
Понятно, что терпеть такое положение дел нельзя. Клюку необходимо собрать армию, стянув ее или к Амьену – Мондидье, или к Компьену. В первом варианте возникал разрыв со второй армией, и закрыть его было нечем. Вот здесь бы и пригодились корпуса эрзац-резерва, которыми Шлиффен предполагал «питать» Правое крыло по мере его продвижения в глубь Франции! Но Клюк был предоставлен самому себе, и его наличных войск просто физически не хватало, чтобы закрыть пространство от Лаона до Амьена, не говоря уже о побережье Ла-Манша.

[Gosha]

Во втором варианте 1-я армия меняла направление своего наступления с юго-западного сначала на южное, а затем на юго-восточное. Вместо нижнего течения Сены операционная линия ориентировалась на среднее течение Уазы. Это означало, что Париж остается вне «оперативной тени», отбрасываемой 1-й армией, зато она попадает в «тень» парижских фортов.

[Gosha]

Клюк оправдывал свое решение необходимостью оказать помощь 2-й армии. Кроме того, он полагал, что стратегический фланг союзного фронта находится на Уазе. Иными словами, Клюк выпустил из вида английскую армию, с которой несколько дней назад сражался у Ле-Като, и, видимо, в тот момент вообще ничего не знал о 6-й армии.
Клюк понимает, что предложенный им маневр изменяет стратегическую обстановку и тем самым находится вне пределов его компетенции. Он связывается с Мольтке и получает утром 31 августа ответ, в котором указывается, что «предположенное движение 1-й армии соответствует видам главного командования».

[Gosha]

Таким образом, 31 августа командующий 1-й армией с полного одобрения Х. Мольтке одним непродуманным «ходом»:
Отказался от исполнения плана Шлиффена, не имея альтернативной оперативной схемы и времени, чтобы ее создать;
Сдвинул расположение всего германского войска к западу, подарив противнику, как минимум, два темпа. В этот момент ««скольжение влево» перестало быть оперативным фактором и приобрело стратегическое значение: вся геометрия операции нарушена, оперативное усиление упало до нуля (Правое крыло в первом приближении стало равно Левому по численности, по плотности войск оно уже уступает армиям Лотарингского направления), «плечо операции» сменило знак;
Снял контроль с одной из важнейших точек Западного фронта, приказав 4-му резервному корпусу следовать из Амьена на Мондидье. В течение всей войны, вплоть до кампании 1918 года, немецкое командование будет пытаться вновь захватить этот город, потеряет на этом сотни тысяч солдат, но так и не преуспеет;
Устранил, по крайней мере, на некоторое время, непосредственную угрозу Парижу, «сердцу Франции» и «центру позиции» Западного фронта;
Резко ухудшил оперативное расположение своей армии, на фланге которой теперь находился крепостной район. Может быть, Клюк действительно ничего не знал о 6-й армии, но он не мог не понимать, что в Париже у противника наверняка находятся какие-то войска – даже просто потому, что это крупнейший узел коммуникаций;
Подставил все германское войско под угрозу флангового удара с запада, так как фронт союзных армий стал длиннее германского фронта.
«Гроссмейстеру, скорее, можно простить зевок фигуры, чем такое антипозиционное решение».

[Gosha]

С другой стороны, что еще делать?

К началу Приграничного сражения германское Правое крыло насчитывало 36 дивизий. В последних числах августа их осталось только 23: тринадцать дивизий были отправлены на Восточный фронт или выделены для осады Антверпена, Мобежа, Живе, охранной службы на Маасе (ландверные бригады, предназначенные для этого, запаздывали, а отчасти были уже истрачены). Разумеется, силы союзников тоже были скованы в осажденных крепостях и выключены из оперативного баланса, но за счет переброски войск с востока (7-й корпус, 55-я, 56-я дивизии) и включения в состав британских экспедиционных сил 4-й пехотной дивизии, опоздавшей к Монсу, союзное левое крыло усилилось на две дивизии и теперь насчитывало 29 дивизий.

[Gosha]

Формально у союзников уже превосходство в силах. В действительности с учетом больших потерь французов их дивизии нужно считать примерно с коэффициентом 0,5 относительно довоенных, а немецкие – с коэффициентом 0,7. Получаем где-то около 14,5 союзной счетной дивизии против 16 германских, то есть у немцев остается преимущество в силах, но совсем минимальное. Нужно еще учесть, что французские армии приближаются к своим тыловым базам, а немецкие – удаляются от них. Оперативным фактором становятся форты Парижа. Крепость, конечно, устарела, но она является опорой для полевых войск, может компенсировать нехватку войск и их низкое качество, а главное – в решающий момент позволит выиграть время.

[Gosha]

Крепость Париж «по В. Новицкому»

«Париж представлял собою обширную крепость-лагерь, рассчитанную на крупный гарнизон и продолжительное сопротивление. Крепость имела две линии фортов: старую, внутреннюю, обводом в 50 км, состоявшую из 15 фортов, 3 редутов и 2 отдельных укреплений, и новую, внешнюю, 150 км в окружности, из 22 фортов, 31 редута и батареи, расположенных главным образом, на правом берегу Сены. Новый фортовой пояс охватывал все те командующие высоты, на которых в 1870–1871 гг. немцы установили свои осадные батареи. Все укрепления Парижа составляли три укрепленных лагеря: северный, восточный и юго-западный. Новые форты во многом уже устарели к 1914 г. и не могли сопротивляться действию новейших артиллерийских средств. Вообще Париж не был подготовлен к обороне ни по состоянию своих крепостных верков и их вооружению, ни по количеству собранных в нем продовольственных и боевых запасов. Гарнизон состоял из пяти дивизий (83, 85, 86, 89 и 92-й) и двух бригад (166-й и 185-й) территориальных войск и морской бригады адм. Ронара, обладавших по своему составу и снабжению малой боеспособностью. Со дня своего назначения военным губернатором Парижа ген. Галлиени неоднократно просил о назначении в состав гарнизона более боеспособных войск, будучи вообще того мнения, что ввиду неготовности парижских укреплений к обороне таковая может вестись только полевой армией вне фортового пояса. Тем не менее день и ночь войсками и жителями велись работы по усовершенствованию укреплений и по усилению промежутков между фортами.

[swfortman]

Германские армии были более воинственными.

[Odin]

Германские армии были более воинственными.

Все армии воинственные, потому что это армии. Неспособность воевать какой либо армии пока не смог доказать ни один из историков.

[Odin]

Я понял о великий Один! Мне уже назначено судьбой.

Вы что не понимаете, что своими репликами вы захламляете тему. Автор отсутствует вы решили поместить свой оффтоп?

[swfortman]

Так тогда вообще писать нельзя нигде что ли

[Odin]

Ошибка Николая II была в том, что он напросился на участие в этом конфликте. Россия однозначно выигрывала Первую Мировую войну. Победа, по итогам которой Россия становилась мировым гегемоном. И это не пропаганда. Это было очевидно всем – от германского командования до «союзников» России по Антанте.

[swfortman]

Поведение Николая II было вообще трудно прогнозируемо и особенно, когда он избавился от Столыпина. Я так думаю, что царь понимал что он явно не одаренная личность и у него нет особенностей, то есть чувствовал свою серость.
Царь так же знал,что необходимо вести войну, но с Германией это было трудно, и тут такая своего рода коллизия, зная что нужно воевать он не хотел.
Русский генералитет тоже не хотел войны, страна была не готова ни к какой войне и события на Дальнем Востоке показали, что царская Россия не может воевать с европейскими монархиями. Но надо было и царь решился.

[Odin]

«В целом ситуация создавала ощущение, — писал великий князь Кирилл Владимирович, — будто балансируешь на краю пропасти или стоишь среди трясины. Страна напоминала тонущий корабль с мятежным экипажем. Государь отдавал приказы, а гражданские власти выполняли их несвоевременно или не давали им хода, и иногда и вовсе игнорировали их. Самое печальное, пока наши солдаты воевали, не жалея себя, люди в чиновничьих креслах, казалось, не пытались прекратить растущий беспорядок и предотвратить крах; между тем, агенты революции использовали все средства для разжигания недовольства».

[Odin]

Большевизм был куплен Германией, но очевидно, что в 1917 году Россия Антанте уже была не нужна.

[swfortman]

Вопрос "купленности" большевизма сейчас доказать трудно. Все эти попытки были отброшены самой историей, ведь большевики не дали что бы снова пришел царь и все восстановилось.

[Odin]

Вопрос "купленности" большевизма сейчас доказать трудно. Все эти попытки были отброшены самой историей, ведь большевики не дали что бы снова пришел царь и все восстановилось.

Ищи кому выгодно! Выгодно было Антанте и Ленину. Германия надеялась на 100 дней 1918 года, но просчиталась.

[swfortman]

И как же революция была выгодна Германии или Франции? В чем выгода?

[Gosha]

Продолжим о ходе Первой Мировой.
-----------------------------------------------------------------
Первого сентября Клюку не удалось настигнуть 5-я армию. Дальнейшее движение на юго-восток, очевидно, бессмысленно, 1-я армия сворачивает к югу, переходит реку Эна и начинает продвигаться к Марне.

[Gosha]

В тот же день командующий 1-й армией записывает в своем дневнике: «Больше нет никакой надежды достигнуть французов (5-армия). Они ускользнули без всякой помехи. Так же трудно захватить англичан. Продолжать продвигаться вперед в южном направлении опасно при угрозе правому флангу со стороны Парижа. Необходимо остановиться и перегруппировать армию, чтобы продвинуться, в конце концов, или к югу, прикрываясь со стороны Парижа, или к Нижней Сене, ниже Парижа… Если мы будем продолжать идти прямо к югу и если французы будут обороняться на Марне, следует ожидать действий со стороны Парижа против нашего фланга».