Народы Моря ⇐ История древнего мира

[UranGan]

1177 год до нашей эры

Воины вышли на мировую сцену и перемещались быстро, оставляя за собой смерть и разрушения. Современные ученые именуют их собирательно «народами моря», но египтяне, которые занесли на скрижали их нападение на Египет, никогда не использовали этот термин; вместо того они разделяли «народы моря» на отдельные народности, выступавшие заодно, — филистимляне, тирсены, чаккаль, шерданы, дануны, шакелеша, акайваша; все эти имена звучали чужеродно для местного населения тех времен.
Мы мало знаем о них помимо сообщений в египетских хрониках. Мы не уверены в том, откуда родом «народы моря», возможно, с Сицилии, Сардинии и из материковой Италии, по одному предположению, или из бассейна Эгейского моря, из западной Анатолии или даже с Кипра или из Восточного Средиземноморья. Не удалось выявить никакой «отправной точки», в которой они собирались или из которой двинулись в путь. Мы представляем, что они неумолимо шли от поселения к поселению, от страны к стране, сокрушая на своем пути древние царства. Согласно египетским хроникам, они разбили лагерь в Сирии, прежде чем двинуться вдоль побережья Ханаана (включая части современных Сирии, Ливана и Израиля) и к дельте Нила в Египте.

Стоял 1177 год до нашей эры — восьмой год правления фараона Рамсеса III. Согласно сообщениям древних египтян и современным археологическим находкам, некоторые «народы моря» приходили по суше, другие же приплывали с моря. Не было никакой униформы, никаких пышных облачений. Древние рисунки изображают группу мужчин в пернатых головных уборах, другая группа щеголяет в маленьких шапочках на макушках, третья носит рогатые шлемы или ходит с непокрытой головой. У некоторых короткие остроконечные бороды и мужские юбки, грудь голая либо прикрыта туникой; другие лишены волос на лице и облачены в длинные одеяния наподобие платьев. Отсюда следует, что «народы моря» состояли из отдельных групп, которые различались по происхождению, местам обитания и культуре. Вооруженные острыми бронзовыми мечами, деревянными копьями с блестящими металлическими навершиями, луками и стрелами, они приплывали на лодках, приезжали на повозках, влекомых волами, и на колесницах. Хотя я выбрал в качестве ключевой даты 1177 год до нашей эры, мы знаем, что захватчики приходили «волнами» на протяжении значительного периода времени. Порою воины приходили в одиночку, а порою их сопровождали семьи.

* * *

Согласно надписям Рамсеса, ни одна земля не смогла оказать достойного сопротивления этой человеческой массе. Все попытки ее остановить провалились. Великие царства той поры — Хеттское, Микенское, Хананейское, Кипрское и прочие — пали одно за другим. Некоторым выжившим в бойне удалось бежать; другие ютились в развалинах прежде величественных городов; были и те, кто присоединился к захватчикам, пополнил их ряды и добавил еще больше «национального» разнообразия к и без того пестрой смеси народов. Каждая группа «народов моря» руководствовалась собственными устремлениями. Возможно, кого-то вело желание добыть трофеи или получить новых рабов, а кого-то заставляло идти вперед популяционное давление, и они мигрировали восточнее, покидая свои исконные земли на западе.

На стенах погребального храма в Мединет-Абу, недалеко от Долины царей, читаем лаконичную надпись:
Те места, которые будто бы пали перед оккупантами, хорошо известны еще с глубокой древности. Хатти — это царство хеттов, важнейшая часть которого располагалась на внутреннем плато Анатолии (древнее название Турции) возле современной Анкары; империя хеттов простиралась от побережья Эгейского моря на западе до северной Сирии на востоке. Кади — вероятно Кадеш, на юго-востоке современной Турции (возможно, область древней Киццуватны). Каркемиш — популярное место археологических раскопок, обнаруженное почти сто лет назад группой археологов, куда входили сэр Леонард Вулли, знаменитый руководитель экспедиции в Ираке и автор книги «Ур халдеев», и Т. Э. Лоуренс, который обучался на факультете классической археологии в Оксфорде, прежде чем испытания Первой мировой войны превратили его в конечном счете в голливудского «Лоуренса Аравийского». Арцава — страна, известная хеттам, где-то поблизости от них, в западной Анатолии. Аласию, не исключено, мы знаем сегодня как остров Кипр, это был богатый металлами остров, который славился запасами медной руды. Амурру располагался на побережье северной Сирии. Мы непременно побываем во всех этих местах, погружаясь в историю и в свидетельства очевидцев.

Шесть «национальных» групп, составлявших «народы моря» времен этого нашествия, — пять перечисленных Рамсесом на стенах Мединет-Абу и шестая группа, шерданы, которая упоминается в другой соответствующей надписи, — гораздо менее определенны и узнаваемы, нежели земли, каковые они, как сообщается, завоевали. Они не оставили после себя никаких собственных записей, поэтому сведения о них приходится извлекать почти исключительно из древнеегипетских источников.

Большинство этих групп не менее трудно отождествить археологически, хотя археологи и филологи предпринимали героические усилия на протяжении большей части прошлого столетия, поначалу затевая языковые игры, а затем, сравнительно недавно, обратившись к изучению керамики и других археологических материалов. Например, данунов уже давно сопоставляли с гомеровскими данайцами, народом бронзового века из бассейна Эгейского моря. Шакелеша нередко признаются в гипотезах выходцами с Сицилии, а шерданы — коренным населением Сардинии; эти теории опираются на очевидное консонантное сходство имен и названий и на тот факт, что Рамсес говорит о «чужеземных странах», что составили заговор «на своих островах», а шерданов особо характеризует как «пришедших с моря».

Тем не менее далеко не все ученые принимают эти гипотезы; отдельная научная школа утверждает, что шакелеша и шерданы пришли не из Западного Средиземноморья, а скорее из какой-то области на востоке Средиземноморья; им пришлось бежать на Сицилию и Сардинию, которым они дали свои имена, после поражения от египтян. В пользу достоверности такого варианта говорит тот факт, что шерданы сражались и против египтян, и за них задолго до появления «народов моря». Но необходимо помнить слова Рамсеса III, который уверял, что поселил выживших захватчиков на территории самого Египта.

Из всех «национальных» групп, воевавших в том регионе в тот период, лишь одну удалось отождествить однозначно. Пелесеты из числа «народов моря» ныне признаются теми самыми филистимлянами, которые, по свидетельству Библии, пришли с Крита[18]. Лингвистическая идентификация была очевидной настолько, что уже Жан-Франсуа Шампольон, расшифровавший египетские иероглифы, писал об этом ранее 1836 года, а отождествление конкретных стилей керамики, архитектуры и других материальных остатков как «филистимлянских» ведется с 1899 года, когда археологи приступили к раскопкам в Телль эс-Сафи, библейском Гате.

Мы нисколько не осведомлены ни о происхождении захватчиков, ни о том, что на самом деле ими двигало, зато мы точно знаем, как они выглядели: их имена и лица нанесены на стены погребального храма Рамсеса III в Мединет-Абу. Это захоронение изобилует рисунками и величественными рядами иероглифического текста. Доспехи захватчиков, их оружие, одежда, лодки и повозки, запряженные волами и нагруженные пожитками, представлены столь наглядно и подробно, что ученые в состоянии провести научный анализ изображений отдельных людей и даже различных лодок. Другие рисунки более, скажем так, панорамные. Один показывает иноземцев и египтян в хаотической морской битве — кто-то плавает лицом вниз, то есть мертв, а прочие продолжают яростно сражаться на лодках.

С 1920-х годов надписи и рисунки в Мединет-Абу изучались и тщательно копировались египтологами из Института востоковедения при Чикагском университете. Этот институт по сей день является одним из ведущих мировых центров по изучению древних цивилизаций Египта и Ближнего Востока. Джеймс Генри Брестед основал институт после своего возвращения из грандиозного путешествия по Ближнему Востоку в 1919–1920 годах; 50 000 долларов стартового капитала выделил Джон Д. Рокфеллер-младший. Археологи из ИВ (как обычно называют институт) вели и ведут раскопки по всему Ближнему Востоку, от Ирана до Египта, и за его пределами.

Существует много книг и статей о Брестеде и проектах ИВ под его руководством, в том числе о раскопках в Мегиддо (библейский Армагеддон) в Израиле, которые велись с 1925 по 1939 год. Среди наиболее важных проектов выделю эпиграфические исследования, которые проводились в Египте и в ходе которых египтологи скрупулезно копировали иероглифические тексты и рисунки, оставленные фараонами на стенах храмов и дворцов по всей стране. Копировать иероглифы, вырезанные на каменных стенах и монументах, чрезвычайно утомительно. Работа занимает многие часы, копировщики обычно сидят на приставных лесенках либо на самодельных лесах под палящим солнцем, вглядываясь в трудноразличимые символы, начертанные на воротах, стенах и колоннах. Достаточно сказать, что результаты их труда поистине бесценны, особенно с учетом того, что многие надписи сильно пострадали от эрозии, чрезмерного любопытства туристов и по другим причинам. Если бы эти надписи не скопировали, они в конечном счете оказались бы не подлежащими расшифровке. Плоды усилий египтологов в Мединет-Абу публиковались в серии трудов, первый из которых увидел свет в 1930 году, а следующие и «побочные» тома издавались в 1940-х и 1950-х годах.

Научные дебаты продолжаются до сих пор, большинство экспертов сходятся во мнении, что сухопутные и морские сражения, изображенные на стенах Мединет-Абу, вероятно, велись почти одновременно в египетской дельте или поблизости от нее. Быть может, они изображают «этапы» крупного сражения на суше и на море; некоторые ученые полагают, что здесь мы видим нападения на «народы моря», устроенные египтянами из засады.

В любом случае итоговый результат не подвергается сомнению, поскольку в Мединет-Абу египетский фараон говорит недвусмысленно:
Рамсес затем продолжает — этот документ опубликован в папирусе Харриса, — снова перечисляя имена поверженных врагов:

* * *

Египтянам не впервые выпало сражаться против коллективных сил «народов моря». Тридцатью годами ранее, в 1207 году до нашей эры, в пятый год правления фараона Мернептаха, Египет атаковала аналогичная «коалиция» этих народов неясного происхождения.

Мернептах, пожалуй, наиболее известен тем, кто изучает древний Ближний Восток, как египетский фараон, который первым употребил слово «Израиль» — в надписи, датированной тем же самым годом (1207 год до нашей эры). Эта надпись является первым в истории случаем употребления имени «Израиль» вне Библии. В надписи фараона имеется особый значок, указывающий, что речь идет о народе, а не о географическом названии; в кратком описании военной кампании в Ханаане упоминается народ «Израиль», который там проживал. Это описание входит составной частью в длительное изложение непрерывных походов Мернептаха на ливийцев, что обитали к западу от самого Египта. В тот год вниманием фараона владели именно ливийцы и «народы моря», а не израильтяне.

Например, в тексте, который обнаружен в Гелиополе и датирован «пятым годом, вторым месяцем третьего периода (десятым месяцем)», сообщается, что «злодейский правитель Ливии вторгся совместно с шакелеша и прочими иноземцами, каковые примкнули к нему, и нарушил рубежи Египта». Те же формулировки повторяются в другой надписи, на так называемой «Каирской колонне».

В более пространной надписи, найденной в Карнаке (современный Луксор), приводятся дополнительные сведения об этой ранней волне «народов моря». Перечисляются и отдельные племена и группы: Из этого текста очевидно следующее.
Во-первых, «национальных» групп в первой волне «народов моря» пять, а не шесть: шерданы (они же шердены), шакелеша, эквеш, лукка и тереш. Две группы, шерданы и шакелеша, присутствуют в обеих волнах вторжения «народов моря», при Мернептахе и при Рамсесе III, зато оставшиеся три группы отличаются друг от друга.
Во-вторых, шерданов, шакелеша и эквеш надпись однозначно характеризует как «пришедших с моря», тогда как пять групп вместе описываются как «северяне со всех земель». Последнее не вызывает удивления, поскольку большинство стран, с которыми контактировали египтяне периода Нового царства, лежали севернее Египта (за исключением Нубии и Ливии). Характеристика шерданов и шакелеша как «пришедших с моря» подкрепляет гипотезу, что эти группы имели отношение к Сардинии и Сицилии соответственно.

Упоминание эквеш в числе «пришедших с моря» побудило ряд ученых усмотреть в них гомеровских ахейцев, то есть микенцев, населявших материковую Грецию в бронзовом веке; вполне возможно, что Рамсес III поименовал их данунами в своей надписи двумя десятилетиями позже. Что касается двух оставшихся групп, ученые в целом принимают имя «лукка» для племен юго-западной Турции — в классический период этот регион стал известен как Ликия. Происхождение тереш скрыто во мраке лет, но возможно, что они были как-то связаны с италийскими этрусками.

Помимо этого надписи мало что сообщают и дают лишь весьма общее представление о месте, где происходила «битва битв». Мернептах говорит только, что победа была «достигнута в земле Ливийской», которую он далее называет «страной Техену». При этом фараон похваляется победой, ибо перечисляет убитых и захваченных в плен врагов, как по числу воинов, так и по числу «рук». Общераспространенная практика тех времен состояла в отрубании рук мертвым врагам; эти руки предъявлялись как доказательство доблести и позволяли претендовать на вознаграждение. Недавно обнаружено жуткое свидетельство подобной практики, времен гиксосов (этот период отстоит на четыреста лет назад от правления Мернептаха): шестнадцать правых рук были закопаны в четырех ямах во дворце гиксосов в Аварисе в нильской дельте. В любом случае невозможно определить, все ли «народы моря» были истреблены или некоторые выжили, но, вероятно, стоит допустить последнее, ведь минимум две «национальные» группы вернулись во втором вторжении тридцать лет спустя.

* * *

В 1177 году до нашей эры, как и ранее в 1207 году, египтяне торжествовали победу. «Народы моря» не вернутся в Египет в третий раз. Рамсес хвастался, что враг был «опрокинут, превзойден и разгромлен». Он добавлял, что «их сердца изъяты, их души отлетели, их оружие скрылось в волнах». Но победа оказалась пирровой. Хотя Египет при Рамсесе III единственный из крупных держав сумел отразить вторжение «народов моря», Новое царство уже никогда не восстановило своего прежнего могущества — скорее всего, вследствие других проблем, с которыми столкнулся весь средиземноморский регион в этот период, как мы увидим ниже. Последующие фараоны на протяжении остатка второго тысячелетия до нашей эры довольствовались тем, что правили страной, во многом утратившей влияние и власть. Египет превратился во «второсортную» империю, в тень самого себя, каким он был когда-то. Лишь при фараоне Шешонке, ливийце, который основал Двадцать вторую династию около 945 года до нашей эры — вероятно, именно его Библия называет фараоном Сусакимом, — Египет вновь обрел подобие былого величия.

За пределами Египта почти все другие страны и царства второго тысячелетия до нашей эры в бассейне Эгейского моря и на Ближнем Востоке — речь о тех, что существовали в «золотые времена», ныне определяемые как поздний бронзовый век, — ослабели и исчезли либо сразу, либо в течение столетия. Казалось даже, будто сама цивилизация «стерта» на большей части территории региона. Многие, если не все, достижения предыдущих веков сгинули на обширном пространстве от Греции до Месопотамии. Началась новая переходная эпоха: ей предстояло длиться не менее столетия — а в некоторых областях и свыше трех столетий.

Представляется очевидным, что «великий страх» возобладал в этих землях и царствах в их последние дни. Примером может служить текст на глиняной табличке, которая содержит письмо царя Угарита (северная Сирия) более высоко стоявшему на лестнице державной иерархии царю острова Кипр:
Нельзя сказать наверняка, достигло ли это письмо своего царственного адресата на Кипре. Археологи, его нашедшие, полагали, что письмо не было отправлено. Они указывали в своем отчете, что табличка обнаружена в печи, заодно с семью десятками других табличек; по-видимому, их поместили туда для обжига, чтобы глина лучше перенесла долгий путь до Кипра. Эти археологи и другие ученые первоначально предположили, что вражеские корабли вернулись и разграбили город прежде, чем удалось отослать настоятельную просьбу о помощи. Эта история неизменно фигурирует в студенческих учебниках, но современные исследования доказали, что табличку нашли вовсе не в печи и что она, как мы увидим, представляла собой, вероятно, копию письма, которое все же отправили на Кипр.

* * *

Ранее для ученых было свойственно приписывать все разрушения этого периода деятельности «народов моря». Однако будет некорректно возлагать вину за гибель культуры бронзового века в бассейне Эгейского моря и в Восточном Средиземноморье исключительно на эти племена. Пожалуй, тем самым мы воздаем им слишком уж много чести, хотя и не располагаем твердыми доказательствами, помимо египетских текстов и надписей, которые создают противоречивое впечатление. Появились ли «народы моря» в Восточном Средиземноморье как относительно организованная армия, наподобие куда более дисциплинированных крестоносцев, помышлявших в Средние века об освобождении Святой земли? Или они были слабо или плохо организованными группами мародеров, как викинги более поздних времен? Или они бежали от некой катастрофы в поисках новых земель для заселения? Насколько нам известно, правда может включать все перечисленные причины — или ни одну из них.

К рассмотрению вопроса необходимо привлечь обилие новых данных, появившихся в последние несколько десятилетий. Мы больше не уверены в том, что все древние поселения с признаками разрушения были разорены «народами моря». По археологическим свидетельствам мы можем определить, что поселение было разрушено, однако далеко не всегда можно установить, кем и как. Кроме того, поселения уничтожались отнюдь не одновременно, даже не обязательно в том же десятилетии. Как мы увидим, совокупный период гибели растянулся на несколько десятилетий, возможно, на целое столетие.

Более того, мы не знаем наверняка истинную причину (или полный перечень причин) коллапса цивилизации бронзового века в Греции, Египте и на Ближнем Востоке, но современные данные свидетельствуют о том, что «народы моря», по всей вероятности, к этому событию не слишком причастны. Теперь видится вполне возможным, что они были не только агрессорами, но и жертвами краха цивилизации. Одна гипотеза предполагает, что они были вынуждены покинуть свои дома из-за череды неких неудачных событий и мигрировали на восток, где столкнулись с царствами и империями, уже пребывавшими в состоянии упадка. Также вполне возможно, что они нападали и сумели в конечном итоге одолеть многие царства региона именно потому, что эти монархии переживали упадок и изрядно ослабели. С учетом этого «народы моря» можно счесть «оппортунистами», как выразился один ученый, которые заселили Восточное Средиземноморье гораздо более мирно, чем предполагалось ранее. Мы изучим эти гипотезы более подробно.

Так или иначе, на протяжении десятилетий «народы моря» в научных исследованиях выступали этаким удобным козлом отпущения, на которого возлагали вину за ситуацию, гораздо более сложную, чем виделось ученым, и никак ими не спровоцированную. Теперь отношение меняется, сразу несколько ученых недавно заявили, что история катастрофического нашествия «народов моря», бессмысленного уничтожения и/или всеобщей миграции была изобретена людьми наподобие Гастона Масперо, знаменитого французского египтолога, в 1860-х или 1870-х годах и утвердилась в общественном сознании к началу двадцатого столетия. Однако это лишь теория, основанная исключительно на эпиграфических свидетельствах надписей, созданная задолго до раскопок древнейших поселений. На самом деле даже те ученые, которые принимали теорию Масперо, расходились во мнениях относительно направлений движения «народов моря»: некоторые считали, что они осели в Западном Средиземноморье после поражения от египтян, а вовсе не выступили оттуда.

С современной точки зрения, как увидим далее, «народы моря», возможно, несут ответственность за часть разрушений в конце позднего бронзового века, но гораздо более вероятно, что сочетание событий, устроенных человеческими руками и природных (в том числе изменения климата и засух, сейсмических катаклизмов, внутренних восстаний и «системного коллапса»), привело к зарождению «идеального шторма», который подвел черту под этим периодом. Но чтобы осознать весь масштаб событий, имевших место около 1177 года до нашей эры, нужно вернуться на три столетия назад.

[Gosha]

В результате, хотя послание возможно использовать для обсуждения присутствия вражеских кораблей и, возможно, самих захватчиков, совершенно непонятно, датируется ли оно последними днями Угарита или каким-то чуть более ранним периодом. Даже если в нем и вправду упоминаются корабли «народов моря», вполне может быть, что послание говорит о первой волне завоевателей, о той, что нахлынула на Египет в 1207 году до нашей эры, а не о второй волне, против которой сражался Рамсес III в 1177 году до нашей эры.

Город Эмар во внутренней Сирии, с которым Угарит поддерживал тесные торговые связи, тоже был разрушен приблизительно в 1185 году до нашей эры, как мы знаем благодаря датировке юридических документов, обнаруженных в его развалинах. Однако неясно, кто именно разрушил Эмар. Таблички, найденные в городе, говорят о безымянных «ордах» и вовсе не указывают на «народы моря», что было отмечено многими учеными.

[Gosha]

Город Рас-Бассит на северной границе Угарита также был уничтожен примерно в то же время. Археологи видят в данном поселении форпост Угарита и полагают, что приблизительно в 1200 году до нашей эры оно было «частично эвакуировано, частично заброшено, а затем предано огню, аналогично другим поселениям в регионе». Гибель Рас-Бассита приписывается «народам моря», но это утверждение видится не слишком обоснованным.

[Gosha]

Схожим образом обстоит дело с Рас-ибн-Хани, поселением на побережье к югу от Угарита, которое, как считается, являлось второй резиденцией угаритских царей на протяжении тринадцатого столетия до нашей эры. Археологи и другие исследователи предполагают, что это поселение было эвакуировано незадолго до разрушения Угарита, а затем уничтожено «народами моря». Как минимум частично данное место было заселено снова, как и Рас-Бассит, и на основании керамики, найденной в слоях «повторного заселения», археологами делается вывод о том, что разрушителями и «заселителями» обоих поселений были представители «народов моря». Подробнее об этом мы поговорим далее.

[Gosha]

Пожалуй, наилучшее и, безусловно, свежайшее доказательство полномасштабной катастрофы в тот период обнаружено в Телль-Твейни, где в позднем бронзовом веке находилась гавань города Гибала, принадлежавшего Угаритскому царству и располагавшегося примерно в тридцати километрах к югу от современного города Латакия.

Это поселение было заброшено «после жутких разрушений» в конце позднего бронзового века.

Согласно выводам археологов, «слой разрушений содержит остатки конфликта (бронзовые наконечники стрел, разбросанные по всему городу, рухнувшие стены, сгоревшие дома), пепел от сожжения домов и хронологически хорошо сохранившиеся керамические осколки, датируемые временем падения города».

[Gosha]

По датировке этого «слоя разрушения» с помощью «археологии стратифицированного радиоуглеродного анализа» и «узловых моментов в античных эпиграфических и литературных источниках, сведений о правлении хетто-левантийско-египетских царей и астрономических наблюдений», археологи утверждают, что наконец-то смогли «точно датировать вторжение «народов моря» в северный Левант» и «впервые предложить достоверную хронологию этого ключевого периода развития человеческого общества».

Радиоуглеродный анализ массивного пепельного слоя (слой 7А) показывает, что пепел датируется приблизительно 1192–1190 годами до нашей эры.

Впрочем, пусть археологам, возможно, удалось датировать разрушения этого поселения позднего бронзового века, они предлагают лишь косвенные доказательства того, что это разрушение было спровоцировано «народами моря».

[Gosha]

Также стоит отметить, что указанная дата (1192–1190 годы до нашей эры) на полные тринадцать-пятнадцать лет опережает встречу Рамсеса III с «народами моря» в бою в 1177 году до нашей эры. Даже гибель других поселений, датируемая 1185 годом до нашей эры, на восемь лет предваряет этот кульминационный момент. Возможно, мы должны задаться вопросом, сколько времени понадобилось предполагаемой группе мигрирующих народов на то, чтобы пересечь Средиземноморье или просто добраться с побережья Леванта до Египта. Разумеется, срок зависел от их организованности, наличия транспортных средств и конечных целей среди прочих факторов, так что на этот вопрос нелегко дать однозначный ответ.

[Gosha]

Напоследок следует уделить внимание поселению дальше на юг, Телль-Казель, которое находилось во владениях Амурру и, быть может, возникло на месте древнего Цумура, столицы этого царства. Поселение было уничтожено в конце позднего бронзового века, и археологи выдвинули правдоподобную гипотезу о том, что к его гибели причастны «народы моря», тем более что Рамсес III особо упоминал об этом царстве (то есть об Амурру) в своей надписи, посвященной «народам моря». Тем не менее в уровне заселенности, предшествующем разрушению, археологи обнаружили осколки, отождествленные с микенской керамикой местного производства, и другие признаки появления переселенцев из Эгейского бассейна и Западного Средиземноморья.

[Gosha]

Райнхард Юнг из Венского университета, который изучал эту керамику, предположил, что «до глобального разрушения, учиненного «народами моря», малочисленные группы переселенцев прибыли на корабле в Телль-Казель и обосновались там бок о бок с местным населением». Он видел в этом пример «малой иммиграции» из Эгейского бассейна, но сам отмечал, что некоторые из переселенцев, возможно, происходили из южной части континентальной Италии. Если данная гипотеза верна, перед нами лишнее доказательство сложности международных отношений в тот период, вплоть до того, что разрушения, причиненные второй волной «народов моря» около 1177 года до нашей эры, возможно, затронули «ранних» иммигрантов аналогичного происхождения, которые уже обосновались в Восточном Средиземноморье, в ходе или сразу после первого пришествия «народов моря» — на пятый год правления фараона Мернептаха, в 1207 году до нашей эры.

[Gosha]

Разрушения в Южной Сирии и Ханаане

В ту же эпоху, в двенадцатом столетии до нашей эры, некоторое количество городов и поселений было уничтожено на юге Сирии и Ханаана. Как и в Северной Сирии, сложно сказать наверняка, кто именно их уничтожил и когда точно это произошло, пусть даже в слое разрушений небольшого поселения Дейр-Алла в Иордании была обнаружена ваза с картушем египетской царицы Таусерт. Эта царица была вдовой фараона Сети II, и считается, что она правила с 1187 по 1185 год до нашей эры. Иными словами, гибель поселения можно датировать периодом вскоре после этих лет.

То же самое справедливо в отношении поселения Акко, на территории современного Израиля, где в слое разрушения был найден скарабей Таусерт. Другим доказательством катастрофы может служить Бет-Шан, где раскопки Игаля Ядина позволили увидеть насильственное окончание периода египетского присутствия.

[Gosha]

Пожалуй, самыми известными среди поселений этой области являются Мегиддо и Лахиш, очевидно, подвергшиеся жестокому уничтожению. Впрочем, суть и датировка случившегося там до сих пор остаются предметом научной дискуссии. Оба поселения, как представляется, были разрушены на несколько десятилетий позже, чем те города, о которых говорилось выше: как Мегиддо, так и Лахиш, по всей видимости, погибли около 1130 года, а не около 1177 года до нашей эры.

[Gosha]

Мегиддо

В Мегиддо (долина Изреель в современном Израиле, место библейского Армагеддона) удалось отыскать около двадцати поселений, так сказать, «наложенных» друг на друга, один поверх другого. Из их числа седьмое поселение, где присутствуют два археологических слоя, VIIB и VIIA, было жестоко разрушено — то ли последовательно в тринадцатом и двенадцатом столетиях до нашей эры, то ли, возможно, за «один присест» в двенадцатом столетии до нашей эры.

Принято считать, с тех пор как археологи университета Чикаго предъявили широкой публике результаты своих раскопок в 1925–1939 годах, что поселение слоя VIIB погибло приблизительно между 1250 и 1200 годами до нашей эры, тогда как процветающее поселение слоя VIIA было уничтожено около 1130 года до нашей эры. В этих слоях были обнаружены остатки ханаанского дворца (или даже сразу двух дворцов, из которых второй был возведен на развалинах первого).

[Gosha]

Согласно археологам из университета Чикаго, дворец слоя VIIВ «был разрушен насильственно, причем разрушения оказались столь обширными, что строителям эпохи VIIА показалось более целесообразным попросту сровнять развалины и возвести свои здания поверх, чем расчищать территорию, как поступали предыдущие строители». Помещения дворца «заполнены каменными обломками на высоту около полутора метров… на стенах помещений в северной части дворца повсюду видны словно обугленные горизонтальные линии… отмечающие исходный уровень пола по всему дворцу». Дворец слоя VIIА, возведенный поверх руин своего предшественника, просуществовал, по мнению чикагских археологов, примерно до 1130 года до нашей эры.

[Gosha]

Однако сравнительно недавно Давид Уссишкин, археолог из Тель-Авивского университета и буквально «на днях» ушедший на пенсию содиректор экспедиции Мегиддо, предположил — и убедительно обосновал свою гипотезу, — что археологи из Чикаго неверно истолковали свои находки. Вместо двух дворцов, построенных один поверх другого, по мнению Уссишкина, следует говорить об одном (едином) двухэтажном здании, слегка подновленном при переходе от эпохи VIIB к эпохе VIIA, около 1200 года до нашей эры. Разрушение этого дворца было одномоментным, грандиозный пожар уничтожил здание в конце эпохи VIIА. Согласно Уссишкину, сооружение, принятое археологами университета Чикаго за «дворец слоя VIIB», представляло собой фундамент или нижний этаж дворца, тогда как «дворец слоя VIIA» был верхним этажом. Главный городской храм (так называемый Башенный храм) также был разрушен в тот период, но недавние раскопки на месте поселения показали, что большая часть остальной части города сохранилась в целости; судя по всему, от разрушения пострадал только район проживания тогдашней элиты.

[Gosha]

Катастрофа эпохи VIIА обыкновенно датируется приблизительно 1130 годом до нашей эры, и эта датировка опирается на два предмета с египетскими картушами, найденных среди развалин. Первый предмет — «пенал» для пера (стила) из слоновой кости с именем Рамсеса III, обнаруженный в числе прочих поделок из слоновой кости в одном из помещений дворца и спасенный от гибели под завалами мусора. Отсюда следует, что разрушение произошло в годы правления Рамсеса III или вскоре после того, около 1177 года до нашей эры.

[Gosha]

Предметы из слоновой кости, найденные в этом дворцовом помещении, принадлежат к числу наиболее известных археологических артефактов, обнаруженных при раскопках Мегиддо. Здесь и осколки шкатулок и чаш, и различные таблички, и ложки, и диски, и игровые доски и фигуры, а также крышки сосудов и гребни, равно как и многочисленные другие предметы. Все они выставлены в экспозиции института востоковедения при университете Чикаго и в музее Рокфеллера в Иерусалиме.

Непонятно, почему эти предметы из слоновой кости вообще оказались собранными вместе и почему их поместили именно в этом помещении дворца. Тем не менее они привлекали немалое внимание ученых на протяжении многих лет, поскольку сами поделки из слоновой кости и сцены, нанесенные на них, выполнены в подлинно «глобализованном» стиле, ныне обычно называемом «международным стилем», образцы которого найдены также в других местах, например в Угарите и Микенах. Этот характерный стиль сочетает в себе элементы микенской, ханаанской и египетской культур, вследствие чего возникают, выражаясь фигурально, «гибридные объекты», уникальные (и одновременно типические) для той космополитической эпохи.

[Gosha]

Второй предмет с картушем из Мегиддо — бронзовое основание статуи с именем фараона Рамсеса VI, правившего несколькими десятилетиями позже, примерно в 1141–1133 годах до нашей эры. Данному предмету не повезло очутиться, говоря профессиональным языком, в безопасном археологическом контексте: его нашли при раскопках жилого квартала слоя VIIB. Как отмечает Давид Уссишкин, указанный контекст не может считаться надежным, поскольку слой VIIВ намного опережает время правления Рамсеса VI; отсюда следует, что основание статуи преднамеренно закопали в яме, вырытой неким горожанином то ли в период VIIА, то ли даже в последующий период, когда появилось так называемое поселение железного века VIB. Археологи обыкновенно отождествляют основание статуи с эпохой VIIA, но это не более чем гипотеза.

/up & down - UranGan/

[Gosha]

Эти два артефакта, с именами Рамсесов III и VI, всегда обсуждаются вместе в научных публикациях по теме, благодаря чему разрушение Мегиддо периода VIIА обычно датируется временем после царствования Рамсеса VI (как правило, 1130 годом до нашей эры). Однако, поскольку бронзовое основание статуи с именем Рамсеса VI было обнаружено в «ненадежном контексте», его не следует использовать для датировки гибели Мегиддо эпохи VIIA. С другой стороны, «пенал» из слоновой кости с именем Рамсеса III был действительно «запечатан» в слое разрушения VIIA; следовательно, вполне корректно использовать данный предмет для установления даты, ранее которой поселение не могло быть уничтожено — то есть ранее царствования этого фараона. Указанное свидетельство хорошо соотносится с признаками антропогенной катастрофы в ряде других областей Ближнего Востока.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Впрочем, археология — непрерывно развивающаяся дисциплина, новые данные и новые исследования регулярно требуют переосмысления прежних концепций и гипотез. Текущие исследования с применением радиоуглеродной датировки слоя разрушения VIIA позволяют предположить, что 1130 год до нашей эры (или, возможно, даже более поздняя дата), вероятно, является корректной датой катастрофы. Если так, это означает, что Мегиддо был разрушен спустя сорок с лишним лет после прихода «народов моря» в этот регион в 1177 году до нашей эры.

В любом случае, как отмечает Давид Уссишкин, «отсутствие письменных источников оставляет открытым вопрос о том, кто несет ответственность за гибель поселения эпохи VIIA… Возможно, на поселение напали представители «народов моря», либо левантийские ханаане, либо израильтяне, либо же объединенные силы различных этнических групп». Иными словами, в Мегиддо мы сталкиваемся с ситуацией, аналогичной Асору соответствующего археологического слоя, описанной выше: были уничтожены элитные районы поселения, но идентифицировать тех, кто это сотворил, не представляется возможным.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Лахиш

Другое древнее поселение на территории современного Израиля, Лахиш, также подверглось двум разрушениям приблизительно в тот же период времени, если принять версию Давида Уссишкина, который вел раскопки на этом участке с 1973 по 1994 год. На данном «многослойном» участке, расположенном к югу от Иерусалима, седьмое и шестое поселения (слои VII и VI) отождествляются как последние ханаанские города, на основе материальных остатков, обнаруженных в ходе раскопок. История свидетельствует о бурном процветании Лахиша под египетским контролем в регионе. Это был один из крупнейших городов всего Ханаана того периода, в нем проживали около шести тысяч человек, в пределах городских стен имелись обширные храмы и общественные здания.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Поселение слоя VII, как полагают, было уничтожено пожаром около 1200 года до нашей эры, но археологи не стремились выяснить природу данного разрушения или установить, кто несет за него ответственность. Отчасти это объясняется тем, что чрезвычайно сложно установить, какая именно часть города была фактически уничтожена. На данный момент свидетельства страшного пожара обнаружены только в развалинах одного храма (так называемый храм Фосса III) и в жилом квартале в зоне S. Вполне возможно, что катастрофу вызвало нашествие первой волны «народов моря», которая нахлынула на регион приблизительно в 1207 году до нашей эры, но нет никаких доказательств подтверждения указанной атрибуции.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Поселение слоя VI привлекало и привлекает основное внимание исследователей вплоть до сегодняшнего дня. Как представляется, уцелевшее население города слоя VII попросту перестроило весь город (или его часть) и сохранило ранее существовавшую материальную культуру. Поселение слоя VI, как считается, было еще более богатым и процветающим городом, чем предыдущее поселение, уничтоженное огнем; в нем имелось большое общественное сооружение («дом с колоннами», возведенное в зоне S, где ранее располагались жилые постройки. Новый храм возвели в зоне Р, но от него мало что сохранилось вследствие разрушений, причиненных городу позднее. По всему городу были обнаружены импортные артефакты, предметы египетского, кипрского и эгейского происхождения, преимущественно керамические сосуды, что свидетельствует об активном международном сотрудничестве в тот период.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Считается, что в поселение слоя VI хлынул поток беженцев-бедняков, непосредственно перед тем большая часть города была насильственно уничтожена. Одно здание, тот самый «дом с колоннами» в зоне S, «было разрушено внезапно и чрезвычайно жестоко; слои пепла и осколки глиняных кирпичей покрывают всю структуру, несколько скелетов взрослых, детей и младенцев обнаружены под завалами рухнувших стен». Другие здания в Лахише тоже пострадали, а затем наступил период забвения, продлившийся около трехсот лет. Согласно выводам Уссишкина, «поселение слоя VI подверглось яростному огненному разрушению, следы которого обнаруживаются везде, где велись раскопки и где имеются остатки данного слоя. Уничтожение было полным, городское население истребили или изгнали».

/a principio ad finem – UranGan/

[ВИКторВольф]

Отправлено спустя 30 секунд:

[Gosha]

Прежде археологи полагали, что город был разрушен в конце тринадцатого века до нашей эры, около 1230 года (а поселение слоя VII погибло еще раньше), но теперь датировку разрушения слоя VI пришлось существенно скорректировать благодаря усилиям экспедиции Уссишкина — в первую очередь из-за находки бронзовой таблички, возможно, части дверного засова, с картушем Рамсеса III. Эта табличка находилась среди скопища поломанных и ущербных бронзовых артефактов, обнаруженных под обломками разрушения города слоя VI.

Как и в случае с «пеналом» Рамсеса III в Мегиддо, археологический контекст находки в Лахише указывает на то, что разрушение города должно было произойти в правление Рамсеса III или вскоре после его царствования. Поэтому Уссишкин первоначально датировал катастрофу приблизительно 1150 годом до нашей эры, опираясь на тот факт, что бронзовая табличка не могла быть изготовлена до вступления Рамсеса III на престол в 1184 году до нашей эры, а также на убеждение в том, что нужно «выделить некоторое время для использования таблички, для того чтобы ее отломали и в конце концов положили к другим поломанным и ущербным бронзовым артефактам».

Впоследствии Уссишкин пересмотрел датировку и предложил 1130 год до нашей эры на основании находки скарабея Рамсеса IV, вероятно, в том же археологическом слое, предыдущей британской экспедицией, и по аналогии с Мегиддо-VII; Уссишкин заявил, что если Мегиддо просуществовал настолько долго, то же самое должно быть справедливо и для Лахиша. Другой исследователь недавно отметил, что существует, похоже, еще один скарабей Рамсеса IV — в гробнице 570 в Лахише; при этом он подчеркнул, что прочтение имени на обоих скарабеях не является однозначным и что стратиграфия первой находки не полностью очевидна.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Если коротко, то в очередной раз, как и с другими поселениями, рассмотренными ранее, не совсем понятно, кто несет ответственность за разрушение Лахиша и даже когда это случилось; с уверенностью мы можем только сказать, что данное событие имело место в правление Рамсеса III или сразу после его царствования. Уссишкин пишет: «Свидетельства указывают на разрушение слоя VI сильным и целеустремленным врагом, однако археологические данные не содержат прямых сведений к пониманию личности этого врага, причин его жестокости или непосредственных обстоятельств падения города». Также он добавляет, что предыдущие исследователи выдвигали троих «кандидатов в разрушители»: это египетское войско, древнееврейские племена и вторгшиеся на Ближний Восток «народы моря»; сам Уссишкин комментирует, что «никаких признаков сражения найти не удалось, не считая одного бронзового наконечника стрелы… обнаруженного в доме с колоннами в зоне S».

/a principio ad finem – UranGan/