Рюриково Городище ⇐ Правление Рюрика

[Gosha]

Таковы были условия, при содействии которых образовалось великое княжество Киевское. Оно было создано соединением под властью киевского князя местных руських княжеств и городовых областей Руси. Киевское княжество Олега и его преемников было первой формой Русского государства, соединившего под одною властью все восточные славянские племена и некоторые соседние финские. Из хода его образования видно, что Киевское княжество имело военно-промышленное происхождение: его создал вождь вооруженной дружины-руси, поддержанный промышленными городами Руси, нуждавшимися в вооруженной силе для обороны границ земли и торговых путей.

[Gosha]

Общий интерес, создавший великое княжество Киевское, – внешняя торговля – направлял и его дальнейшее развитие, руководил как внутренней, так и внешней политикой первых русских князей. Читая Начальную летопись, мы встречаем ряд полуисторических, полусказочных преданий о князьях киевских IX и X вв. Олеге, Игоре, Святославе, Владимире. Например Ключевский начал свои лекции именно с реально засвидетельствованного Игоря, не вдаваясь в его происхождение от Рюрика. Вслушиваясь в эти предания, можно уловить основные побуждения, которые направляли политику этих князей.

[Gosha]

Утвердившись в Киеве, князья с 882 г. постепенно покорили славянские племена равнины и начали устанавливать в подвластной стране государственный порядок, прежде всего, разумеется, администрацию налогов. В подчиненных областях они сажали своих наместников, посадников, которыми были либо их дружинники, либо собственные сыновья и родственники.

Эти наместники имели свои дружины, вооруженные отряды, действовали довольно независимо, стояли в слабой связи с государственным центром, с Киевом, были такими же князья-воеводы, как и князь киевский, который считался только старшим между ними и в этом смысле назывался великим князем русским.

В договоре Олега с греками 912 г. они прямо так и зовутся «светлыми князьями», подручными Олегу. Некоторые из этих наместников, покорив то или другое племя, получали его от великого князя в управление-кормление с правом собирать с него дань в свою пользу: Игорев воевода Свенельд, победив славянское племя улучей, обитавшее по Нижнему Днепру, получал в свою пользу дань не только с этого племени, но и с древлян, так что его дружина, отроки, жила богаче дружины самого Игоря. Главной целью внутренней политики первых русских князей был сбор налогов-полюдья. Олег, как только утвердился в Киеве, стал хлопотать об установлении дани с подвластных племен. Ольга объезжала подвластные земли и также вводила «уставы и оброки, дани и погосты (место сбора дани-полюдья)», т.е. учреждала сельские судебно-податные округа.

Дань получалась двумя способами: или подвластные племена привозили ее в Киев, или князья сами ездили за нею по племенам. Первый способ сбора назывался повозом, второй полюдьем. Полюдье – это административно-финансовая поездка князя по подвластным племенам. Она была главной часть внутренней политики первых русских правителей.

[Gosha]

Дань обыкновенно собиралась натурою, преимущественно мехами. Впрочем, есть известие, что вятичи в X в. платили дань хазарам шлягами (шиллинг), т.е. звонкой монетой; под этим немецким названием, вероятно, разумелись всякие иноземные металлические деньги, обращавшиеся тогда на Руси, преимущественно арабские серебряные дирхемы, которые путем торговли во множестве приливали тогда на Русь.

Император византийский Константин Багрянородный, писавший в половине X в., в своем сочинении об управлении империей рисует нам изобразительную картину полюдья первых русских князей. В начале ноября, когда, следовательно, устанавливался зимний путь, князь «со всею Русью», т.е. с дружиной, выходил из Киева на полюдье, о котором ему говорили его славяно-русские рассказчики. Князь отправлялся для сбора дани к северянам, древлянам, кривичам и другим славянским племенам, платившим дань Руси, и в этом объезде проводил всю зиму.

Между тем как князь с дружиной блуждал по подвластным землям, племена, платившие дань Руси, в продолжение зимы рубили деревья, делали из них лодки и весною, в апреле, спускали их по рекам и озерам к Киеву, вытаскивали их здесь на берег и дожидались возвращения руси. В том же апреле по полой воде с данью, собранной зимой, русь возвращалась в Киев, покупала эти лодки, оснащивала и грузила их и сплавляла по Днепру в Константинополь, прихватив с собою торговые лодки русских купцов из Смоленска, Новгорода и других городов.

[Gosha]

Читая этот рассказ, легко понять, какими товарами нагружали первые русские князья свои торговые караваны лодок, сплавлявшихся летом к Царьграду: это была дань натурой, собранная князем и дружиной во время зимнего объезда, К торговому каравану и княжескому и боярскому примыкали лодки и простых русских купцов, чтобы под защитой княжеской дружины-руси дойти до Царьграда. В договоре Игоря с греками между прочим читаем, что великий князь русский и его бояре ежегодно могут присылать к великим царям греческим столько кораблей, сколько захотят, с послами и гостями, т. е. со своими собственными приказчиками и с вольными русскими купцами.

Этот рассказ византийского императора наглядно указывает на тесную связь между ежегодным оборотом внутриполитической и экономической жизни Руси. Дань, которую собирал киевский князь как правитель, служила ему в то же время средством и для торговых оборотов; став государем, как князь-воевода, не переставал еще быть вооруженным купцом от руси. В том же рассказе Константина живо обрисовывается и централизующее значение Киева, как средоточия внутренней политики первых русских князей и хозяйственной жизни Руси.

Так устраивалась внутренняя политическая жизнь в Киевском княжестве IX и X вв. Легко заметить основной интерес, руководивший этой внутренней политикой. Дань, шедшая князю, питала внешнюю торговлю Руси. Этот же основной общественный интерес направлял и внешнюю политику первых русских князей.

[Gosha]

Дань, шедшая князю, питала внешнюю торговлю Руси. Основной общественный интерес - торговый - направлял и внешнюю политику первых русских князей. Политика эта была направлена к двум целям:
1) к приобретению и удержанию заморских рынков,
2) к расчистке и охране торговых путей, которые вели к этим рынкам.

Самым видным явлением во внешней политике Руси до половины XI в. были военные походы киевских князей на Царьград; до смерти Ярослава их можно насчитать шесть, если не считать похода Владимира на византийскую колонию Херсонес Таврический. Достаточно видеть причину первого и последнего из этих походов, чтобы заметить главное побуждение, которым они вызывались. В 860 г. Аскольд напал на Царьград, раздраженные, по словам патриарха Фотия, умерщвлением своих соплеменников, очевидно, русских купцов, после того как византийское правительство отказало Руси в удовлетворении за эту обиду. В 1043 г. великий князь киевский Ярослав послал на греков своего сына Владимира с флотом, потому что в Константинополе избили русских купцов и одного из них убили. Итак, византийские походы вызывались стремлением Руси поддержать и восстановить свои прерывавшиеся торговые сношения с Византией. Вот почему эти походы обыкновенно оканчивались торговыми трактатами.

Отправлено спустя 5 минут 56 секунд:
Предположение: Аскольд - это нечто иное как О-сколот то есть Великий сколот! Это значит что Аскольд был Диром и правил он с 858 года по 882 год в котором представился! Его сменил князь Вольга - Олег I.

[Gosha]

Такой торговый характер имеют все дошедшие до нас договоры Руси с греками X в. Из них дошли до нас два договора Олега, один Игорев и один краткий договор или только отрывок договора Святославова. Читая эти внешнеполитические трактаты, легко заметить, какой интерес связывал Русь с Византией. Всего подробнее и точнее определен в них порядок ежегодных торговых сношений Руси с Византией; с этой стороны они отличаются замечательной юридической выработкой. Ежегодно летом русские торговцы являлись в Константинополь на торговый сезон, продолжавшийся шесть месяцев; никто из русских не имел права оставаться в Константинополе на зиму.

Русские купцы останавливались в предместье Константинополя у святого Мамы (давно исчезнувший монастырь св. Маманта).

Императорские чиновники отбирали у прибывших купцов княжескую грамоту с обозначением числа посланных из Киева кораблей, переписывали имена прибывших княжеских послов и гостей. Эти послы и гости во время своего пребывания в Константинополе пользовались от местного правительства даровой баней и даровым кормом – знак, что на эти торговые поездки в Константинополе смотрели не как на частные промышленные предприятия, а как на торговые посольства союзного киевского правительства. Послы получали свои посольские оклады, а простые купцы – месячину, месячный корм, который им раздавался в известном порядке по старшинству городов, сначала киевским, потом черниговским, переяславским и из прочих городов. Такой порядок торговых сношений с Византией установлен был договорами князей Олега и Игоря. Русь продавала грекам меха, кожи, мед, воск и челядь в обмен на золото, шелковые материи, вина, овощи и оружие.

[Gosha]

Другой заботой внешней политики первых русских князей была поддержка и охрана торговых путей, которые вели к заморским рынкам. Византийский император Константин Багрянородный ярко рисует опасности, которые должен был одолевать русский торговый флот на своем пути в Византию. Собранные на Днепре под Киевом караваны княжеских, боярских и купеческих лодок двигались вместе к порогам, загораживающим реку на протяжении 70 верст между Екатеринославом (Днепропетровском) и Александровском.

Через одни из этих порогов русь проходила вблизи берега, выбирая путь между камнями, другие, более опасные, обходила, вытаскивая лодки на берег, по которому тащила их волоком или несла на плечах, наперед выдвинув в степь вооруженный отряд для защиты каравана от печенегов.

Выбравшись благополучно из порогов и принесши благодарственные жертвы своим богам, русь спускалась в устье Днепра, отдыхала здесь на одном острове два-три дня, исправляла судовые снасти и, держась берега, двигалась морем. Приближаясь к устьям Дуная, караван опять высылал на берег сторожевой отряд, чтобы отбить поджидавших тут печенегов. От устьев Дуная караван вдоль берегов уже безопасно двигался к Константинополю. Читая подробное описание этих путешествий у императора, живо чувствуешь, для чего нужна была русской торговле вооруженная охрана при движении русских купцов к Константинополю.

/up & down - UranGan/

[Gosha]

Но, преграждая степные пути русской торговли, кочевники беспокоили и самые границы Русской земли. Отсюда третья забота внешней политики первых русских князей – ограждать и оборонять пределы Руси от степных варваров. Олег, по рассказу Повести о начале Русской земли, как только утвердился в Киеве, начал города ставить вокруг него. Владимир, став христианином, сказал: «Худо, что мало городов около Киева», – и начал строить города по рекам Стугне, Десне, Трубежу, Суле и др. Эти укрепленные пункты заселялись боевыми людьми, которые вербовались из разных племен славянских и финских, населявших русскую равнину. С течением времени эти укрепленные места соединялись между собою валами и засеками. Так по южным и юго-восточным границам тогдашней Руси, на правой и левой стороне Днепра, выведены были в X и XI вв. ряды земляных окопов и сторожевых застав, городков, чтобы сдерживать нападения кочевников. Все княжение Владимира прошло в упорной борьбе с печенегами, которые раскинулись по обеим сторонам Нижнего Днепра восемью ордами, делившимися каждая на пять колен. При Владимире Святом укрепленная степная граница Киевской земли шла по р. Стугне (правый приток Днепра), на расстоянии не более одного дня пути от Киева. В продолжение полувековой упорной борьбы благодаря успешной внешней политике князей Святослава и Владимира Русь успела пробиться в степь до линии реки Роси, где преемник Владимира Ярослав «поча ставити городы», населяя их пленными ляхами.

/up & down - UranGan/

[Gosha]

Первые русские князья очертили своим мечом довольно широкий круг земель, политическим центром которого был Киев. Население этой территории было довольно пестрое; в состав его постепенно вошли не только все восточные славянские племена, но и некоторые из финских: чудь прибалтийская, весь белозерская, меря ростовская и мурома по Нижней Оке. Среди этих инородческих племен рано появились русские города. Так, среди прибалтийской чуди при Ярославе возник Юрьев (Дерпт); еще раньше являются правительственные русские средоточия среди финских племен на востоке, среди муромы, мери и веси, – Муром, Ростов и Белозерск. Ярослав построил еще на берегу Волги город, названный по его княжескому имени Ярославлем. Русская территория, таким образом, простиралась с севера на юг от Ладожского озера до устьев реки Роси, правого притока Днепра, а с востока на запад – от впадения Клязьмы в Оку до верхнего течения Западного Буга, где при князе Владимире возник город Владимир. Страна древних хорватов Галиция была в X и XI вв. спорным краем, переходившим между Польшею и Русью из рук в руки. Нижнее течение р. Оки, которая была восточной границей Руси, находилось, по-видимому, вне власти киевского князя, как и низовья южных рек – Днепра, Южного Буга и Днестра.

Таковы были задачи и итоги внешней политики первых русских князей.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Рассказ о княжении Аскольда и Дира в Киеве, об их походах и гибели приведён ниже так, как он излагается в древнерусских летописях.

Варяги (не урмане-норманны) Аскольд и Дир, два дружинника первого русского князя Рюрика, не получившие в управление городов, отпросились у него идти со своими родичами в Константинополь искать счастья. Отправились Аскольд и Дир обычным путем варягов – поплыли по Днепру мимо Смоленска, города кривичей, мимо Любеча, города северян, и дошли до неведомого им городка в очень красивой местности, на крутом берегу Днепра. Узнали они, что город этот называется Киевом, по имени Кия, который некогда основал здесь первые поселки с братьями Щеком и Хоривом и сестрою Лыбедью. Узнали также, что киевляне платят дань хазарам. Сильно полюбилось Аскольду и Диру это место: они помогли киевлянам освободиться от власти хазар и сами стали властвовать здесь; набрали они себе сильную дружину из своих земляков и утвердились в этой стране племени полян.

Так явилось новое Русское государство на среднем течении Днепра.

/a principio ad finem – UranGan/

[Gosha]

Княжеская резиденция

Согласно некоторым гипотезам, Рюрик провёл в Ладоге два года, после чего отправился к своим нанимателям — ильменским словенам. Это славянское племя было прозвано так по названию озера Ильмень, недалеко от которого раскинулся славный Новгород. «Столицей» словен современные археологи называют именно Рюриково городище — поселение на берегу Волхова существовало и до прихода легендарного князя.
Раскопки городища позволяют говорить о том, что поселение на этом месте существовало в 8-м веке, однако его бурный рост начался уже в следующем столетии — гипотетически его можно связать с появлением Рюрика в этих местах. Результаты археологических изысканий позволяют говорить о значительном присутствии в городище варягов и довольно большом воинском контингенте, находившемся в поселении.
После прихода Рюрика городище стало стремительно развиваться. Площадь территории расширилась до 7 га, а вокруг него появился ров и земляной вал. Новый князь и его приближённые стремились создать укреплённый форпост на важнейшем торговом пути в Византию. Городище играло не только административную и военную, но также и большую религиозную роль — недалеко от княжеской резиденции находилось почитаемое языческое святилище, на месте которого в наше время располагается Перынский скит.