Стратегия Великой ⇐ Вторая мировая война

[Камиль Абэ]

Бай-му:

Многие считают, что Бай Му Дань – женский чай. Да уж ...

[Gosha]

Нас пытаются успокоить РККА потеряла свою технику не в бою, техника вышла из строя, кончилось горючие, боеприпасы, заблудилась, разбрелась и так далее и тому подобное. Как можно объяснить то что Вермахту досталось почти миллион винтовок и десятки миллионов патронов к ним и автоматы ППД и патроны к ним?

Два истребителя на последних литрах бензина немедленно поднялись в воздух и атаковали многократно превосходящего в численности противника... В результате три бомбардировщика были сбиты непосредственно в районе аэродрома, а остальные, беспорядочно сбросив бомбы, развернулись на обратный курс.

Через несколько минут вызванная по радио 3-я эскадрилья LLv-26 перехватила бомбардировщики 72 БАП в районе поселка Керисало (12 км к юго-востоку от Йоройнен). В завязавшемся воздушном бою ударная группа 72 БАП была окончательно разгромлена.

Судя по отчету командира финской эскадрильи лейтенанта У. Ниеминена, к концу боя уцелело только четыре СБ, «за одним из которых тянулся дымный шлейф». Фактически финские истребители сбили не 10 (как было ими заявлено), а 9 бомбардировщиков 72 БАП. Десятый СБ был сбит уже над советской территорией советским истребителем. Среди погибших был и командир эскадрильи 72 БАП капитан Поляков. Финская же истребительная группа LLv-26 не потеряла в тот день ни одного самолета ни в воздухе, ни на земле.

[Камиль Абэ]

Нас пытаются успокоить РККА потеряла свою технику не в бою, техника вышла из строя, кончилось горючие, боеприпасы, заблудилась, разбрелась и так далее и тому подобное. Как можно объяснить то что Вермахту досталось почти миллион винтовок и десятки миллионов патронов к ним и автоматы ППД и патроны к ним?

Глупее не скажешь ..

[Gosha]

Нас пытаются успокоить РККА потеряла свою технику не в бою, техника вышла из строя, кончилось горючие, боеприпасы, заблудилась, разбрелась и так далее и тому подобное. Как можно объяснить то что Вермахту досталось почти миллион винтовок и десятки миллионов патронов к ним и автоматы ППД и патроны к ним на Государственной границе?

Этот пример позволяет сразу же выявить то главное, что определяет все «плюсы и минусы» удара по аэродромам, как одного из элементов войны в воздухе. Война — это вооруженное противоборство двух сторон, двух противников, каждый из которых для достижения победы проявляет упорство, мужество и находчивость. «В поле две воли» — говорит старинная русская поговорка. И если обсуждать удар по аэродромам в терминах и категориях войны (т.е. с учетом активного противодействия вооруженного противника - Перл Харбор), то этот тактический прием представляется очень сложным, затратным и рискованным мероприятием.

[Камиль Абэ]

Нас пытаются успокоить

Глупее не скажешь ... Вторая серия ...

[Gosha]

Глупее не скажешь... два вождя Гитлер и Сталин в 1939 году решили подружить немного и недолго, в 1940 году они начали готовиться к войне, каждый по-своему и к войне совершенно разной.
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------
Главная составляющая боевой авиации — это не самолеты, а летчики. Удар по аэродромам — даже самый удачный для нападающей стороны — приводит всего лишь к уничтожению самолетов. А самолеты в авиации — не более чем расходный материал.

Нападающая же сторона теряет в воздухе над аэродромом не только самолеты, но и летчиков. Причем теряет безвозвратно — сбитый над аэродромом пилот или погибнет (воспользоваться парашютом на малой высоте практически невозможно), или окажется в плену. И то и другое на военном языке называется «безвозвратной потерей».

Во-вторых, уничтожить самолет на земле гораздо труднее, нежели в воздухе. Летающий объект уязвим в полете. Одна-единственная пробоина в радиаторе охлаждения двигателя, одна-единственная тяга управления, перебитая осколком зенитного снаряда, кусок обшивки руля высоты, вырванный разрывом снаряда самой малокалиберной авиапушки, приведут к падению или — в самом благоприятнейшем случае — к вынужденной посадке, при которой самолет, скорее всего, будет окончательно разрушен. Если эта посадка произойдет на территории противника (а во время налета на вражеский аэродром так скорее всего и получится), то подбитый самолет перейдет в разряд «безвозвратных потерь».

Опять же, вместе с крайне дефицитным на войне летчиком, который попадет в плен если останется жив. А в плену он сядет в самолет - станет живой мишенью для молодых летчиков Люфтваффе.

[Камиль Абэ]

Глупее не скажешь... два вождя Гитлер и Сталин в 1939 году решили подружить немного и недолго, в 1940 году они начали готовиться к войне, каждый по-своему и к войне совершенно разной.

Тут камрад демонстрирует полное непонимание мюнхенской политики Запада... О том, что война неизбежна, знал весь мир ...28 июня 1919 года был подписан Верса́льский ми́рный догово́р. Прочитав мирный договор, маршал Франции Фердинанд Фош заявил (и оказался прав с точностью до 2-х месяцев): «Это не мир, это перемирие на 20 лет». Я не знаю, был ли знаком Ф.Фош с точкой зрения В.И.Ленина на соотношение политики и войны, но с теоретическим наследием Карла Клаузевица он был знаком наверняка. И всё равно, какое поразительное предвидение!
Вот камрад говорит только о Гитлере и Сталине ... А какова позиция Чемберлена и Деладье? А если говорить о Договоре о ненападе́нии ме́жду Герма́нией и Сове́тским Сою́зом (пакт Мо́лотова — Ри́ббентропа ) от 23 августа 1939 года, то это была величайшая победа советской дипломатии, расколовшая возможное единство Запада в предстоящей войне с СССР...

« Известно изречение одного из самых знаменитых писателей по философии войн и по истории войн – Клаузевица, которое гласит: «Война есть продолжение политики иными средствами» … Мы говорим: если вы не изучили политики обоих групп воюющих держав в течение десятилетий, - чтобы не было случайностей, чтобы не выхватывали отдельных примеров, - если вы не показали связь этой войны с предшествовавшей политикой, вы ничего в этой войне не поняли!»
В.И.Ленин Война и революция ППС т.32 стр.78-79, 82.
https://ru.wikisource.org/wiki/%D0%92%D ... %B8%D1%8F)

Позицию Англии и Франции при проведении переговоров весны-лета 1939г. нельзя оценить иначе, как продолжение «Мюнхена». Кстати, У.Черчилль в своих мемуарах скептически отзывается о «Мюнхене», но затягивание с открытием «Второго фронта» - это же продолжение мюнхенской политики.
Вот У.Черчилль (послезнание) оценивает значение заключения Договора (Пакта), что это было разумно со стороны Советов сдвинуть свои границы подальше к западу, так как столкновение Советского Союза и Германии он считал неизбежным.
Наши историки главный плюс Договора видят в том, что он дал передышку в два года.
А, думается, что дело совсем в другом. Сталин считал, что Гитлер несёт войну в Европе. А учитывая фактор «Мюнхена» Сталин вряд ли исключал вероятность сговора между Англией, Францией и Германией против Советского Союза. Так что главное значение заключения Договора о ненападении – это раскол возможного единого Запада.

[Евелина]

Сталин вряд ли исключал вероятность сговора между Англией, Францией и Германией против Советского Союза. Так что главное значение заключения Договора о ненападении – это раскол возможного единого Запада.

конечно,особенно после договора Польши с Гитлером в 1934 году.
Поляки всегда тяготели к рабству,и сейчас думают,что англо-саксы и боши посчитают их равными себе.
Чудаки,да их считают дикарями которые за бусы будут плясать и которых возможно использовать как пушечное мясо по примеру украинцев.

А уж перед Второй Мировой поляки просто прогнулись и получили Освенцим на своей территории.

Пакт Пилсудского – Гитлера – совместная декларация, подписанная министром иностранных дел Германии Константином фон Нейратом и польским послом в Берлине Юзефом Липским 26 января 1934 года в Берлине сроком на 10 лет,

[Gosha]

Большая политика не делается в спешке,

пока есть возможность получить дивиденды

их получают. Сначала уничтожают слабейшего

получают его ресурсы - затем расправляются с сильнейшей стороной. Германия готовилась к Молниеносной войне в Европе ей это удалось осуществить. СССР готовился к Затяжной войне - Россия всегда так воевала, по нескольку лет и всегда побеждала противника после ряда компаний.
-------------------------------------------------------------
Безвозвратно уничтожить стоящий на земле самолет возможно только при прямом попадании в него авиабомбы. Осколочные «ранения» от разорвавшейся в стороне авиабомбы могут вывести самолет из строя, но лишь на время ремонта. А это время — в зависимости от тяжести повреждений, оснащенности и квалификации ремонтных служб — может составить всего несколько дней или даже несколько часов.

[Камиль Абэ]

СССР готовился к Затяжной войне - Россия всегда так воевала, по нескольку лет и всегда побеждала противника после ряда компаний.

Это ваши выдумки ...Это не соответствует взглядам военно-политического руководства СССР на предстоящую войну, военной доктрине и уставам РККА...

[Gosha]

Война будет тяжёлой и затяжной...

Начальный период Великой Отечественной войны вскрыл серьёзные недостатки в развитии военной мысли в предвоенный период, в частности во взглядах на стратегическую оборону. Между тем в стране были теоретические наработки военных учёных, но они оказались, к сожалению, невостребованными в практике военного строительства и оперативной подготовке Вооружённых Сил к столкновению в вермахтом. На эту тему наш разговор с депутатом Государственной Думы академиком Российской академии наук Андреем Кокошиным, глубоко исследовавшим творчество выдающегося отечественного военного теоретика Александра Андреевича Свечина (1878—1938 гг.).

В ходе Великой Отечественной войны СССР удалось добиться полного овладения стратегической инициативой к осени 1943 года только в результате сознательно избранной стратегической обороны с замыслом, аналогичным свечинским идеям, - измотать противника в оборонительных сражениях с нанесением контрударов и последующим переходом в контрнаступление. Стратегическая оборона была спланирована прежде всего по инициативе Жукова, Василевского и Рокоссовского, трёх наиболее значительных советских полководцев Великой Отечественной войны, которым не сразу, но удалось убедить в необходимости такого замысла Сталина. Стратегическая оборона была соответственно трансформирована в действия, в тщательную подготовку к обороне на главном направлении на оперативном и тактическом уровне.

Результатом была знаменитая Курская битва. После успешного проведения гигантской оборонительной операции в ходе Курской битвы Красная Армия начала, как известно, контрнаступление, которое переросло в серию стратегических наступательных операций РККА, прежде всего таких, как «Кутузов» и «Полководец Румянцев». Эти операции и привели нашу страну к выдающейся победе над одним из самых грозных и опасных противников в мировой истории.

По свидетельству Маршала Советского Союза Александра Михайловича Василевского, Сталин смог овладеть методами и формами «руководства вооружённой борьбой по-новому... лишь в ходе сражения на Курской дуге». Следуя этой оценке Василевского, это произошло более чем через два года после кровопролитнейших сражений Великой Отечественной войны.

[Камиль Абэ]

Война будет тяжёлой и затяжной..

Повторю:

Это ваши выдумки ...Это не соответствует взглядам военно-политического руководства СССР на предстоящую войну, военной доктрине и уставам РККА...

[Gosha]

Легко ли добиться прямого попадания бомбой в самолет? По данным ГУ ВВС Красной Армии, экипаж бомбардировщика СБ при бомбометании с высоты 2 км в среднем добивался попадания 39% сброшенных бомб в прямоугольник 200 на 200 метров, причем среднее круговое отклонение от точки прицеливания составляло 140 метров. Проще говоря — ни о каком прицельном бомбометании по такой точечной цели, как самолет, не могло быть и речи. Более того, для прицельного бомбометания нужно видеть цель — а вот с этим в случае удара по аэродромам возникают большие проблемы.

Простейшие маскировочные сети (а то и простая охапка зеленых веток) в сочетании с ложными целями (простыми и дешевыми, сколоченными из фанеры, досок и картона макетами самолетов) делают задачу визуального обнаружения самолета на земле почти неразрешимой. Реализовать это «почти» можно было, только снизившись на предельно малые высоты (50—100 м), что совсем не просто (никаких автоматов отслеживания рельефа местности тогда еще не было и в помине) и очень опасно (на такой высоте самолет могут сбить даже плотным винтовочным огнем). Но и это еще не все — для того чтобы исключить поражение самолета осколками сброшенной им же бомбы, бомбометание должно было производиться или с высоты более 300—500 метров, или с использованием взрывателя замедленного действия. Однако последний способ оказался еще менее эффективным, так как горизонтально летящая бомба после сброса с предельно малой высоты рикошетировала и падала в совершенно случайной точке.

[Камиль Абэ]

Легко ли добиться прямого попадания бомбой в самолет? ...

Простейшие маскировочные сети (а то и простая охапка зеленых веток) в сочетании с ложными целями (простыми и дешевыми, сколоченными из фанеры, досок и картона макетами самолетов) делают задачу визуального обнаружения самолета на земле почти неразрешимой.

А камрад Геринг своё дело крепко знал:

Свыше 1 тыс. фашистских бомбардировщиков 22. июня подвергли неоднократным ударам 66 из 100 наших аэродромов{190} (ПрибОВО — 11, ЗапОВО — 26, КОВО — 23, ОдВО — 6), на которых базировалось до 70% авиационных полков четырех приграничных военных округов (без ЛенВО). В первый день войны советская авиация потеряла около 1200 самолетов, из них 800 было уничтожено на аэродромах. Наибольшие потери понесли ВВС Западного особого военного округа (738 самолетов).

Одной из причин больших потерь ВВС явилась нераспорядительность и безынициативность командного состава военных округов и их ВВС. Это привело к тому, что при резком ухудшении обстановки авиация не рассредоточилась и продолжала базироваться во всех округах, кроме Одесского, на постоянных аэродромах, хорошо известных и изученных противником. В ОдВО противник уничтожил на аэродромах лишь 20 самолетов{191}.

По неполным данным, потерн ВВС фронтов и ДБА ВГК к 30 сентября 1941 г. составляли 8166 самолетов{192}. Это почти столько, сколько они имели на 22 июня 1941 г. (96%).

1941 год — уроки и выводы. — М.: Воениздат, 1992.
http://militera.lib.ru/h/1941/03.html#: ... %20(96%25).

А Марк Солонин ради болтовни не смотрит на реальное состояние дел и не выясняет причины случившегося ...

Но и товарищи военные историки стараются не смотреть в сторону высшего военного и политического руководства страны.

Ну а камрад «Г» только копипастит ... своего мнения не имеет.

[Gosha]

Свое неумение свалили на удачу Геринга

Фугасная авиабомба весом в 100 кг (наиболее массовый боеприпас бомбардировочной авиации начала войны) оставляла в грунте воронку диаметром 10—15 метров. Сотня мобилизованных баб из соседнего колхоза могла засыпать ее за полчаса. Вручную.

С применением техники восстановить разрушенную налетом грунтовую взлетно-посадочную полосу было еще проще. При этом надо иметь в виду, что, например, истребитель И-16 последних модификаций (тип 28, тип 29) имел взлетную скорость 130 км/ч, длину разбега — 210 м, длину пробега — 380 м. Взлетно-посадочной полосой для истребителей такого класса могла служить ровная поляна, утрамбованная катком или выложенная легкосъемными металлическими панелями. Поэтому попытки вывести аэродром из строя посредством разрушения грунтовых ВПП были бы еще более затратным и крайне малоэффективным занятием.

Важно отметить, что легенда про суперэффективность удара по аэродромам была придумана советскими «историками» задним числом. Придумана тогда, когда потребовалось найти относительно пристойные объяснения страшного разгрома советских ВВС летом 1941 г. Военным же специалистам весьма ограниченные возможности этого тактического приема были хорошо известны еще до 22 июня 1941 г.

[Камиль Абэ]

Свое неумение свалили на удачу Геринга

А не было никакой удачи у Геринга ... Такой исход был предрешен...

[Gosha]

Уже на основании изучения опыта войны в Испании были сделаны совершенно верные выводы:
«...В первый период войны обе стороны вели интенсивные действия по аэродромам с целью завоевания господства в воздухе. В последующем, однако, они почти полностью отказались от этого. Опыт показал, что действия по аэродромам дают весьма ограниченные результаты.

Во-первых, потому, что авиация располагается на аэродромах рассредоточенно (не более 12—15 самолетов на аэродром) и хорошо маскируется;
во-вторых, аэродромы прикрываются зенитной артиллерией и пулеметами, что заставляет нападающую авиацию сбрасывать бомбы с большой высоты при малой вероятности попадания;
в-третьих, повреждение летного поля авиабомбами получается настолько незначительное, что почти не задерживает вылета самолетов противника; небольшие повреждения летного поля быстро исправлялись, а нарушенная связь восстанавливалась.

С наземными войсками еще проще их можно рассредоточить, а окопавшуюся пехоту и технику уничтожить вообще невозможно.

[Камиль Абэ]

Уже на основании изучения опыта войны в Испании были сделаны совершенно верные выводы:
«...В первый период войны обе стороны вели интенсивные действия по аэродромам с целью завоевания господства в воздухе. В последующем, однако, они почти полностью отказались от этого. Опыт показал, что действия по аэродромам дают весьма ограниченные результаты.

Вы продолжаете бездумно копипастить М.Солонина...
А в исследовании военных историков «1941 год — уроки и выводы» показана реальная картина начала войны, катастрофическая для РККА, и в частности для ВВС.
У вас своё мнение то есть, или вы способны только на копипаст?

[Gosha]

Люфтваффе на Брестскую крепость сбросило 1000 килограммовую бомбу, три недели Вермахт обстреливал артиллерией 155 мм - полностью окруженный и блокированный гарнизон держался целый месяц.

Очень часто бомбардировщики сбрасывали бомбы на пустой аэродром, так как авиация противника успевала заблаговременно подняться в воздух. Например, в июле 1937 г. мятежники произвели 70 налетов на аэродром в Алькала группами до 35 самолетов. В результате этих налетов было ранено 2 человека, разрушено два самолета и грузовик...».

Следом за Испанией последовали бои в Китае и на Халхин-Голе. Новый боевой опыт опять же показал, что удар по аэродромам остается важной, но отнюдь не единственной составляющей борьбы за господство в воздухе.

На известном совещании высшего командного состава РККА 23—31 декабря 1940 г. боевой опыт был обобщен следующим образом:
Г.П. Кравченко: «Основным является воздушный бой... Я основываюсь на своем опыте. Во время действий на Халхин-Голе для разгрома одного только аэродрома мне пришлось вылетать несколько раз в составе полка. Я вылетал, имея 50—60 самолетов, в то время как на этом аэродроме имелось всего 17— 18 самолетов».
С.М. Буденный: «Вы сказали о потерях на аэродромах, а вот какое соотношение в потерях на аэродромах и в воздухе?
Г.П. Кравченко: «Я считаю, что соотношение между потерями на аэродромах будет такое: в частности, на Халхин-Голе у меня было так — 1/8 часть я уничтожил на земле и 7/8 в воздухе».
Г.М. Штерн: «И примерно такое же соотношение и в других местах».

[Камиль Абэ]

На известном совещании высшего командного состава РККА 23—31 декабря 1940 г. боевой опыт был обобщен следующим образом:
Г.П. Кравченко: «Основным является воздушный бой... Я основываюсь на своем опыте. Во время действий на Халхин-Голе...

Вы продолжаете бездумно копипастить М.Солонина...
У вас своё мнение то есть, или вы способны только на копипаст?

[Gosha]

Дело не в уничтоженных самолетах, а в том как используется авиация.

СССР имел 8000 самолетов а Германия 3000 количественное превосходство в технике на стороне СССР. Но сразу утверждается, что у СССР плохие летчики, которые только и знали что такое взлет – посадка, а вот немцы… и техника у них лучше. Наша авиация делает 1-2 вылета, а то и не одного плюс уничтоженные самолеты. И так получаем примерно по всему фронту 8000 вылетов. Немцы делают от 4-5 вылетов, а то и больше, возьмем 4 вылета. Получаем по всему фронту 12000 вылетов. Немецкая авиация больше находится в воздухе и от этого создается впечатление о господстве немцев в воздухе. Если бы наши летчики делали по 4 вылета. Именно ситуация когда авиация находится на аэродроме и не летает и породила страх перед летающими немцами. Такая ситуация сохранялась до конца 1942 года, когда были созданы воздушные армии, которые придавались фронтам при проведении ими операций.

Возможно летчики получали боевой опыт, но вот Ил-2 1942 года был хуже И-15 1940 года, а Як-1 1942 был хуже И-16 1940 года, тому было ряд причин, основная это снижение качества выпускаемого изделия.
------------------------------------------
----------------------------------------------------------
Система подсчета воздушных побед люфтваффе предполагала один сбитый самолет, точно определенный фотокинопулеметом или одним или двумя другими свидетелями.

При этом самолет записывался на личный счет только в том случае, если он был зафиксирован разрушившимся в воздухе, объятый пламенем, покинутым своим пилотом в воздухе или зафиксировано его падение на землю и разрушение.
Для оформления победы летчик люфтваффе заполнял заявку, состоящую из 21 пункта.

В ней указывалось:
1. Время (дата, час, минута) и место падения самолета.
2. Имена членов экипажа, подавших заявку.
3. Тип уничтоженного самолета.
4. Национальная принадлежность противника.
5. Сущность причиненных разрушений:
а) пламя и черный дым;
б) распался ли вражеский самолет на части (назовите их) или взорвался;
в) совершил ли он вынужденную посадку (укажите, в каком месте фронта и была ли это нормальная или аварийная посадка);
д) если приземлился за линией фронта, загорелся ли он на земле.
6. Характер падения (только в случае, если его можно было наблюдать):
а) в каком месте фронта;
б) было ли оно вертикальным или он вспыхнул;
в) если не наблюдалось, то по какой причине.
7. Участь вражеского экипажа (убиты, выпрыгнули с парашютом и т.д.).
8. Должен прилагаться личный рапорт летчика.
9. Свидетели:
а) в воздухе;
б) на земле.
10. Количество атак, которым подвергался вражеский самолет.
11. Направление, с которого выполнялась каждая атака.
12. Расстояние, с которого велся эффективный огонь.
13. Тактическая позиция атаки.
14. Были ли вражеские стрелки выведены из строя.
15. Тип применявшегося вооружения.
16. Расход боеприпасов.
17. Тип и количество пулеметов, использованных для уничтожения вражеского самолета.
18. Тип собственного самолета.
19. Что-либо еще, имеющее тактическую и техническую ценность.
20. Повреждения собственной машины в результате действий противника.
21. Другие подразделения, участвовавшие в бою (включая зенитную артиллерию).

Подписывал анкету командир эскадрильи. Основными пунктами были 9 (свидетели) и 21 (другие подразделения).
К заявке прилагался личный рапорт пилота, в котором сначала он указывал дату и время взлета, преддверие и начала боя, а потом лишь заявлял о победах и перечислял их от времени начала атаки, включая высоту и дальность.
Потом указывал сущность разрушений, характер падения, свое наблюдение и зафиксированное время.
К рапорту о сбитом самолете прикладывался доклад о проведенном бое, написанный свидетелем или очевидцем. Все это позволяло перепроверить сообщения пилота о победе. Командир группы или эскадры после получения рапортов других летчиков, данных с наземных постов наблюдения, расшифровки пленок фотокинопулемета и т.п. писал на бланке свое заключение, которое, в свою очередь, служило основанием для официального подтверждения или не подтверждения победы.
В качестве официального признания своей победы пилот люфтваффе получал специальное свидетельство, в котором были указаны дата, время и место боя, а также тип сбитого им самолета.

Если верить источникам Германии, то немцы не делили побед. «Один пилот — одна победа», — гласил их закон. Например, пилоты союзников делили победы так: если два пилота вели огонь по одному самолету и он был сбит, каждый из них записывал по половинке.
----------------------------------------------------------------------------------------------
В ВВС Красной армии с 1941 г. количество сбитых самолетов устанавливалось в каждом отдельном случае показаниями летчика-истребителя на месте, где упал сбитый самолет противника, и подтверждениями командиров наземных частей или установлением на земле места падения сбитого самолета противника командованием полка.

Все это оговаривалось в приказе наркома обороны СССР И. Сталина № 0299 от 19 августа 1941 г. Он назывался «О порядке награждения летного состава ВВС Красной армии за хорошую боевую работу и мерах борьбы со скрытым дезертирством среди отдельных летчиков».

Однако впервые жесткое понятие боевого вылета было дано в приказе наркома обороны СССР № 0685 от 9 сентября 1942 г. Теперь вылет считался боевым, если истребители завязали бой с противником, прикрываемые истребителями бомбардировщики не понесли потерь от истребителей противника, проведена штурмовая операция или разведка.

Следовательно, без соприкосновения с врагом вылет не считался боевым, а боевую награду можно было получить если не за три сбитых самолета, то за выполнение 15 боевых вылетов. Таким образом, летчик-истребитель был поставлен в зависимость от своего количества боевых вылетов для получения наград как правительственных, так и денежных.

Во время работы в Центральном архиве Министерски обороны РФ в архивных фондах в одном из дел было донесение о результатах воздушного боя, то есть подтверждение о сбитых самолетах. Летчик-истребитель писал что-то вроде рапорта на листке (на тетрадном или любом другом) о происшедшем бое, где и когда. Затем следовали короткие рапорта всех участников того боя: что видели они. Но до 1943 г. сбитый самолет противника засчитывался летчику по свидетельствам (подтверждениям) штабов наземных войск, например пехоты, или партизан, или постов ВНОС. Бывало, победу подтверждали еще и сами немецкие летчики, попавшие в плен.

В 1943 г. во время затишья после напряженнейших боев на Кубани А.И. Покрышкина с группой наиболее отличившихся в боях летчиков вызвали в штаб Воздушной армии на совещание. Там он выступил с критикой старого приказа об обязательном подтверждении сбитых наземными войсками. Интересно, что Покрышкина в этом вопросе поддержали не только летчики, но и командование. В книге «Познать себя в бою» Александр Иванович написал об этом выступлении.

Вот что он тогда сказал: «К сожалению, уничтоженную технику нам не засчитывают. В приказе, изданном еще в начале войны, установлено, что сбитые самолеты противника должны быть подтверждены нашими наземными войсками или зафиксированы кинопулеметом. Разве могут передовые части видеть воздушный бой, если мы деремся в двадцати — тридцати километрах в тылу у противника? Наша же промышленность пока производит самолеты без кинопулеметов. К примеру, в районе Мысхако основные бои нам пришлось вести над морем, в пятидесяти километрах западнее Новороссийска. Сбитые машины врага хорошо видели стрелки сопровождаемых нами бомбардировщиков. Но их данные не служат подтверждением победы в воздушной схватке».

В общем, Покрышкин попросил командование от имени летчиков-истребителей этот приказ отменить.

«Товарищ Покрышкин, ваше выступление заслуживает внимания. По этим вопросам будут даны указания. Предложения по приказу о сбитых самолетах доложим в Москву. В отношении боев в районе Мысхако вам и штурману армии завтра же слетать в бомбардировочный полк. При получении подтверждения засчитаем сбитые самолеты», — сказал командующий армией Вершинин.

И действительно, в приказе НКО № 294 от 8 октября 1943 г., подписанном командующим ВВС Красной армии маршалом авиации Новиковым, эти предложения были учтены. Там же оговаривалось и новое определение боевого вылета: «Боевым вылетом для истребительной авиации, засчитываемым для награждения, считается каждый полет, связанный со встречей с воздушным противником, или полет, протекавший в зоне зенитного огня противника или над боевыми порядками противника» (Примечание 1).
Оговаривались и сбитые самолеты в групповом воздушном бою: «Если нельзя установить, кто лично его сбил или если они сбиты одновременной атакой двух-трех и более летчиков, делятся равномерно и засчитываются как часть сбитого самолета для каждого отдельного летчика, участника этого группового боя» (Примечание 2).

Тем не менее механизм упрощения подтверждения воздушной победы в 1943 г. привел к тому, что появились приписки и лжепобедители. Некоторые летчики стали разными способами бороться за звание Героя Советского Союза, которое с этого года могли присвоить лишь за 10 лично сбитых самолетов-бомбардировщиков (разведчиков) или за 15 лично сбитых самолетов других типов. И не менее. По сути, летчик, пользуясь тем, что сам оценивал, сбил ли он самолет противника или нет, а также легко заручался поддержкой свидетеля, оформляя необходимые документы, вполне мог пойти на заведомый подлог.
С этой целью в штабах воздушных армий, корпусом и дивизий развернулась самая настоящая борьба. Например, в апреле 1944 г. две истребительные авиадивизии подали заявки в корпус об уничтожении: одна — 125 самолетов, другая — 91 самолета. Всего 216. Однако в период Крымской операции в это же время по аэродромам противника действовали штурмовики, бомбардировщики и другие истребительные авиаполки двух армий. Тем более что немцы в Крыму имели всего до 270 самолетов разных типов.

В связи с этим командир корпуса приказал:
«1) Немедленно под личную ответственность командиров дивизий организовать сбор подтверждений на сбитые самолеты, что сделать легко, так как большинство сбитых самолетов упало на территории, уже освобожденной от немцев.
2) 28.04.44 г. представить командиру корпуса подтверждения на сбитые самолеты за апрель месяц. Из которых действительно будут признаны: подтверждения наземных войск, фотоснимки сбитых самолетов, таблички с номером сбитого самолета. Одновременно предоставить сведения о сбитых и захваченных самолетах согласно табеля срочных донесений.
3) Впредь упорядочить вопрос учета сбитых самолетов противника и принять немедленные меры к сбору соответствующих подтверждений...»

В этом плане характерно, что во всех соединениях истребительной авиации был заведен журнал учета сбитых самолетов. Были и другие формы отчетности, в том числе по командирам и частям. А вот еще один характерный пример. «Бывший инспектор по технике пилотирования 3-й Воздушной армии и командир группы штрафников, — докладывал генерал-лейтенант Н.Ф. Папивин генерал-лейтенанту С.И. Руденко 25 марта 1944 г., — подполковник, ныне полковник Федоров Иван Евграфович, за все время пребывания на Калининском фронте по данным боевых донесений и учетным данным, сбил 8 самолетов противника, о чем ему Штабом Армии 5 марта 1943 г. и была выдана справка. Подтверждая достоверность этой справки, сообщаю, что все остальные справки летного состава 157-го и 163-го истребительных полков и телеграмма Громова подтверждают те же самолёты, которые указаны в итоговой справке от 05.03.43 г. о боевой работе Федорова на Калининском фронте. Оснований к представлению тов. Федорова к званию «Герой Советского Союза» не было».

7 апреля 1944 г. командующий 16-й Воздушной армией генерал-лейтенант С.И. Руденко после соответствующего разбирательства сообщил Главному маршалу авиации А.А. Новикову: «За руководство боевой работой частей и лично сбитые 8 самолетов противника тов. Федоров награжден орденом Отечественной войны 1-й степени в 1942 г. и орденом Александра Невского в мае 1943 г.

Имея личную нескромность и пристрастие к правительственным наградам, не удовлетворяясь уже полученными двумя орденами, тов. Федоров стал на путь вымогательства и очковтирательства, приписывая себе несуществующие боевые заслуги (15 лично сбитых и 3 подбитых самолета противника). В результате настоятельных требований полковника Федорова командиром 6-го ИАК был представлен наградной лист на присвоение звание Героя Советского Союза полковнику Федорову. При рассмотрении наградного материала в январе 1944 г. в представлении мною было отказано.

8 феврале месяце 1944 г. командир 6-го ИАК вторично представил наградной лист с приложением справок о сбитых самолета противника. Рассматривая наградной лист и приложенные к нему справки, у меня возникло сомнение в правильности последних, т.е. не выданы ли справки на одни и те же сбитые самолеты, только разными частями и лицами. Запросив командующего 3-й Воздушной армией по существу этого вопроса, я получил ответ, как и предполагал ранее, что полковник Федоров проявил исключительную нечестность и очковтирательство, приписав себе дважды одни и те же самолеты, сбитые им.
За недостойное поведение старшего офицера, выразившееся в вымогательстве и очковтирательстве, а также неудовлетворительную работу как командира дивизии — ходатайствую о снятии полковника Федорова с занимаемой должности и о назначении с понижением»

[Gosha]

Следующий «раунд» схватки в небе над аэродромами Королевских ВВС состоялся с 23 августа по 7 сентября. Англичане потеряли тогда (главным образом, в воздухе, а не на земле) 277 истребителей, за что Люфтваффе заплатили потерей 378 самолетов всех типов. С учетом того, что многим английским пилотам удалось благополучно воспользоваться парашютом и приземлиться на собственной территории, соотношение потерь летчиков (в разные периоды «Битвы за Британию») составляло 5 к 1 или даже 7 к 1. Разумеется, не в пользу нападающей стороны (люфтваффе).

[Gosha]

Возвращаясь к истории Великой Отечественной войны, мы также можем констатировать весьма красноречивые факты. На протяжении всей войны потери самолетов советских ВВС на аэродромах составляли самую малую категорию потерь. Конкретно, в 1942, 1943, 1944 гг. от ударов противника по аэродромам было безвозвратно потеряно соответственно 204, 239, 210 самолетов, что составило 2,47, 2,52, 2,68% от общего числа безвозвратных потерь. Другими словами, на огромном по протяженности фронте огромная по численности (не менее 10 тыс. боевых самолетов) советская военная авиация теряла от ударов по аэродромам менее одного самолета в день!

[Gosha]

При всем при этом в определенных ситуациях такой тактический прием, как удар по аэродромам базирования вражеской авиации, может оказаться целесообразным (или даже единственно возможным). Смысл и задачу удара по аэродромам можно предельно коротко сформулировать так: безвозвратная потеря самолетов и летчиков в обмен на кратковременное превосходство в воздухе. Подвергшиеся удару аэродромы противника и базирующиеся на них авиачасти быстро восстановят свою боеспособность, но на войне бывают ситуации, когда и выигрыш пары часов решает исход операции. Вот почему перед началом крупных наступательных операций нередко проводились массированные налеты на аэродромы противника. Достигаемое этим временное снижение активности вражеской авиации являлось существенной помощью наземным войскам на самом трудном для них этапе прорыва обороны противника.

[ерш]

а войне бывают ситуации, когда и выигрыш пары часов решает исход операции.

Интересно узнать про такие ситуации подробней.

Отправлено спустя 1 минуту 40 секунд:

Конкретно, в 1942, 1943, 1944 гг.

Где 1941 год потеряли?