История Германцев ⇐ История древнего мира

[Gosha]

Как это начиналось

Еще в железном веке, примерно в 500 г. до н. э., жители поселений Южной Скандинавии – или самой северной части Германии – стали произносить отдельные согласные иначе, чем остальное население.

Никто не знает точно, кем были эти люди, где они обитали, когда и почему это произошло. Однако мы можем реконструировать ход событий. Возьмем вопросительные слова. Носители других языков использовали звук c/k/qu (как в латинских quis, quid, quo, cur, quam), который встречается по сей день (quoi, que, che, kakiya и т. д.). Предки же датчан, англичан, немцев и им подобных народов на каком-то этапе переключились на звук hv/wh/h, сохранившийся в словах hvad/what/was и т. п.

Племена, которые – по нашим догадкам – начали использовать эти новые звуки примерно в 500 г. до н. э., называют протогерманцами. Мы не знаем их самоназвания, поскольку на этом этапе они не поддерживали отношений с народами Средиземноморья, где уже существовали акведуки, библиотеки, театры, выборы и письменная история.

Известно, что примерно в 150 г. до н. э. протогерманцы начали налаживать связи со Средиземноморьем. С этого периода сосуды для вина, изготовленные римлянами, стали использовать по всей территории Германии. Римляне познакомили протогерманцев и с шопингом – слово, обозначающее покупку вещей (kaupa/kopen/shopping/kaufen и т. д.), заимствовано из латинского языка, caupo по-латыни – мелкий торговец или трактирщик. Возможно, первые контакты происходили в торговых точках на Рейне или Дунае, где протогерманская элита обменивала на алкогольные напитки меха, янтарь, светлые волосы (их высоко ценили римские постижеры) и в первую очередь рабов.

Торговля шла своим чередом, пока римлянам не начали угрожать племена с севера – кимвры и тевтоны. Впрочем, это продолжалось недолго – со 112 до 101 г. до н. э., когда их разгромил великий римский полководец Гай Марий. Позднее патриоты провозгласили эти племена первыми германцами, но для римлян они были обычными варварами. И конечно, в то время никто не называл их германцами. Насколько нам известно, слово германцы возникло лишь в 58 г. до н. э. Как и подобает, предание начинается с появления одного из самых знаменитых людей в истории.
 

[Gosha]

Одоакр был убит в 493 г. Теодорихом Великим (454–526), королем остготов и горячим сторонником романизации. Теодорих, который формально состоял на службе у императора, обладал огромной властью и в конце концов стал самостоятельным правителем Италии. Обосновавшись в Равенне, он сумел дать Италии то, чего там не было почти двести лет, со времен Константина, – тридцать лет стабильного правления и практически полного мира. В Равенне сохранился мавзолей, который Теодорих повелел построить для своей могилы; выглядит он так, словно подмастерье архитектора классической эпохи решил внести свою лепту в создание линии Мажино. Сооружение венчает десятиметровый купол, вытесанный из цельного 300-тонного камня.

[Gosha]

В 235 г. германские племена были неграмотными варварами, и Рим силой удерживал их в пределах Германии. Но в 526 г., к моменту смерти Теодориха, они стали мускулистыми христианами, которые контролировали всю территорию бывшей Западной империи. Самыми успешными из них оказались те, кто остался на родной земле, в романизированной Германии. Они пережили вандалов, вестготов, лангобардов и остготов, запустили перезагрузку европейской цивилизации и дали свое имя великой стране. Но это была не Германия.

[Gosha]

526–983 гг - Наследники Рима

Франки появляются на историческом горизонте в 297 г., когда они, как верные федераты Рима, получили разрешение селиться к западу от дельты Рейна, там, где сегодня находятся Голландия и Бельгия. Их отношения с империей ярко характеризует надпись из Аквинка (Будапешт), предположительно сделанная в IV в.:
Когда в IV–V вв. орды кочевников с юго-востока опустошали Европу, судьбу народов, как обычно, определяла география. Франкам удалось избежать основного удара, поскольку их земли находились достаточно далеко на северо-западе. Они сумели пережить крах экономики Южной Европы, активно занимаясь морской торговлей с Британией и Скандинавией. За долгие годы службы в римской армии они научились строить укрепления (каструмы), защищая свои земли, что заставляло кочующие племена искать более легкую добычу. Поэтому франки, в отличие от прочих племен, не участвовали в Великом переселении народов. Они не снимались с насиженных мест, а их военная элита уже давно говорила на латыни наряду с одним из древнегерманских языков. Такая бикультурная база позволяла франкам постепенно расширять свои владения в южном и западном направлениях в условиях царящей вокруг неразберихи, пока на исторической сцене не появляются Меровинги, первая династия франкских королей.

[Gosha]

О том, как Меровинги воспринимали самих себя, красноречиво говорит гробница основателя династии, короля Хильдерика I (умер предположительно в 482 г.). Его могила найдена в 1653 г., – останки показывают, что покойного похоронили в плаще римского полководца, снабдив монетами, восходящими к эпохе Римской республики. Скорбящие явно считали, что первый Меровинг скончался как военный наместник Римской империи. В 486 г. его сын Хлодвиг I нанес поражение своему последнему конкуренту, который представлял Западную Римскую империю, а спустя десять лет, в 496 г., сам принял христианство. Падение Западной Римской империи прошло для Рейнланда почти незамеченным.

Когда готы в результате войн 535–554 гг. навсегда утратили свое влияние – хотя и ценой истощения самой Римской империи, – от этого выиграли прежде всего Меровинги. В VII в. они расширили и укрепили Франкское королевство, но, как показывает история Германии, не потеряли связи с теми, кто поддерживал их власть по другую сторону Рейна – в 700 г. он уже не разделял две культуры, как в 58 г. до н. э. Меровинги правили своей франко-германской империей, руководствуясь латинскими кодексами, где законы германских племен переплетались с правовым наследием Рима.

[Gosha]

В 732 г. они стали спасителями западной цивилизации. На Францию через Испанию выдвинулись силы огромной и, казалось бы, непобедимой исламской империи, Омейядского халифата, но поражение, которое мусульмане потерпели в битве при Туре, заставило их остановиться. Впрочем, не король отличился в этом сражении, ибо последние представители династии были печально известны своей слабостью, а реальная власть принадлежала крупным сановникам. Героем 732 г. стал Карл Мартелл, который занимал прозаическую должность майордома, или старшего по двору.

Сын Мартелла, Пипин, покончил с фикцией меровингской монархии и в 751 г. основал собственную династию. Захватив престол, он торопился подтвердить легитимность своей власти, тогда как папству был необходим сильный союзник, чтобы с его помощью вернуть себе независимость от Константинополя. В 753 г. Стефан II стал первым папой, который совершил поездку в страну франков, переправившись через Альпы. Пипин пообещал Стефану, что франки будут защищать папство, и обязался передать римскому папе власть в ряде территорий.

Папа оказал Пипину ответную услугу – в январе 754 г. на публичной церемонии коронации в соборе аббатства Сен-Дени он совершил обряд миропомазания над Пипином и его сыновьями Карлом и Карломаном.

[Gosha]

Эта сделка между Римской церковью и франкской короной определила их взаимоотношения на предстоящие столетия: военачальники передают часть своих богатств и земной власти Церкви, а Церковь благословляет их на высшее служение. Такая модель разделения властей встречалась в Европе до недавнего времени, например во франкистской Испании или в Ирландии во времена Имона де Валера.

В Западной Европе вновь зажигались огни. Один из двух мальчиков, которых благословил в Сен-Дени папа Стефан II, обрел такое влияние, что на протяжении многих поколений (вплоть до 1971 г.) британцы пользовались денежной системой, созданной в его время, а в языках славян и венгров Восточной Европы само слово «король» происходит от его имени – Карл Великий.

[Gosha]

Живая связь времен

Образ Карла Великого так прочно сохранился в памяти людей, поскольку его правление послужило связующим звеном, благодаря которому культура римской Европы была перенесена в средневековый мир и в результате дошла до нас. Он унаследовал королевство, которое занимало почти такую же территорию, как Галлия и Германия, вместе взятые, – под властью Римской империи в зените ее могущества около 500 лет назад.

Будучи франком, он происходил из германцев и говорил на западногерманском языке. При этом он без устали трудился, чтобы наладить преподавание латыни в своих многонациональных владениях и сделать ее единым языком новой империи – языком права, богослужений и государственного управления.
Каролингское возрождение стало кульминацией в развитии региона: германцы, которые жили в пределах лимеса и вблизи него, всегда ощущали, что ими управляют элиты, ориентированные на Рим. И кем бы ни были эти элиты – римлянами-язычниками, обращенными в христианство федератами поздней империи или христианами эпохи Меровингов, – все они видели в Римской империи колыбель права, религии и дипломатии. Рейнско-Дунайский регион Германии был всегда связан с Западной Европой.

На самом деле при вступлении на престол Карл Великий столкнулся с проблемой чисто римского свойства: что делать с германцами-язычниками в землях, граничащих с империей на востоке? Вот как описывает их биограф Карла Великого Эйнхард (который явно не причисляет к ним самого себя):
После тридцати лет ожесточенных войн, нескольких тысяч казней и изданного в 785 г. указа о поголовном крещении под страхом смертной казни Карл Великий в конечном счете добился того, что не удалось римлянам – подчинить и обратить в новую веру всех германцев, проживавших на территории вплоть до Эльбы. Теперь он был готов к величайшему из всех своих свершений.

[Gosha]

Рим возрожден, Германия обречена?

25 декабря 800 г. папа Лев III публично короновал Карла Великого на праздничной мессе и провозгласил его римским императором и августом. По всему континенту эту коронацию восприняли как реставрацию Западной Римской империи, а резиденцию Карла Великого, Ахен, стали называть «новым Римом». Надпись на официальной печати нового императора гласила: Renovatio Romani Imperii (Возрождение Римской империи). Монеты, на которых красовался официальный титул Карла Великого – Karolus Imp Aug, напоминали те, что чеканили в эпоху былого величия Рима: император был изображен в профиль, чисто выбритым, не в короне, как в эпоху упадка, а увенчанный лаврами.

Римская империя вернулась, а Западная Германия стала центром ее власти. Даже линию укреплений на востоке, которую Карл Великий построил, чтобы защитить империю от язычников, он назвал римским словом limes.

Теперь на троне цезарей сидел германец и правил Западной Европой из германского города. Но, парадоксальным образом, германская культура была на грани исчезновения.

В империи Карла Великого молились, судили и вершили государственные дела на латыни. О родном языке императора, на котором он, по-видимому, разговаривал со своими близкими, мы не знаем почти ничего, поскольку никто не удосужился записать эти речи.

В это время у восточных границ империи на европейской сцене появился новый великий народ – славяне. Вопрос об этногенезе славян остается открытым (патриотически настроенные историки России, Украины и Польши предлагают разные версии), но в 800 г. они успешно захватили земли до Эльбы, а в ряде случаев даже перебирались на другой берег.

[Gosha]

Письменные памятники древнегерманских языков, около 800 г.

На момент смерти Карла Великого в 814 г. земли, некогда названные Великой Германией – Germania Magna, – оказались поделены между возрожденной империей, которой принадлежал Рейнланд, и славянами, продвигавшимися с востока.

Если бы империя Карла Великого продержалась еще несколько десятков лет, вполне возможно, что язык элиты просочился бы в народ, как произошло в Западно-Франкском королевстве (нынешней Франции), и простой люд Восточно-Франкского королевства (современной Германии) заговорил бы на пиджине на основе латыни. И тогда западные германцы могли бы последовать за своими собратьями, некогда могущественными готами и вандалами, следы которых теряются в пыльных стопках забытых книг.

[Ruby Ludwig Valentin]

25 декабря 800 г. папа Лев III публично короновал Карла Великого на праздничной мессе и провозгласил его римским императором и августом. По всему континенту эту коронацию восприняли как реставрацию Западной Римской империи, а резиденцию Карла Великого, Ахен, стали называть «новым Римом». Надпись на официальной печати нового императора гласила: Renovatio Romani Imperii (Возрождение Римской империи). Монеты, на которых красовался официальный титул Карла Великого – Karolus Imp Aug, напоминали те, что чеканили в эпоху былого величия Рима: император был изображен в профиль, чисто выбритым, не в короне, как в эпоху упадка, а увенчанный лаврами.

Священная Римская Империя и империя Карла Великого не была просто дублем Римской Империи.
Фактически это была конституционная Монархия.
Римская вертикаль управления сочеталась с варварским образом жизни.

[Gosha]

Любители будут учить историков, не только отечественных, но и зарубежных. Может сразу к Хоусу (автору) - мол так и так Ростов на Дону - протестует!

Deutschland: рождение Германии

События после смерти Карла Великого напоминают эпизод «Игры престолов» продолжительностью в тридцать лет: безумная круговерть восстаний, альянсов, узурпаций, реставраций, семейной вражды, торжественных обетов и клятвопреступлений, в ходе которой империя распалась, а Европа приобрела свои современные очертания.

В 842 г. два враждующих внука Карла Великого – Людовик II Немецкий, который правил землями к востоку от Рейна, и Карл II Лысый, который правил Западно-Франкским королевством (Францией), – объединили свои армии в Страсбурге против своего брата Лотаря. Эта встреча была так важна для Карла и Людовика (и они, и их советники, разумеется, говорили по-латыни), что им было мало заключить договор между собой. Каждому из них хотелось, чтобы все присутствующие услышали, в чем они поклялись. Проблема была в том, что простые люди из Западно-Франкского и Восточно-Франкского королевств не понимали друг друга. Народы с западного и восточного берегов Рейна, разделенные по воле Юлия Цезаря, стали к этому времени совсем разными. У Карла и Людовика оставался единственный выход – договориться между собой по-латыни, затем перевести соглашение на языки обоих королевств. В заключение – что было, безусловно, одной из самых удивительных сцен в европейской истории – каждый из них на глазах у всех лично зачитал текст меморандума на языке войска своего брата. Этот договор, названный Страсбургскими клятвами, – золотая жила для историков языка: в одночасье появляется письменный памятник на французском языке, а немецкий приобретает статус языка дипломатического.

[Ruby Ludwig Valentin]

мол так и так Ростов на Дону - протестует!

Фрукты, Гоша - это Римское Право.

[Gosha]

Страсбургские клятвы 842 г.

Спустя год Карл, Людовик и Лотарь, три внука Карла Великого, заключили Верденский договор (843 г.), разделив между собой империю своего деда.
Теперь, при рождении Германии в современном смысле, вновь стал актуален парадокс, описанный Тацитом. Любой видел, где начинаются владения Людовика – конечно же с берегов Рейна, – но никто не знал, где они заканчиваются. По Верденскому договору он просто получил все земли к востоку от Рейна (ultra rhenum omnes). Заканчивались ли эти владения на Эльбе вместе с землями, заселенными германцами? Или они включали регионы за Эльбой, которые признавали заслуги Карла Великого, но так и не были им завоеваны?

[Gosha]

Появление Саксонской династии

В 870 г. Людовик и Карл разделили между собой владения Лотаря, что привело к созданию Западно-Франкского и Восточно-Франкского королевств, которые впоследствии стали Францией и Германией. От государства Лотаря осталось лишь название – Лотарингия – да память о франко-германско-римском государстве, которое напоминало гигантский Люксембург и занимало большую часть нынешней Голландии, Бельгии, Рейнланда, Эльзаса, Швейцарии и Северной Италии, искушая будущих государственных мужей, подобных Наполеону и отцам-основателям ЕС.

Для жителей Восточно-Франкского королевства (далее мы будем называть их германцами) Эльба стала тем, чем был для Цезаря Рейн. Сдерживая докучливых варваров, она служила границей, которую очень хотелось пересечь. Последние представители династии Каролингов (876–911) тратили основные силы на военные кампании на берегах Эльбы, собирая дань со славян и отражая их нападения. Эти земли были такими отсталыми, что славяне часто расплачивались не деньгами, а медом и другими промысловыми товарами.

[Gosha]

В первой половине X в. ситуация в Северной и Восточной Европе была близка к катастрофе. С двух сторон Германию атаковали силы язычников, а пепельные шлейфы из-за роста активности вулканов год за годом уничтожали урожаи. Викинги опустошали побережье Северного моря и дельту Рейна, а кавалерия мадьяр грабила Юго-Восточную Германию.

Людовик Дитя (он же Людовик III, он же Людовик IV, что показывает, как сильна была неразбериха), последний представитель Каролингов, был сломлен такими событиями. Народ отчаянно нуждался в сильном правителе, который будет уделять основное внимание Германии. От влияния и славы мало толку, если представители династии думают только о дележе наследства и не могут забыть о величии Рима.

[Gosha]

В 911 г., после смерти Людовика, представители знати Германии пошли на беспрецедентный для Западной Европы шаг: они отказались от передачи престола по наследству и решили выбрать короля, как делали древние германцы. В результате королем стал Конрад, герцог Франконии, дальний родственник Каролингов по материнской линии.

С этого момента история германского престола представляла собой постоянную борьбу между членами королевской семьи и высшей знатью. Конечно, короли стремились передать трон по наследству своим сыновьям, но, как только очередной монарх становился чересчур сильным или был слишком слабым, местные вельможи возвращались к идее выборов.

[Gosha]

Конрад умер в 918 г., не сумев навязать свою королевскую волю бывшим соратникам.

После смерти Конрада королем был избран Генрих I Птицелов, герцог Саксонии, – он получил свое прозвище из-за страстного увлечения охотой. По преданию, даже новость о том, что ему досталась корона, он узнал, устанавливая ловушки для птиц. Генрих не интересовался Римской империей – его собственное племя обратилось в христианство всего сто лет назад, – но был кровно заинтересован в безопасности восточных границ, на которые посягали славяне.

[Gosha]

Придя к власти, Генрих сосредоточился на внутренних делах: развивал наступательные возможности, укреплял обороноспособность и свой авторитет. Священные реликвии, в первую очередь Копье Судьбы (копье, которое вонзили в тело Иисуса, распятого на кресте), планомерно перемещали в Саксонию. На территории Саксонской Восточной марки один за другим появлялись новые города-крепости – так был построен Мейсен (Майсен). Контроль над землями до берегов Эльбы был восстановлен. Генрих создал мощную тяжелую кавалерию и построил оборонительные укрепления вдоль границ, чтобы дать отпор мадьярам, и в 933 г. разбил их окончательно. Благодаря одержанным победам Генрих добился такого влияния, что заставил родовую знать отказаться от выборов и одобрить передачу престола его сыну Оттону.

Впервые у Германии, ограниченной Рейном, Дунаем и Эльбой, появился собственный король, который не был правителем другой страны и получил престол по наследству. Казалось, она уверенной поступью идет к государственности.

[Gosha]

Серебряный век

Однако, к сожалению, германские короли не могли забыть имперскую славу Карла Великого. В 936 г. Оттон I Великий (под таким именем он вошел в историю) был коронован в Ахене, восседая на каменном троне Карла Великого, хотя и не имел к нему никакого отношения. Этот шаг недвусмысленно свидетельствовал о намерениях нового короля.

Прежде чем думать о Риме, Оттону нужно было решить восточный вопрос. Во время его правления на территории к северу от Альп впервые стали использовать в судебных документах слово «тевтоны», чтобы провести различие между германскими подданными Оттона и славянами. Славяне в ответ ввели в употребление слово «немец» (немой, неспособный говорить на понятном языке) и стали называть так всех германцев. Оно есть во всех славянских языках. Спустя почти тысячу лет после того, как высшие силы повелели Друзу остановиться на Эльбе, эта река по-прежнему разделяла тех, кто ориентировался на Рим, и живущих на другом берегу.

[Gosha]

Вскоре Оттон установил свою власть и за пределами Эльбы, учредив два новых епископства – Хафельсбергское и Бранденбургское. Магдебург, построенный как пограничная крепость на реке (древневерхненем. magado burga – «большой замок»), стал его религиозной, политической и военной столицей. Земли между Эльбой и Одером были поделены на марки – так в средневековой Европе назывались пограничные провинции, лишь частично подчиненные королю, где во главе войск стояли полунезависимые маркграфы. Марки занимали ту территорию, где позднее появится Восточная Германия.

Разгромив мадьяр в битве на реке Лех в 955 г., Оттон обезопасил восточные границы и вознамерился заполучить высшую награду – римскую императорскую корону Карла Великого.
Но на пути к ней стояло препятствие – одержимость средневековой Европы вопросом о легитимности власти, поскольку законный титул служил единственным ограничением главенства силы. Оттону нужно было обосновать свои притязания на императорский престол. Он не состоял в родстве с Карлом Великим, поэтому не мог сослаться на право крови. Он не имел возможности притязать на такую же империю, какой правил Карл Великий, поскольку не контролировал Западно-Франкское королевство (Францию). Так по какому праву он мог бы стать императором? Его придворные и духовные лица выдвинули радикально новую идею, которая затем отдавалась эхом в веках: между германской короной и Римской империей существует мистическая глубинная связь. Эта концепция получила название translatio imperii или «перенос империи».

[Gosha]

Оттон стал римским императором в 962 г., и тут же стало ясно, что это повлечет за собой новые проблемы. Папа мог узаконить и восславить власть императора и тем самым помочь объединить огромную территорию, но подразумевалось, что ставленник папства связан ответными обязательствами.

Оттону, который ранее пользовался неограниченной властью в Германии, пришлось провести несколько лет в Италии, поддерживая папу силой оружия, что ослабило его позиции в германских землях. Его сын Оттон II Рыжий был ориентирован на Рим еще сильнее. Он умер рано, в 983 г., передав корону трехлетнему сыну – Оттону III. Пользуясь отсутствием в Германии императора, племена за Эльбой подняли волнение.

Восстание 983 г. занимает такое же место в истории славян, как 9 г. – в истории Германии. Это событие позволило им сохранить свою культуру. Подобно римлянам, которые в 9 г. утратили власть над землями за Рейном, германцы в 983 г. не сумели удержать территории за Эльбой. За несколько десятков лет поляки и некогда грозные мадьяры (ныне венгры) создали независимые христианские государства. Ненамного отстали от них и богемцы (ныне чехи), которые изначально подчинялись полякам. Эти новые королевства уже не платили дань Германии и имели прямые контакты с папой.

[Gosha]

Внезапно Европа стала гораздо обширнее, чем раньше. Германия по-прежнему заканчивалась на Эльбе, где тысячу лет назад остановились Друз и Германик. Однако теперь на востоке она граничила с христианскими государствами и находилась уже не на окраине, а в центре Европы.

Как вписалась в эту новую Европу Германия?
Распространялась ли власть Рима на всю Европу, включая Германию?
Или особые отношения с Римской империей превращали германских правителей в лидеров всей Европы, как считал Оттон I Великий?

[Gosha]

983–1525 Германия - Борьба трех начал

Германская история на протяжении следующих шестисот лет – это борьба между королями, аристократией и Церковью.

Аналогичную картину мы наблюдаем в Англии и во Франции, но в Германии все усложнялось двумя факторами:
а) существовала традиция избирать монарха, а не передавать трон по наследству,
б) каждый король испытывал непреодолимое искушение ощутить себя римским императором.

Талантливый и успешный Конрад II стал родоначальником Салической династии после того, как умер бездетным Генрих II, последний представитель Саксонской династии. Сначала казалось, что новая династия сумеет взять ситуацию под контроль. Сын Конрада Генрих III без труда справился с родовой знатью и четыре раза сажал на папский престол своих ставленников. Король стал первым лицом в государстве.

[Gosha]

Однако в 1056 г. Генрих III совершил грубейшую по средневековым меркам ошибку: он умер, когда его сын был еще совсем мал. Пока Генрих IV подрастал, рычаги влияния были утрачены и империя опять стала распадаться.

Знать плела интриги, славяне за Эльбой повально возвращались к язычеству – они убили своего короля-христианина и осадили Гамбург. В конечном счете Генриху – уже взрослому – удалось восстановить мир на берегах Эльбы и договориться с аристократами, после чего строптивый папа Григорий VII, мастер политических интриг, сделал свой ход.

[Gosha]

Короли, бароны, папа

В трудностях, которые испытывал Генрих IV, Григорий видел шанс освободить папство от диктата германских монархов. Сделки между короной и Церковью начиная с эпохи Каролингов зачастую превращали высших духовных лиц в высокопоставленных слуг императора. Григорий заявил, что лишь папа вправе избирать монархов и благословлять их восшествие на престол. Это привело к конфликту между Церковью и императорами – началась борьба за инвеституру, которая создавала серьезную угрозу для короны. Генрих парировал, что папа – это всего лишь папа и последнее слово всегда остается за германским королем/римским императором. Тогда Григорий пустил в ход главный козырь. Он отлучил Генриха от Церкви и освободил его вассалов от обязательств верности.

Не пользуясь особым влиянием среди аристократии, Генрих был слишком слаб, чтобы противостоять этой угрозе, и в отчаянии предпринял зимнее путешествие, нашедшее отражение в средневековой иконографии. В январе 1077 г. в сопровождении членов семьи и небольшой свиты он пересек заснеженные Альпы, чтобы попасть в Италию. Там германский король и римский император простоял три дня босой, облаченный во власяницу, перед вратами Каносского замка, пока Григорий VII не смягчился и не вернул его в лоно Церкви.