Возрождение ⇐ Средневековье

[Gosha]

С другой стороны, в солдатской жизни были свои плюсы. Именно испанская армия дала нам современное слово «камарад» (товарищ). Camarada у испанцев – это неформальная группа солдат, которые вместе жили, питались и воевали во время кампании. За солдатами следовали жены и дети, а также те, кто обслуживал армию: кухарки, сиделки и проститутки. Связи с местными женщинами были официально запрещены, но на запрет этот никто не обращал внимания, равно как и на запрет на азартные игры. Официально позволялось играть лишь в шахматы, устраивать состязания лучников или метать кольца, причем не на деньги, а на еду. Карты и кости были под запретом. Вино входило в рацион, и опьянение помогало справляться со стрессами войны.

[Gosha]

Война порождала значительные налоги или насильственные займы в оборонных целях, а доходы населения сокращались. Там, где населению приходилось бежать, где мужчин забирали в армию, резко падало сельскохозяйственное производство. С другой стороны, военная экономика создавала новые рабочие места – прямым или косвенным образом. Кто-то уходил в солдаты, а кто-то производил необходимое для армии: производители канатов поставляли фитили для пушек и фитильных замков, сборщики лома продавали свой улов оружейникам. Для строительства и ремонта укреплений требовалось дерево. Возчики и пекари (в том числе и женщины) обслуживали армии вместо своих обычных покупателей. За десять лет, с 1495 по 1504 год, испанцы потратили на одну лишь войну за Неаполь 2,73 миллиона дукатов. Сколь бы жестокой, мучительной и смертельной ни была война, но она все равно оставалась крупным бизнесом.

[Gosha]

Войны за Новый Свет

Перспективные деловые возможности открывались и в Новом Свете, и в развивающихся иберийских империях. Одним из тех, кто ими воспользовался, был Бартоломео Маркьонни. Он родился во Флоренции в 1450 году, в довольно юном возрасте начал работать в банковской компании и впоследствии стал агентом компании в Лиссабоне, где заслужил значительные привилегии и в 1482 году натурализовался. Как и Колумб и Леонардо да Винчи, он был знаком с картами Паоло даль Поццо Тосканелли. Одну такую карту он показал королю Португалии Альфонсу V. Маркьонни был богатым торговцем.

Его деловые интересы простирались от Фландрии на севере, Англии и Ирландии на западе, Леванта на востоке и до Мадейры на юге. В Португалию он ввозил предметы роскоши из Италии – хрустальные бокалы и книги. Маркьонни занимался также торговлей селитрой, необходимой для изготовления пороха. Серьезные торговые интересы имелись у него в Западной Африке, откуда он ввозил слоновую кость и драгоценные металлы. Он торговал перцем мелегетта («райскими зернами»), ввозил в Европу североафриканские ткани и сахар с Мадейры. Как и другой торговец сахаром, муж Моны Лизы Франческо дель Джокондо, Маркьонни занимался и работорговлей – так в 1478 году он доставил в тосканские порты двух рабынь, Лусу и Маргериту.

[Gosha]

Хотя у Маркьонни не было монополии на африканских рабов (как утверждается в некоторых источниках), работорговлей он занимался очень активно. И занятие это активизировалось после захвата Константинополя и закрытия основных восточных работорговых путей. Маркьонни приобрел исключительную лицензию на работорговлю на значительной части западноафриканского побережья. По некоторым оценкам, с 1486 по 1493 год он ввез в Лиссабон почти половину доставленных сюда рабов – 1648 из 3589. (В тот период Лиссабон был крупнейшим европейским центром торговли африканскими рабами.)

[Gosha]

Доходность работорговли составляла от 20 до 40 процентов от первоначальных вложений. Маркьонни ввозил рабов и из Бразилии, а потом через Лиссабон доставлял их в Валенсию, Севилью (в том числе для флорентийского помощника Колумба, Джанотто Берарди) и генуэзским купцам в Гранаду. Нечистоплотность Маркьонни показывает история девушки Катарины (рабам обычно давали христианские имена). В конце 80-х годов XV века он продал восьмилетнюю девочку еврею по имени Гуэделья Гуоаллит. Ребенка обратили в христианство и впоследствии освободили. К Маркьонни она вернулась свободной служанкой, а он заявил, что никогда ее не продавал и она остается его рабыней. Однако власти с таким утверждением не согласились, и в 1492 году Катарина получила официальное подтверждение своего свободного статуса.

[Gosha]

Маркьонни был среди тех, кто сразу понял коммерческий потенциал открытий Колумба. Возможно, он в числе других финансировал путешествие Америго Веспуччи 1501–1502 годов. Мы точно знаем, что он участвовал в путешествии корабля «Бретоа» в Бразилию в 1511 году, куда экспедиция отправилась за бразильским фернамбуковым деревом, из которого получали красную краску. Когда корабль вернулся в Лиссабон, на его борту было не только дерево, но и тридцать шесть рабов, а также разнообразные животные и птицы – востребованная при европейских дворах экзотика: ягуары, попугаи, макаки и другие обезьяны.

[Gosha]

Маркьонни не ограничился одним лишь новым Западом. Он активно вел торговлю и с Востоком, откуда получал специи: перец, корицу, имбирь, мускатный орех и гвоздику, а также индийское красное дерево – еще один источник природных красителей. Он сыграл важную роль в первых колонизаторских завоеваниях Португалии в Восточной Африке и Индии, в том числе участвовал в финансировании второго путешествия Васко да Гамы в 1502 году. Он был не единственным итальянцем, участвовавшим в этом предприятии. Корабль Маркьонни «Святой Винсент» стал частью португальского флота адмирала Триштау да Куньи, который отправился в Индию в 1506 году.

[Gosha]

Разветвленность международных связей Маркьонни доказывает тот факт, что для этого предприятия он сумел привлечь германские инвестиции – получил средства от Вельзеров, одного из главных банкирских семейств германских государств. Впоследствии Вельзеры стали правителями Венесуэлы. Автор недавно вышедшей книги о Маркьонни называет его «типичным купцом Ренессанса», и это справедливо: Маркьонни добился огромного личного успеха, но его интересы не были уникальны для итальянских купцов.

[Gosha]

У Христофора Колумба, как и у Бартоломео Маркьонни, были деловые интересы на Мадейре: он бывал там по делам, связанным с торговлей сахаром и другими интересами генуэзской семьи Чентурионе. Хотя нам плохо известны детали ранней жизни Колумба, но мы знаем, что он бывал и в генуэзской колонии на острове Хиос в Восточном Средиземноморье. Кроме того, он вполне правдоподобно утверждал, что бывал в португальском торговом поселении Сау-Жорже да Минья в Западной Африке.

[Gosha]

В первых экипажах кораблей Колумба были венецианцы – и из самой Венеции, и из ее греческих колоний. После того как в 1499 году монополия Колумба на трансатлантические путешествия закончилась, Америго Веспуччи присоединился к следующей экспедиции в Атлантику, организованной по приказу испанских монархов Фердинанда и Изабеллы.

[Gosha]

Веспуччи не был особо богат, но у него были прекрасные связи, в том числе с семейством Медичи (через своего наставника) и Сандро Боттичелли (семья Веспуччи заказывала ему картины). Немало говорили о Симонетте Веспуччи, жене дальнего родственника Америго и любовнице брата Лоренцо Великолепного, Джулиано. Сам Америго был простым клерком в банке Медичи. В 1492 году в возрасте тридцати восьми лет он отправился решать какие-то банковские проблемы в Кадис, расположенный на юго-западном побережье Испании. С Колумбом его связывает фигура Джаннотто Берарди, флорентийского работорговца, которого Веспуччи в свое время рекомендовал Медичи в качестве агента банка в Севилье. Берарди участвовал в финансировании первого путешествия Колумба. В Севилье Веспуччи встретился и с другими итальянскими купцами, преимущественно генуэзцами. Генуэзцы составляли самую крупную и активную общину иностранных купцов в Севилье.

[Gosha]

История работорговли создает серьезный контекст деятельности первых итальянских (и, в частности, генуэзских) путешественников. Генуя давно порабощала людей в бассейне Черного моря и доставляла рабов в Италию, где они становились слугами, ремесленниками и трудились в сельском хозяйстве. Законы того времени были суровы и жестоки. Не все признавали папские буллы, запрещавшие делать христиан рабами. Потенциал работорговли на Эспаньоле (так называлась первая колония Колумба в Карибском море) стал очевиден сразу же.
В 1495 году сподвижник Колумба Торрес привез в Испанию пятьсот рабов из Америки.

[Gosha]

Канонический закон (международно признаваемый закон Церкви) признавал три повода порабощения. Рабами можно было сделать тех, кто попал в плен в результате справедливой войны (отличное оправдание для работорговцев, которые могли поклясться, что рабы были захвачены в ходе войны). Рабами могли быть те, кто нарушил так называемый «естественный закон»: каннибалы (рассказы о каннибализме в Новом Свете более связаны с экономическими причинами, чем с реальностью) и содомиты, то есть все, кто демонстрировал девиантное сексуальное поведение (вообще-то это относилось к значительной части населения Флоренции).

[Gosha]

Порабощение дозволялось, когда человека ожидала худшая альтернатива (например, человеческое жертвоприношение). Эти законы не были чистым лицемерием. Напротив, порой они исполнялись довольно решительно. Выступление Церкви против несправедливого порабощения в 1488 году привело к освобождению сотен людей, ставших рабами во время захвата Испанией Канарских островов. Таким образом, для всех, кто надеялся погреть руки на работорговле, были страшно выгодны рассказы о военных конфликтах, каннибализме и сексуальных отклонениях (в том числе инцест, под которым в церковной доктрине понимались отношения не только с кровными родственниками, но и браки с родственниками по линии мужа или жены) в Новом Свете. Рассказы итальянцев об обитателях Нового Света написаны под явным влиянием первых описаний Колумба, который подчеркивал и девиантное поведение, и поразительную невинность коренных народов, которая делала их прекрасным объектом для обращения в христианство.

[Gosha]

Конкретная роль Веспуччи во время его первого путешествия неясна, но у него был хороший опыт в торговле жемчугом, что могло привлечь организаторов. Впрочем, в отношении жемчуга предприятие успехом не увенчалось. Зато удалось захватить немало рабов. На корабле было двести пленников, из которых по пути в Европу умерло тридцать два.

[Gosha]

Веспуччи и сам был рабовладельцем. В завещании, написанном в 1511 году (за год до смерти), он перечислил в качестве собственности четырех женщин и одного мужчину. Две женщины происходили из Западной Африки, одна – с Канарских островов (у нее было двое детей). Мы не можем с точностью утверждать, что это были дети Веспуччи, но сексуальная эксплуатация рабынь в то время была обычным делом.

[Gosha]

Экспедиции в Новый Свет шли одна за другой. Постепенно Колумбу и Веспуччи стало ясно, что они открыли не просто острова, расположенные к востоку от побережья известного мира, но совершенно новый материк. Первоначально считалось, что это Азия, но в 1513 году первые выходы европейцев в Тихий океан дали основания для сомнений, которые окончательно разрешились после первого кругосветного путешествия в 1522 году. В этом путешествии португальца Фернана де Магальяэша (более известного под именем Фернана Магеллана) сопровождал Антонио Пигафетта из Виченцы. Он стал одним из восемнадцати выживших участников кругосветного плавания. Пигафетта все подробно описывал – плавание, новые народы, их обычаи, земли и пищу.

[Gosha]

Он очень ярко описывал лишения, которые пришлось пережить морякам:
«В течение трех месяцев и двадцати дней мы были предоставлены Тихому океану, нигде и ни разу нам не удалось существенно пополнить запасы провизии или взять на борт что-нибудь свежее. Мы ели только старые сухари, кишевшие червями и превратившиеся в крошево после их старательной и прожорливой деятельности. Пили тухлую желтую воду. Кроме того, мы ели воловью кожу, очень жесткую, так как солнце, дождь и ветер ее окончательно продубили. Поэтому мы клали ее на четыре-пять дней в соленую воду для размягчения, затем – на короткое время в раскаленную золу и уж потом делили между собой. Крысы считались исключительным лакомством. За полдуката их перекупали и перепродавали. Самое большое несчастье – нас постигла болезнь, при которой десны распухали до такой степени, что закрывали зубы как верхней, так и нижней челюсти, и люди, пораженные этой болезнью, не могли принимать никакой пищи. Девятнадцать человек из нас умерли».

[Gosha]

Были опубликованы два рассказа о путешествиях Веспуччи, хотя мы не можем утверждать, что он был их автором (или единственным автором. Как минимум эти истории подверглись серьезной редактуре, а одна из них (известная как «Письмо Содерини») вообще могла являться переработкой опубликованных ранее историй путешествий Колумба. В любом случае книга Веспуччи Mundus Novus («Новый Свет») пользовалась большим успехом и в период с 1504 по 1506 год выдержала двадцать три издания. Значимость этого и других текстов о Новом Свете заключается больше в рекламе нового континента, чем в точности описаний. С самого начала авторы этих рассказов подчеркивали распространенность каннибализма в Новом Свете: в аугсбургском издании книги Веспуччи 1505 года имелись даже гравюры с изображением этого ужасного обычая. В 1507 году германский космограф Мартин Вальдземюллер и его соавтор Матиас Рингман издали карту, на которой новый континент был назван «Америкой» – по имени человека, которого позже они называли «прозорливым гением». Однако в таком определении крылось немало противоречий.

[Gosha]

С карты 1513 года Вальдзеемюллер название «Америка» убрал, подтвердив главную роль Колумба. Себастьян Кэбот указывал, что его отец пересек Атлантику до Веспуччи. Джон Кэбот – еще один итальянский путешественник на иностранной службе (Кэбот служил Англии). Он родился в середине XV века. Точное место его рождения неизвестно. Кэбот был гражданином Венеции, но поступил на службу к королю Генриху VII.

[Gosha]

В последние годы XV века при поддержке лондонских итальянцев и папского представителя (что было важно для сбора средств) он совершил три путешествия. Кэбота поддерживали флорентийские банкиры Барди, тесно связанные с Медичи. Позже Барди и Кавальканти поставляли английскому королевскому двору разнообразные товары, от роскошных тканей до оружия. У Кэбота могли быть связи с Адриано Кастеллези (отсутствующим епископом Херефорда, секретарем Александра VI и будущим кардиналом). Заместитель Кастеллези, Джованни Антонио де Карбонарис, представил Кэбота Генриху VII и сам принял участие в плавании Кэбота 1498 года.

[Gosha]

Как известно, Кэбот высадился на побережье Северной Америки, по-видимому, близ мыса Бонависта, мыса Деграт или мыса Болд на острове Ньюфаундленд. Ему удалось обнаружить удобные места для рыболовства, на что надеялись рыбаки Бристоля. Итальянцы всегда играли ключевую роль в первых трансатлантических путешествиях и их финансировании.

[Gosha]

Как только потенциал эксплуатации новых земель и народов стал очевиден, к предприятию присоединились другие итальянцы. Себастьян Кэбот, который, по-видимому, сопровождал отца в путешествии на северо-запад, впоследствии перешел на службу Испании и участвовал в переговорах по разделению испанских и португальских колоний.

[Gosha]

В 1524 году Джованни да Верраццано возглавил французскую экспедицию, целью которой были поиски западного пути в Азию. Эта экспедиция открыла территорию современного штата Мэн на восточном побережье Северной Америки. Другие итальянцы устремились на восток. В 1511 году португальцы захватили Мелаку (Малакку), где ныне располагается Малайзия. В те времена эти территории принадлежали китайской династии Мин.

[Gosha]

Португальцы успешно использовали нежелание Китая заниматься морскими путешествиями и исследованиями. В Малакку устремились итальянцы, среди которых был флорентиец Джованни да Эмполи. Из Азии он вернулся с «великими богатствами и великой честью». На родину он привез жемчуг, алмазы, рубины и сапфиры.