Лучшие стихи и тексты песен

Из к/ф "Генералы песчаных карьеров"
Жангада уходит в море (Марш рыбаков)
Слова народные, дополнение Доривала Каимми
Музыка Доривала Каимми

Minha jangada vai sair pro mar
Vou trabalhar, meu bem-querer
Se Deus quiser quando eu voltar do mar
um peixe bom eu vou trazer
Meus companheiros também vão voltar
E a Deus do céu vamos agradecer

A estrela d'alva me acompanha
iluminando o meu caminho
Eu sei que nunca estou sozinho
pois tem alguém que esta pensando em mim.
A estrela d'alva me acompanha
iluminando o meu caminho

Eu sei que nunca estou sozinho
pois tem alguém que esta pensando em mim.
Minha jangada vai sair pro mar
Vou trabalhar, meu bem-querer
Se Deus quiser quando eu voltar do mar
um peixe bom eu vou trazer

Meus companheiros também vão voltar
E a Deus do céu vamos agradecer
A estrela d'alva me acompanha
iluminando o meu caminho
Eu sei que nunca estou sozinho
pois tem alguém que esta pensando em mim.

Поэтический перевод (автор неизвестен):

Моя жангада уплывает вдаль.
Судьба моя, ты так трудна!
Я верю — скроется на дне печаль,
Но я боюсь — всплывёт со дна.
И об одном прошу, о боже мой —
Пусть будут все мои друзья со мной.

Солнце всходит и заходит
(Песня волжских босяков, записанная Максимом Горьким. Из пьесы «На дне»)

Солнце всходит и заходит,
А в тюрьме моей темно.
Дни и ночи часовые
Стерегут моё окно.

Как хотите, стерегите,
Я и так не убегу.
Мне и хочется на волю —
Цепь порвать я не могу.

Эх вы, цепи, мои цепи,
Вы, железны сторожа,
Не порвать мне, не разбить вас
Без булатного ножа.

Иван Никитин , 1858 г.

Ехал из ярмарки ухарь-купец

Ехал из ярмарки ухарь-купец,
Ухарь-купец, удалой молодец.
Стал он на двор лошадей покормить,
Вздумал деревню гульбой удивить.
В красной рубашке, кудряв и румян,
Вышел на улицу весел и пьян.

Собрал он девок-красавиц в кружок,
Выхватил с звонкой казной кошелек.
Потчует старых и малых вином:
«Пей-пропивай! Поживём — наживём!..»
Морщатся девки, до донышка пьют,
Шутят, и пляшут, и песни поют.

Ухарь-купец подпевает-свистит,
Оземь ногой молодецки стучит.
Синее небо, и сумрак, и тишь.
Смотрится в воду зелёный камыш.
Полосы света по речке лежат.
В золоте тучки над лесом горят.

Девичья пляска при зорьке видна,
Девичья песня за речкой слышна,
По лугу льётся, по чаще лесной…
Там услыхал её сторож седой;
Белый как лунь, он под дубом стоит,
Дуб не шелохнется, сторож молчит.

К девке стыдливой купец пристаёт,
Обнял, целует и руки ей жмёт.
Рвётся красотка за девичий круг:
Совестно ей от родных и подруг,
Смотрят подруги — их зависть берёт.
Вот, мол, упрямице счастье идёт.

Девкин отец своё дело смекнул,
Локтем жену торопливо толкнул.
Сед он, и рваная шапка на нём,
Глазом мигнул — и пропал за углом.
Девкина мать расторопна-смела.
С вкрадчивой речью к купцу подошла:

«Полно, касатик, отстань — не балуй!
Девки моей не позорь — не целуй!»
Ухарь-купец позвенел серебром:
«Нет, так не надо… другую найдём!..»
Вырвалась девка, хотела бежать.
Мать ей велела на месте стоять.

Звёздная ночь и ясна и тепла.
Девичья песня давно замерла.
Шепчет нахмуренный лес над водой,
Ветром шатает камыш молодой.
Синяя туча над лесом плывёт,
Тёмную зелень огнём обдаёт.

В крайней избушке не гаснет ночник,
Спит на печи подгулявший старик,
Спит в зипунишке и в старых лаптях,
Рваная шапка комком в головах.
Молится Богу старуха жена,
Плакать бы надо — не плачет она,

Дочь их красавица поздно пришла,
Девичью совесть вином залила.
Что тут за диво! и замуж пойдёт…
То-то, чай, деток на путь наведёт!
Кем ты, люд бедный, на свет порождён?
Кем ты на гибель и срам осуждён?

Дубинушка
Автор слов и мелодии неизвестен, дополнение и обработка Василия Ивановича Богданова и Александра Александровича Ольхина, и, вероятно, Л.Трефолева, 1865-1885 гг.

Много песен слыхал я в родной стороне,
Как их с горя, как с радости пели,
Но одна только песнь в память врезалась мне,
Это - песня рабочей артели:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

За работой толпа, не под силу ей труд,
Ноет грудь, ломит шею и спину...
Но вздохнут бедняки, пот с лица оботрут
И, кряхтя, запевают дубину:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

Англичанин-хитрец, чтоб работе помочь,
Вымышлял за машиной машину;
Ухитрились и мы: чуть пришлося невмочь,
Вспоминаем родную дубину:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

Да, дубинка, в тебя, видно, вера сильна,
Что творят по тебе так поминки,
Где работа дружней и усердней нужна,
Там у нас, знать, нельзя без дубинки:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

Эта песня у нас уж сложилась давно;
Петр с дубинкой ходил на работу,
Чтоб дружней прорубалось в Европу окно, -
И гремело по финскому флоту:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

Прорубили окно... Да, могуч был напор
Бессознательной силы... Все стали
Эту силу ценить и бояться с тех пор...
Наши ж деды одно напевали:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

И от дедов к отцам, от отцов к сыновьям
Эта песня пошла по наследству;
Чуть на лад что нейдет, так к дубинушке там
Прибегаем как к верному средству:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

Эх, когда б эту песню допеть поскорей!
Без дубины чтоб спорилось дело
И при тяжком труде утомленных людей
Монотонно б у нас не гудело:
"Ухни, дубинушка, ухни!
Ухни, берёзова, ухни!
Ух!.."

(вариант В.И. Богданова, 1865)

-----------------------------------------------------------------

... И на Волге-реке, утопая в песке,
Мы ломаем и ноги и спину,
Надрываем мы грудь, и чтоб легче тянуть,
Мы поём про родную дубину.
Ой, дубинушка, ухнем!
Ой, зелёная, сама пойдет!
Сама пойдет!
Подёрнем-подёрнем! Да ухнем!

Но ведь время придёт, и проснётся народ,
Разогнет он избитую спину.
И в родимых лесах на врагов подберёт
Здоровее и крепче дубину.

(фрагмент добавления А.А. Ольхина)

--------------------------------------------------------

Есть и ещё варианты.

Юлия Друнина

ЗИНКА

Мы легли у разбитой ели.
Ждём, когда же начнёт светлеть.
Под шинелью вдвоём теплее
На продрогшей, гнилой земле.

— Знаешь, Юлька, я — против грусти,
Но сегодня она не в счёт.
Дома, в яблочном захолустье,
Мама, мамка моя живёт.

У тебя есть друзья, любимый,
У меня — лишь она одна.
Пахнет в хате квашнёй и дымом,
За порогом бурлит весна.

Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждет…
Знаешь, Юлька, я — против грусти,
Но сегодня она не в счёт.

Отогрелись мы еле-еле.
Вдруг приказ: «Выступать вперёд!»
Снова рядом, в сырой шинели
Светлокосый солдат идёт.

С каждым днем становилось горше.
Шли без митингов и знамён.
В окруженье попал под Оршей
Наш потрёпанный батальон.

Зинка нас повела в атаку.
Мы пробились по чёрной ржи,
По воронкам и буеракам
Через смертные рубежи.

Мы не ждали посмертной славы.-
Мы хотели со славой жить.
…Почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит?

Её тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав…
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах.

— Знаешь, Зинка, я против грусти,
Но сегодня она не в счёт.
Где-то, в яблочном захолустье,
Мама, мамка твоя живет.

У меня есть друзья, любимый,
У неё ты была одна.
Пахнет в хате квашнёй и дымом,
За порогом стоит весна.

И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла.
…Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала?!

(Памяти Зинаиды Александровны Самсоновой, Героя Советского Союза)

Должно понравиться Надежде

....................

Представляемъ Вамъ, почтенные, батальный романсъ неизвѣстнаго автора, коiй въ разныя времена исполняли такие маститые мэтры, какъ мосье Пичугинъ и Ватага, Егорiй Лѣтній и его ансамбль "Деревянный макинтошъ", и даже Сержъ Троицкiй по прозвищу "Мизгирь" со своимъ оркестромъ "Ржа металлическихъ конструкцiй". Сей романсъ повѣствуетъ слушателю о загадочныхъ перипетiяхъ второй отечественной войны и трагической судьбѣ нѣмецкаго лётчика, сбитого нѣкимъ инкогнито въ одномъ изъ воздушныхъ боёвъ.

..................................

Я бѣгу по скошенной травѣ,
Краги оправляя на ходу.
Мой бипланъ, какъ демонъ ада,
Воспаритъ надъ эспланадой
Курсомъ на Вечернюю звѣзду.

Лицезрѣя сизый небосклонъ,
Шлю я Вамъ съ небесъ земной поклонъ…
Умертвили Фердинанда,
И Вильгельмъ даётъ команду -
Эмпиреи бороздитъ тевтонъ.

На землѣ я сотворю пожаръ,
Днесь я душегубъ, а не Икаръ.
Выгибаюсь изъ кабины
И мечу на землю мины…
Ощущаю въ корпусѣ ударъ!

Чу, полетъ срывается пикѣ.
Не могу держать штурвалъ въ рукѣ.
Стало жарко афедрону!
И, подобно Фаэтону,
Мой бипланъ низвергнулся въ лескѣ.

Вылѣзъ изъ кабины впопыхахъ.
Марсельеза слышится въ кустахъ.
Лягушатники повсюду,
Наложивъ въ штаны полпуда
Сразу понялъ я, что дѣло - швахъ.

Лишь одно спросилъ, сдаваясь въ плѣнъ:
Кто у васъ стрѣляетъ столь très bien?
Отвѣчалъ одинъ картавый
Въ золотомъ пенсне съ оправой:
Въ Васъ попалъ поручикъ Ле Сицьенъ.

Вы солгать изволили, mon cher,
Суть вы – содомитъ и лицемѣръ,
Видѣлъ флагъ я желто-черный,
Слышалъ зычный матъ задорный…
Сбилъ меня россiйскiй офицеръ.

Гдѣ-то тамъ вдали родной Берлинъ.
Дома ждутъ меня жена и сынъ.
Мой бипланъ поникъ крыламъ
Надъ эльзасскими полями.
Мнѣ небесныхъ не достичь вершинъ.

.......................
Источник: http://slavanthro.mybb3.ru/loc.php?url= ... 3811069704

Марина Цветаева
Мне нравится, что Вы больны не мной...

Мне нравится, что Вы больны не мной,
Мне нравится, что я больна не Вами,
Что никогда тяжелый шар земной
Не уплывёт под нашими ногами.

Мне нравится, что можно быть смешной,
Распущенной — и не играть словами,
И не краснеть удушливой волной,
Слегка соприкоснувшись рукавами.

Мне нравится ещё, что Вы при мне
Спокойно обнимаете другую,
Не прочите мне в адовом огне
Гореть за то, что я не Вас целую.

Что имя нежное мое, мой нежный, не
Упоминаете ни днем ни ночью — всуе…
Что никогда в церковной тишине
Не пропоют над нами: аллилуйя!

Спасибо Вам и сердцем и рукой
За то, что Вы меня — не зная сами! —
Так любите: за мой ночной покой,
За редкость встреч закатными часами,

За наши негулянья под луной,
За солнце не у нас над головами,
За то, что Вы больны — увы! — не мной,
За то, что я больна — увы! — не Вами.

1915 г.

Песня о нашествии крымских татар на Русь в 1572 году

Авторы слов и музыки неизвестны

А не силная туча затучилася,
а не силнии громы грянули:
куде едет собака крымской царь?

А ко силнему царству Московскому:
«А нынечи мы поедем к каменной Москве,
а назад мы поидем, Резань возмем».

А как будут оне у Оки-реки,
а тут оне станут белы шатры роставливать.
«А думайте вы думу с цела ума:

кому у нас сидеть в каменной Москве,
а кому у нас во Володимере,
а кому у нас сидеть в Суздале,

а кому у нас держать Резань Старая,
а кому у нас в Звенигороде,
а кому у нас сидеть в Новегороде?»

Выходить Диви-Мурза сын Уланович:
«А еси государь наш, крымской царь!
А табе, государь, у нас сидеть в каменной Москве,
А сыну твоему в Володимере,

а племнику твоему в Суздале,
а сродичю в Звенигороде,
а боярину конюшему держать Резань Старая,

а меня, государь, пожалуй Новым городом:
у меня лежат там свет-добры-дни батюшко,
Диви-Мурза сын Уланович».

Прокличет с небес господен глас:
«Ино еси, собака, крымской царь!
То ли тобе царство не сведомо?

А еще есть на Москве Семьдесят апостолов
опришенно Трех святителей,
еще есть на Москве православной царь!»

Побежал еси, собака, крымской царь,
не путем еси, не дорогою,
не по знамени, не по черному!

Отправлено спустя 1 минуту 48 секунд:
(Конец Листа 29)

А.Лексей: 19 мар 2026, 07:11 Однако, зануда

Это констатация факта.

Песня 1670-х гг.
РАЗИН ВИДИТ СОН

Ой, не вечор-то ли, не вечор
Мне малым-мало спалось,
Ой, мне малым-мало спалось,
Во сне виделося:

Ой, будто конь мой вороной
Разыгрался подо мной,
Ой, разыгрался, расплясался
Под удалым добрым молодцом.

Ой, налетали ветры да буйны
Со восточной стороны,
Ой, сорывали-то черну шапку
С моей буйной головы.

Ой, отрывался лук звончатый
Со могучего плеча,
Ой, рассыпались калёные стрелы
Как по матушке сырой земле.

Ой, да и кто бы мне этот да сон,
Разгадал его бы он?
Ой, есаулушка был догадливый,
Есаул тот сон всё рассуживал:

«Степанушка ты наш, Тимофеевич,
По прозванью Разин-сын!
Сопадала у тебя с головы черна шапка —
Пропадёт твоя буйна головушка;

Отрывался, ой ли, лук звончатый
То мне, есаулушке, ой ли, быть повешену;
Ой, рассыпались калёные стрелы
То казаки наши, ой ли, все разбойнички,
Они во побег пойдут».

2.Из песенников начала XX века:
СОН СТЕНЬКИ РАЗИНА

Ой, не вечор-то ли, не вечор,
Мне малым-мало спалось.
Ой, мне малым-мало спалось,
Во сне виделося.

Ой, мне малым-мало спалось,
Во сне виделося:
Ой, будто конь мой вороной
Разыгрался подо мной.

Ой, будто конь мой вороной
Разыгрался подо мной,
Ой, разыгрался, расплясался
Под удалым молодцом.

Ой, налетали ветры буйны
Со восточной стороны,
Ой, сорывали чёрну шапку
С моей буйной головы.

Ой, сорывали чёрну шапку
С моей буйной головы.
Ой, отрывался лук звончатый
Со могучего плеча.

Ой, рассыпались калёные стрелы
По сырой мати-земле.

Ой, есаул догадлив был,
Он сумел сон разгадать.
Ой, есаулушка догадлив был,
Он сумел сон разгадать:

«Ой, Тимофеич наш Степан,
По прозванью Разин сын!
Ой, сопадала чёрна шапка
С твоей буйной головы

Ой, пропадёт, да пропадёт
Твоя буйна голова.
Ой, пропадёт, да пропадёт,
Твоя буйна голова.

Ой, отрывался лук звончатый:
Это мне казнёну быть.
Ой, рассыпались калёные стрелы:
То казаки твои,
Ой, да и все-то, все они
Во побеги побегут».

3.Современная версия: (в обработке Жанны Бичевской)
СОН СТЕНЬКИ РАЗИНА

Ой, то не вечер, да не вечер,
Мне малым-мало спалось,
Мне малым-мало спалось,
Ой, да во сне привиделось.

Мне во сне привиделось,
Будто конь мой вороной
Разыгрался, расплясался
Ой, да разрезвился подо мной.

Налетали ветры злые
Да с восточной стороны,
И сорвали чёрну шапку
С моей буйной головы.

А есаул догадлив был,
Он сумел сон мой разгадать:
Ой, пропадёт, он говорит,
Твоя буйна голова.

Ой, то не вечер, да не вечер,
Мне малым-мало спалось,
Мне малым-мало спалось,
Ой, да во сне привиделось.

Из фильма "Не бойся: я с тобой!"

Слова Алексея Дидурова
Музыка Полада Бюль-Бюль оглы
Поёт ...

Песня Сан Саныча (Урок борьбы)
(полностью)

Добром и словом другу помоги,
И лишь когда грозят ему враги,
Ты можешь силу духа и руки
Вложить в свой гнев, удары и броски.

Своё непревзойденное оружие
С тобой соединим и победим!

Насилье точит сталь,
Но сталь его не вечна,
А ты душою крепче стали стань!
Когда чиста душа,
А цели человечны,
Рука крошит отточенную сталь!

Гордится зло могуществом своим
И тем, что большинство смирилось с ним,
Но разве мы с тобой себе простим,
Когда мы злу урока не дадим?!

Своё непревзойденное оружие
Для подвига готовь и береги!

Насилье точит сталь,
Но сталь его не вечна,
А ты душою крепче стали стань!
Когда чиста душа,
А цели человечны,
Рука крошит отточенную сталь!

Всегда и всюду жертву защити,
Поверженного в схватке пощади.
Достиг победы - снова к ней иди:
Важнее прошлой та, что впереди.

Своё непревзойденное оружие
Носи в своей груди и пой в пути!

Насилье точит сталь,
Но сталь его не вечна,
А ты душою крепче стали стань!
Когда чиста душа,
А цели человечны,
Рука крошит отточенную сталь!

Из фильма "Не бойся: я с тобой!"

Слова Алексея Дидурова
Музыка Полада Бюль-Бюль оглы
Поёт Полад Бюль-Бюль оглы

На краю жизни
(полностью)

Итак, стою у жизни на краю,
Но лик её и в этот миг прекрасен!
И если ты со мной, мой друг, согласен,
Бессмертью жизни
Жизнь отдай свою!

Как жили мы, борясь,
И смерти не боясь,
Так и отныне жить тебе и мне -
В небесной вышине
И в горной тишине,
В морской волне
И в яростном огне,
И в яростном, и в яростном огне.

А если ждут нас годы впереди [вариант: Пути и годы ждут нас впереди]
И в час беды не смолкнет песня эта, [вариант: И никогда не смолкнет песня эта,]
Пусть будет много в ней тепла и света!
До края жизни
С песнею дойди!

Как жили мы, борясь,
И смерти не боясь,
Так и отныне жить тебе и мне -
В небесной вышине
И в горной тишине,
В морской волне
И в яростном огне,
И в яростном, и в яростном огне.

Любовь, надежду, веру, новый путь
Не может зло отнять у нас с тобою.
Так счастье жить то радостью, то болью,
И смерть сама не в силах зачеркнуть!

Как жили мы, борясь,
И смерти не боясь,
Так и отныне жить тебе и мне -
В небесной вышине
И в горной тишине,
В морской волне
И в яростном огне,
И в яростном, и в яростном огне.

Нам все дано: поступок, мысль и речь,
И только это в нашем мире властно,
Украсить жизнь, [вариант: Что значит - жизнь!]
чтоб жизнь была прекрасна,
Своею жизнью
Жизнь увековечь!

Как жили мы, борясь,
И смерти не боясь,
Так и отныне жить тебе и мне -
В небесной вышине
И в горной тишине,
В морской волне
И в яростном огне,
И в яростном, и в яростном огне.

Из фильма "Не бойся: я с тобой!"

Слова Алексея Дидурова
Музыка Полада Бюль-Бюль оглы
Поёт Полад Бюль-Бюль оглы

Новорожденный огонь
(полностью)

Вот человек рождается на свет:
Рождается еще одна мечта.
Но лишь одна судьба - то плач, то смех,
Ещё одна любовь и красота.

И не было похожего вовек,
И больше уж не будет никогда -
Рождается на свете человек,
Рождается ещё одна мечта!

Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру.
Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру,
Он к утру не погаснет на ветру.

Вот человек рождается на свет,
И в мире прибавляется тепла.
Но если вдруг тепла на свете нет -
Сжигает человек себя дотла.

Не прервала бы только кровь свой бег,
Живому сердцу только б не остыть!
Рождается на свете человек
Расти, рождать и самому растить.

Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру.
Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру,
Он к утру не погаснет на ветру.

Вот человек рождается на свет,
Он продолжает жизни торжество.
И первый крик его - простой ответ
Всем ста смертям, нацеленным в него!

Ни злу, ни смерти в мире воли нет!
В нём ночь хозяйка только до утра.
Рождается на свете человек -
Земной творец и жизни и добра!

Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру
Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру,
Он к утру не погаснет на ветру.

Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру
Спрячу в ладонь новорожденный огонь,
Он к утру не погаснет на ветру,
Он к утру не погаснет на ветру.

Константин Симонов

Убей фашиста!

Если дорог тебе твой дом,
Где ты русским выкормлен был,
Под бревенчатым потолком,
Где ты, в люльке качаясь, плыл;

Если дороги в доме том
Тебе стены, печь и углы,
Дедом, прадедом и отцом
В нем исхоженные полы;

Если мил тебе бедный сад
С майским цветом, с жужжаньем пчёл
И под липой сто лет назад
В землю вкопанный дедом стол;

Если ты не хочешь, чтоб пол
В твоем доме фашист топтал,
Чтоб он сел за дедовский стол
И деревья в саду сломал…

Если мать тебе дорога —
Тебя выкормившая грудь,
Где давно уже нет молока,
Только можно щекой прильнуть;

Если вынести нету сил,
Чтоб фашист, к ней постоем став,
По щекам морщинистым бил,
Косы на руку намотав;

Чтобы те же руки ее,
Что несли тебя в колыбель,
Мыли гаду его белье
И стелили ему постель…

Если ты отца не забыл,
Что качал тебя на руках,
Что хорошим солдатом был
И пропал в карпатских снегах,

Что погиб за Волгу, за Дон,
За отчизны твоей судьбу;
Если ты не хочешь, чтоб он
Перевертывался в гробу,

Чтоб солдатский портрет в крестах
Взял фашист и на пол сорвал
И у матери на глазах
На лицо ему наступал…

Если ты не хочешь отдать
Ту, с которой вдвоем ходил,
Ту, что долго поцеловать
Ты не смел, — так ее любил, —

Чтоб фашисты ее живьем
Взяли силой, зажав в углу,
И распяли ее втроем,
Обнаженную, на полу;

Чтоб досталось трем этим псам
В стонах, в ненависти, в крови
Все, что свято берег ты сам
Всею силой мужской любви…

Если ты фашисту с ружьем
Не желаешь навек отдать
Дом, где жил ты, жену и мать,
Все, что родиной мы зовем, —

Знай: никто ее не спасет,
Если ты ее не спасешь;
Знай: никто его не убьет,
Если ты его не убьешь.

И пока его не убил,
Помолчи о своей любви,
Край, где рос ты, и дом, где жил,
Своей родиной не зови.

Пусть фашиста убил твой брат,
Пусть фашиста убил сосед, —
Это брат и сосед твой мстят,
А тебе оправданья нет.

За чужой спиной не сидят,
Из чужой винтовки не мстят.
Раз фашиста убил твой брат, —
Это он, а не ты солдат.

Так убей фашиста, чтоб он,
А не ты на земле лежал,
Не в твоем дому чтобы стон,
А в его по мертвым стоял.

Так хотел он, его вина, —
Пусть горит его дом, а не твой,
И пускай не твоя жена,
А его пусть будет вдовой.

Пусть исплачется не твоя,
А его родившая мать,
Не твоя, а его семья
Понапрасну пусть будет ждать.

Так убей же хоть одного!
Так убей же его скорей!
Сколько раз увидишь его,
Столько раз его и убей!

(1942 г.)

Отправлено спустя 39 секунд:
(Конец Листа 30)

Алексей Константинович Толстой
Колокольчики мои…

Колокольчики мои,
Цветики степные!
Что глядите на меня,
Темно-голубые?

И о чем звените вы
В день веселый мая,
Средь некошеной травы
Головой качая?

Конь несет меня стрелой
На поле открытом;
Он вас топчет под собой,
Бьет своим копытом.

Колокольчики мои,
Цветики степные!
Не кляните вы меня,
Темно-голубые!

Я бы рад вас не топтать,
Рад промчаться мимо,
Но уздой не удержать
Бег неукротимый!

Я лечу, лечу стрелой,
Только пыль взметаю;
Конь несет меня лихой, —
А куда? не знаю!

Он ученым ездоком
Не воспитан в холе,
Он с буранами знаком,
Вырос в чистом поле;

И не блещет как огонь
Твой чепрак узорный,
Конь мой, конь, славянский конь,
Дикий, непокорный!

Есть нам, конь, с тобой простор!
Мир забывши тесный,
Мы летим во весь опор
К цели неизвестной.

Чем окончится наш бег?
Радостью ль? кручиной?
Знать не может человек —
Знает бог единый!

Упаду ль на солончак
Умирать от зною?
Или злой киргиз-кайсак,
С бритой головою,

Молча свой натянет лук,
Лежа под травою,
И меня догонит вдруг
Медною стрелою?

Иль влетим мы в светлый град
Со кремлем престольным?
Чудно улицы гудят
Гулом колокольным,

И на площади народ,
В шумном ожиданье,
Видит: с запада идет
Светлое посланье.

В кунтушах и в чекменях,
С чубами, с усами,
Гости едут на конях,
Машут булавами,

Подбочась, за строем строй
Чинно выступает,
Рукава их за спиной
Ветер раздувает.

И хозяин на крыльцо
Вышел величавый;
Его светлое лицо
Блещет новой славой;

Всех его исполнил вид
И любви и страха,
На челе его горит
Шапка Мономаха.

«Хлеб да соль! И в добрый час! —
Говорит державный, —
Долго, дети, ждал я вас
В город православный!»

И они ему в ответ:
«Наша кровь едина,
И в тебе мы с давних лет
Чаем господина!»

Громче звон колоколов,
Гусли раздаются,
Гости сели вкруг столов,
Мед и брага льются,

Шум летит на дальний юг
К турке и к венгерцу —
И ковшей славянских звук
Немцам не по сердцу!

Гой вы, цветики мои,
Цветики степные!
Что глядите на меня,
Темно-голубые?

И о чем грустите вы
В день веселый мая,
Средь некошеной травы
Головой качая?

Александр Сергеевич Пушкин

Птичка божия

Птичка божия не знает
Ни заботы, ни труда;
Хлопотливо не свивает
Долговечного гнезда;

В долгу ночь на ветке дремлет;
Солнце красное взойдет:
Птичка гласу бога внемлет,
Встрепенется и поет.

За весной, красой природы,
Лето знойное пройдет —
И туман и непогоды
Осень поздняя несет:

Людям скучно, людям горе;
Птичка в дальные страны,
В теплый край, за сине море
Улетает до весны.

Иван Саввич Никитин

Дедушка

Лысый, с белой бородою,
Дедушка сидит.
Чашка с хлебом и водою
Перед ним стоит.

Бел как лунь, на лбу морщины,
С испитым лицом.
Много видел он кручины
На веку своем.

Всё прошло; пропала сила,
Притупился взгляд;
Смерть в могилу уложила
Деток и внучат.

С ним в избушке закоптелой
Кот один живёт.
Стар и он, и спит день целый,
С печки не спрыгнёт.

Старику немного надо:
Лапти сплесть да сбыть —
Вот и сыт. Его отрада —
В божий храм ходить.

К стенке, около порога,
Станет там, кряхтя,
И за скорби славит бога,
Божее дитя.

Рад он жить, не прочь в могилу —
В тёмный уголок.
Где ты черпал эту силу,
Бедный мужичок?

1857 г.

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, ЖИЗНЬ!
Стихи К. Ваншенкина
Музыка Э. Колмановского

Я люблю тебя, Жизнь,
Что само по себе и не ново.
Я люблю тебя, Жизнь,
Я люблю тебя снова и снова.

Вот уж окна зажглись,
Я шагаю с работы устало,
Я люблю тебя, Жизнь,
И хочу, чтобы лучше ты стала.

Мне немало дано -
Ширь земли и равнина морская,
Мне известна давно
Бескорыстная дружба мужская.

В звоне каждого дня,
Как я счастлив, что нет мне покоя!
Есть любовь у меня,
Жизнь, ты знаешь, что это такое.

Как поют соловьи,
Полумрак, поцелуй на рассвете.
И вершина любви -
Это чудо великое - дети!

Вновь мы с ними пройдем,
Детство, юность, вокзалы, причалы.
Будут внуки потом,
Всё опять повторится сначала.

Ах, как годы летят,
Мы грустим, седину замечая,
Жизнь, ты помнишь солдат,
Что погибли, тебя защищая?

Так ликуй и вершись
В трубных звуках весеннего гимна!
Я люблю тебя, Жизнь,
И надеюсь, что это взаимно!

1956 г.

Некрасовъ

Из поэмы "Кому на Руси жить хорошо"

ПИР НА ВЕСЬ МИР
1. ГОРЬКОЕ ВРЕМЯ - ГОРЬКИЕ ПЕСНИ

"Кушай тюрю, Яша!
Молочка-то нет!"
- "Где ж коровка наша?"
- "Увели, мой свет."
Барин для приплоду
Взял ее домой!"
Славно жить народу
На Руси святой!

"Где же наши куры?"-
Девчонки орут.
"Не орите, дуры!
Съел их земский суд;
Взял еще подводу
Да сулил постой..."
Славно жить народу
На Руси святой!

Разломило спину,
А квашня не ждет!
Баба Катерину
Вспомнила - ревет:
В дворне больше году
Дочка... нет родной!
Славно жить народу
На Руси святой!

Чуть из ребятишек,
Глядь - и нет детей:
Царь возьмет мальчишек,
Барин - дочерей!
Одному уроду
Вековать с семьей.
Славно жить народу
На Руси святой!

Кушай тюрю, Яша,
Да послушай вот,
Как коровку нашу
Вывели в расход.

Говорят, зараза
Страшная у ней,
Лучше резать сразу –
Так оно верней.

Править ей здоровье –
Пользы ни на грош,
Проще поголовье
Всё пустить под нож.

Лишь бы агрохолдинг
Не понёс разор,
По подворьям ходит
Санэпиднадзор:

И диагноз страшен,
И анализ взят…
Вдруг бурёнки ваши
Барских заразят?

Молока литрушку
Покупай да пей,
А свою пеструшку,
Не греши, забей!

Вот такою кашей
Кормит нас буржуй…
Кушай тюрю, Яша,
Хрен без соли жуй.

20.03.2026
#Андрей_Шигин

А.Лексей: 11 апр 2026, 11:06 Славно жить народу
На Руси святой

Надо признать, что подобное описание российской действительности началось с радищевского «Путеше́ствия из Петербу́рга в Москву́» ... Вот Николай Бердяев писал:г

Когда Радищев в своём «Путешествии из Петербурга в Москву» написал слова: «Я взглянул окрест меня — душа моя страданиями человечества уязвлена стала», — русская интеллигенция родилась

А " наше всё" Александр Пушкин писал :

«Путешествие в Москву», причина его несчастия и славы, есть, как уже мы сказали, очень посредственное произведение, не говоря даже о варварском слоге. Сетования на несчастное состояние народа, на насилие вельмож и проч. преувеличены и пошлы. Порывы чувствительности, жеманной и надутой, иногда чрезвычайно смешны. Мы бы могли подтвердить суждение наше множеством выписок. Но читателю стоит открыть его книгу наудачу, чтоб удостовериться в истине нами сказанного

Летят перелётные птицы

Слова - Михаил Исаковский,
Музыка - Матвей Блантер.

Летят перелётные птицы
В осенней дали голубой.
Летят они в жаркие страны,
А я остаюся с тобой.

А я остаюся с тобою,
Родная навеки страна.
Не нужен мне берег турецкий,
И Африка мне не нужна.

Не нужен мне берег турецкий
И Африка мне не нужна.

Немало я стран перевидел,
Шагая с винтовкой в руке.
Но не было большей печали,
Чем жить от тебя вдалеке.

Немало я дум передумал
С друзьями в далеком краю,
Но не было большего долга,
Чем выполнить волю твою.

Но не было большего долга,
Чем выполнить волю твою

Пускай утопал я в болотах,
Пускай замерзал я на льду,
Но если ты скажешь мне слово,
Я снова все это пройду.

Надежды свои и желанья
Связал я навеки с тобой,
С твоею суровой и ясной,
С твоею завидной судьбой.

С твоею суровой и ясной,
С твоею завидной судьбой.

Летят перелетные птицы
Ушедшее лето искать.
Летят они в жаркие страны,
А я не хочу улетать.

А я остаюся с тобою,
Родная моя сторона!
Не нужно мне солнце чужое,
Чужая земля не нужна.

Не нужно мне солнце чужое,
Чужая земля не нужна!

Владимир Высоцкий
БАЛЛАДА О БОРЬБЕ

Средь оплывших свечей и вечерних молитв,
Средь военных трофеев и мирных костров
Жили книжные дети, не знавшие битв,
Изнывая от мелких своих катастроф.

Детям вечно досаден
Их возраст и быт —
И дрались мы до ссадин,
До смертных обид,
Но одежды латали
Нам матери в срок,
Мы же книги глотали,
Пьянея от строк.

Липли волосы нам на вспотевшие лбы,
И сосало под ложечкой сладко от фраз,
И кружил наши головы запах борьбы,
Со страниц, пожелтевших слетая на нас.

И пытались постичь
Мы, не знавшие войн,
За воинственный клич
Принимавшие вой, —
Тайну слова «приказ»,
Назначенье границ,
Смысл атаки и лязг
Боевых колесниц.

А в кипящих котлах прежних боен и смут
Столько пищи для маленьких наших мозгов!
Мы на роли предателей, трусов, иуд
В детских играх своих назначали врагов.

И злодея следам
Не давали остыть,
И прекраснейших дам
Обещали любить;
И, друзей успокоив
И ближних любя,
Мы на роли героев
Вводили себя.

Только в грёзы нельзя насовсем убежать:
Краткий век у забав — столько боли вокруг!
Попытайся ладони у мёртвых разжать
И оружье принять из натруженных рук.

Испытай, завладев
Ещё тёплым мечом
И доспехи надев, —
Что почём, что почём!
Разберись, кто ты: трус
Иль избранник судьбы,
И попробуй на вкус
Настоящей борьбы.

И когда рядом рухнет израненный друг
И над первой потерей ты взвоешь, скорбя,
И когда ты без кожи останешься вдруг
Оттого, что убили его — не тебя, —

Ты поймёшь, что узнал,
Отличил, отыскал
По оскалу забрал —
Это смерти оскал!
Ложь и зло — погляди,
Как их лица грубы,
И всегда позади
Вороньё и гробы!

Если мяса с ножа
Ты не ел ни куска,
Если руки сложа
Наблюдал свысока,
И в борьбу не вступил
С подлецом, с палачом, —
Значит, в жизни ты был
Ни при чём, ни при чём!

Если путь прорубая отцовским мечом,
Ты солёные слёзы на ус намотал,
Если в жарком бою испытал что почём, —
Значит, нужные книги ты в детстве читал!

1975 г.

Лучшие стихи и тексты песен - Страница 13

Лучшие стихи и тексты песен ⇐ Цивилизация поэзии