СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945Вторая мировая война

1939 — 1945
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 14:25
Закорецкий: 11 июн 2021, 19:25 Вот он и тужится изо всех сил показать ("доказать") свою офигенную якобы правоту.
Придравшись к неглавному моменту. В "сути".
Параллельно отработать второй закон любого антирезуниста - любыми способами уводить обсуждение в сторонние дебри.
Вот одна иллюстрация:
Кадук: 12 июн 2021, 07:01 Закорецкий, в осколочно- фугасных снарядах и минах используется либо сталистый чугун, либо высокоуглеродистая сталь.

Вопрос - в чем разница?
камрад знает, что это никакого отношения не имеет к теме: Суть стратегии войны 1941- 1945 , но выбран путь троллинга, флейма и флуда...
И этой же цели, вероятно, служит копипаст многотомника Истории Великой Отечественной войны... Вообще-то, это впрямую противоречит п. 3.9 Правил Форума, но пока копипаст не пересекается.
Как и бред о керосине к выплавке чугуна.
А что бы стартопик не выдумывал и не лгал нужно указать где он тупо лжет.
Это еще не все.
Там еще перлы думаю есть.
Пусть пока за один ответит.
Или Вы считаете, что лгущий на мелочах не способен на это в целом?
Так Резун на этом несколько книг написал.
Это не троллинг, а мокание носом в говно(ложь) 😂😂😂
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Реклама
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 14:36 Это не троллинг, а мокание носом в говно(ложь) 😂😂😂
Можно, конечно, троллинг называть и моканием, но он не перестаёт быть троллингом.
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Lew
Всего сообщений: 2919
Зарегистрирован: 21.04.2019
Образование: высшее естественно-научное
Политические взгляды: пофигистические
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Lew »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 15:29 Можно, конечно, троллинг называть и моканием, но он не перестаёт быть троллингом.
троллинг это когда человек выдает бессодержательные посты исключительно с целью провокации других форумчан к излишней писанине, чем обычно занимаетесь вы.

А когда человек указывает на неточности, глупости и явную ложь, содержащуюся в чьих-то постах, и затем обосновывает свои замечания, то это называется конструктивная критика
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 15:29
Кадук: 12 июн 2021, 14:36 Это не троллинг, а мокание носом в говно(ложь) 😂😂😂
Можно, конечно, троллинг называть и моканием, но он не перестаёт быть троллингом.
Чем сейчас на двух ветках вы и пытаетесь заниматься.
По теме есть что сказать?
Я так и думал.
А прихвостни тому кто называет себя Закорецкий несомненно нужны.
Помогают страничку перевернуть.
А там может и забудется. 😉😂😂
Ничего, я напомню.
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 16:23 По теме есть что сказать?
Я так и думал.
Что от вас, что от вашего помощника Lew по теме я ещё ничего не увидел.
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Foxhound
Всего сообщений: 682
Зарегистрирован: 20.07.2019
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Foxhound »

В августе 1939 г. бои у реки Халхин-Гол, представлявшие собой самую настоящую войну Японии против Советского Союза и Монгольской Народной Республики, достигли наивысшего напряжения. Эта война требовала сил и внимания Советского государства, тем более что опасность ее дальнейшего расширения отнюдь не была исключена. Об этом свидетельствовал тот факт, что после разгрома японских войск у Халхин-Гола правительство Японии отказалось заключить соглашение с СССР и МНР о ликвидации конфликта и стало подтягивать новые соединения к советским границам. Рассчитывая на нападение Германии на Советский Союз с запада, правительство Японии приняло решение напасть на него с востока. Таким образом, СССР мог оказаться в трудном положении войны на два фронта. Нападение Германии и Японии на СССР было бы в том или ином виде поддержано реакционными правящими кругами США. Англии и Франции, стремившимися осуществить свои планы создания единого антисоветского фронта.
Во втором случае, принимая германское предложение, Советский Союз получал выигрыш во времени, который был ему крайне необходим для укрепления своей обороны, а главное, устранял возможность создания единого антисоветского фронта империалистических держав. Интересы сохранения первою в мире социалистического государства — Отечества международного пролетариата — перед лицом враждебного ему капиталистического окружения требовали, чтобы выбор был сделан в пользу второго варианта. При этом Советский Союз уже не мог оказать помощь Польше, правительство которой столь категорически ее отвергло. Единственное, что еще можно было сделать,— это спасти от германского вторжения Западную Украину и Западную Белоруссию, а также Прибалтику. Советское правительство и добилось от Германии обязательства не переступать линию рек Писса, Нарев, Буг, Висла, Сан. Таким образом, как сообщала «Правда», «германское Правительство и Правительство СССР установили демаркационную линию между германской и советской армиями, которая проходит по реке Писса до ее впадения в реку Нарев, далее по реке Нарев до ее впадения в реку Буг, далее по реке Буг до ее впадения в реку Висла, далее по реке Висла до впадения в нее реки Сан и дальше по реке Сан до ее истоков»2.
Советско-германский договор о ненападении был подписан в Москве 23 августа 1939 г. сроком на десять лет. Это был дальновидный и мудрый шаг советской внешней политики в создавшейся тогда обстановке, хотя он и явился вынужденным. Н. С. Хрущев в марте 1960 г. следующим образом характеризовал события того времени: «Франция, Англия хотели тогда направить удар Германии против Советского Союза и прямо указали путь — пусть гитлеровская Германия берет Украину, Белоруссию, пусть идут до Урала. Все попытки правительства Советского Союза договориться с правительствами Англии и Франции не дали никаких результатов... Гитлер это заметил, ион послал Риббентропа в Москву к Сталину. Тогда был подписан договор о ненападении между Советским Союзом и Германией. Вы что думаете, разве Сталин не видел агрессивных шагов Гитлера? Он видел их и понимал серьезную угрозу новой мировой войны. Он видел, что Англия и Франция толкают Гитлера против Советского Союза. Но у него в тех условиях не было иного выхода»3, кроме как согласиться на этот договор.
1 Wellgeschichte der Gegenwart in Dokumenten. В. Ill, S. 161.
2 «Правда», 23 сентября 1939 г.
3 «Правда», 27 марта 1960 г.
176
Заключение советско-германского договора сорвало все планы правящих кругов западных держав, направленные на то, чтобы разрешить за счет СССР внутренние противоречия империалистической системы. Эти планы вырабатывались годами, и политика западных держав была направлена на их реализацию. Поэтому не удивительно, что заключение договора между СССР и Германией задело за живое реак-ционеров-мюнхенцев, ибо рухнули самые сокровенные их надежды на взаимное ослабление опаснейшего капиталистического конкурента и ненавистной страны социализма, которую они охотно бы уничтожили. Вот почему nponaiандистский аппарат США, Англии и Франции принялся изливать потоки лжи и клеветы по поводу подписания договора.
Буржуазная историография до сего времени не может решиться на беспристрастную историческую оценку советско-германского договора. Во-первых, она не хочет признать того бесспорного факта, что этот договор был для СССР вынужденным шагом, предпринятым уже после того, как для него окончательно выяснилась совершенная невозможность достигнуть сохлашения с Англией и Францией о совместной обороне против гитлеровской агрессии и полная безнадежность подобных переговоров с ними. Во-вторых, реакционные историки и публицисты умышленно закрывают глаза на характер того договора, который они пытаются дискредитировать, они замалчивают сущность того акта, о котором пишут. Ведь это был договор о ненападении, об отказе от агрессии, иначе говоря — о мире между двумя государствами. Договор обеспечивал на какой-то срок мир в значительной части Европы. Таково было существо советско-германского договора. Но как раз это-то и оказалось неприемлемым для мюнхенцев, стремившихся возможно скорее ввергнуть Восточную Европу в огонь войны. Буржуазный историк Шерер отмечает, что «при внимательном рассмотрении германо-советский пакт был всего лишь естественным ответом на ту политику попустительства (агрессии.— Ред.) на Востоке, которую английское и французское правительства стали проводить сразу же после Мюнхена»1. Выбор, сделанный Советским Союзом, во многом предопределил благоприятный для СССР и всех свободолюбивых народов исход второй мировой войны.
Реакционные круги принялись утверждать, что Советский Союз, подписывая договор с Германией, будто бы изменил свою внешнюю политику и отказался от коллективных мер борьбы с фашистской агрессией. На деле же внешнеполитический курс Коммунистической партии и правительства СССР оставался неизменным. Этот курс был направлен на то, чтобы в интересах сохранения мира расколоть антисоветский фронт, создание которого наметилось в Мюнхене, и подготовить условия для образования могучего союза народов и правительств против гитлеровской Германии. Глубокую оценку значению договора дал М. Торез, писавший, что советско-германское соглашение «прорывало фронт капиталистических государств, угрожавших Советскому Союзу. Оно привело в дальнейшем к изоляции фашистских государств. Оно подготовило создание коалиции демократических государств, к которой Советский Союз до этого тщетно призывал, чтобы избежать катастрофы»2.
Благодаря советско-германскому договору произошли серьезные изменения в международной обстановке, положительное влияние которых сказалось в дни Великой Отечественной войны.
В исключительно трудной обстановке лета 1939 г. советская внешняя политика расстроила коварные планы международной реакции и повернула ход событий в более благоприятную для СССР и всех свободолюбивых народов сторону.
Японская военщина пережила горькое разочарование, потерпев поражение на Халхин-Голе. Это оказало сдерживающее влияние на ее последующую политику в
1 A. S с h е г е г. Le probleme des «mams libres a l'Est». «Revue d'Histoire de la deuxieme
guerre mondiale» Octobre 1958, p. 24.
2 M. Торез. Сын народа. M , Изд-во иностранной литературы, 1950, стр. 129.
12 История Великой Отечественной войны, т. 1 \~j~J
отношении СССР. Особенно большое впечатление на правящие круги Японии произвело превосходство СССР в области военной техники, обнаружившееся в боях у Халхин-Гола. Заключение советско-германского договора явилось дополнительным фактором, способствовавшим ликвидации советско-японского конфликта. 15 сентября 1939 г. состоялось подписание соглашения между СССР, МНР и Японией о ликвидации конфликта у реки Халхин-Гол. Японская военщина выразила свое крайнее недовольство советско-германским договором. 25 августа японское правительство заявило германскому правительству, что оно «рассматривает недавно заключенный пакт о ненападении между германским правительством и правительством Союза Советских Социалистических Республик как противоречащий секретному договору, приложенному к антикоминтерновскому пакту»1. Об ухудшении японо-германских отношений правительство Японии через своего посла в Вашингтоне Хориноуци 26 августа информировало государственного секретаря США. При этом посол заявил, что правительству Японии придется изменить некоторые конкретные аспекты внешней политики ближайшего времени2. Изменения эти оказались настолько серьезными, что правительство Японии ушло в отставку.
Гитлеровские главари, подписав договор, не собирались соблюдать его длительное время. Он был им нужен до тех пор, пока они считали себя не готовыми к войне с СССР. Поэтому заключение договора о ненападении не должно было ослабить бдительности и боевой готовности советского народа и его Вооруженных Сил.
Развитие событий наглядно показало, как трудно предотвратить войну, назревшую в недрах империалистической системы. В. И. Ленин в ноябре 1917 г. говорил: «Кто думал, что мира достигнуть легко, что стоит только лишь заикнуться о мире,и буржуазия поднесет его нам на тарелочке, тот совсем наивный человек»3.
4. Международное коммунистическое и рабочее движение в борьбе против фашизма и угрозы новой мировой войны
Наступление реакции в 30-х годах привело к тому, что в некоторых капиталистических странах была ликвидирована парламентская система и установлен террористический фашистский режим. Усилились фашистские тенденции в политике правящих кругов так называемых буржуазно-демократических стран.
Агрессивная политика фашистских государств и пособничество им со стороны правящих кругов Англии, Франции и США создали тревожную международную обстановку. Растущая угроза войны вела к размежеванию сил на мировой арене на два лагеря: лагерь войны и лагерь мира. Центром сил, выступавших за войну, был германский фашизм, являвшийся ударным отрядом мировой империалистической реакции. Центром сил, боровшихся против фашизма и войны, в защиту жизненных интересов народов, выступал Советский Союз, вокруг которого сплачивалось все прогрессивное человечество. Успехи социалистического строительства в СССР оказывали большое воздействие на мировое рабочее и демократическое движение. «С победой социализма СССР стал великой государственно-политической, экономической и культурной силой, воздействующей на мировую политику, стал центром притяжения и сплочения всех народов, стран и даже государств, заинтересованных в сохранении
1 ЦГАОР, ф. 7867, оп. 2, д. 271, л. 578.
2 См. Peace and War. United States Foreign Policy 1931-1941, p. 481.
3 В. И. Л е ни и. Соч., т. 26, стр. 310.
178
международного мира, стал оплотом трудящихся всех стран против угрозы войны, могучим орудием сплочения трудящихся всего мира против мировой реакции»1.
Большую роль в сплочении прогрессивных сил против фашизма и войны сыграли решения VII Всемирного конгресса Коммунистического Интернационала, состоявшегося в Москве в июле — августе 1935 г.
Анализ международной обстановки и тактики Коммунистического Интернационала был дан в докладах Г. Димитрова и Эрколи (Пальмиро Тольятти). Подчеркнув рост угрозы фашизма во всех капиталистических странах, конгресс предостерег от недооценки фашистской опасности и отверг распространявшиеся лидерами социал-демократии взгляды о фатальной неизбежности победы фашизма, которые порождали пассивность, сеяли неверие в силы рабочего класса и ослабляли его борьбу против реакции. «Рабочий класс может помешать победе фашизма, если он добьется осуществления единства своей борьбы и, своевременно развертывая свои боевые действия, не даст фашизму окрепнуть, если он сумеет при правильном революционном руководстве сплотить вокруг себя широкие слои трудящихся города и деревни»2.
В соответствии с этим VII конгресс Коминтерна указал, что «осуществление единого фронта борьбы рабочего класса представляет на нынешнем историческом этапе главную, ближайшую задачу международного рабочего движения»3. Речь шла о том, чтобы сплотить в едином фронте рабочих разных политических убеждений против общего врага — фашизма.
Кроме того, решения VII конгресса Коминтерна обязывали коммунистические партии бороться за создание антифашистского Народного фронта и разработать его программы, защищающие интересы всех трудящихся — рабочих, крестьян, кустарей и интеллигенции. VII конгресс поставил вопрос о создании правительств пролетарского единого фронта или антифашистского Народного фронта, способных бороться с фашизмом и реакцией, осуществлять решительные меры против контрреволюционных магнатов капитала и их фашистских агентов.
Большое внимание конгресс уделил борьбе за единство профсоюзов. К VII конгрессу Коминтерна единства в профсоюзном движении не было. Это значительно ослабляло рабочий класс. Необходимо было сплотить рабочих различных профсоюзов, что позволило бы поднять миллионы еще не организованных трудящихся против фашизма и реакции. Конгресс решительно высказался за «восстановление единства профсоюзов в каждой стране и в международном масштабе, за единые классовые профсоюзы как один из важнейших оплотов рабочего класса против наступления капитала и фашизма...»4.
В соответствии с решениями VII конгресса Коминтерна большая часть профессиональных организаций, входивших в Профинтерн, объединилась с профсоюзами, руководимыми социалистами. Этим в капиталистических странах был достигнут определенный прогресс в сплочении профсоюзов, которые стали более мощной силой в борьбе против реакции.
Обобщая опыт национально-освободительного движения в колониальных и зависимых странах, конгресс отметил, что важнейшая задача коммунистов в этих странах «состоит в работе по созданию антиимпериалистического Народного фронта»5.
VII конгресс Коминтерна указал на необходимость вести систематическую идеологическую борьбу против фашизма. Некоторые коммунистические партии пренебрежительно относились к борьбе с фашистской идеологией. Отметив, что главная и наиболее опасная форма фашистской идеологии — шовинизм, конгресс требовал от
1 Из резолюции VII Всемирного конгресса Коминтерна «Победа социализма в СССР и ее
всемирно-историческое значение». См. Резолюции VII Всемирного конгресса Коммунистического
Интернационала. М., Партиздат, 1935, стр. 41.
2 Г а м же, стр. 11.
3 Т а м же, стр. 13.
4 Т а м же, стр. 18.
5 Т а м же, стр. 22.
12* ' 179
компартий разоблачать перед массами фашистскую буржуазию, которая «под предлогом защиты общенациональных интересов осуществляет свою корыстную классовую политику угнетения и эксплуатации собственного народа, как и ограбления и порабощения других народов»1. Коммунисты должны разъяснять, что единственным подлинным борцом за национальную свободу и независимость народов является рабочий класс.
Конгресс отметил, что переход буржуазии к фашистским методам господства непосредственно связан с подготовкой империалистами новой мировой войны, а натиск фашизма неотделим от вползания капиталистического мира в эту войну. Главными поджигателями войны, подчеркивал конгресс, являются немецкие фашисты, стремящиеся к гегемонии германского империализма в Европе и добивающиеся изменения европейских границ посредством силы, за счет других стран.
Особое внимание конгресс обратил на то, что одной из важных задач рабочего класса и трудящихся всех стран является защита Советского Союза, страны социализма. В случае контрреволюционной войны против СССР коммунистические партии должны призвать трудящихся «всеми средствами и любой ценой содействовать победе Красной Армии над армиями империалистов»2.
На основе глубокого анализа развития Советского Союза в решениях конгресса показано международное значение успехов социалистического строительства в СССР. Победа социализма знаменовала собой новый крупнейший сдвиг в соотношении классовых сил в мировом масштабе в пользу социализма и в ущерб капитализму.
Решения VII конгресса Коминтерна придали коммунистическим партиям новые силы в борьбе против фашизма и войны, за единый рабочий и Народный антифашистский фронт. Они способствовали дальнейшему подъему движения народов против фашизма и реакции.
В борьбе за единство трудящихся против фашизма и угрозы империалистической войны активное участие принимала молодежь. В конце сентября 1935 г. в Москве состоялся VI конгресс Коммунистического Интернационала молодежи, наметивший задачи комсомольских организаций в борьбе за единство рабочей молодежи, за объединение всех нефашистских молодежных организаций, за мир и права молодого поколения3. Конгресс указал на необходимость коренной перестройки работы комсомольских организаций, решительного преодоления сектантства и сплочения всей молодежи в широкий единый фронт против фашизма и войны, в защиту коренных интересов народов.
Решения VII конгресса Коминтерна и VI конгресса КИМ послужили основой для развертывания борьбы за сплочение всех сил рабочего класса.
В январе 1936 г. состоялся VIII съезд Французской коммунистической партии, сыгравший значительную роль в дальнейшем укреплении Народного фронта ьо Франции. Съезд подвел итоги борьбы за Народный фронт и принял специальный манифест «Спасем французский народ», в котором были сформулированы требования, направленные к укреплению и расширению Народного фронта. Вскоре представители компартии, социалистической партии, радикалов и республиканских социалистов приняли программу Народного фронта, цель которой заключалась в сплочении всех прогрессивных сил для борьбы против фашизма, за мир и демократические свободы. Программа требовала: всеобщей амнистии; разоружения и роспуска фашистских лиг; отмены законов и чрезвычайных декретов, ограничивающих свободу мнений; применения и соблюдения прав профсоюзов; национализации военной промышленности и отмены частной торговли оружием; развития международного сотрудничества во всех его формах, включая и сотрудничество в рамках Лиги Наций, для обеспечения коллективной безопасности и неделимости мира; упразднения
1 Резолюции VII Всемирного конгресса Коммунистического Интернационала, стр. 20.
2 Т а м же, стр. 34.
3 См. «Коммунистический Интернационал», 1935, № 28—29, стр. 62.
180
тайной дипломатии; распространения системы пактов, открытых для всех согласно принципам франко-советского договора. В программу были включены и экономические требования, отражавшие интересы трудящихся.
В марте 1936 г. реформистская Всеобщая конфедерация труда и левая Унитарная всеобщая конфедерация труда объединились в единую профсоюзную организацию — Всеобщую конфедерацию труда. Восстановление единства профсоюзов Франции укрепило позиции пролетариата, подняло его авторитет.
На парламентских выборах во Франции, состоявшихся 26 апреля — 3 мая 1936 г., партии антифашистского Народного фронта добились крупной победы, получив 381 место в парламенте. Правые партии получили 237 мест1. Компартия провела в палату 72 депутата вместо 10 на прошлых выборах. Победа Народного фронта имела большое внутреннее и международное значение.
В начале июня 1936 г. было образовано новое правительство во главе с правым социалистом Леоном Блюмом, опиравшееся на партии Народного фронта. В его состав вошли социалисты и радикалы; коммунисты поддерживали это правительство в проведении программы Народного фронта.
Под нажимом рабочего класса правительство Блюма провело законы: о 40-часовой рабочей неделе; о повышении зарплаты; о заключении коллективных договоров, ограничивавших произвол предпринимателей; о двухнедельных оплачиваемых отпусках; об отмене чрезвычайных декретов, направленных против государственных и коммунальных служащих и бывших фронтовиков. Правительство приняло также законы о роспуске фашистских лиг, о национализации военной промышленности и осуществило некоторые меры в интересах мелких торговцев, ремесленников, крестьян. Это было крупное завоевание трудящихся, достигнутое в упорной борьбе против реакции.
Буржуазия стремилась сорвать проведение в жизнь социального законодательства. Правительство Блюма не принимало действенных мер против буржуазии, не пресекало деятельность фашистских лиг. Вместе с английским правительством оно выступило инициатором пресловутой политики «невмешательства» в испанские события, представлявшей собой одну из форм помощи фашистской реакции в борьбе против республиканской Испании. Прямым следствием этой политики явилось усиление фашистской интервенции в Испании.
Внутри страны реакция вскоре перешла в наступление. Выполняя волю «200 семейств», правительство Блюма провозгласило «передышку» в социальном законодательстве, отказавшись, таким образом, от дальнейшего проведения в жизнь программы Народного фронта. Сформированное в июне 1937 г. правительство радикала Шотана фактически игнорировало программу Народного фронта, добиваясь полной ее ликвидации. Пользуясь попустительством властей, активизировали свою деятельность фашисты. Их «распущенные» организации перекрасились и существовали теперь под новыми названиями. В 1937 г. фашистская организация кагуляров, поддерживаемая французским генеральным штабом и крупными монополиями, подготовила государственный переворот. На пост главы государства намечался известный своими реакционными взглядами Петэн. Французские коммунисты помогли разоблачить этот антиреспубликанский заговор. Однако власти не наказали никого из влиятельных организаторов заговора. Правительство усилило курс на блокаду республиканской Испании.
Разоблачая происки реакции,Французская коммунистическая партия вела борьбу за сплочение прогрессивных сил, в защиту коренных интересов народа. В ходе этой борьбы росло ее влияние в политической жизни страны. К 1939 г. компартия насчитывала свыше 300 тыс. членов. С тем большей яростью реакция стремилась ослабить ряды коммунистов, расколоть и ликвидировать Народный фронт.
Несмотря на жестокий террор, борьба против фашизма развертывалась и в Германии. Преодолевая огромные трудности, коммунисты сплачивали передовые
См. «Правда», 6 мая 1936 г.
181
слои трудящихся против фашизма и войны. «КПГ была единственной среди немецких партий, которая не капитулировала перед нацистским террором и бесстрашно продолжала борьбу, разъясняя массам нелегальным путем военные планы нацистов и монополистического капитала и разоблачая социальную демагогию фашистов»1. Германские империалисты, готовя вторую мировую войну, стремились кровавым террором обезглавить рабочее движение в Германии. В застенках гестапо и в концентрационных лагерях со строгой методичностью уничтожалось целое поколение испытанных и закаленных в революционной борьбе партийных работников. За годы фашистской диктатуры состав некоторых руководящих партийных органов в землях менялся десятки раз. Немецкий рабочий класс и его коммунистический авангард потеряли убитыми и замученными в гестаповских застенках тысячи своих ведущих и активнейших функционеров, среди которых многие были профессиональными
В октябре 1935 г. в Брюсселе состоялась конференция Коммунистической партии Германии. Основываясь на решениях VIT конгресса Коминтерна, конференция выработала стратегическую и тактическую линию дальнейшей деятельности партии. Вильгельм Пик, избранный на этой конференции председателем партии вместо заключенного фашистами в тюрьму Эрнста Тельмана, напомнил его слова,что «революционная политика единого фронта является главным звеном пролетарской политики в Германии»3.
Брюссельская партийная конференция разоблачила агрессивные цели германского фашизма, выдвинув в противовес им программу мира. В принятом конференцией манифесте «К трудящемуся немецкому народу» говорилось: «Своей провокационной внешней политикой, направленной в особенности против Советского Союза, правительство Гитлера толкает немецкий народ к новой войне, которая приведет к тяжелому поражению. Все миролюбивые люди во всем мире видят в этом правительстве поджигателя новой мировой войны... Но немецкий народ настоятельно нуждается в установлении взаимопонимания с великой Советской страной. Мы, коммунисты, призываем к борьбе за сохранение мира, против военной политики гитлеровского правительства»4. Брюссельская конференция выдвинула следующую основную задачу партии: восстановление единства действий рабочего класса Германии и создание антифашистского Народного фронта всех трудящихся для борьбы против нацистской диктатуры, за ее свержение.
После Брюссельской конференции коммунисты Германии умножили свои усилия по созданию единого фронта и объединению всех противников гитлеровского режима. К движению немецкого Народного фронта, выдающимися представителями которого были Вильгельм Пик, Вальтер Ульбрихт и другие испытанные вожди рабочего класса, примкнули многие известные деятели немецкой культуры и науки, в частности писатель Генрих Манн. Но все усилия германских коммунистов, направленные на установление единства рабочего класса как важнейшей предпосылки антифашистского Народного фронта, наталкивались на противодействие правления СДПГ, которое, вопреки воле социал-демократических рабочих, участвовавших в отдельных случаях в нелегальной борьбе в Германии, и несмотря на растущую военную опасность, по-прежнему отказывалось от сотрудничества с коммунистической партией.
Тем не менее коммунисты Германии неустанно продолжали бороться за сплочение антифашистских сил и создание Народного фронта. В нескольких местах произошли забастовки, носившие как экономический, так и политический характер.
1 W- Р i e с k. Der neue Weg zum gemeinsamen Kampf fur den Sturz der Hitlerdiktatur.
Berlin, 1955, S. 26.
2 «Einheit», 1948, № 8, S. 721.
3 W. P i e с к. Der neue Weg zum gemeinsamen Kampf fur den Sturz der Hitlerdikta
tur, S. 26.
4 Там же, стр. 175.
182
В мае 1936 г. забастовали рабочие фирмы «Вианово» в Бамберге, объявили стачку текстильщики фирмы «Нихузе унд Дюттинг» в Нордхорне, а 24 июля забастовали рабочие на заводах «Ауто-Унион» в Берлине в районе Шпандау1.
Стачки неоднократно вспыхивали и на строительстве военных объектов. Это вызывало особую тревогу фашистских властей. В документе от 26 сентября 1936 г., составленном разведотделом штаба военно-воздушных сил, говорилось: «Из ряда донесений органов разведки стало известно, что за последнее время усилились происки коммунистов на стройках различных военных сооружений и прежде всего на строительстве объектов для военно-воздушных сил. Это находит свое выражение в отказе от работы, в актах саботажа и угрозах прибегнуть к саботажу, в пении «Интернационала», в возгласах «ХейльМоскау!», высказываниях антигосударственного характера, в письмах, распространении листовок изменнического характера и т. д. В отдельных местах имели место случаи создания нелегальных коммунистических ячеек и попытки установить связь с единомышленниками на соседних строительных участках»2. Из этого делался вывод, что действия коммунистов серьезно мешали подготовке войны.
В ряде районов Германии было установлено единство действий между отдельными группами коммунистов, социал-демократов и католиков. В 1936—1937 гг. в Рейнской области выступали группы коммунистов и католиков, разоблачавшие гитлеровскую военную политику. Но Ватикан решительно противился антифашистской борьбе, понимая мир по-своему. Он не хотел участвовать в движении передового человечества против войны, предпочитая жить в мире с фашизмом.
В конце 1936 г. представители социал-демократов, коммунистов и многие видные деятели культуры приняли «Воззвание к германскому народу»3. В нем разоблачалась фашистская политика подготовки войны и говорилось, что немецкий народ хочет мира. В качестве ближайшей цели воззвание ставило «свержение Гитлера и всех мучителей германского народа». Во Франции был создан комитет по подготовке германского Народного фронта, возглавляемый Генрихом Манном.
С началом итало-германской фашистской интервенции в Испании Коммунистическая партия Германии призвала трудящихся к классовой солидарности с испанскими рабочими и крестьянами. В составе интернациональных бригад героически сражались 5 тыс. немецких антифашистов, из которых 3 тыс. отдали свою жизнь за свободу испанского народа.
В труднейших условиях Компартия Германии организовала издание и распространение нелегальной литературы, в которой разоблачалась антинародная политика фашистов. По данным гестапо, в 1935 г. в Германии было обнаружено тайной полицией 1,6 млн. листовок, изданных коммунистами и социал-демократами, в 1936 г.— также 1,6 млн., в 1937 г.— 927 тыс. листовок4.
Бернская конференция Коммунистической партии Германии в январе 1939 г. отметила, что самоотверженная и мужественная деятельность коммунистов, жертвы, приносимые ими в борьбе против фашистского господства, дают известные результаты. Но эти результаты недостаточны в условиях все более усложняемой гитлеровцами обстановки. Конференция призвала коммунистов, каждого члена партии «постоянно помнить о том, что он является представителем партии, что от его понимания политики партии, от его стойкости и инициативы зависит, как широко и как скоро политика партии станет достоянием масс»5. От коммунистов требовалось раскрывать перед трудящимися выдающееся значение Советского Союза в деле защиты мира. В Берне Коммунистическая партия Германии провозгласила борьбу за спасение
1 См. О. Винцер. 12 лет борьбы против фашизма и войны, стр. 96.
2 Т а м же, стр. 97.
3 См. «Коммунистический Интернационал», 1937, № 1, стр. 97—99.
4 См. G. Weisenborn. Der lautlose Aufstand. Hamburg, 1954, S. 40.
5 Resolution der Berner Konferenz der KPD, Januar 1939. Archiv des Instituts fur Marxismus-
Leninismus beim ZK. der SED. Fond W — 1/18.
183
германской нации. В резолюции конференции говорилось, что если усилия противников гитлеровского режима окажутся недостаточными, чтобы воспрепятствовать развязыванию войны против других народов, то в национальных интересах германского народа следует всеми мерами стремиться к ее быстрейшему окончанию посредством свержения фашистского режима. КПГ еще раз отметила, что объединение всех антифашистов в Народный фронт — это путь к свержению гитлеровской диктатуры. Бернская конференция выработала программу новой демократической республики, в которой указывалось, что рабочий класс, объединенный с крестьянством, средними слоями и интеллигенцией в Народный фронт, будет определять судьбу страны.
Компартия Германии выступила с декларацией, разоблачавшей сущность мюнхенского соглашения и указывавшей на его тягчайшие последствия для немецкого народа. Бернская конференция отмечала, что политика фашистов является предательством национальных интересов немецкого народа, что она, угрожает его существованию, представляя собой величайшую опасность для Германии1.
В связи с заключением советско-германского договора о ненападении ЦК Коммунистической партии Германии опубликовал заявление, подчеркнув в нем, что этот договор служит национальным интересам немецкого народа и что народ обязан бороться за строжайшее его соблюдение. Коммунисты требовали заключения аналогичных договоров со всеми странами, которым угрожала немецко-фашистская агрессия. Одновременно компартия предупреждала, что подписание этого договора германскими империалистами вовсе не означает, что они сняли с повестки дня свои военные планы. «Мир,— заявляла партия,— может быть обеспечен только тогда, когда немецкий народ сам возьмет в руки свою судьбу. Полагайтесь только на свои собственные силы»2.
В многочисленных документах и листовках нелегальной Коммунистической партии Германии отражены беспредельная любовь и доверие передовых трудящихся Германии к Советскому Союзу. Своей последовательной миролюбивой политикой и успехами в строительстве социализма Советский Союз оказывал сильнейшую моральную поддержку всем поборникам мира, всем антифашистам.
Коммунисты разоблачали предательский характер гитлеровской политики, призывали германский народ объединиться, чтобы свергнуть фашистский режим. Однако борьба против фашизма в Германии как накануне, так и в годы войны не стала подлинно массовой. В этом сказались жестокий террор, реакционная политика лидеров германской социал-демократии, срывавших единство рабочего класса, а также влияние растленной фашистской идеолоши.
Коммунистическая партия Чехословакии все предвоенные годы активно выступала против фашизма и опасности войны. VII съезд КПЧ, состоявшийся в 1936 г., определил ясную политическую линию партии, указав, что главной ее задачей является защита республики от угрозы гитлеровской агрессии. Коммунистическая партия Чехословакии, последовательно разоблачая фашистских агрессоров и их пособников, неустанно боролась за создание Народного фронта. Она выступала как единственная подлинно патриотическая сила, призывала народ отстаивать свободу и независимость страны, разъясняла сущность мюнхенской политики, направленной не только против народов Чехословакии, но и против других народов Европы.
После мюнхенской сделки коммунисты развернули борьбу за демократические права народа, против вассальной зависимости Чехословакии от фашистской Германии. В «Письме ко всем членам партии» от 8 октября 1938 г. и в докладе К. Готвальда, сделанном им в постоянном комитете Национального собрания, была выдвинута для послемюнхенского периода задача пресечь происки фашистских элементов внутри страны, стремясь к тому, чтобы «народ Чехословакии в изменившейся ситуации
1 См. Zur Geschichte der deutschen antifaschistischen Widerstandsbewegung 1933—1945, S. 160
2 Walter Ulbricht. Zur Geschichte der Neuesten Zeit. Berlin, 1Э55, S. 322.
184
готовился к выступлению в более благоприятный период дальнейшего неудержимого наступления народов в борьбе за свободу»1.
Разоблачая германский фашизм, коммунистическая партия в то же время выступала за установление дружественных отношений с немецким народом. О глубоком интернационализме чехословацких коммунистов свидетельствует, в частности, листовка Пражской организации компартии, изданная 13 октября 1938 г., после расчленения страны. В листовке разоблачались происки реакционных, сил, направленные на раскол народа, и содержался призыв к коммунистам рассказать народным массам о героизме и самопожертвовании немецких рабочих-коммунистов, социал-демократов и активных демократических деятелей. В ней был выдвинут лозунг: «Оберегать немецких демократов от последствий вражеской пропаганды... Всячески помогать облегчению участи немецких борцов за свободу»2.
После Мюнхена по указке гитлеровцев начались репрессии против коммунистической партии, которая вскоре была запрещена. Партия перешла на нелегальное положение. Создавались законспирированные областные и районные партийные руководства, а первичные организации преобразовывались в нелегальные ячейки 3. В Закарпатье был создан нелегальный местный комитет Коммунистической партии во главе с О. Воржанюком, в Словакии — нелегальное руководство во главе с И. Дюри-шем, Л. Бенада и И. Осога.
В то же время компартия всемерно использовала легальные возможности для укрепления связи с массами. Проведенная реорганизация обеспечила ей возможность приспособить свою работу к новой обстановке, сложившейся в связи с гитлеровской оккупацией страны и разгулом фашистского террора. Коммунистическая партия призывала патриотов к активным действиям против оккупантов. В то время как буржуазия трусливо покорилась захватчикам, одна только коммунистическая партия продолжала вести против них самоотверженную борьбу. 15 марта 1939 г. она объявила решительную войну оккупантам4.
В 1935 г. в Польше была введена новая, фашистская конституция, предусматривавшая сосредоточение всей власти в руках клики пилсудчиков. Фашистский террор в стране против народных масс после этого усилился. Особенно жестокому угнетению подвергались трудящиеся Западной Украины и Западной Белоруссии, которые испытывали двойной гнет — социальный и национальный.
В этих условиях Компартия Польши активизировала борьбу против наступления фашистской реакции, за создание Народного антифашистского фронта.
Руководство КПП неоднократно предлагало лидерам Польской социалистической партии (ППС) и крестьянской партии Стронництво людове установить единство действий для защиты интересов народных масс. В воззвании КПП (октябрь 1936 г.) к «главному Совету ППС, к членам и деятелям ППС, Стронництва людовего, к рабочим, крестьянам, ко всем людям труда, ко всем, кому дорога будущность польского государства, кому дорога независимая Польша», говорилось: «Испытывая глубокую тревогу за судьбу Польши, массы рвутся в бой за свержение обанкротившейся санации, добиваются того, чтобы судьбы страны были переданы в надежные руки, в руки народных масс. Поэтому народные массы всей Польши требуют: роспуска сейма и сената, состоящих из фашистских ставленников; проведения демократических выборов; немедленного разрыва союза с Гитлером и вступления Польши в блок государств, защищающих мир;...освобождения политических заключенных...»5. Воззвание призывало устранить все, что мешает пролетарскому единству: «Объединенными силами всего народа — на борьбу против санации... Чтобы положить конец политике национального предательства, необходимы массовые действия объединенных
1 Prehled dejin Komunisticke strany Ceskoslovenska. These. Praha v i'ijnu, 1957, str. 173.
2 Архив Института истории Компартии Чехословакии, № 1938/20.
3 См. Pfehled dejin Komunisticke strany Ceskoslovenska, str. 174.
4 См. там же, стр. 175—176.
5 КРР w obronie ni-epodlegiosci Polski (Materialy i dokumenty). Warszawa. 1954, s. 427.
185
сил всех ведущих политических партии польского народа — КПП, ППС и Стронництва людовего. Объединенными рядами на совместную борьбу... за свободную и счастливую Польшу»1.
Но лидеры ППС и Стронництва людовего неизменно отклоняли предложения компартии. Вопреки этому народные массы во многих случаях поддерживали боевые лозунги коммунистов. Предвоенные годы в Польше заполнены массовыми стачками рабочих, боевыми выс!уплениями крестьян. В 1936 г. по стране прокатилась мощная волна стачек, усилилось движение за единый антифашистский фронт.
В начале марта 1936 г. в Лодзи вспыхнула стачка текстильщиков, охватившая весь Лодзинский район. Вскоре начались массовые стачки рабочих Кракова. Правительство бросило войска для подавления бастующих, что вызвало взрыв возмущения трудящихся. 23 марта стачка в Кракове стала всеобщей. Во время массовых демонстраций рабочие требовали создания антифашистского народного правительства. Полиция пустила в ход оружие: восемь рабочих было убито, десятки—ранено. Похороны убитых, состоявшиеся 25 марта, превратились в грандиозную демонстрацию протеста против политики буржуазно-помещичьей клики пилсудчиков. Вся трудовая Польша выражала солидарность с краковскими рабочими. Во Львове 25 марта забастовали все предприятия, кроме железнодорожных мастерских. Полиция усилила террор против трудящихся. 16 апреля во Львове состоялись похороны убитого полицией рабочего, на которые собралось свыше 100 тыс. человек. Полиция открыла огонь по демонстрантам: было убито 20 человек, ранено свыше 100. Расстрел демонстрантов во Львове вызвал новую волну протеста трудящихся по всей стране.
Активно выступали против реакции также и крестьяне. Наиболее крупным их выступлением в предвоенные годы явилась стачка в 1937 г., охватившая значительную часть страны. Крестьяне отказывались выполнять государственные повинности, платить налоги, требовали бесплатного наделения землей, предоставления демократических прав, изменения внешней политики Польши, установления дружбы и сотрудничества с СССР.
На восточных окраинах Польши росло национально-освободительное движение украинцев и белорусов, испытывавших не только социальный, но и жестокий национальный гнет. Несмотря на заигрывание пилсудчиков с буржуазно-националистическими партиями в Западной Украине и Западной Белоруссии, вспышки повстанческих выступлений не прекращались.
Коммунисты и другие прогрессивные элементы разоблачали антинациональный характер внешней политики польских правителей — Рыдз-Смиглы, Мосьцицкого, Бека и других, требовали проведения политики, направленной к защите независимости Польши. Эти требования находили горячую поддержку среди широких кругов населения страны, примером чего явились первомайские демонстрации 1938 г., прошедшие в Польше под лозунгами защиты республиканской Испании и Чехословакии, установления дружественных отношений с СССР. В одной Варшаве в демонстрации участвовало около 100 тыс. человек, в Лодзи — 75 тыс. На многих собраниях местных организаций партии Стронництво людове принимались резолюции с требованиями проведения стачки под лозунгами ликвидации фашистского режима, коренного изменения внешней политики и облегчения катастрофического полоячения трудящихся.
Компартия Польши показывала гибельность политики правящей группы санации для судеб мира в Европе и польского народа. Летом 1938 г , когда гитлеровцы готовились при поддержке правительств Англии, Франции и США к захвату Чехословакии, компартия обратилась с пламенным воззванием к трудовому народу Польши, в котором говорилось: «Кровавые санационные тираны, в слепой ненависти к польскому народу, совместно с Гитлером замышляют преступные империалистические планы разбойничьих походов против Чехословацкой республики, Литвы,
КРР w obronie niepodleglosci Polski fMatenaiy i dokumenty), s 427
Латвии и СССР, планы, пагубные для независимого существования Польши». Коммунисты призывали польский народ бороться за мир: «Долой фашистское правительство провокаторов войны! Долой империалистический польско-германский союз! Польский народ не опозорит себя, не станет поработителем чехословацкого народа»1.
В сложной обстановке лета 1938 г. Исполком Коминтерна принял решение о роспуске Коммунистической партии Польши, исходя из выдвинутых против нее обвинений в широком проникновении вражеской агентуры в ряды ее руководящего состава. В заявлении пяти коммунистических партий, опубликованном 19 февраля 1956 г., констатировавшем необоснованность роспуска КПП, говорилось: «Компартия Польши в тяжелых условиях фашистского террора руководила борьбой польских рабочих и крестьян против гнета капиталистов и помещиков, за социальное и национальное освобождение трудящихся. Компартия Польши восприняла и продолжила славные традиции совместной революционной борьбы польского и российского пролетариата, последовательно стояла на позициях пролетарского интернационализма, на позициях тесного сотрудничества с братскими коммунистическими и рабочими партиями, с международным революционным движением»2.
Несмотря на затруднения, последовавшие за роспуском компартии, польские коммунисты продолжали бороться против фашизма и реакции, за независимость страны, за дружбу и сотрудничество с СССР. Они проводили большую агитационно-пропагандистскую работу в массах, разоблачая антинациональную сущность антисоветской политики правящих кругов, требовали коренного поворота во внешней политике страны, отставки реакционного правительства и создания вместо него народно-демократического правительства.
Деятельность многих коммунистов протекала в это нремя в тюрьмах, куда их заточила польская реакция. Во всех местах заключения, где находились коммунисты, были организованы возглавляемые ими тюремные коммуны, проводившие большую политическую работу. Тюремные коммуны принимали декларации, в которых содержались требования союза Польши с СССР как с единственной силой, способной помочь польскому народу в борьбе против угрозы гитлеровской агрессии. Коммуны призывали к образованию правительства национальной обороны и защите родины. Как истые патриоты, коммунисты выражали свою готовность с оружием в руках защищать страну и отдавали на вооружение армии те крохи средств, которыми они располагали.
Польские коммунисты считали необходимым воссоздание партии и ставили этот вопрос перед руководством Коминтерна. По инициативе Исполкома Коминтерна в начале 1939 г. в Париже была создана группа польских коммунистов, подготовлявшая восстановление партии. В состав этой группы входили коммунисты, сражавшиеся в Испании в интернациональной бригаде имени Ярослава Домбровского. Группа издавала журнал, который нелегально доставляла в Польшу, информируя коммунистов о деятельности и указаниях Коминтерна.
16 мая 1939.г. Исполком Коминтерна принял специальное решение о коммунистическом движении в Польше. В этом решении подчеркивалось, что «воссоздание партии является настоятельной задачей текущего момента». Для осуществления этой задачи Коминтерн санкционировал создание Временного руководящего центра Коммунистической партии Польши, который «должен был взять курс на постепенное создание единой централизованной партии, собирая в ее рядах все лучшее, честное, боеспособное, революционное в польском коммунистическом движении, то есть среди пролетариата и крестьянства Польши»3.
В 1936—1937 гг. Компартия Румынии добилась некоторых успехов в создании антифашистского Народного фронта. К антифашистской борьбе, которую вели
1 КРР w obronie niepodlegiosci Polski (Materiaiy i dokumenty), s. 429—431.
2 «Правда», 21 февраля 1956 г.
3 Центральный партийный архив ИМ Л, ф. 495, оп. 18, д. 1280, лл. 44—45.
187
коммунисты, присоединились Фронт земледельцев, Союз венгерских рабочих и крестьян (Мадос) и ряд организаций социал-демократической партии. Народный фронт успешно выступил на частичных выборах 1936 —1937 гг. в областях Мехединца и Хунедоара, где благодаря работе, проводившейся коммунистической партией среди крестьянства, коалиция демократических сил нанесла поражение силам фашизма и реакции.
В этот период пролетариат Румынии принимал участие в международной борьбе против фашизма. Сотни румынских добровольцев-антифашистов сражались в Испании в рядах интернациональных бригад в заи иту молодой Испанской республики. Там были образованы румынские военные части: румынский артиллерийский полк, группа тяжелой артиллерии имени Георгиу-Деж, стрелковая рота «Гривица» и т. д. В боях за республиканскую Испанию пали смертью храбрых многие румынские коммунисты. Румынские добровольцы, которые в 1939 г. перебрались из Испании во Францию, продолжали бороться на стороне французского народа против немецко-фашистекпх оккупантов.
Смелая борьба коммунистов в защиту жизненных интересов народа вызвала ярость господствующих классов, которые предприняли кровавые репрессии протпв самых отважных антифашистских борцов. Дофтана, Жилава, Мпсля и другие тюрьмы были переполнены антифашистами, прежде всего коммунистами, которых буржуазно-помещичий режим приговорил к длительному тюремному заключению. В этих тюрьмах были убиты такие передовые борцы, как Илие Пинтилпе, Янош Гебрак, Андрей Прот и др.
Борьбу за создание антиимпериалистического фронта развернула Коммунистическая партия Китая, поставившая в качестве своей ближайшей задачи добиться ликвидации господства империализма и устранения феодальных пережитков в экономической и политической жизни страны.
В августе 1935 г. ЦИК Китайской Советской Республики и ЦК Коммунистической партии Китая обратились с воззванием к народу страны, в котором говорилось о необходимости объединения всех национальных сил Китая для сопротивления Японии и спасения родины. «Вопросы поставлены ребром,— гласило воззвание,— либо сопротивляться японскому наступлению — и тогда жизнь, либо отказаться от сопротивления внешнему нападению — и тогда смерть»1. Обращение предлагало гоминьдановскому правительству создать единое всекитайское правительство национальной обороны и всекитайскую объединенную антияпонскую армию с основной задачей организации отпора японскому империализму.
Предложения компартии соответствовали национальным интересам Китая. Но гоминьдановское руководство отказалось последовать этому призыву и продолжало свою капитулянтскую политику.
Важное значение для создания антияпонского фронта имел доклад Мао Цзэ-дуна, сделанный на совещании партийного актива северной части провинции Шэньси 27 декабря 1935 г. На основе решений Центрального Комитета Коммунистической партии Китая Мао Цзэ-дун с исчерпывающей полнотой разъяснил возможность создания национального фронта. Он говорил: «Мы находимся накануне великих перемен. Задача партии состоит в том, чтобы, объединив деятельность Красной армии с деятельностью рабочих, крестьян, учащихся, мелкой буржуазии и национальной буржуазии всего Китая, создать единый революционный национальный фронт»2.
В феврале 1937 г. ЦК Китайской коммунистической партии обратился к пленуму ЦИК гоминьдана с предложением: 1) прекратить гражданскую войну; 2) установить свободу слова, собраний, провести всеобщую амнистию политических
1 Борьба за единый национальный антияшшский фронт в Китае. Сборник. М., Партиздат,
1937, стр. 104—105.
2 Мао Цзэ-дун. Избранные произведения. Т. 1. М., Изд-во иностранной литературы,
1952, стр. 275.
188
заключенных; 3) созвать национальный конгресс с участием всех партий и группировок; 4) быстрее завершить подготовку для вооруженной борьбы против Японии; 5) улучшить положение народных масс.
Компартия заявила, что если пленум ЦИК гоминьдана примет эту программу, то коммунисты: прекратят борьбу за свержение нанкинского правительства; преобразуют Советское правительство в Управление Особого района Китайской республики, а китайскую Красную армию — в Национально-революционную армию; прекратят конфискацию помещичьих земель; будут твердо выполнять общую программу единого антияпонского национального фронта.
В сентябре 1937 г. между компартией и гоминьданом было заключено соглашение о едином фронте против японского империализма. Несмотря на коварство и вероломство лидеров гоминьдана во главе с Чан Кай-ши, образование антияпонского фронта имело крупное международное значение.
Борьба против фашизма и войны происходила не только в отдельных странах, но и в международном масштабе. С конца 1935 г. развернулась кампания за созыв Международного конгресса мира. В ее проведении вместе с левыми партиями, профсоюзами и другими организациями принимали участие и буржуазные пацифистские организации. Одним из видных инициаторов движения за созыв Международного конгресса мира был английский пацифист консерватор лорд Сесиль.
В конце июля 1936 г. в Праге состоялась международная конференция представителей движения борьбы за мир в странах Центральной и Юго-Восточной Европы. Конференция вынесла решение создать комитет координации действий в составе представителей Чехословакии, Польши, Югославии и Латвии, а также пригласить к участию в этом комитете другие европейские государства.
Национальные центры движения за мир были созданы в 35 странах. К этому движению примкнули десятки различных политических, культурных, религиозных и пацифистских организаций вплоть до Интернационала христианских профсоюзов. Однако исполком Социалистического рабочего интернационала отказался поддержать это движение.
В начале сентября 1936 г. в Брюсселе состоялся Международный конгресс мира, в работе которого участвовали 4531 делегат и свыше 5 тыс. гостей от 35 различных стран, представлявшие 50 международных и 750 национальных организаций1. Это были люди разных политических убеждений и партийной принадлежности.
В качестве своих программных положений конгресс единогласно утвердил следующее: нерушимость мирных договоров; сокращение вооружений; укрепление Лиги Наций и превращение ее в действительную, мощную силу; коллективная безопасность. В манифесте к народам мира, принятом конгрессом, говорилось: «Мир в опасности, надо его спасти... Нашим единственным врагом будет агрессор, который, нарушая международное право, уничтожил бы всеобщий мир»2. Конгресс создал постоянный международный центр для координирования действий сторонников мира — Генеральный Совет, в котором каждый национальный комитет и каждая национальная организация имели по одному представителю.
После захвата гитлеровцами Австрии почти все коммунистические партии выступили с воззваниями к своим народам. Компартия Германии призывала немецкий народ к единодушной борьбе против преступников из гитлеровской партии — партии войны, требовала немедленного вывода германских войск и фашистских террористических банд из Австрии, предоставления свободы и действительного права на самоопределение австрийскому народу, полной независимости Австрии. Компартия призывала германский народ к борьбе за «собственную свободу», к созданию единого Народного фронта всех трудящихся Германии3.
1 См. «Коммунистический Интернационал», 1936, № 15, стр. 25,
2 «Правда», 8 сентября 1936 г.
3 См. «Коммунистический Интернационал», 1938, № 3, стр. 119.
189
ЦК Компартии Чехословакии, разъясняя, что всякое отступление перед фашизмом приведет к катастрофе, призывал к повышению бдительности, к созданию единого фронта защиты республики и независимости Чехословакии1. Коммунистическая партия возглавляла все патриотические силы страны.
ЦК Французской компартии в своем воззвании указывал, что «порабощение Австрии правительством Берлина — лишь этап в осуществлении широкого захватнического плана Гитлера. Теперь под угрозой Чехословакия — союзница Франции! Хотят раздавить Чехословакию для того, чтобы потом напасть на Францию»2. Воззвание призывало к сотрудничеству всех людей доброй воли, к «единению французского народа, чтобы отстоять свободу, защитить мир и ...безопасность наших очагов»3. На многочисленных массовых собраниях и митингах простые французы выражали свои симпатии австрийскому народу. Всех антифашистов объединяла одна мысль: «Довольно отступать!..»4.
Коммунистическая партия Англии организовала митинги протеста против захвата гитлеровцами Австрии, выпустила воззвание и брошюру генерального секретаря компартии Гарри Поллита «Австрия», которая разошлась в количестве более 100 тыс. экземпляров. По инициативе компартии и других организаций в стране состоялись массовые митинги солидарности с республиканской Испанией.
В США проходили митинги солидарности с австрийским народом, созванные коммунистической партией, американской Лигой защиты мира, Обществом друзей Советского Союза, организациями молодежи. В Вашингтоне демонстранты прошли перед зданием германского посольства с возгласами: «Спасайте Австрию от кровавых рук Гитлера!»5.
Коммунисты решительно выступали против мюнхенской политики правящих кругов Англии, Франции и США в противоположность реакционным лидерам социалистических партий, восхвалявших мюнхенский сговор. Леон Блюм, принадлежавший к тем «социалистам», которые предавали интересы рабочего класса, проливал, по его собственному признанию, слезы радости и испытывал чувство «величайшего облегчения», когда узнал о подписании мюнхенского соглашения6.
Отмечая, что политика уступок захватчикам приближает чудовищный пожар всемирной империалистической войны, Исполком Коминтерна указывал, что есть только один путь к спасению мира — путь решительной борьбы против фашистского агрессора. «Только посредством союза народов, самоотверженно борющихся за дело мира, можно сорвать преступные планы зачинщиков войны. Защитный кордон вооруженных народов, сомкнувшихся с великим советским народом, обречет фашизм на бессилие и ускорит его поражение и его неизбежную гибель». ИККИ призывал к объединению пролетариев всех стран, «дабы заложить фундамент единства народов против фашистской агрессии»7.
Миллионы людей в крупнейших странах мира требовали защиты Чехословакии. В Англии в течение многих дней проходили митинги в защиту чехословацкого народа, выносились гневные резолюции с требованием немедленного отказа от чем-берленовского плана расчленения Чехословакии. Федерация горняков Южного Уэльса приняла 22 сентября 1938 г. резолюцию, призывавшую все общественные организации выступить против предательства по отношению к чехословацкому народу. Лондонский окружной комитет объединенного профсоюза машиностроителей принял резолюцию протеста против политики Чемберлена. Такие же резолюции были
1 См. «Коммунистический Интернационал», 1938, № 3, стр. 118.
2 Т а м же, стр. 120.
3 Там же.
4 Т а м ж е, № 4, стр. 116.
5 См. там же, стр. 118.
6 См. М. Торез. Сын народа, стр. 120.
7 «Коммунистический Интернационал», 1Э38, № 10, стр. 124.
190
приняты профсоветачи Манчестера, Солфорда, делегатской конференцией шотландского профсоюза транспортных рабочих и многими другими организациями1.
Мюнхенское предательство, говорилось в декларации ряда компартий, не спасло мир, а, наоборот, поставило его под угрозу, нанесло удар всем миролюбивым силам. Декларация призывала коммунистов и социалистов совместно бороться против общею врага, против мюнхенского предательства, за мир между народами, основанный на достоинстве и независимости, на защите демократии, социального прогресса и интересов народов2.
Массовое движение против политики сговора с фашистским агрессором развернулось во Франции. 20 сентября 1938 г. Французская компартия обратилась с воззванием к народу, в котором указывалось, что политика правительства ничего общего не имеет с программой Народного фронта, с борьбой за мир3. Французские коммунисты сразу же разоблачили предательский характер мюнхенских соглашений и призвали народные массы к борьбе против них. Против капитулянтской политики правящих кругов Франции выступили профсоюзы, комитеты Народного фронта и другие демократические организации. Крупнейшие профсоюзы страны направили правительству телеграммы с протестом против политических уступок агрессору4.
11 ноября 1938 г. в Париже открылся национальный конгресс Движения за мир и свободу, которое возникло в 1932 г. по инициативе Анри Барбюса. 2 тыс. участников конгресса единодушно приветствовали политику СССР и франко-советский союз. Выступавшие делегаты гневно осуждали мюнхенский сговор и подчеркивали необходимость укрепления и расширения Народного фронта5.
Представители 26 национальных организаций США (чехи, словаки, сербы, румыны и др.) направили президенту послание в защиту Чехословакии. Такие же послания направляли представители общественных, профессиональных и других организаций, многие выдающиеся деятели науки и культуры. В ряде городов США были созданы комитеты спасения Чехословакии. В митингах протеста против новой фашистской агрессии участвовало огро/ное количество людей. В некоторых крупнейших центрах страны, например в Чикаго, проходили грандиозные демонстрации, насчитывавшие сотни тысяч участников.
Движение против войны охватило молодежь, которая рассматривалась империалистами как пушечное мясо в грядущей войне. Активное участие в борьбе против фашизма и войны принимала молодежь СССР, Франции, Англии, США и других стран. Молодежные организации созывали национальные и международные кош -рессы, в которых участвовали представители молодежи различных общественных кругов.
Во второй половине августа 1938 г., когда международная обстановка серьезно обострилась, в Вассар-Колледже города Паукинси (штат Нью-Йорк) состоялся Второй Всемирный конгресс молодежи6, на котором присутствовали 500 делегатов из 55 стран мира, от молодежных организаций, охватывавших около 40 млн. человек. Делегаты представляли главным образом студенческие ортанизации, общества Лиги Наций, организации борьбы за мир, профсоюзные, крестьянские и другие ортанизации7. В ознаменование конгресса 15 августа в Нью-Йорке был организован большой митинг на городском стадионе с участием 23 тыс. человек, призвавший молодежь всех стран объединиться для защиты всеобщего мира.
На заключительном заседании конгресса в торжественной обстановке был подписан «Вассарский мирный пакт», в котором делегаты дали клятву бороться за
1 См. «Труд», 23 сентября 1938 г.
2 См. «Коммунистический Интернационал», 1938, № 10, стр. 127—128.
3 См. Л А. Бендрикова Франция в 1929—1939 годах. М., Изд во МГУ, 1957, стр. 72.
4 См. «Правда», 2 октября 1938 г.
5 См. «Труд», 14 ноября 1938 г.
6 Первый Всемирный конгресс молодежи состоялся в 1936 г.
7 См. «Комсомольская правда», 20 августа 1938 г.
191
братское сотрудничество молодежи всех наций и помочь ей избежать участия в военной агрессии.
Однако Всемирный конгресс молодежи не имел своих национальных центров, которые смогли бы объединить это движение в мощный поток.
Весной 1939 г. прогрессивная общественность вновь выступила против фашистской агрессии и политики пособничества фашизму, проводившейся правящими кругами Англии, Франции и США. Так, в обращении Французской компартии к народу говорилось: «Наши правители ведут страну к катастрофе... Французская коммунистическая партия призывает тебя к единству, чтобы обеспечить безопасность страны и спасти мир...
Объединимся, чтобы спасти Францию, спасти мир!»1.
Всеобщая конфедерация труда 22 марта 1939 г. выступила с заявлением, в котором указывалось, что угроза миру обязывает французское и английское правительства смело вступить на путь сотрудничества со всеми странами, уважающими международное право и независимость народов. Конфедерация приглашала Амстердамский интернационал2 обсудить нынешнюю обстановку и просила его принять все меры к тому, чтобы в Лондоне в ближайшее время была созвана международная конференция рабочих3.
Массовое движение протеста против политики пособничества фашистским агрессорам развернулось в Англии. Лейбористские, профсоюзные и другие организации трудящихся принимали резолюции, осуждавшие мюнхенскую политику правительств Англии и Франции, требовали обуздать фашистских агрессоров и заключить союз с СССР, который рассматривался как важнейший шаг на пути к обеспечению мира. Так, в резолюции конференции кооперативной партии, состоявшейся в начале апреля 1939 г., осуждалась внешняя политика Чемберлена и содержался призыв к заключению пакта о взаимной помощи между Англией, Францией и СССР4.
В первомайском манифесте 1939 г. Компартия Англии охарактеризовала правительство Чемберлена как «правительство богачей и для богачей». Манифест отмечал, что только рабочий класс может добиться поражения этого реакционного правительства и тем спасти мир от катастрофы 5. Состоялась традиционная первомайская демонстрация, в которой участвовали 100 тыс. человек. Демонстранты требовали отставки Чемберлена и заключения пакта мира с СССРС.
20 мая 1939 г. состоялась конференция исполкомов профсоюзов, примыкающих к Британскому конгрессу тред-юнионов. Утвержденная конференцией резолюция потребовала, чтобы правительство приняло меры к немедленному созданию фронта мира против агрессии.
Однако лидеры лейбористской партии и тред-юнионов, вопреки требованиям рабочих, проводили политику сотрудничества с правительством Чемберлена и фактически поддерживали фашистские государства. В то время как прогрессивные силы боролись за обуздание фашистских агрессоров и заключение пакта о взаимопомощи с СССР, реакционные лидеры лейбористов отстаивали политику уступок агрессорам. Выступая на Саутпортской конференции лейбористской партии (май—июнь 1939 г.), Бевин призывал «объединить великие мировые ресурсы и, вместо того чтобы поносить наших друзей (нацистов. — Ред.) из Центральной Европы и Японии, предложить им нечто лучшее, чем могла бы им дать война»7. Это означало не что иное,
1 «L'Humanite», 17 mars 1939.
2 Международное объединение профсоюзов (МОП), находившееся под руководством рефор
мистов.
3 См. «Труд», 24 марта 1939 г.
4 См. «Труд», 10 апреля 1939 г.
5 См. «Daily Worker», April 27, 1939
6 См. «Daily Worker», May 8, 1939.
7 «Times», May 31, 1939.
192
как поддержку правыми лейбористами сговора с фашистскими агрессорами. Правые лейбористы выступали против образования единого фронта миролюбивых народов и установления единства рабочего класса на международной арене.
По мере роста угрозы войны Коминтерн все настойчивее разоблачал агрессоров и их пособников, призывал к сплочению народов в борьбе за мир. В воззвании Коммунистического Интернационала, опубликованном к 1 Мая 1939 г., говорилось «Как взбесившийся зверь, мечется фашизм по Европе. Он поглотил Австрию и Чехословакию, он занял Мемель (Клайпеду.— Ред.), аннексировал Албанию. Он закидывает петлю на шею Польше. Он рвется на Балканы, угрожая Румынии, Югославии и Греции. Он подбирается к Швейцарии, Голландии, Бельгии. Он требует раздела колоний, запускает когти в Латинскую Америку»1.
Благородная борьба коммунистов в защиту мира накануне второй мировой войны — одна из славных страниц истории мирового коммунистического и рабочего движения.
13—14 мая 1939 г. в Париже состоялась международная конференция в защиту мира, демократии и культуры. Инициаторами ее созыва были профессор Ланжевен и лауреат Нобелевской премии Энджелл. В конференции приняли участие около 500 видных деятелей культуры и рабочего движения 25 стран.
В резолюции, единогласно принятой делегатами, говорилось
«Конференция... представляющая с величайшим авторитетом мир труда и мысли, призывает народы всего мира и людей всех стран к единству для действенной борьбы против развязывания войны, против поджигателей войны, за помощь угнетенным и находящимся под угрозой народам, за солидарность с жертвами агрессии и фашизма, в защиту прав цивилизации...
Международные события последнего времени доказали, что не путем капитуляции, а путем мужественного, стойкого, хладнокровного сопротивления можно сорвать замыслы держав-хищников».
Конференция приняла воззвание «К интеллигенции всего мира», в котором содержался призыв к борьбе против общего врага.
Однако конгресс представителей культуры и науки не смог существенно воздействовать на ход событий. Главная причина этого заключалась в том, что идея коллективной защиты мира еще не овладела тогда сознанием значительной части интеллигенции и даже рабочих капиталистических стран. Этому способствовал политический раскол рабочего класса. Лидеры Социалистического рабочего интернационала систематически отклоняли все предложения Коммунистического Интернационала о совместных действиях против общего врага
Реакционную политику проводили и руководители Амстердамского интернационала профсоюзов, находившиеся под влиянием социалистов. Лондонский конгресс этого объединения, состоявшийся в 1936 г., высказался за переговоры с советскими профсоюзами о присоединении их к Амстердамскому интернационалу. Миллионы рабочих в капиталистических странах с нетерпением ожидали установления международного единства профсоюзов. Но лидеры Амстердамского интернационала провалили предложение о принятии советских профсоюзов в это объединение. Тем самым была сорвана возможность создания единого рабочего фронта в международном масштабе. Руководители Амстердамского интернационала не оказали никакой помощи ни испанскому, ни китайскому народам, не организовали ни одного выступления против фашизма В результате в критические дни рабочий класс, расколотый правыми социалистами, оказался не в состоянии помешать фашистам в развязывании второй мировой войны. Но, несмотря на это, самоотверженная борьба коммунистов против все более надвигавшейся военной развязки не пропала даром. Она сыграла великую роль в политической, идейной и моральной подготовке народов к отпору иноземным захватчикам, к антифашистской войне.
1 «Коммунистический Интернационал», 1939, № 5, стр 99
13 История Великой Отечественной войны т 1 1 ' <3
* * *
Предвоенные годы характеризовались резким обострением противоречий между империалистическими державами. Агрессивная политика блока фашистских государств во главе с Германией, проводившаяся при поддержке правящих кругов Англии, Франции и США, поставила в 1938—1939 гг. мир на грань войны.
Прогрессивные силы под руководством коммунистических и рабочих партий вели последовательную борьбу за мир. Но они оказались не в состоянии повернуть ход международных событий и сорвать планы поджигателей войны. Советский Союз, выступавший в авангарде миролюбивых сил, был тогда единственным социалистическим государством. Его длительная и упорная борьба за коллективную безопасность не увенчалась успехом из-за противодействия правящих кругов Атлии, Франции и США, стремившихся направить фашистскую агрессию против СССР.
Решающей силой в борьбе за мир являлся рабочий класс, который мог сплотить вокруг себя большинство народов и сорвать планы воинствующей реакции. Однако рабочий класс был расколот предательской политикой лидеров социал-демократии, что серьезно ослабляло его ряды. Коммунистические и рабочие партии капиталистических стран не были еще подлинно массовыми партиями, не избавились от сектантства, которое мешало успешной борьбе за единый рабочий и антифашистский Народный фронт. Кроме того, движение народов против угрозы войны дезорганизовала реакционная пропаганда. Правящие круги Англии, Франции и США широко прибегали к пацифистским лозунгам для политики сговора с немецкими империалистами в предвоенные годы. В дни Мюнхена и в последующие месяцы, когда международная обстановка быстро ухудшалась, реакционная пропаганда в Англии, Франции и США всячески прославляла деятельность Чемберлена и Дала-дье как «спасителей мира», сделавших якобы все, чтобы помешать возникновению войны. Коммунистов, которые призывали к обузданию фашистских агрессоров, буржуазная пропаганда характеризовала как «поджигателей войны». В этих условиях трудящиеся капиталистических стран были дезориентированы именно в тот ответственный момент, когда требовались активные боевые выступления за мир.
Попытки правящих кругов западных держав вынести военный конфликт за пределы капиталистической системы и сделать Советский Союз соучастником и жертвой задуманной ими войны провалились. Заключив договор с Германией, Советский Союз сорвал планы разрешения предвоенного политического кризиса за его счет и не дал вынести этот кризис за рамки капиталистической системы. Кризис разрешился внутри той системы, где он возник и созрел, вылившись в военное столкновение двух империалистических блоков. Как и предвидел XVIII съезд ВКП(б), большая и опасная политическая игра, затеянная организаторами политики «невмешательства», окончилась серьезным провалом. Фашистский зверь, которого заботливо вскармливали для нападения на Советский Союз, предпочел перед решающей схваткой с социалистической державой нанести удар в том направлении, где, как ему казалось, был обеспечен наиболее.легкий успех.
Советская внешняя политика сорвала попытки империалистов разрешить свои противоречия за счет социалистического государства и обеспечила продление мира, который был нужен Советскому Союзу для дальнейшего строительства социализма и укрепления обороны страны.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
СССР
И КАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ МИР
В ПЕРВЫЙ ПЕРИОД
ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
Глава пятая НАЧАЛО ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ
1. Нападение Германии на Польшу
Предоставление фашистской Германии правительствами США, Англии и Франции «свободы рук» на востоке Европы дало гитлеровцам возможность захватить или закабалить ряд малых стран и за их счет еще более укрепить свой экономический и военный потенциал. Почувствовав возросшую силу, германские империалисты приняли решение развязать войну за мировое господство, начав с разгрома противостоявшей Германии группы капиталистических государств. Объектом для развязывания мировой войны фашистская Германия избрала Польшу, которой дали свои гарантии Англия и Франция. Решение о нападении на Польшу германское правительство приняло еще в апреле 1939 г.
23 мая 1939 г. на совещании высших офицеров германской армии Гитлер заявил: «Речь идет не о Данциге. Речь идет для нас о жизненном пространстве на востоке и обеспечении продовольственного снабжения, о разрешении балтийской проблемы»1.
В последние дни августа 1939 г. военные приготовления гитлеровской Германии к нападению на Польшу подходили к концу. В соответствии с оперативным планом вторжения («план Вейсс») Германия завершала концентрацию своих войск на западных и юго-западных границах Польши. Под предлогом празднования 25-й годовщины победы под Танненбергом2 в Восточную Пруссию были отправлены морем крупные силы, которые затем перебрасывались к польским границам. В Данциг, пользуясь попустительством властей «вольного» города, также прибывали большие группы солдат и офицеров CG, CA и армейских воинских частей.
Одновременно с подготовкой вооруженных сил к вторжению в Польшу германское правительство приказало усилить шпионско-диверсионную деятельность на территории Польши и антипольскую пропаганду в немецкой прессе.
Фашистская печать провокационно утверждала, что в Польше якобы уничтожается немецкое население, а польские войска готовятся захватить Восточную
1 Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 1, стр. 469.
2 Предпринятое русскими войсками в августе 1914 г. наступление в Восточной Пруссии
в помощь западным союзникам оказалось неподготовленным и закончилось разгромом двух армий,
участвовавших в этом наступлении. Немецкая реакционная пропаганда назвала это «победой
под Танненбергом»,
397
Пруссию. «Германские агенты,— признает западногерманский военный историк Гёрлитц,—подливали масла в огонь, провоцируя новые инциденты, германская пресса осыпала Польшу ураганным огнем подозрений, оскорблений и обвинений» 1.
В дни, когда над Польшей нависла опасность немецко-фашистского вторжения, правящие круги Англии, Франции и США ни на шаг не отступали от своей политики, имевшей целью направить немецко-фашистскую агрессию против СССР, заставить Германию отказаться от войны на Западе и вынудить ее пойти на сделку с ними хотя бы за счет Польши. Об этом свидетельствуют заявления высших правительственных деятелей этих стран, сделанные в один и тот же день — 24 августа 1939 г. Чемберлен, выступая в палате общин, призвал польских руководителей быть готовыми «обсудить свои расхождения с германским правительством» 2. Закрывая глаза на вероломство гитлеровских руководителей в отношении подписанных ими соглашений, Чемберлен лицемерно заявил, что если между германским и польским правительствами «будет достигнуто соглашение, то его условия будут постоян-
Соглашение, к которому британский премьер склонял Польшу, было выгодно для Германии. Не случайно Геринг похвально отозвался о речи Чемберлена, заявив, что она произвела на него «благоприятное впечатление»4. В тот же день французский министр иностранных дел Бонна направил в Варшаву телеграмму, в которой призывал польское правительство в случае присоединения Данцига к Германии не прибегать к вооруженной силе, а действовать исключительно дипломатическими средствами5.
Польское правительство, солидарное со своими западными союзниками, продолжало заигрывать с гитлеровской Германией, натравливая ее на Советский Союз. Об этом убедительно свидетельствует беседа польского посла в Берлине Липского с Герингом, состоявшаяся 24 августа. Более часа посол убеждал Геринга в том, что Польша всегда придерживалась «последовательной политики в отношении Германии и России, но что Москва решила спровоцировать войну в Европе» 6. Липский прозрачно намекал этим, что Германии следует направить свою агрессию против СССР, а не против Польши, которая всегда готова поддержать антисоветские устремления фашистской Германии.
Руководители Польши выступили с заявлениями, скрывавшими подлинные намерения гитлеровской Германии. Так, 27 августа Бек заявил французскому послу в Варшаве,.что «агрессивность Германии на границах Польши значительно снизилась в последние 24 часа» и что, по его мнению, «Гитлер не решится сейчас на войну».
Такое поведение польских правителей вполне устраивало германских империалистов. Еще 25 августа Гитлер в беседе с французским послом Кулондром выразил признательность Беку, заявив, что он «убежден в умеренности таких людей, ьак Бек»7. Гитлера беспокоила лишь решимость польского народа защищать независимость своей страны.
25 августа правительство Англии подписало с Польшей договор о взаимной помощи, статья 1 которого гласила: «В случае, если одна из Договаривающихся Сторон окажется вовлеченной в вооруженный конфликт с одной из европейских держав в результате агрессии последней против одной из Договаривающихся Сторон, другая сторона поддержит ее и окажет любую помощь всеми находящимися в ее распоряжении средствами»8 .
1 W. G o г 1 i t z. Der Zweite Weltkrieg 1989-1945. B. I. Stuttgart, 1951, S. 40.
2 L. B. N a m i e r. Diplomatie Prelude 1938—1939, p. 314.
3 T а м >к е.
4 Т а м же.
5 См. Gelbbuch der Franzosischen Regierung. Diplomatische Urkunden (1938—1939). Basel,
1Э40, S. 317—318.
6 L. B. N am i e r. Diplomatie Prelude 1938—1939, p. 312.
7 T a м же, стр. 335.
8 Weltgeschichte der Gegenwart in Dokumenten. B. Ill, S. 277.
m
Обещая поддержать польского союзника в случае вооруженного нападения на него, Англия хотела этим дать понять руководителям Германии, что, выступая против Польши, они тем самым замахиваются на Англию и Францию и что Германии лучше не воевать с Польшей, а договориться с ней. В одном из директивных английских документов по планированию войны прямо говорилось: «... Судьба Польши будет определяться общими результатами войны, а последние в свою очередь будут зависеть от способности западных держав одержать победу над Германией в конечном счете, а не от того, смогут ли они ослабить давление Германии на Польшу в самом начале»1. Так Польша продолжала оставаться разменной монетой в крупном торге «западных демократий» с фашизмом.
Но даже такой малообязывающий англичан договор о взаимопомощи с Польшей вызвал колебания у Гитлера. Он внезапно отменил приказ о вторжении в Польшу, которое было уже назначено на 26 августа. Однако очень скоро выяснилось, что правительство Англии, подписывая договор, совсем не намерено выполнять своих обязательств. Это вновь окрылило германских империалистов.
В правительственных кругах Англии существовало твердое убеждение, что «Данциг не стоит войны». По словам видного лейбористского деятеля Хью Дальтона, эти круги «скрытно надеялись на повторение Мюнхена» 2. Наиболее откровенно отношение английских монополистов к судьбе польского народа выразил барон де Ропп в конфиденциальной беседе с одним из фашистских лидеров—Розенбергом. Ропп прямо заявил: «Польша более полезна для Англии в качестве мученицы, чем в качестве существующего государства» 3.
Мученический венец для Польши подготавливался в тайных англо-германских и франко-германских переговорах, которыми были заполнены последние дни августа 1939 г. Начиная с 7 августа при посредничестве родственника Геринга — шведского промышленника Далеруса — велась подготовка нового Мюнхена за счет Польши. Во время первой встречи представителей Англии и Германии, состоявшейся в поместье жены Далеруса в Сенке Ниссен Куг (Шлезвиг-Гольштейн), речь шла о созыве совещания с участием Англии, Франции, Германии и Италии для решения вопроса о Польше. Правящие англо-французские круги рассчитывали на совещании создать единый фронт западноевропейских держав против Советского Союза. Чтобы достичь этой цели, они были готовы выдать Германии Польшу. «Цель политики западных держав,— говорит В. Гомулка,— состояла в том, чтобы направить гитлеровскую агрессию на Восток, на Советский Союз. А это могло быть сделано только через труп Польши. Они признавали это злом, но злом необходимым и неизбежным. Польшу необходимо было списать в расход в надежде, что при окончательном расчете общий баланс такой политики окажется с прибылью»4.
25 августа Далерус доставил в Лондон предложения Гитлера и Геринга, одновременно переданные Англии германским правительством через британского посла Гендерсона. Германия предлагала Англии не препятствовать ее действиям в отношении Польши, обещая после разрешения польского вопроса урегулировать англогерманские взаимоотношения. Галифакс передал Далерусу письмо для германских лидеров, в котором говорилось, что правительство Англии стремится «достичь мирного соглашения» с Германией5 . В официальном ответе Чемберлена Гитлеру юво-рилось, что английское правительство может принять германские предложения, «однако все зависит от того, какой характер будет носить разрешение споров (между Германией и Польшей.— Ред.) и с помощью каких методов оно будет достигнуто» 6.
1 Дж. Б а т л е р. Большая стратегия. Сентябрь 1939 — июнь 1941. М., Изд-во иностранной
литературы, 1959, стр. 34.
2 H. D а 1 t о п. Hitler's War. Before and After. London, 1940, p. 100.
3 Documents on German Foreign Policy 1918—1945. Series D, vol. VIII. Washington,
1954, p. 367.
4 «Trybuna Ludu», 27 marca 1960.
5 См. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр. 402—403.
6 Dokumente zur Vorgeschichte des Krieges, № 2. Berlin, 1939. S. 426.
199
29 августа в письме к Чемберлену Гитлер одобрил позицию английского правительства в отношении ревизии польско-германских границ. Он выразил надежду, что требования Германии к Польше будут удовлетворены в результате прямых германо-польских переговоров при благосклонном отношении Англии1.
Аналогичный обмен посланиями происходил также между Гитлером и Дала-дье. Французский премьер в письме от 26 августа призвал Гитлера разрешить конфликт с Польшей мирным путем. Но так как в этом письме не было сказано о прямом согласии Франции удовлетворить требования Германии к Польше, Гитлер ответил Даладье резко и вызывающе: «Ревизия (границ.— Ред.) должна быть произведена» 2.
Польское правительство, знавшее о переговорах Англии и Франции с Германией, готово было принять участие в этих переговорах. Вот почему оно не проводило всеобщей мобилизации и медлило с осуществлением других оборонительных мероприятий.
Лишь в конце дня 29 августа польское правительство решило начать всеобщую мобилизацию, не объявляя военного положения в стране. Но эта явно запоздавшая мера сразу же встретила противодействие со стороны Англии и Франции. Бывший французский посол в Польше Ноэль в своих мемуарах признает, что как он, так и посол Англии настаивали на том, чтобы польское правительство отсрочило опубликование своего решения о всеобщей мобилизации 3. Правительство Польши пошло на уступки и отложило мобилизацию на одни сутки.
Руководящие круги Англии и Франции, а также представители Ватикана продолжали уговаривать Польшу пойти на соглашение с Германией. Но Германия не хотела никаких соглашений — она хотела войны. 31 августа Гитлер подписал совершенно секретный приказ, озаглавленный «Директива № 1 по ведению войны». В нем говорилось, что «нападение на Польшу должно быть осуществлено в соответствии с «планом Вейсс», с теми изменениями для армии, которые были внесены... Задания и оперативные цели остаются без изменений. Начало атаки — 1 сентября 1939 г. Время атаки — 2.45 утра» 4.
Германские дипломаты несколько дней не принимали Липского, назначенного польским правительством для ведения прямых переговоров с Германией. Когда же вечером 31 августа польский посол был наконец принят Риббентропом, то последний задал только один вопрос, имеет ли Липский полномочия от своего правительства для принятия германских требований. Получив отрицательный ответ, Риббентроп отказался от дальнейшей беседы. Вернувшись в посольство, Липский обнаружил, что связь Берлина с Варшавой прервана, а немецкое радио уже передавало экстренное сообщение о польской «провокации» на границе с Германией.
Эта провокация была задумана и осуществлена германским правительством. Несмотря на весь свой авантюризм, гитлеровцы стремились оправдать свои действия как перед собственным народом, так и перед мировой общественностью. Поскольку международное право особенно осуждает неспровоцированное нападение, рассматривая его как преступный акт, они решили прибегнуть к провокации, выдав ее за действия Польши. Так под кодовым наименованием «операция Гиммлер» была подготовлена инсценировка, цель которой заключалась в том, чтобы вину за немецко-фашистское нападение на Польшу возложить на нее же, на жертву агрессии.
«Операция Гиммлер» готовилась в обстановке строгой секретности совместно гестапо и военным командованием. Практическое осуществление ее было возложено на военную разведку и контрразведку, начальником которой являлся адмирал Канарис. Один из сотрудников Канариса, генерал Эрих Лахузен, получил задание подготовить несколько польских военных мундиров, соответствующее количество польского оружия и снаряжения, а также польские удостоверения личности.
1 Dokumente zur Vorgeschichte des Krieges, № 2. Berlin, 1939, S. 430.
2 T a m же, стр. 424.
3 См. Leon Noel. Der deutsche Angriff auf Polen. Berlin, 1948, S. 431.
4 Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр. 365.
200
Одновременно из числа эсэсовцев и находившихся в заключении уголовников отбирались налетчики.
В полдень 31 августа 1939 г. германское правительство дало приказ осуществить задуманную инсценировку в тот же день в 8 часов вечера. Приказ был выполнен. В указанный час гестаповские провокаторы напали на радиостанцию пограничного немецкого города Глейвиц. После ее «захвата» перед микрофоном было сделано несколько выстрелов, а один из немцев, говоривший по-польски, прочитал заранее составленный в гестапо текст, смысл которого заключался в том, что «пришло время войны Польши против Германии». Чтобы замести следы этой грязной провокации, все участники нападения на радиостанцию были расстреляны по приказу Гиммлера *.
История данной инсценировки весьма поучительна. Она свидетельствует о том, что нельзя полагаться на обещания реваншистов и милитаристов не предпринимать неспровоцированного нападения. Ради того чтобы оправдать свое нападение и обеспечить его внезапность, агрессоры способны на любые провокации.
31 августа в 22 часа 30 минут по среднеевропейскому времени немецкие войска вторглись из Восточной Пруссии в Данциг, а 1 сентября в 4 часа 45 минут обрушились на Польшу с севера — из Восточной Пруссии, с запада — из Восточной Германии и с юга — из Словакии. Немецко-фашистская авиация начала бомбить коммуникации, аэродромы и города Польши. Германский военно-морской флот приступил к обстрелу полуострова Вестерплатте и польского порта на Балтике Гдыни. Так началось разбойничье нападение гитлеровской Германии на Польшу, готовившееся ею в течение длительного времени и ставшее возможным вследствие предательской политики правящих кругов Англии, Франции и США по отношению к польскому народу.
Польша не успела закончить мобилизацию. К тому же с началом войны проведение ее было затруднено действиями немецких вооруженных сил, особенно авиации. В соответствии с мобилизационным планом польская армия выставляла против немецких войск 31 кадровую и 6 резервных пехотных дивизий, 11 кавалерийских бригад, 2 бронемоторизованные бригады. Фактически же против немецко-фашистских войск было развернуто не более 33 расчетных дивизий 2.
В польских военно-воздушных силах имелся 771 самолет, из них лишь немногим более половины находилось в боевых частях 3. Самолеты были главным образом устаревших конструкций. Так, на вооружении истребительной авиации находились машины Р-7, о которых командир авиабригады, сражавшейся в районе Варшавы, сообщал главному командованию, что они «непригодны для боевых действий, так как не догоняют даже неприятельские бомбардировщики, а по отношению к истребителям вообще безоружны» 4.
В военно-морском флоте Польши насчитывалось четыре эсминца и пять подводных лодок, несколько легких и вспомогательных судов, бригада морской пехоты и небольшой отряд морской авиации.
По плану стратегического развертывания польской армии от Тарнува до Львова располагалась армия «Карпаты» в составе трех резервных дивизий; между Чен-стоховом и Новы-Таргом — армия «Краков», насчитывавшая шесть пехотных дивизий, одну кавалерийскую и одну моторизованную бригады. В районе Велюнь развертывалась армия «Лодзь», состоявшая из четырех пехотных дивизий и двух кавалерийских бригад. За армиями «Краков» и «Лодзь» на рубеже Кельце — Томашув-Мазовецки сосредоточивалась армия «Прусы» в составе трех пехотных дивизий.
1 См. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов, т. 2, стр 101 — 102; Э. Рассел. Проклятие свастики. М., Изд-во иностранной литературы, 1954, стр. 31—32; W. Gorlitz. Der Zweite Weltkrieg 1939-1945. В. I, S. 51.
2 См. PolskiesiJy zbrojne w drugiej wojnie swiatowej. T. I. Kampania wrzesniowa 1939. Lon-dyn, 1951, s. 267.
s Cm. Jerzy Kirchmayer. Kampania wrzesniowa. Warszawa, 1946, s. 21—22.
4 «Robotnik», 31 sierpnia, 1948.
201
В западной части Познанского воеводства располагалась армия «Познань», состоявшая из четырех пехотных дивизий и двух кавалерийских бригад. Армия «Поможе», ' включавшая в себя пять пехотных дивизий и одну кавалерийскую бригаду, находилась в Польском коридоре, который с побережья прикрывался специальной морской группой. На рубеже севернее Варшавы между Модлином и Млавой располагалась армия «Модлин» в составе двух пехотных дивизий и двух кавалерийских бригад. В Восточной Польше, в районе Сувалки — Гродно, находилась оперативная группа «Нарев», насчитывавшая две пехотные дивизии и две кавалерийские бригады. Резерв главного командования в составе трех пехотных дивизий и одной моторизованной бригады был сосредоточен в районе Модлин — Варшава — Люблин. (См. карту № 8).
План стратегического развертывания польской армии имел серьезные недостатки, которые заключались в отсутствии единого замысла, в распылении и без того ограниченных сил. План не учитывал возможностей противника. Надежных оборонительных сооружений на западных границах Польши не было, хотя вся ее основная промышленность находилась к западу от Варшавы, в районе, примыкавшем к германской границе. Такое сосредоточение польской промышленности на западе ставило ее под первый же удар германской армии.
Реакционные правительства Польши в течение всех предвоенных лет проводили подготовительные к войне мероприятия только на восточных границах страны, т. е. против Советского Союза. На эти цели ежегодно отпускалось и расходовалось 20—30 млн. злотых. Западная граница не укреплялась. В начале 1938 г. был разработан план строительства оборонительных сооружений вдоль польских западных границ. Однако с претворением этого плана в жизнь правительство не спешило, ассигновав на 1939 г. всего лишь 300 тыс. злотых. В правящих кругах Польши считали, что Германия может напасть не ранее 1944 г., когда истекал срок действия договора 1934 г. В соответствии с этим при утверждении в конце июня 1939 г. плана строительства оборонительных сооружений на западных границах Польши срок его осуществления определили в пять лет х.
Немецко-фашистские войска, вторгшиеся в Польшу, были разделены на две группы армий. Группа «Север» под командованием генерал-полковника фон Бока состояла из 3-й и 4-й армий, включавших 21 дивизию и 2 бригады. Ее поддерживал 1-й воздушный флот и Восточнопрусская авиационная группа. Группа армий «Юг» под командованием генерал-полковника фон Рундштедта состояла из 8, 10 и 14-й армий. В этой группе, включая резервы главного командования, имелось 36 дивизий, поддерживаемых 4-м воздушным флотом.
Всего на Польшу Германия бросила 57 дивизий (в том числе б танковых и 8 моторизованных) и 2 бригады, не считая словацкого корпуса, пограничных и других вспомогательных частей. В нападении на Польшу участвовало 2500 танков и 2000 самолетов. С самого начала войны на стороне немецко-фашистской армии было превосходство в живой силе и технике. Германская военная техника, в первую очередь танки и самолеты, значительно превосходила польскую и в качественном отношении. Пехотные и кавалерийские части и соединения польской армии особенно плохо были обеспечены средствами противотанковой и противовоздушной обороны2.
План верховного германского командования предусматривал разгром Польши в течение одной краткосрочной кампании путем внезапного массированного удара подвижных наземных и воздушных сил.
Главный удар наносился в направлении на Варшаву, с выходом к польской столице с юго-запада, силами 10-й армии, имевшей наибольшее количество танковых
1 См. «Pohtyka», 7 listopad, 1959.
2 Ряд фактов почерпнут из следующего источника: Die Vorbereitung und Durchfuhrung dei
Agression Hitlerdeutschlands gegen Polen im September 1939. «Mihtarwesen», № 5, September 1959.
202
и механизированных соединений. Левый фланг 10-й армии поддерживала 8-я армия, наступавшая на Лодзь, а правый — 14-я армия, двигавшаяся к Кракову. 3-й и 4-й армиям ставилась задача нанести удар в южной части Польского коридора. Глубокий прорыв к Варшаве и нанесение ударов по сходящимся направлениям с юго-запада и северо-запада, по расчетам германского командования, должны были обеспечить окружение и уничтожение польских войск, находившихся к западу от Вислы. На следующем этапе кампании предусматривалось нанесение двух встречных ударов из района южнее Варшавы и из Восточной Пруссии для овладения остальной Польшей. (См. карту № 8).
Немецкое командование сумело воспользоваться тем, что польские войска еще не закончили стратегического развертывания. Поскольку главные польские силы были развернуты вдоль всей границы на небольшую глубину, немецкой армии, имевшей большое превосходство в живой силе и технике, удалось быстро сломить сопротивление польской армии и двинуться в глубь страны.
Наступление немецко-фашистских войск развивалось в основном в соответствии с намеченным планом. На первом этапе — с 1 по 3 сентября — развернулось сражение в приграничной полосе, на втором этапе — с 4 по 8 сентября — в глубине фронта. 10-я армия, выполняя свою задачу, осуществила глубокий прорыв и к 7 сентября находилась уже в 60 километрах от польской столицы между Томашув-Мазовецки и Лодзью. 8-я армия, наступая уступом влево за 10-й армией, достигла к этому же времени рубежа к северу от Калиша. 14-я армия, обойдя польские укрепления, захватила Верхнесилезский промышленный район и вышла с запада к реке Дунаец. 3-я и 4-я армии 4 сентября соединились в южной части Польского коридора у Грудзендза, отрезав пути отхода находившимся там польским войскам. К 7 сентября части правого фланга 4-й армии достигли района северо-западнее Торунь, а 3-я армия вышла к реке Нарев по обе стороны Пултуска.
Германская авиация, безраздельно господствовавшая в воздухе, обеспечивала своей армии возможность нанесения удара на всю глубину расположения польских войск. Интенсивные воздушные налеты, сочетавшиеся со стремительными действиями механизированных войск Германии, препятствовали объединению отступавших польских войск для нанесения контрудара.
Нарушив основные линии связи польской армии, вражеская авиация лишила польское командование возможности руководить войсками, которые, не получая подкреплений и не имея хорошо налаженного взаимодействия между армиями и группами, не выдерживали натиска превосходящих сил противника и стремительно откатывались в глубь страны. Из всех польских армий и оперативных групп лишь две армии, «Познань» и «Поможе», смогли осуществить отступление в порядке, взаимодействуя друг с другом. Остальные же армии отступали неорганизованно и разрозненно, что облегчило противнику их разгром.
На третьем этапе — с 9 по 15 сентября — германские войска продолжали наступление, стремясь окружить и уничтожить все польские силы в районе Варшавы. 14-я армия форсировала реку Сан, обошла Перемышль и вышла в район Львова. Войска ее левого фланга после взятия Кракова форсировали Вислу у Сандомира, а часть сил этого фланга повернула на север, к Радому. 10-я армия, переправившись через реку Варта, разделилась на две группы: южная двинулась к Радому, где во взаимодействии с соединениями 14-й армии окружила и затем уничтожила в районе Скаржиско-Каменна и Радома две польские дивизии из группы армий «Прусы»; северная группа передовыми силами (4-я танковая дивизия 16-го корпуса) уже 8 сентября достигла Варшавы, но взять столицу Польши, оборонявшуюся польскими частями и местным населением, не смогла.
15 сентября передовые соединения 10-й армии, переправившись через Вислу, заняли Люблин и вскоре соединились с частями 3-й армии. Обширный Варшавский район оказался в окружении. Войска 4-й армии, наступавшие севернее Вислы, окружили Модлин, гарнизон которого героически сопротивлялся до 29 сентября.
203
11 сентября 4-я армия форсировала Буг в районе Вышкува и обошла с востока Варшаву. 17 сентября танковый корпус генерала Гудериана, овладев Брестом, соединился в районе Влодавы с передовыми частями 10-й армии. Немногочисленный резерв главного командования польской армии, находившийся юго-восточнее Варшавы, попал в окружение. Был прегражден путь на восток и польским войскам, сражавшимся на левом берегу Буга.
Наиболее крупное сражение между германскими и польскими войсками на третьем этапе войны развернулось в районе между Вислой и ее притоком Бзурой. Армия «Познань», отступавшая к Варшаве вместе с остатками войск, действовавших вблизи Данцига, нанесла в районе Кутно серьезный удар 8-й немецкой армии. Германское командование спешно бросило на выручку этой армии часть сил 10-й армии, которые, приостановив продвижение к Варшаве, ударили с востока по польской группировке. С севера наступление против польских войск развернули соединения 4-й армии. После недели ожесточенных боев часть польских сил под командованием генерала Кутжеба вырвалась из окружения и пробилась к Варшаве, приняв участие в обороне столицы. Остатки девяти польских дивизий во главе с генералом Бортновским, зажатые на узком участке между Вислой и Бзурой, 19 сентября капитулировали.
Польское правительство оказалось неспособным организовать сопротивление немецким захватчикам. Возлагая все надежды на западных союзников и боясь своего народа, оно не призвало его к защите независимости страны. Как только начались военные действия, правительство Польши обратилось к Англии и Франции с просьбой о немедленной помощи. Но западные державы не спешили с оказанием помощи польскому народу.
Вечером 1 сентября английское министерство иностранных дел направило Германии ноту, в которой требовало прекратить военные действия против Польши, предупреждая, что Англия намерена выполнить свои обязательства перед ней г. Однако британский посол в Берлине тут же разъяснил германским дипломатам, что эта нота носит предупредительный характер и ее не следует рассматривать как ультиматум 2. Аналогичными были и действия французского правительства. Ознакомившись с заявлениями этих правительств, Риббентроп ответил, что войну будто бы начала сама Польша и поэтому Германия не намерена прекращать военные действия против нее. В Берлине были уверены, что, если даже Англия с Францией объявят Германии войну, они не предпримут против нее военных действий.
Муссолини, понимавший, что Италия не подготовлена к немедленному вступлению в войну, и в то же время не желая оставаться в стороне, предложил разрешить конфликт путем созыва конференции Англии, Франции, Италии и Германии 3.
Англо-французские правящие круги, по свидетельству Ноэля, «показали себя склонными к участию в этой конференции»4, рассчитывая добиться на ней соглашения подобно мюнхенскому. По поручению Боннэ французский посол дважды посетил Бека и рекомендовал ему «в интересах Польши» не отклонять итальянское предложение, а принять его5. Чемберлен заявил в палате общин 2 сентября, что Англия не будет возражать против участия в предложенной Италией международной конференции, но лишь «после отвода германских войск с польской территории»6. В этот день лейборист Дальтон, член военного кабинета, записал в
1 См. Blaubuch der britischen Regierung uber die deutsch-polnischen Beziehungen und den
Ausbruch der Feindseligkeiten zwischen Grossbritanien und Deutschland am 3. September 1939. Basel,
1939, S. 208—209.
2 См. там же.
3 См. Weltgeschichte der Gegenwart in Dokumenten, ?. III, S. 47.
4 Leon Noel. Der deutsche Angriff auf Polen, S. 444.
5 См. там же, стр. 439.
6 Blaubuch der britischen Regierung uber die deutsch-polnischen Beziehungen und den Aus
bruch der Feindseligkeiten zwischen Grossbritanien und Deutschland am 3. September 1939, S. 214.
204
своем дневнике по поводу англо-польских отношений: «Казалось, что политика умиротворения снова достигла полного расцвета и наше слово чести, данное полякам, умышленно нарушалось» х. Польское правительство согласилось на созыв конференции, но при условии, если Германия приостановит военные действия и войска обеих сторон будут возвращены на свои исходные позиции 2.
Германское правительство не хотело и слышать о посредничестве, оно не желало созыва какой бы то ни было международной конференции. События на фронте развивались для Германии успешно, и она стремилась ускорить окончательный разгром Польши.
Правительства западных держав даже после вторжения германских войск в Польшу все еще надеялись ликвидировать возникший конфликт путем нового сговора с Гитлером, но сделать это становилось все труднее. Политика умиротворения, проводимая Чемберленом и его правительством, вызывала нараставшее возмущение английской общественности. По этому поводу германский посол в Лондоне Дирк-сен доносил своему правительству: «Принципиальная разница между настроениями англичан осенью 1938 г. (период Мюнхенской конференции.— Ред.) и теперешним настроением заключается в следующем: тогда широкие массы не были склонны к борьбе и были пассивны,— теперь же они перехватили инициативу у правительства и толкают кабинет вперед» 3.
3 сентября, когда английский парламент должен был собраться, чтобы решить вопрос об объявлении войны Германии, Галифакс позвонил Боннэ и сказал ему: «Если премьер-министр появится там ( в парламенте.— Ред.) без того, чтобы было сдержано обещание, данное Польше, то он может натолкнуться на единодушный взрыв негодования, и кабинет будет свергнут». 3 сентября в 11 часов дня Англия объявила войну Германии, а спустя шесть часов то же самое сделала и Франция. Объявление войны позволило правительству Чемберлена остаться у власти. Вслед за Англией войну Германии объявили британские доминионы: 3 сентября — Австралия и Новая Зеландия, 6 сентября — Южно-Африканский Союз, 10 сентября — Канада.
Так началась вторая мировая война. Империалистические противоречия между Германией, с одной стороны, Англией и Францией — с другой, помешали правящим кругам этих стран сговориться между собой против СССР. Обе империалистические группировки вступили в вооруженную схватку друг с другом. Никакие уступки германскому фашизму со стороны западных держав, толкавших Германию к нападению на Советский Союз, чтобы за его счет разрешить все империалистические противоречия, не помогли «умиротворителям» из Лондона и Парижа.
Фашистский цепной пес, вскормленный на американские доллары и английские фунты стерлингов, почувствовав в себе силу, окончательно перестал считаться со своими покровителями, сорвался с цепи и бросился на них же самих.
Англо-французские фальсификаторы истории нередко говорят, что Англия и Франция вступили в сентябре 1939 г. в войну против гитлеровской Германии якобы лишь потому, что они остались верны своему союзническому долгу перед Польшей. Однако эта версия противоречит фактам.
Конечно, гарантии, данные Англией и Францией Польше, в какой-то степени связывали руки английскому и французскому правительствам. Избавиться от этих гарантий, как это было сделано в отношении Чехословакии, они не могли, боясь скомпрометировать себя в глазах своих народов и окончательно потерять их доверие. Но правительства Англии и Франции, объявляя войну Германии, думали не о защите Польши, а прежде всего о защите интересов своего монополистического капитала. То, что гитлеровцы все более нагло вели себя по отношению к Англии и Франции, открыто подчеркивая свое нежелание считаться с интересами английского
1 H. D а 1 t о п. The Fateful Years 1931 — 1945, pp. 264—265.
2 См. Leon Noel. Der deutsche Angriff auf Polen, S. 443.
3 Документы и материалы кануна второй мировой войны, т. II, стр. 66.
205
и французского капитала, не осталось незамеченным в Лондоне и Париже. Опасение, »то после Польши Гитлер может повернуть на запад, росло. В этих условиях Англия и Франция объявили войну Германии.
Руководители фашистской Германии правильно расценили политику Англии и Франции. Гитлер прямо заявил, что «если они нам и объявили войну... то это еще не значит, что они будут воевать» х. И действительно, англо-французское командование ничего не предпринимало, хотя Германия уже 4 сентября начала пиратские действия в Атлантическом океане, где ее подводная лодка «U-30» без всякого предупреждения торпедировала и потопила шедший в Америку английский пароход «Атения». При этом погибло 100 человек 2.
Вместо того чтобы немедленно организовать военные действия против Германии — а именно такой помощи и ожидал от своих западных союзников польский народ,— Франция предложила Польше подписать договор, который подтвердил бы взаимные обязательства сторон на случай агрессии. Такой договор и был подписан 4 сентября. В нем ни слова не говорилось о том, когда и какую конкретную помощь окажет Франция истекавшей кровью Польше. Вместо этого французское правительство в весьма туманной форме обещало своему союзнику, что компетентные военные представители уточнят, в какой мере могут быть применены обязательства о взаимопомощи.
Так же отнеслись к Польше и правящие круги Англии. 3 сентября в Лондон прибыла польская военная миссия, чтобы добиться от английского правительства выполнения его союзнических обязательств перед Польшей. В течение шести дней польская делегация тщетно добивалась приема у начальника генерального штаба английской армии генерала Айронсайда. Только 9 сентября генерал соблаговолил наконец принять польскую военную делегацию. Беседа с ним продолжалась всего лишь несколько минут, но большего полякам и не понадобилось, чтобы, к немалому своему удивлению, узнать, что английский генеральный штаб все еще не имел никакого плана оказания практической помощи Польше.
Польская делегация просила поддержать войска Польши действиями британской бомбардировочной авиации и послать в Польшу английские истребители и средства противовоздушной обороны. Айронсайд на это ответил, что «сухопутные действия — это дело французского командования, что же касается других вопросов, то он доложит о них на заседании начальников штабов армии, военно-воздушных сил и военно-морского флота, а также в военном кабинете, который как раз собирается начать обсуждение вопроса о военных действиях» 3. Затем, посоветовав полякам закупать оружие в прибалтийских государствах и в Швеции, генерал поспешно закончил беседу.
На другой день, 10 сентября, Айронсайд заявил польской делегации, что английская авиация будто бы начала на Западе активные действия против Германии и что в румынский порт Констанцу прибыл пароход, доставивший для Польши истребители: 14 «Харрикейнов» и 30 «Моран-Солнеров». Ни того, ни другого в действительности не было. Хью Дальтон свидетельствует, что, «несмотря на польские призывы, никакой английской авиации, в том числе с английскими или с польскими пилотами, не было в Польше ни до, ни во время войны» 4.
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 16:51
Кадук: 12 июн 2021, 16:23 По теме есть что сказать?
Я так и думал.
Что от вас, что от вашего помощника Lew по теме я ещё ничего не увидел.
Глаза разуйте.
Не стартопик ли начал гнать ахинею о керосине и коксе в разговоре о стратегии?
Я решил поддержать этот разговор пока он на качество конопли разговор не перевел.
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 17:12 Я решил поддержать этот разговор пока он на качество конопли разговор не перевел.
Дайте ссылку на это... Хотя это, вероятно, пошлый троллинг.
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Foxhound
Всего сообщений: 682
Зарегистрирован: 20.07.2019
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Foxhound »

15 сентября Айронсайд снова принял польскую военную миссию. На этот раз он дал окончательный ответ английского правительства на просьбу Польши о срочной помощи, заявив, что, «кроме 10 тысяч «Гочкиссов» (старые английские винтовки времен первой мировой войны.— Ред.) и 15—20 миллионов патронов, Англия не может в настоящее время предоставить Польше ничего из военных
материалов — ни танков, ни зенитной и противотанковой артиллерии, ни истребителей, ни обмундирования. Первые транспорты из Англии можно ожидать не раньше как через 5—6 месяцев»1.
И это говорилось в то время, когда польские солдаты умирали на войне, развязанной против их страны при явном попустительстве правительств Англии и Франции.
В те дни, когда Польша один на один сражалась с превосходящим по силе врагом, Англия вообще не бросила в бой против немецко-фашистских войск на Западе ни одного своего солдата. Снаряжение английского экспедиционного корпуса и его отправка во Францию намеренно затягивались. К 11 октября 1939 г. численность этого корпуса, расположившегося на линии Мажино, достигла 158 тыс. человек 2. Укрывшись в железобетонных укреплениях линии Мажино, английские офицеры не разрешали стрелять по противнику, боясь вызвать ответный огонь. Первую жертву экспедиционный корпус англичан понес только 9 декабря, когда был убит один капрал. Французские войска, правда, продвинулись на несколько километров в глубь Саарской области, не встретив на своем пути никакого сопротивления противника, но на этом их действия и закончились. Когда же французские части подошли к крупнейшим заводам Рехлинга, им был дан строгий приказ ни в коем случае не обстреливать заводы артиллерийским огнем.
Английская и французская авиация если и появлялась над Германией, то только затем, чтобы сбрасывать листовки, о которых английский посол в Москве Сиидс откровенно сказал, что они пригодны лишь для «санитарного употребления» 3. Французский главнокомандующий генерал Гамелен в своих воспоминаниях писал, что на 7 или 8 сентября был намечен большой налет французских и английских бомбардировщиков, но и он «не состоялся из-за отказа англичан» 4.
Оценивая позицию Англии в германо-польском конфликте после 3 сентября 1939 г., Дальтон признавал: «Было невозможно оправдать наше отношение к полякам, мы их предавали, обрекали на смерть, а сами ничего не делали, чтобы им помочь»5.
Реакционные империалистические круги Англии и Франции, оправдывая свое предательство по отношению к Польше в сентябре 1939 г., не раз заявляли, что ничего существенного для нее они не могли в то время сделать. Такая же ничем не обоснованная точка зрения распространялась и в США. Газета «Нью-Йорк геральд трибюн» писала: «Франция и Англия не были в состоянии предпринять что-либо эффективное, чтобы предотвратить бедствие» 6. Эту ложь опровергают даже бывшие гитлеровские генералы. Так, Йодль на процессе в Нюрнберге показал, что «до 1939 г. мы были в состоянии разбить Польшу, но мы никогда, ни в 1938 г., ни в 1939 г., не были, собственно, в состоянии выдержать концентрированный удар всех этих стран (Англии, Франции и Польши.— Ред.); и если мы еще в 1939 г. не потерпели поражения, то это только потому, что примерно 110 французских и английских дивизий, стоявших во время нашей войны с Польшей на Западе против 23 германских дивизий, оставались совершенно бездеятельными»7. Как бы дополняя показания Йодля, западногерманский военный историк Гёрлитц пишет, что «в сентябре у большинства германских дивизий западной армии отсутствовал не только опыт боевых действий, но и опыт тактических учений, они были спешно сформированы и их боекомплект был рассчитан только на три дня боев» 8.
Союзники Польши вовсе не собирались защищать и спасать ее. Польша устраивала их только как плацдарм для вторжения гитлеровцев в СССР.
В этих фактах раскрывается империалистический характер войны со стороны правительств Англии и Франции. Их бездеятельность в борьбе с гитлеровской Германией не была случайной. Она явилась прямым продолжением всей предшествующей политики правящих кругов этих стран, проистекавшей из внутренних основ их государственного и общественного строя, продолжением мюнхенской политики иными средствами. Это была империалистическая война со стороны Англии и Франции, в которой народы этих стран лишены были возможности всерьез сражаться против фашизма. В.И.Ленин говорил, что «характер войны и ее успех больше всего зависят от внутреннего порядка той страны, которая вступает в войну, что война есть отражение той внутренней политики, которую данная страна перед войной ведет. Все это неизбежно отражается на ведении войны» *.
Империалисты Англии и Франции, бросив Польшу на произвол судьбы, равнодушно наблюдали, как это государство разваливалось у них на глазах. 6 сентября правительство Славой-Складковского тайно покинуло Варшаву и укрылось в Люблине. Трусливо бежал из столицы и верховный главнокомандующий маршал Рыдз-Смиглы. Потеряв всякую связь со своими войсками, он совершенно не знал, что делается на фронте. Некоторые командующие армиями и командиры дивизий, следуя примеру своего высшего командования, бросали подчиненные им войска и дезертировали. Так, дезертиром оказался командующий армией «Прусы» генерал Домб-Бернацкий 2.
Вопрос о бегстве польских властей за границу был ими решен еще 7—8 сентября. Бек и его заместитель Шембек получили через французского посла в Польше Ноэля согласие французского правительства предоставить польскому правительству убежище на территории Франции, а румынское правительство разрешило проезд польских властей через свою территорию 3.
8 сентября колонна правительственных бронемашин, груженных золотом польского банка и ценными бумагами, направилась из Люблина в сторону Львова, а 9 сентября туда же выехали и члены правительства. Рыдз-Смиглы, покинув Варшаву, отбыл в Брест, а затем перебрался еще дальше на юго-восток — во Владимир-Волынский, в направлении румынской границы.
Члены польского правительства, бежавшие за границу, не намеревались отказываться от политической деятельности. Но по требованию Германии они были интернированы румынскими властями. К тому же правящие круги Англии и Франции не собирались оказывать поддержку этим полностью обанкротившимся политиканам. Не случайно поэтому эмигрантское правительство, образовавшееся в конце сентября 1939 г. в Париже, возглавил генерал Владислав Сикорский, находившийся в оппозиции к пилсудчикам.
Правительство Сикорского опиралось на те буржуазные политические партии и группировки, которые в досентябрьской Польше были в оппозиции (Стронництво людове, Стронництво праци, Стронництво народове и правое руководство ППС). Однако в состав нового кабинета вошли и пилсудчики. Сикорский под предлогом сохранения «законности» и «преемственности» своего правительства пошел на компромисс с ними. В результате президентом был назначен по рекомендации вышедшего в отставку Мосьцицкого менее скомпрометированный фашистский деятель Рачкевич. Заместителем президента и руководителем вооруженных сил эмигрантского правительства стал пилсудчик генерал Соснковский. Во всей своей
1 В. И. Ленин. Соч., т. 30, стр. 131.
2 См. «Wojsko Ludowe», 1954, № 9.
3 См. WladysJaw P о b о g-M alinowski. Na rumunskim rozdrozu. «Kultura» ,1948, № 7,
Paryz, str. 128. Stanislaw ZabeUo. Na emigracji 1934/40. «Sprawy Miedzynarodowe» № 9, ^rze-
sien 1956, str. 43—44.
деятельности эмигрантское правительство руководствовалось ненавистной народу фашистской конституцией 1935 г., согласно которой президент был ответствен только «перед богом и историей».
Бездарные и малодушные правители Польши позорно бежали. Но польский народ продолжал героически отстаивать независимость своей страны, ведя справедливую, освободительную борьбу против немецко-фашистских захватчиков. В этой борьбе проявился массовый героизм простых, трудовых людей Польши. Особенно отважно сражались с врагом рабочие, крестьяне, солдаты и лучшие представители прогрессивной интеллигенции при защите Хеля, Гдыни, Модлина и Варшавы.
Небольшой гарнизон Хеля, состоявший из горстки польских солдат, несмотря на непрерывные атаки немцев с суши, воздуха и моря, держался до 2 октября 1939 г. Защитникам военно-морской базы Гдыни недоставало оружия. Но они продолжали сражаться, используя все, чем только можно было бить врага.
Польскую столицу Варшаву стойко защищали трудящиеся. В первых рядах сражались коммунисты, вчерашние узники тюрем и концлагерей. Многие из них, вырвавшись из-за тюремных решеток, вооружались винтовками и сразу же шли в бой.
9 сентября по требованию трудящихся была создана Рабочая бригада обороны Варшавы. Хотя формально ее организаторами считались профсоюзы и ППС, действительное руководство бригадой находилось в руках коммунистов и левых социалистов. Командиром бригады являлся социалист Мариан Кениг, а в числе ее активных организаторов были левый социалист Петр Гаевский х и левый крестьянский деятель Мариан Кубицкий. В рядах Рабочей бригады обороны Варшавы героически сражались Владислав Гомулка, Эдвард Охаб, Мариан Червинский, Миколай Сальва и другие коммунисты.
При защите Варшавы погиб освободившийся из тюрьмы деятель Коммунистической партии Западной Украины Павел Марищук. В памяти польского народа навсегда останется имя коммуниста Мариана Бучека. 16 лет он томился в тюрьмах и концлагерях санации. А когда началась война с германскими фашистами и правители страны, позорно бросив народ, бежали, Мариан Бучек и его товарищи по заключению выломали решетку тюрьмы в Равиче и присоединились к одной из воинских частей. Защищая родную Варшаву, Мариан Бучек геройски погиб на ее подступах.
В боях под Варшавой сражался участник добровольческих рабочих батальонов коммунист Хенрик Рун, ставший потом одним из организаторов Общества друзей СССР. Под Кутно и Варшавой добровольцем боролся коммунист Шимон Краковский, позже один из руководителей партизанского движения на территории Люблинского воеводства. В обор-оне крепости Модлин участвовал коммунист, бывший политзаключенный Мечислав Калиновский, впоследствии герой битвы под Ленино.
Представители рабочего класса, польские коммунисты показали в сентябрьские дни образцы патриотизма, глубокой любви к своей родине и народу и непримиримой ненависти к врагу.
Германской танковой дивизии, первой прорвавшейся к Варшаве, угрожало полное уничтожение, и танкисты вынуждены были поспешно убраться из города. Спустя несколько дней противник предпринял наступление на Варшаву огромными силами пехоты, танков и авиации. Тяжело пришлось ее защитникам: у них не хватало оружия, боеприпасов, лекарств, медицинского персонала. В городе перестали работать телефон, водопровод, канализация, погас свет, прекратилась подача газа. С каждым днем все труднее становилось снабжать армию и население продовольствием. Но защитники Варшавы держались. 25 сентября противник предпринял" массированную бомбардировку города. Начались большие пожары, которые нечем было
1 Ныне заместитель председателя Центрального Совета профсоюзов Польши.
14 История Великой Отечественной войны.т. I , xU9
тушить: не было воды. К 27 сентября у защитников города почти не осталось боеприпасов. Их хватило только на то, чтобы отбить еще один штурм противника. 28 сентября Варшава пала.
Германо-польская война закончилась быстрым и полным поражением Польши. Главной причиной поражения польского государства явилась полная несостоятельность и гнилость его буржуазно-помещичьего строя. Сентябрьские дни отчетливо показали вопиющую экономическую, политическую и военную отсталость Польши, разложение ее правящей верхушки, антинародную и антинациональную сущность всей реакционной внутренней и внешней политики польских помещиков и буржуазии.
За 20 лет своего существования буржуазно-помещичья Польша не только не продвинулась вперед в своем экономическом развитии, но даже в некоторых отраслях промышленности оказалась на уровне более низком, чем до первой мировой войны. Экономическая отсталость Польши усугублялась господством в экономике страны иностранного капитала, не заинтересованного в создании национальной польской промышленности. Правящие круги Польши ничего не сделали, чтобы создать отечественную оборонную промышленность.
Досентябрьская Польша была одним из самых реакционных государств Европы. Польскую буржуазию и помещиков ослепляла классовая ненависть к трудящимся своей страны, лишенным самых элементарных гражданских прав. Особенно жестоко преследовались в буржуазно-помещичьей Польше прогрессивные партии и общественные организации, прежде всего коммунистическая партия.
Жители непольской национальности — украинцы, белорусы и литовцы — жестоко угнетались помещиками и буржуазией. Национальная вражда ослабляла силы польского государства. Украинцы, белорусы и литовцы, испытывая на себе гнет земельных магнатов — Замойских, Радзивиллов, Потоцких и пр.,— не желали сражаться за помещичью Польшу. Правительство при активном участии католической церкви все время разжигало великодержавный шовинизм, национальную вражду внутри Польши.
Государственный аппарат из года в год разъедался казнокрадством и продажностью. Несмотря на большую нужду польской армии в вооружении, некоторые высокопоставленные чиновники тайно и явно сбывали за границу винтовки, зенитные пушки и т. п., наживаясь на этом 1. Многие из них, занимаясь шпионажем, торговали государственными тайнами, выдавая их за соответствующую мзду иностранным державам, и прежде всего гитлеровской Германии.
Одной из причин быстрого краха Польши явилось бесспорное превосходство немецко-фашистских войск над польской армией по численности, военной подготовке и вооружению. В быстром разгроме польской армии сказалась и бездарность высшего командования во главе с маршалом Рыдз-Смиглы. Важнейшие командные должности в армии занимали люди, военные познания которых не выходили за рамки опыта антисоветской войны 1920—1921 гг. На этом явно устаревшем опыте строилась вся тактика и стратегия досентябрьской польской армии.
Движимые ненавистью к Советскому Союзу, польские военные руководители готовили свою армию к походу на Восток. Вдоль советско-польской границы проводились маневры польских войск, там же строились основные военные укрепления. Для войны с Советским Союзом был заранее разработан и оперативный план. Польская армия готовилась к войне не против фашистской Германии, а против СССР. Не удивительно поэтому, что польский генеральный штаб лишь весной 1939 г. начал разработку плана войны против Германии, так и не закончив его к моменту немецко-фашистского вторжения в Польшу. Польско-германская граница оказалась к началу немецкого вторжения совершенно неукрепленной даже в таком жизненно важном для Польши районе, как Силезский промышленный район.
1 См. «Trybuna Ludu», 15 wrzesnia, 1957. 210
В поражении Польши в сентябре 1939 г. сыграло свою роль предательское поведение правящих кругов Англии и Франции по отношению к польскому народу. Вступив в войну против гитлеровской Германии, правительства этих стран никакой практической помощи польскому народу не оказали. Англо-французские гарантии Польше были ничего не значащими бумажными декларациями. Эти гарантии только ввели в заблуждение часть польского населения, верившего в искренность западных союзников, которые обещали свою помощь Польше в войне против фашистской Германии.
Бывший начальник штаба группы армий «Юг» гитлеровский генерал Манштейн признал, что «поражение Польши было неизбежным следствием тех иллюзий, которые питали в Варшаве относительно действий союзников». Последние же «сложа руки взирали на уничтожение своего польского союзника» 1.
Определенную роль в поражении Польши сыграли и США, которые не только ничего не сделали для обуздания фашистских агрессоров, но и всемерно поддерживали мюнхенскую политику Англии и Франции в отношении Польши. 5 сентября 1939 г. правительство США официально объявило, что на польско-германскую войну оно распространит свою политику «нейтралитета» 2. В Германии подобный жест был расценен как полное одобрение ее действий. Влиятельные представители американских правящих кругов всячески подбадривали фашистских агрессоров, давая этим понять, что США не будут им противодействовать. Сенатор Ванденберг, например, вернувшись из поездки по Европе, предпринятой в разгар германо-польской войны, заявил, что «для Соединенных Штатов не имеет значения, которая из сторон победит» 3.
Одной из основных причин сентябрьской катастрофы Польши явилась недаль
новидная, антисоветская внешняя политика польского правительства. Только тесная
дружба и союз с СССР, создание единого антифашистского фронта могли бы обес
печить Польше независимое существование, сохранение ее суверенитета. Но сменяв
шие друг друга правительства реакционных полковников и генералов делали все воз
можное, чтобы не допустить укрепления польско-советской дружбы. Правящие круги
Польши вели политику изоляции своей страны от СССР и обострения отношений
с ним. Они не раз отказывались от помощи со стороны Советского Союза. Более того,
недальновидные руководители буржуазно-помещичьей Польши, стараясь играть на
противоречиях между фашистской Германией и Советским Союзом, приняли непо
средственное участие в подготовке разбойничьих планов гитлеровской агрессии'
против СССР. ,„Л,.
Все буржуазные и помещичьи партии тогдашней Польши и их верные прислужники—правые социалисты неизменно придерживались антинационального и антина-' родного курса: пусть лучше страна погибнет без советской помощи, чем уцелеет благодаря ей. История зло посмеялась над этой недальновидной внешней политикой польских руководителей.
Отказавшись от союза и дружбы с СССР и попытавшись играть на противоречиях между фашистской Германией и СССР, правители Польши привели страну к позорному поражению, к утрате ею национальной независимости. В. Гомулка следующим образом оценивает катастрофу, постигшую Польшу в сентябре-1939 г.: «Сентябрь 1939 года являлся заключительной страницей истории буржуазной Польши. Баланс двадцатилетнего господства капиталистов и помещиков в Польше оказался балансом банкротства... Сентябрьское поражение — это результат ослепленной ненавистью к Советскому Союзу политики фашизированной санации и не только санации» 4.
1 Erich von Manstein. Verlorene Siege. Bonn, 1955, S. 34.
2 Cm. Documents on American Foreign Relations. Vol. II. Boston, 1940, p. 629.
3M. Станевич. Сентябрьская катастрофа, стр. 231.
4 «Правда», 22 июля 1959 г.
14* 21t
Захватив Польшу, гитлеровская Германия превратила ее в свою колонию. Западные воеводства страны были включены в состав фашистской «Третьей империи», остальные объявлены генерал-губернаторством, во главе которого был поставлен кровавый палач Ганс Франк. «15 сентября 1939 года,—записал Франк в своем дневнике,— я получил задание принять на себя управление завоеванными восточными областями и чрезвычайный приказ беспощадно разорять эту область как территорию войны и как трофейную страну. Я должен был сделать из этой экономической, социальной, культурной и политической структуры груду развалин» 1. Прибыв в оккупированную Польшу, Франк установил в ней режим ничем не ограниченного дикого террора. Началось массовое истребление поляков и насильственный угон их на каторжные работы в Германию. Для польского народа наступил период самых тяжких в его истории испытаний.
2. «Странная война» в Западной Европе
Объявив войну фашистской Германии, правительства Англии и Франции вовсе не собирались вести ее на деле. Объявлением войны западные державы пытались лишь оказать давление на Гитлера, чтобы принудить его выполнить данное им обещание напасть на СССР. В то время, когда немецко-фашистские войска, вторгшиеся в Польшу, сеяли смерть и разрушения, английские и французские войска спокойно стояли на линии Мажино.
Франция мобилизовала 110 дивизий, ей на помощь был направлен английский экспедиционный корпус в составе 5 дивизий 2. Германия на Западном фронте имела всего лишь 23 дивизии. По словам фашистских генералов, «основная масса боеспособных немецких соединений была брошена на Восток, против Польши, а на Западном фронте оборону держали в основном такие дивизии, которые еще не были окончательно сформированы и которые ни в коей степени не были способны вести наступательные действия» 3. Известный французский военный историк генерал Шассен с полным основанием утверждает, что союзники располагали всеми благоприятными условиями, чтобы «прорвать линию Зигфрида в то время, когда основные силы германской армии были заняты в Польше» 4.
Кейтель, начальник штаба вооруженных сил фашистской Германии, на Нюрнбергском процессе признал, что, если бы англо-французские войска перешли в то время в наступление, они встретили бы «лишь слабое сопротивление» 5. Эту же мысль подтверждают и другие немецкие генералы, указывая, что французам, имевшим в тот период значительное превосходство в силах, «удалось бы прорвать Западный вал и даже продвинуться в глубь Германии» 6. Но французские и английские войска не предприняли никаких решительных действий.
Эти факты не отрицаются ни английскими, ни французскими источниками. Генерал де Голль в своих мемуарах пишет, что, «в то время как силы противника почти полностью были заняты на Висле, мы (французское командование.— Ред.), кроме нескольких демонстраций, ничего не предприняли, чтобы выйти на Рейн» 7.
1 Цит. по кн.: S. Piotrowski. Dneimik Hansa Franka. Warszawa, 1957, str. 96.
2 См. G a m e 1 i n. Servir. La guerre. T. III. Paris, 1947, p. 35.
3 Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей. M., Изд-во иностранной литературы,
1957, стр. 37.
4 L.—М. С h a s s i п. Histoire militaire de la seconde guerre mondiale. Paris , 1951, pp. 30—31.
5 Paul R e y n a u d. La France a sauve l'Europe. T. I. Paris, 1947, p. 621.
6 Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 39.
7 Шарль д е Голль. Военные мемуары. Т. 1. Призыв 1940—1942 годы. М., Изд-во ино
странной литературы, 1957, стр. 57.
212
Англия и Франция не предпринимали военных действий и в воздухе. Еще 22 августа 1939 г. комитет начальников штабов вооруженных сил Англии издал инструкцию, запрещавшую в случае войны бомбардировку Германии. С началом войны эта инструкция была подтверждена. Английский вице-маршал авиации Кингстон-Макк-лори пишет, что «в течение всего периода странной войны в Европе передовой ударной авиагруппе не разрешалось производить налеты на Германию; она занималась разбрасыванием листовок... решающим фактором было то, что военный кабинет ни в коем случае не соглашался взять на себя инициативу начала в этой войне бомбардировок с воздуха» 1. Французское правительство также выступило против проведения бомбардировочных операций. Кроме того, «была получена просьба Рузвельта не начинать бомбардировок с воздуха» 2.
На море германское военно-морское командование попыталось дезорганизовать торговое судоходство Англии в Атлантике действиями подводных лодок и одиночных рейдеров. 17 сентября 1939 г. немецкая подводная лодка «V-29» потопила в Бристольском заливе авианосец «Корейджес». В ночь на 15 октября другой подводной лодке удалось проникнуть внутрь военного порта Скапа Флоу и потопить стоявший на якоре линкор «Ройял Ок». Много торговых судов англичане потеряли на морских коммуникациях. (См. карту № 15).
Английское военно-морское командование стремилось ограничить действия германского военно-морского флота районом Балтийского моря, т. е. нацелить его против СССР. В своих мемуарах Черчилль, критикуя Чемберлена, пишет, что английское правительство не возражало против того, чтобы германский военно-морской флот стал «хозяином Балтийского моря»3.
К концу декабря 1939 г. общие потери французских вооруженных сил составили 1433 человека убитыми, ранеными и пропавшими без вести. Англичане к этому времени потеряли трех человек 4. В немецких войсках, находившихся на Западном фронте, убитых, раненых и пропавших без вести насчитывалось 696 человек. Кроме того, союзники уничтожили 11 немецких самолетов. Один из гитлеровских генералов, Типпельскирх, не без основания пишет, что «эта цифра показывает, насколько ограниченными в то время были действия авиации обеих сторон, не выходившие за рамки разведывательных полетов»5.
Таким образом, война была объявлена, а активных действий не велось» Французы назвали эту войну «странной войной». В действительности ничего странного в бездействии англо-французских союзников на Западном фронте не было. «Странная война» являлась продолжением предвоенной политики правящих кругов Англии и Франции.
В политике, которую проводили империалисты западных стран в ходе второй мировой войны, тесно переплетались, как указывает Н. С. Хрущев, две цели:«... Уничтожить Советское социалистическое государство трудящихся, утопить в крови народов самые лучшие завоевания рабочего класса, трудящихся и вместе с тем — обессилить своих немецких конкурентов»6. Характер военной стратегии США и Англии на различных этапах войны определялся тем, какая из этих двух целей на том или ином этапе сильнее влияла на политику.
Английское и французское правительства стремились втравить СССР в войну, чтобы уничтожить его или в крайнем случае обескровить в изнурительной и кровопролитной борьбе против блока агрессивных государств. В соответствии с этими
1 Э. Дж. К и н г с т о н-М а к к л о р и. Руководство войной. М., Изд-во иностранной
литературы, 1957, стр. 107.
2 Там же
3 W. Churchill. The Second World War, vol. I, pp. 125—126.
4 См. Дж. Ф у л л е р Вторая мировая война 1939—1945 гг , стр. 78.
5 К. Типпельскирх. История второй мировой воины. М., Изд-во иностранной
литературы, 1956, стр. 32.
6 Н. С Хрущев. Мир без оружия — мир без войн Т. 1, М., Госполитиздат, 1960, стр.165.
213
политическими целями англо-французские союзники рассчитывали вступить в активную борьбу своими главными силами в момент максимального ослабления как •фашистской Германии, так и Советского Союза.
Ведением «странной войны» союзники как бы предупреждали гитлеровцев, что распространение агрессии в сторону Запада встретит сопротивление объединенных сил Англии, Франции и США. В то ше время своей пассивностью на Западном фронте англо-французские империалисты предоставляли германским фашистам возможность беспрепятственно оккупировать территорию Польши и двигаться дальше на Восток.
Таким образом, в стратегии «странной войны» нетрудно увидеть продолжение все той же мюнхенской политики правящих кругов Англии и Франции в новой, изменившейся обстановке. Стратегия «странной войны» встретила полное одобрение правительства США. Об этом свидетельствует поездка в Европу в феврале 1940 г. заместителя государственного секретаря США Уэллеса, предпринятая для того, чтобы найти пути примирения англо-французского блока с фашистской Германией.
Политические цели «странной войны» глубоко вскрыл генеральный секретарь Французской коммунистической партии Морис Торез, писавший, что правительства Англии и Франции «не хотели сердить Гитлера: они лелеяли надежду сторговаться с ним в тот день, когда он нападет на Советский Союз» 1.
Германское правительство понимало политику противников и пользовалось ею в своих целях. 9 сентября 1939 г. Гитлер отдал приказ, категорически запрещавший какие-либо активные операции против Франции на суше и на море 2.
Тем временем французские капиталисты продолжали снабжать Германию стратегическим сырьем через нейтральные страны. Налицо был временный негласный компромисс двух противников. Одна из форм этого компромисса заключалась в использовании французскими империалистами германо-фашистских методов борьбы с прогрессивными силами. Правящие круги Франции развернули настоящую войну против всех прогрессивных сил нации, и в первую очередь против коммунистической партии. Даже буржуазный английский историк Альфред Коббан признает, что во Франции «единственные эффективные меры, принятые правительством, были направлены против коммунистов» 3.
26 сентября 1939 г. французское правительство издало закон о запрещении коммунистической партии. За коммунистическую пропаганду грозила смертная казнь.
Правительство Франции все более скатывалось на путь фашизации страны. В поход против коммунистов включилось также и руководство французской социалистической партии, заключившее союз с реакцией.
Когда началась война, французские коммунисты правильно определили ее империалистический характер и цели. Они осудили войну и потребовали от правительства проведения политики, которая отвечала бы интересам Франции и всех свободолюбивых народов. Коммунисты —депутаты парламента — выступили с письмом, в котором говорилось: «Мы всеми силами стремимся к справедливому и длительному миру, и мы думаем, что его можно быстро достигнуть, ибо, помимо империалистов, поджигателей войны и гитлеровской Германии, существует могучий Советский Союз, который может обеспечить осуществление политики коллективной безопасности, способной сохранить мир и независимость Франции» 4.
В развернутом виде политика Коммунистической партии Франции была изложена в ее воззвании, опубликованном 14 октября 1939 г. В нем говорилось: «Коммунисты ненавидят Гитлера и его свирепый антирабочий режим. Но мы отрицаем за мюнхенцами, капиталистами-эксплуататорами, и агентами Абеца (главный легальный
1 М. Торез. Сын народа, стр. 131.
2 См. Documents on German Foreign Policy 1918—1945. Series D, vol. VIII, p. 41.
s The Intial Triumph of the Axis. Ed. by A. Toynbee and V. Toynbee. London, 1958, p. 197. 4 J. Fonteyne. Le Proces des Quarante-Quatre. Bruxelles, 1940,n, 14.
214
резидент германской разведки во Франции.—Ред.) право говорить oo антигитлеризме в момент, когда они вводят во Франции фашистские методы репрессий» х-
Преследованиям и репрессиям подвергались также коммунисты и прогрессивные деятели Англии, которых правительство обвиняло в отсутствии патриотизма. Англо-французская печать, листовки, сбрасывавшиеся англо-французской авиацией над Германией, порицали Гитлера и его правительство за то, что фашисты не напали на СССР. Одна из таких листовок, озаглавленная «Долой большевизм!», утверждала, что «Гитлер был рыцарем крестового похода в борьбе против коммунизма. Сейчас от рыцаря-крестоносца остался только человек, смирившийся перед Москвой» 2. Выступая 4 октября 1939 г. в парламенте, Галифакс говорил, что, отказавшись от нападения на СССР, Гитлер «изменил самым коренным принципам своей политики» 3, которые он в течение многих лет самым энергичным образом провозглашал.
В то время как правительства Англии и Франции, а также правительство США прилагали все усилия к тому, чтобы направить гитлеровскую агрессию против Советского Союза, германское верховное командование 9 октября 1939 г. издало приказ о подготовке наступления на Западе. Приказ предусматривал включение в зону боевых действий территорий Голландии, Бельгии, Люксембурга, Франции 4.
В соответствии с этим приказом незамедлительно началось сосредоточение и развертывание немецко-фашистских войск на западных границах Германии. В течение октября — ноября 1939 г. из Польши на Запад была переброшена основная масса германских войск. В целях маскировки этой передислокации группам армий, армиям и дивизиям присваивались новые номера. Одновременно быстро увеличивалась общая численность войск за счет призыва в армию. На Запад направлялась техника и оружие. К марту 1940 г. общая численность действующей армии Германии возросла с 2 800 тыс. до 3 300 тыс. человек 5.
В связи с решением о подготовке к наступлению на Западе верховное командование вооруженных сил Германии, чтобы замаскировать свои планы, директивой № 7 от 18 октября предписало воздерживаться пока от активных военных действий на Западе. В директиве говорилось: «Армейские патрули могут проникать на французскую территорию лишь в тех пределах, в каких это нужно для разведки и сохранения необходимой дистанции, чтобы предупредить столкновение с противником. Истребительная авиация может проникать в воздушное пространство Франции лишь в пределах, необходимых для прикрытия наших частей, производящих разведку»6.
19 октября 1939 г. верховное командование вооруженных сил Германии закончило составление первого варианта плана войны на Западе, получившего условное наименование «Желтый план» («Фаль Гельб»). Как первый, так и второй вариант (от 29 октября 1939 г.) в основном копировали германский план первой мировой войны — план Шлиффена. Главный удар намечалось нанести в обход линии Мажино через Северную Бельгию и Южную Голландию, на территории которых предполагалось уничтожить основные силы противника. Немецкие танковые соединения во взаимодействии с парашютнодесантными войсками должны были рассечь армии Франции, Англии и их союзников на несколько частей и затем уничтожить изолированные друг от друга группировки. После завершения решающей операции в Бельгии и Голландии германские войска планировалось бросить в наступление на французскую столицу7.
1 «Le Monde», 1939, № 5, p. 3.
2 ИМЛ. Документы и материалы Отдела истории Великой Отечественной войны, инв.
№ 4526, л. 1.
3 «The New York Times», October 5, 1939.
4 См. H. A. J а с о b s e n. Fall Gelb. Wiesbaden, 1957, S. 12—24.
5 См. Б. M ю л л е р-Г иллебранд. Сухопутная армия Германии 1933—1945 гг.
Т. II. М., Изд-во иностранной литературы, 1958» стр. 47.
6 Documents on German Foreign Policy 1918—1945. Series D.vol. VIII, p. 316.
7 См. H. A. J a cob sen. Fall Gelb, S. 25—43.
215
Первые варианты «Желтого плана» были раскритикованы начальником штаба группы армий «А» генерал-лейтенантом Манштейном. Он считал, что наличие в руках германского командования подвижных соединений дает возможность более эффективно решить исход намеченной операции. В представленном им 18 декабря 1939 г. новом варианте плана предлагалось иное оперативное решение. Группа армий «Б» должна была с началом военных действий на Западе сковать противника с фронта в Северной Бельгии, отвлекая на себя основные его силы. Группе армий «А» надлежало осуществить с помощью подвижных соединений глубокий прорыв к побережью Ла-Манша через Люксембург, Арденны и Северную Францию, отсекая основную массу войск противника х.
План Манштейна, предлагая смелое оперативное решение, учитывал политическую сущность «странной войны», которую вели правительства Англии и Франции. Германское верховное командование согласилось с наметками Манштейна. Они легли в основу новых вариантов «Желтого плана» и окончательного решения, воплощенного в плане под названием «Разрез серпом», принятом 24 февраля 1940 г. 2.
Успех задуманного плана во многом зависел от того, какое количество войск сосредоточат военные командования Франции и Англии на территории Бельгии и Голландии к северо-западу от намеченного серпообразною обходного удара группы германских армий «А». Обстановка благоприятствовала гитлеровцам; союзники были уверены в том, что Германия в своих действиях будет руководствоваться видоизмененным планом Шлиффена. В особенности они утвердились в этом мнении после происшествия, представлявшего собой ловко разыгранную германской стороной инсценировку, целью которой являлась преднамеренная дезинформация. 10 января 1940 г. немецкий самолет, имевший на борту офицера связи Райнбергера с одним из первых вариантов «Желтого плана», якобы потеряв ориентировку, совершил посадку на бельгийской территории вблизи города Мехелен 3.
В обнаруженных у Райнбергера штабных документах английские и французские военные руководители увидели, что их предположения, на основе которых был составлен в октябре — ноябре 1939 г. оперативный план «Д», полностью подтверждаются. Логичнее было предположить, что германское командование откажется от «Желтого плана», зная, что он попал в руки противника. Но этот вывод сделан не был. План «Д» остался в силе.
По этому плану предусматривалось, в случае вторжения германских войск в Бельгию, выдвинуть им навстречу англо-французские войска до реки Диль, но «не для наступления на немцев, а /для занятия оборонительного рубежа...» 4. Союзное командование стремилось вывести свои войска на линию бельгийских крепостей Намюр, Льеж, Антверпен и, опираясь на левый фланг линии Мажино, создать стабильный позиционный фронт до самого побережья Ла-Манша.
Французское командование было твердо убеждено в том, что Арденны непреодолимы для современных механизированных армий и что немецкие танковые и механизированные войска будут вынуждены главный удар наносить через Центральную Бельгию.
Приняв оборонительный план, англичане и французы не торопились с развертыванием своих войск против Германии. Только 16 января 1940 г. был оформлен Северо-Восточный фронт в составе четырех французских и одной английской армий под общим командованием французского генерала Жоржа. Увлеченные антисоветскими приготовлениями, военные штабы союзников не заботились об укреплении своих вооруженных сил на Западе. Даладье впоследствии вынужден был признать, что тысяча танков, предназначавшаяся «для других целей», к моменту германского
1 См. Н. А. Jacobs en. Fall Gelb, S. 70—77.
2 См. там же, стр. 112—118.
3 См. там же, стр. 93—99.
4 Дж. Фу л л ер. Вторая мировая война 1939—1945 гг. , стр. 88 ;L.—M. С h a s s i n. Histoi
re militaire de la seconde guerre mondiale, p. 43.
216
вторжения оставалась на складах и не была использована в боевых действиях Ч К началу войны французская армия имела лишь три механизированные дивизии. Входе «странной войны» были сформированы четыре танковые дивизии: первые две — к середине января 1940 г., третья — к середине марта, а четвертая — в разгар немецко-фашистского вторжения во Францию. Англичане вообще медлили с переброской своих танковых войск. Первая английская танковая дивизия высадилась во Франции, когда там уже широко развернулись наступательные действия германской армии.
Таким образом, англо-французские вооруженные силы, по существу, не были готовы к отражению немецкого наступления. Они не имели плана активных действий. Правящие круги Англии и Франции, объявив войну Германии, надеялись договориться с Гитлером о совместных действиях против СССР. Однако немецкие фашисты не оправдали надежд своих мюнхенских покровителей: гитлеровцы, прежде чем напасть на Советский Союз, нанесли удар на западе.
3. Вторжение немецко-фашистских войск в страны Западной Европы
Правительства Англии и Франции упорно продолжали политику «странной войны». Даже после подписания советско-финляндского мирного договора они больше помышляли об агрессии против СССР, чем об отпоре Германии. Один из английских журналов с циничной откровенностью писал: «Союзники должны начать войну против России... Война с Россией будет в настоящее время более опасной и более трудной, чем она была бы два или три месяца тому назад, когда Россия была связана по рукам и ногам Финляндией» 2.
Германское верховное командование в ходе «странной войны» пришло к выводу,, что наступления противника на Западном фронте ожидать не следует 3. Бездействие союзников позволило гитлеровцам хорошо подготовиться для удара по Франции. Немаловажную роль в этом сыграла помощь американских монополий, в частности, в оснащении немецко-фашистской армии грузовым автотранспортом. Заводы Форда,. «Дженерал моторе», построенные или модернизированные в Германии перед войной, теперь давали основную часть немецкой автомобильной продукции.
Своей первой задачей в войне на Западе руководители гитлеровской Германии наметили захват Дании и Норвегии. Страны, расположенные на севере Европы, фашистские руководители рассматривали как важный стратегический плацдарм для военных действий против Англии, а в дальнейшем и против Советского Союза. Захват Дании и Норвегии обеспечивал также бесперебойное снабжение Германии шведской рудой, в которой очень нуждалась германская тяжелая индустрия.
Генеральные штабы Англии и Франции в свою очередь разрабатывали план захвата портов и аэродромов на западном побережье Норвегии. 28 марта 1940 г. высший военный совет союзников принял решение заминировать норвежские прибрежные воды и высадить десант в Норвегии, чтобы воспрепятствовать вывозу шведской железной руды в Германию и заставить немецкий флот ограничить свои действия Балтийским морем.
К утру 8 апреля англо-французский флот закончил минирование норвежских прибрежных вод. В тот же день транспортные суда Англии и Франции, груженные войсками и снаряжением, вышли в Северное море, взяв курс к берегам Норвегии.
1 См. Paul Rey naud. La France a sauve l'Europe. T. II. Paris, 1947, p. 113.
2 «The Ninteenth Century and after». April 1940, pp. 385, 391.
3 См. Б. M ю л л e р-Г иллебранд. Сухопутная армия Германии 1933—1945 гг., т. II г
стр. 37.
217
Но германские войска упредили своих противников, высадившись в важнейших пунктах норвежского побережья. (См. карту № 9).
Утром 9 апреля 1940 г. немецкие фашисты вторглись в Данию и Норвегию. Дания была оккупирована без какого-либо противодействия с ее стороны, так как датский король и правительство приказали войскам сложить оружие. В Норвегии, армия и народ которой были полны решимости оказать сопротивление немецким захватчикам, создалось неблагоприятное для патриотов положение. Подавляющая часть норвежских войск находилась далеко от пунктов 1ерманского вторжения. Эти войска под давлением Англии и Франции были переброшены правительством на север — к границам Финляндии, что было связано с антисоветскими планами западных держав, вынашивавшимися ими во время советско-финляндской войны. Кроме того, задолго до нападения Германии гитлеровская разведка с помощью своего агента — военного министра Норвегии Квислинга — проникла в важнейшие звенья государственного аппарата и военного командования Норвегии и в критический момент парализовала ее армию. В два дня германские войска захватили все важнейшие порты страны.
Норвежские патриоты мужественно сопротивлялись, в ряде мест происходили ожесточенные бои. Значительные потери понес германский военно-морской флот. В Осло-фиорде норвежские береговые батареи потопили немецкий тяжелый крейсер «Блюхер». Кроме того, немцы потеряли два легких крейсера — «Карлсруэ» и «Кенигсберг».
Вторжение в Норвегию осуществлялось силами пяти пехотных и двух горнострелковых дивизий. На норвежских аэродромах приземлилось около 300 транспортных самолетов, доставивших свыше 2 тыс. солдат с полным вооружением. Для перевозки войск морским путем немецкое командование использовало 270 транспортных и около 100 рыболовных судов. Войска высаживались под прикрытием 60 бомбардировщиков, 40 истребителей, 7 крейсеров и 14 эсминцев. Большую роль в военных действиях в Норвегии сыграла германская авиация. На важнейшем, южном, направлении она подавила огонь норвежских береговых батарей и высадила воздушные десанты, которые захватили береговые укрепления, а также норвежский аэродром Ставангер. Это дало возможность десантным кораблям осуществить прорыв в Осло и Кристиансанд.
14—19 апреля в Северной Норвегии были высажены английские и французские войска из состава экспедиционного корпуса, который до этого намечалось отправить в Финляндию для участия в войне против СССг\ Противостоять превосходящим силам Германии эти войска не смогли, и спустя две недели они были эвакуированы. В середине мая западные союзники предприняли еще одну десантную операцию в Норвегии, в районе Нарвика. Она протекала более успешно, чем первая: союзные войска овладели Нарвиком. Однако успешные действия германской авиации поставили высадившиеся войска в трудное положение, а сложившаяся к этому времени военная обстановка в Западной Европе тем более вынудила англо-французское командование отказаться от завершения операции и эвакуировать свои войска из Норвегии.
Вся Норвегия оказалась в руках немецко-фашистских захватчиков. Теперь гитлеровское правительство могло беспрепятственно пользоваться экономическими ресурсами скандинавских стран, а также оказывать политическое давление на Финляндию. Военно-воздушные и военно-морские силы Германии получили в Норвегии большое число баз, что облегчило им ведение боевых действий на подходах к северным и восточным портам Англии.
Захват Дании и Норвегии подтверждал всю несостоятельность расчетов западных политических деятелей на то, что Гитлер не нападет на страны Западной Европы. Вслед за оккупацией Дании и Норвегии немецко-фашистские войска 10 мая 1940 г. вторглись во Францию, Нидерланды, Бельгию и Люксембург. Это означало полное банкротство политики «странной войны» в Европе, направленной на то, чтобы разрешить империалистические противоречия западных держав за счет Советского Союза.
218
Германское командование бросило в наступление на Францию 74 дивизии, входившие в группы армий «А» и «Б», оставив в резерве главного командования 42 дивизии и 1 бригаду. Группа армий «Ц» в составе 19 дивизий занимала оборону на рубежах линии Зигфрида 1. Этим 135 германским дивизиям и 1 бригаде противостояли 142 дивизии союзников: 99 французских, 10 английских, 22 бельгийские, 10 голландских и 1 польская. В танковых дивизиях немецко-фашистской армии насчитывалось 2580 танков 2.
Союзное верховное командование располагало более чем 3 тыс. танков, 2 тыс. из которых находились в 40 отдельных танковых батальонах при общевойсковых соединениях. Если немцы основную массу своих танков собрали в дивизии, которым отводилась роль ударной силы, то союзники распылили значительную часть своих танков по пехотным соединениям 3.
Правительство Англии, следуя своему излюбленному методу таскать каштаны из огня чужими руками, рассчитывало и на этот раз вести войну силами французских солдат. Располагая 1720 боевыми самолетами, Англия послала во Францию 474 самолета, а из имевшихся 600 английских танков до 10 мая 1940 г. на фронт прибыло только 50 машин. Голландская авиация насчитывала 124 самолета, бельгийская — 410, французская — 1730 самолетов.
Таким образом, по числу дивизий силы сторон оказались почти равными. Германия не имела превосходства и в танках и значительно уступала союзникам в количестве и качестве артиллерии 4. Немцам удалось добиться некоторого преимущества лишь в авиации, но и оно было очень небольшим. Нельзя ведь при учете соотношения сил брать только те 2738 союзных самолетов, которые базировались на аэродромы континента против 3500 немецких боевых машин. Следует учитывать и ту авиацию, которая базировалась на аэродромы английского побережья. Вот почему французский военный историк Гутард заявляет, что «на стороне германских военно-воздушных сил не было подавляющего превосходства, тем более, что, уступая в отношении бомбардировщиков, мы располагали небольшим преимуществом в отношении истребителей» 5.
Немецко-фашистский стратегический план был рассчитан на внезапность нападения и высокие темпы наступления. Главный удар против Франции наносила группа армий «А» в составе 4, 12 и 16-й полевых армий и танковой группы. Группа армий «А» поддерживалась 3-м воздушным флотом (около 1 тыс. самолетов). Всего эта группа, которой командовал генерал-полковник Рундштедт, насчитывала 45 дивизий,включая 7 танковых и 5 моторизованных. Основной ударной силой являлась танковая группа генерала Клейста, в которую входило 5 танковых и 5 моторизованных дивизий. Задача группы армий «А» состояла в том, чтобы прорвать французский фронт в районе Седана, а затем, развивая наступление вдоль франко-бельгийской границы к побережью Ла-Манша, отсечь англо-французские войска в Бельгии. (См. карту № 10).
Против Бельгии и Нидерландов германское командование развернуло группу армий «Б» под командованием генерал-полковника Бока в составе 6-й и 18-й полевых армий и 16-го отдельного танкового корпуса. Всего эта группа насчитывала 27 дивизий, в том числе 3 танковые и 2 дивизии резерва. В Нидерландах немцы намечали сочетать фронтальный удар силами 18-й армии с действиями авиадесантных частей в тылу противника. 6-я армия должна была обойти линию бельгийских крепостей на реке Маас с севера и сковать войска союзников в Бельгии в то время, когда группа армий «А» будет заходить им в тыл.
1 См. Б. M ю л л е р-Г иллебранд. Сухопутная армия Германии 1933—1945 гг., т. IIf
стр. 54—55.
2 См. там же, стр. 144.
3 См. A. Goulard. 1940 — La Guerre des occasions perdues. Paris, 1956, p. 81.
4 Cm. J. de L a u n л y. Le monde en guerre 1939 —1945. Paris, 1945, p. 133. jtn
5 A. Goutard. 1940 —La Guerre des occasions perdues, p. 86. **'
Группа армий «Ц» в составе 1-й и 7-й полевых армий имела задачу сковать французские войска на линии Mажино. Развертывание англо-французских войск было осуществлено в соответствии с планом «Д», подготовленным объединенным командованием. Союзные войска состояли из двух групп армий, расположившихся от побережья Ла-Манша до границы со Швейцарией. Первая группа (1, 2, 7, 9-я французские и английская экспедиционная армии) насчитывала 44 дивизии, в том числе 3 механизированные (480 танков) и4танковые (600 танков и 840 бронеавтомобилей). Задача этой группы заключалась в том, чтобы, опираясь правым флангом на линию Мажино и полевые укрепления на реке Маас, основными силами выдвинуться в Бельгию и создать стабильный фронт. При этом 7-ю французскую армию намечалось, если позволит обстановка, продвинуть через район Антверпена в Нидерланды, чтобы заполнить почти 50-километровый разрыв между голландскими и бельгийскими укреплениями и таким путем образовать непрерывный союзный фронт.
Вторая группа армий (3, 4 и 5-я французские армии) развернулась за линией Мажино от Лонгви до швейцарской границы. В нее входили 25 дивизий, включая 9 дивизий с линии Мажино. Этой группе, обладавшей почти трехкратным численным превосходством над противником, была поставлена пассивная задача — удерживать линию Мажино. Вдоль швейцарской границы расположилась одна французская армия в составе 17 дивизий. 6-я французская армия прикрывала южное побережье Страны, 10-я армия — границу с Италией. В стратегическом резерве французского командования оставались 16 дивизий, в том числе 3 танковые.
Созданная голландцами укрепленная линия Греббе начиналась на южном побережье залива Зюдер-Зее, прикрывая подступы к Амстердаму, Утрехту, и южнее выходила на голландско-германскую границу. За укреплениями этой линии развернулись два армейских корпуса; другие два корпуса и легкая дивизия находились в резерве. Задача бельгийской армии, как и голландской, заключалась в том, чтобы, опираясь на свои укрепленные районы, задержать немецко-фашистские войска до подхода основных англо-французских сил. Серьезной подготовки страны к обороне от германской агрессии бельгийское правительство не вело.
Неправильно оценив планы германского верховного командования, военные руководители Англии и Франции не сосредоточили необходимых сил на направлении главного удара немцев со стороны Арденн. Считая Арденны труднопроходимыми из-за сильно пересеченной местности, покрытой большими лесами, а также из-за недостатка шоссейных и железных дорог, англо-французское командование развернуло здесь на 120-километровом участке фронта между Лонгви и Динаном всего лишь две слабо вооруженные французские армии, в которых насчитывалось 13 пехотных и 2 кавалерийские дивизии.
Английская и французская агентурная разведка в Германии заранее предупреждала о предстоящем немецком наступлении на Западе, но союзное командование, занятое антисоветскими планами, не обратило внимания на сигналы разведки.
Банкротство мюнхенской политики правительств Англии и Франции и их методов ведения войны стало очевидным уже в начале мая 1940 г. Возникший в связи с этим политический кризис в Англии закончился к 10 мая 1940 г. отставкой главного творца этой политики премьер-министра Чемберлена и назначением на пост премьер-министра Уинстона Черчилля.
Некоторые препятствия активным действиям Германии против Франции создавал нейтралитет Бельгии, Голландии и Люксембурга. Германское правительство прибегло к еще более чудовищной провокации, чем при инсценировке «нападения» на Глейвиц(см. стр. 200—201). В ночь на 10 мая 1940 г. был совершен воздушный налет на один из университетских городов Германии — Фрейбург. Фугасные бомбы, сброшенные с самолетов, легли в цель, разрушив женский пансионат и больницу, убив и покалечив десятки людей. Этот налет, приписанный авиации Голландии и Бельгии, и послужил предлогом для нападения несколькими часами спустя германских войск на нейтральные страны.
220
В действительности налет совершила германская авиация, выполняя приказ своего правительства. Для осуществления провокации были привлечены самолеты 51-й эскадрильи под командованием Иозефа Камхубера. «Заслуги» этого воздушного лирата-провокатора обеспечили ему быстрое продвижение по служебной лестнице, К концу второй мировой войны он уже был генерал-лейтенантом, а впоследствии стал командующим военно-воздушными силами ФРГ.
На рассвете 10 мая 1940 г. немецко-фашистская авиация, подвергнув бомбардировке Гаагу и Роттердам, сбросила в этих районах около 4 тыс. парашютистов. Одновременно перешла в наступление 18-я армия. На захваченные парашютистами голландские аэродромы было немедленно переброшено транспортными самолетами и планерами 22 тыс. солдат и офицеров. Активную помощь парашютистам и наземным войскам оказала германская агентура в Голландии. В частности, группы немецких диверсантов, переодетых в голландскую форму, захватили мосты на реке Маас, а также вывели из строя систему, с помощью которой могла быть затоплена местность перед голландской линией обороны.
Голландское командование предложило нанести фланговый удар по 18-й немецкой армии, двигавшейся на Роттердам, и обратилось к англо-французскому командованию с просьбой о помощи. Но это предложение осуществить не удалось. Английская авиация не выполнила поставленную перед ней задачу прикрыть 7-ю французскую армию с воздуха, и эта армия сразу же отошла, как только показались первые германские самолеты. Пример самоотверженной борьбы против воздушных сил Германии показали многие голландские летчики и зенитчики. За пять дней боевых действий они уничтожили 50 фашистских самолетов в воздушных боях и 139 огнем зенитной артиллерии.
12 мая немецкие танковые части, наносившие фронтальный удар через Дорд-рехт, соединились со своими авиадесантными войсками в районе Роттердама. Несмотря на то, что большая часть войск Нидерландов продолжала занимать свои позиции, голландское верховное командование 14 мая отдало приказ о капитуляции. Уже после капитуляции немецко-фашистские воздушные силы совершили варварский налет на Роттердам, во время которого погибло около 30 тыс. жителей.
С началом активных военных действий на Западе союзное командование направило в Бельгию основную группировку англо-французских войск, что отвечало планам немецко-фашистского генералитета. Германская авиация, уничтожившая в первые часы наступления основные силы французской авиации на ее аэродромах, не препятствовала выдвижению союзных войск.
На пути германского наступления в Бельгии находился канал Альберта, соединяющий реку Маас с Шельдой. Глубокий, с наклонными бетонными берегами, он мог оказаться серьезным противотанковым препятствием. Но немецкие парашютисты сразу же захватили два моста через канал. Канал Альберта прикрывался мощным бельгийским фортом Эбен-Эмаэль (севернее Льежа), сооруженным в толще горы, на склонах которой размещались многочисленные долговременные огневые точки. Внутри горы были прорыты туннели, оборудованные под склады боеприпасов и продовольствия, имелись казарменные помещения и т. п.
Германская авиация подвергла форт сильной бомбардировке и, опустив на него дымовую завесу, ослепила гарнизон. Под прикрытием завесы посреди форта бесшумно приземлились планеры с 80 десантниками, предварительно прошедшими специальную подготовку под Дессау, где была построена точная копия форта Эбен-Эмаэль. Десантники забросали входы в сооружения форта гранатами большой взрывной •силы и таким образом закупорили находившийся там гарнизон, насчитывавший 1200 человек.
16-й отдельный танковый корпус немцев беспрепятственно переправился через канал Альберта (по захваченным парашютистами мостам) и, обойдя укрепления Льежа, вышел на оперативный простор. Действия этого корпуса отвлекли внимание французского главного командования от Арденн.
221
Группа армий «А» прошла 112 километров по территории Люксембурга и Юго-Восточной Бельгии, не встретив сопротивления. 13 мая она приступила к форсированию реки Маас на фронте от Живе до Седана. Форсирование осуществлялось на трех участках. На каждом участке в первом эшелоне действовал танковый корпус при поддержке пикирующих бомбардировщиков. Общий фронт наступления трех танковых корпусов составлял 80 километров, но каждый из них действовал главными силами на узком участке шириной не более 5 километров.
Прорвав фронт, танковая группа генерала Клейста двинулась к побережью Ла-Манша, громя тылы англо-французских армий, находившихся в Бельгии. Французское правительство заметалось в панике. Оно спешно сообщило Черчиллю, что-считает войну проигранной, хотя для такого вывода никаких оснований еще не было. За исключением участка Седан — Динан. фронт в целом не был поколеблен и оказывал сопротивление. Но под Седаном, на этом решающем участке фронта, командующий 2-й французской армией генерал Хюнтцигер отвел свои войска, открыв путь немцам. Соотношение сил в тот момент было таково: 2-я французская армия насчитывала 7 боеспособных дивизий, хорошо оснащенных танками. Ей противостояла 10-я немецкая танковая дивизия, растянувшаяся на 30 километров по фронту *.
18 мая немецкие танки подошли к Амьену. В это время Рейно занимался реорганизацией кабинета. В состав правительства в качестве заместителя председателя совета министров был введен Петэн, сторонник сделки с Германией. Обманывая народ, правительство утверждало, что реорганизация кабинета предпринята якобы в интересах укрепления обороны страны. Рейно заявил, что «маршал Петэн... будет находиться в правительстве до победы» 2. Однако действительные намерения Петэна не составляли никакого секрета для германских руководителей. Вейцзекер отмечал, что «маршал Петэн рассматривается как адвокат мирной политики во Франции... Если вопрос о мире станет во Франции более острым, Петэн сыграет свою роль» 3.
Германские танковые войска безудержно рвались на запад и 20 мая вышли к морю северо-западнее Абвиля. В этот период решительными действиями союзных войск еще не поздно было выправить положение на фронте. Генерал Вейган, сменивший Гамелена на посту верховного главнокомандующего, принял решение нанести удар по флангам противника в районе Арраса, что дало бы возможность отрезать прорвавшиеся немецкие части.
План Вейгана был принят на заседании объединенного штаба союзников. По-замыслу штаба удар должен был наноситься одновременно с севера — английскими войсками и с юга — французскими. Союзникам предстояло пройти около 40 километров, чтобы соединиться и отрезать германские части4. Однако в решающий момент английские войска под командованием генерала Горта без предупреждения внезапно покинули фронт и отступили к побережью, оставив на произвол судьбы французских и бельгийских солдат, державших оборону.
Английское командование приняло это решение не только потому, что оно не было уверено в успехе намеченного контрудара; правительство Англии, считая положение на фронте очень серьезным, стремилось сберечь свою экспедиционную армию и вернуть ее на острова для их обороны. Вот почему уже 20 мая в Дувре (Англия) было созвано специальное совещание по вопросу об эвакуации английских войск через Ла-Манш. Одновременно проводилась реквизиция мелких судов у частных лиц. Всего было собрано 861 судно.
Положение союзников становилось все более тяжелым. Нервозность обстановки на фронте быстро передавалась тылу. Над Парижем поднимались клубы дыма — жгли
1 См. R о 1 1 о t. La Bataille de Sedan. «Revue d'histoire de la deuxieme guerre mondiale»
October 1958, pp. 36—37.
2 Roger С e r e, Charles Rousseau. Chronologie du conflit mondial (1935—1945). Paris,.
1945, pp. 151—152.
Documents on German Foreign Policy 1918—1945. Series D, vol. VIII, p. 414. 4 См. К. Типпельскирх. История второй мировой войны, стр. 79.
222
архивы, подготавливалась эвакуация французской столицы. Но создавшееся положение нельзя было считать безнадежным. Хотя наступление немцев и развивалось успешно, оно тем не менее было рискованным и создавало для них самих серьезную угрозу. Танковая группа Клейста далеко оторвалась от пехотных дивизий, ее фланги ничем не прикрывались. Автоколонны с боеприпасами отстали в Арденнах, и артиллерия Клейста, как он сам признавал после войны, располагала 50 снарядами на батарею1. Достаточно было союзным войскам предпринять сильные контрудары по обнаженным флангам немецкой танковой группы, и она оказалась бы между молотом и наковальней. Однако нерешительность верховного командования Франции и несогласованность действий английских и французских войск позволили Клейсту беспрепятственно выйти к побережью Ла-Манша и 22 мая занять Булонь. Следом за танковой группой наступали немецкие полевые армии, охватывая англо-французские силы в Бельгии с юга.
23 мая германские танковые дивизии заняли Кале и в тот же день оказались в 16 километрах от Дюнкерка. Они были гораздо ближе к Дюнкерку, чем основные силы английской экспедиционной армии. Войска танковой группы имели полную возможность не только помешать эвакуации англичан, но и разгромить их. «Спасло вмешательство Гитлера» 2. 24 мая Гитлер прибыл в штаб-квартиру Рундштедта в Шарлевиле и приказал не предпринимать против английских войск до их посадки на суда никаких действий ни на земле, ни с воздуха. Немецким войскам запрещалось приближаться к Дюнкерку ближе чем на десять километров. Отдавая такой приказ, германское правительство считало, что эвакуированные из-под Дюнкерка английские солдаты и офицеры распространят по всей Англии настроения растерянности и страха перед фашистскими полчищами, что вызовет глубокую деморализацию и будет способствовать капитуляции страны перед Германией. Гитлер хотел запугать Англию ее же солдатами. В то же время он старался улучшить шансы на сделку с английскими мюнхенцами. Этим и обусловливались германские попытки тайного сговора с противником 3.
Рундштедт понимал и одобрял этот замысел Гитлера. Больше того, он уже сам подумывал остановить войска, подготовленные для разгрома англо-французской группировки, прижатой к морю вблизи Дюнкерка. Многие же командиры корпусов и дивизий не сразу поняли, в чем тут дело, тем более, что они не получили немедленных указаний о дальнейшем развитии операции во Фландрии. Но, повинуясь приказу, они остановили свои войска на тех рубежах, переступать которые им было запрещено 4.
Положение союзников в эти дни крайвю осложнилось предательством бельгийского короля Леопольда III. Формально являясь главнокомандующим бельгийской армией, он вступил в тайные переговоры с представителями германского командования и, подписав 28 мая акт о капитуляции, сдал им свои войска.
Эвакуация англичан из Дюнкерка (операция «Динамо») проводилась с 26 мая по 3 июня под прикрытием британского военно-морского флота и французской сухопутной армии. В спасении английских войск принимали участие десятки тысяч рядовых англичан: рыбаки, спортсмены, моряки торгового флота. На парусных лодках, шхунах, в шлюпках они переправлялись через Ла-Манш и вывозили солдат с французского побережья. Усилиями простых англичан, пришедших на помощь своей армии, было эвакуировано около 100 тыс. солдат. Всего же на Британские острова было вывезено 338 тыс. человек. 40 тыс. французских солдат остались брошенными в Дюнкерке на произвол судьбы.
Наземные силы Германии не препятствовали эвакуации, но ударов с воздуха английские войска не избежали. Германская авиация потопила 243 различных
1 См. Liddell Hart. The Other Side of the Hill. London, 1948, p. 174. 2Ta m же, стр. 140.
3 См. «The Army Quarterly and journal», vol. LXVI, April, № 1,1958, p. 112.
4 Cm. Hans Adolf Jacobsen. Dunkirchen. Neckargemund, 1958, S. 94—107.
223
плавучих средства (из 861, участвовавшего в операции), 9 эсминцев, а также
нанесла повреждение 23 другим военным кораблям. ^
Английский офицер Ричард Сквайре, участник этих событии, пишет, что «Дюц~ кетж был бегством с поля боя. Дюнкерк был предательством по отношению к нашей союзнице Франции. Дюнкерк был пощечиной для английских солдат, которые хотели сажаться а не эвакуироваться под огнем вражеских орудии» . Английское командование, спасая свои дивизии, прижатые к морю, отдало приказ бросить всю материальную часть. На побережье в Дюнкерке было оставлено 82 тыс. автомашин и повозок 2 4 тыс. орудий, 90 тыс. винтовок, 8 тыс. пулеметов и т. п. \ Но той деморализации в Англии, на которую рассчитывали правящие круги Германии, не произошло. Несмотря на всю тяжесть понесенного ими поражения, усугубленную поспешной и неоправданной эвакуацией, английские солдаты и офицеры сохранили боевой дух и могли явиться костяком для вновь формируемых войск.
На этом закончился первый этап стратегической наступательной операции против Франции, продолжавшийся 23 дня. За этот срок можно было бы мобилизовать все силы французского народа для отпора врагу. Гитлеровский генерал Циммерман признает что «противник, несмотря на тяжелые потери, сражался храбро и честно» . Теперь после войны, эта истина стала очевидной для многих во Франции. Французский правый социалист Поль Бонкур отмечает, что в то тяжелое время надо было сказать нации, которую должны были поднять на тотальную войну, во имя чего она будет работать, терпеть поражения и страдать 4. Эти слова звучат прямым укором тогдашнему правительству Франции. Не народ Франции повинен в поражении. Поражение Франции было обусловлено политикой ее правящих кругов.
В этот грозный час Французская коммунистическая партия, продолжая свою патриотическую деятельность, призвала народ к решительному сопротивлению захватчикам. 6 июня 1940 г. она выступила с предложением правительству, в котором говорилось, что партия считает «организацию обороны Парижа первостепенным национальным долгом». Партия требовала «изменить характер войны, превратив е* в народную войну за свободу и независимость родины» 5. Правительству предлагались конкретные меры: вооружить народ, объявить народную войну за свободу и независимость родины, создать народное ополчение и немедленно арестовать всех вражеских агентов, освободить из тюрем и концентрационных лагерей коммунистов и других прогрессивных деятелей.
Но правящие круги не приняли этой программы спасения Франции, они скло^ нялись к капитуляции. Морис Торез пишет: «Коммунисты хотели, чтобы гитлеровские захватчики были встречены в нашей столице огнем. Вешан думал совершенно иначе: «Если немцы вступят в Париж,— объявил он,— правительство будет морально обязано принять их там» 6.
5 июня немецко-фашистское командование приступило к осуществлению второго этапа стратегической наступательной операции. Группе армий «Б» ставилась задача наступать на Париж, обходя его главными силами с запада. Вошедшая в эту группу 4-я армия (из группы армий «А») должна была продвигаться вместе с отдельным танковым корпусом между Ла-Маншем и Амьеном, 6-я армия с танковой группой Клейста — между Амьеном и Суассоном. От Суассона до линии Мажино наступала группа армий «А» с задачей обойти французские укрепления с тыла. (См. карту № 10).
1 Ртгоялтт Сквайре. Дорога войны. М., Издание «Литературной газеты», 1952, стр. 8.
2 См W Churchill. The Second World War. Vol.11. London, 1955, p. 125. D. D i v i-The nine days of Dunkerk. London, 1959; Montgomery. The Memoire. London, 1958.
а Мировая война 1939—1945 гг. Сборник статей, стр. 47. г
4 См J. Р а и 1-В о п с о и г. Entre deux gueries. Souvenirs sur la Ill-e Republique, vol. iii.
Paris, 1946, p. 143.
5 M. Торез. Сын народа, стр. 142.
6 Т а м ж е.
224
К этому времени у французского командования осталось только 6U дивизий., Из них 43 дивизии Вешан развернул на новом, поспешно созданном фронте — от линии Мажино до Ла-Манша по рекам Эн и Сомма, 17 дивизий было оставлено на линии Мажино.
Фашистская агентура, имевшая широкие связи в правительственных кругах Франции, парализовала сопротивление французских патриотов. Капитулянты захватили в свои руки руководство правительством и армией. Вооруженного народа правящие круги Франции боялись больше, чем гитлеровцев.
10 июня французское правительство переехало в город Тур. В этот день, когда немецкие войска стояли у ворот Парижа, а предатели французского народа готовили капитуляцию, Муссолини объявил Франции войну. Итальянские фашисты решили, что борьба с Францией будет легкой, без риска. Когда началась вторая мировая война, Муссолини не спешил с вступлением в нее. 4 января 1940 г. он писал Гитлеру. «Италия не может выдер/кать длительную войну. Ее вмешательство должно состояться в наиболее выгодный и наиболее решающий момент» х. Министр иностранных дел Чиано говорил, что Муссолини просто «хочет стать мародером» 2. Успешное наступление немецко-фашистских войск заставило Муссолини поторопиться. По словам Герлитца, «Муссолини одолевала одна забота: что он может опоздать... Для того чтобы сесть за стол победителей, ему нужны были несколько тысяч погибших на фронте»3 Диктатор Испании Франко также помышлял о вступлении в войну на стороне Германии. 3 июня 1940 г., поздравляя Гитлера с успехом, он писал ему, что «рассматривает славный ход борьбы (германских солдат.— Ред.) как свою собственную борьбу» 4. Но неустойчивость внутреннего положения в Испании помешала Франко ввергнуть страну в пучину войны.
13 июня на заседании правительства в Туре Вейган потребовал капитуляции перед Германией. Он даже пошел на провокацию, заявив, что коммунисты захватили Париж. Но у лжи Вейгана оказался короткий век. Министр внутренних дел Мандель тут же позвонил префекту Парижа Ланжерону и получил ответ: «В столице все спокойно» 5. Опасаясь, что французский народ стихийно поднимется на защиту столицы, правительство приняло решение объявить Париж «открытым городом», отказавшись от его обороны. Такое решение французского правительства оказалось только на руку германским фашистам, так как им легче было бить того, кто не защищается. Дальнейшие события нарастали с головокружительной быстротой. 14 июня правительство переехало в Бордо. В тот же день немцы без боя заняли Париж.
16 июня английское правительство предложило создать двуединое государство с двойным гражданством под названием «Неразрывный союз между Францией и Англией». Замысел правящих круюв Англии сводился к тому, чтобы превратить Францию в британский доминион в Европе, прибрать к рукам ее военно-морской флот и колониальные владения и при всем том сохранить Францию за собой как воюющего союзника. Предложение английского правительства встретило поддержку со стороны французского генерала де Голля, прибывшего в Лондон по поручению своего командования и правительства для переговоров о возможности дальнейшего военного сотрудничества. Он стремился всеми средствами предотвратить капитуляцию Франции 6.
Французское правительство раскололось на две группы. Одни во 1лаве с Рейно высказались за английское предложение, другие во главе с Петэном — за капитуляцию. Вечером 16 июня большинство членов правительства поддержало предложение
1 Les Lettres secietes echangees par Hitlei et Mussolini (1940—1943) Pans, 1946, p 57.
2 Pietro Badoglio L'Italie dans la gueire mondiale Pans, 1946, pp 47—48.
3 W G о r 1 i t z Der Zweite Weltkrieg 1939 — 1945 В I, S 134
4 Documentson German Foreign Policy 1918—1945. Series D, vol. IX London, 1957, p. 509.
5M Weygand Memoires Rappele au service Paris, 1950, p 216, R. Langeron.
Pans J um 40 Pans, 1946, pp 36—37
6 Cm III де Голль Боенные мемуары, т. 1, стр. 102—103.
15 История Великой Отечественной войны т 1 - A?j
Вейгана запросить перемирие у Гитлера. Рейно был вынужден подать в отставку, формирование нового правительства поручили Петэну.
Утром 17 июня Петэн в своем выступлении по радио заявил, что он обратился к Гитлеру с просьбой прекратить военные действия. Заявление Петэна деморализовало войска и тем самым помогло гитлеровцам захватить значительную часть территории страны. В течение девяти дней после выступления Петэна немецко-фашистские войска, почти не встречая сопротивления, продвигались вперед. За это время они взяли в плен свыше миллиона французских солдат и офицеров, использовав их затем в германском военном хозяйстве как даровую рабочую силу.
Однако многие французские солдаты и офицеры продолжали оказывать врагу сопротивление. Так, 22 тыс. солдат на линии Мажино вели вооруженную борьбу до тех пор, пока в это не вмешалась — много дней спустя после подписания перемирия — специальная комиссия, состоявшая из французских и германских офицеров. Гарнизон форта Эклюз держался до 3 июля 1940 г. Стойко сражались французские войска на юге, где против них наступала итальянская армия. В Альпах итальянцы оказались в трудном положении. По признанию Чиано, когда итало-фашистские войска перешли границу, французы «отрезали пути позади них. В этот момент упал спасительный занавес перемирия. Иначе могло бы произойти много нерадостных событий» х.
22 июня генерал Хюнтцигер, адмирал Платон и бывший посол в Польше Ноэль по поручению правительства Петэна подписали капитуляцию. Гитлеровцы разыграли издевательскую сцену подписания акта капитуляции. Чтобы как можно больше унизить Францию, германские фашисты вручили ее представителям условия перемирия в том же самом вагоне в Компьенском лесу, в котором 11 ноября 1918 г. маршал Фош принимал капитуляцию кайзеровской Германии. По условиям капитуляции весь военно-промышленный потенциал Франции передавался в распоряжение немецко-фашистских захватчиков, использовавших его при осуществлении дальнейших агрессивных планов. Франция была разделена на две зоны. В оккупационную зону гитлеровцы включили всю Северную Францию с ее развитой промышленностью, все французское побережье Атлантики с многочисленными портами и военно-морскими базами. Используя эти базы, немцы могли угрожать Англии с моря и с воздуха. (См. карту № 7).
В неоккупированной зоне немецкие фашисты оставили марионеточное правительство Петэна, проводившее политику сотрудничества с ними. Правительство Петэна обязалось поставлять Германии сырье, продовольствие и рабочую силу. Петэн был готов предоставить гитлеровцам не только даровую рабочую силу, но и добровольческие военные соединения.
Условия перемирия Италии с Францией являлись как бы дополнением к франко-германскому договору от 22 июня. По этим условиям создавались демилитаризованные зоны: в Европе — на 50 километров от линии, занимаемой итальянскими войсками к моменту подписания перемирия, в Африке — на 250 километров от границы Туниса с Ливией. Предусматривалась демилитаризация военно-морских баз Тулона, Бизерты и Орана.
Однако итальянским фашистам не удалось удовлетворить свои территориальные аппетиты. Претензии Италии на Корсику и Тунис были отклонены Гитлером при его встрече с Муссолини в Мюнхене 18 июня 1940 г. Рассчитывая в будущем завершить раздел Франции в свою пользу, Гитлер не спешил с окончательным решением этого вопроса, чтобы сохранить на время удобное для него марионеточное правительство Петэна.
Перемирие с Италией было подписано 24 июня. С 25 июня перемирие Франции с Германией и Италией вступило в силу. Срок его окончания не был установлен. В любой момент под любым предлогом Гитлер мог нарушить это перемирие.
1 G. С i a n о. Diario, v. 1, 1939—1940, p. 289. 226
Так спустя немногим более полутора лет после Мюнхена был приведен в исполнение смертный приговор, который Франция сама себе вынесла, подписав руками своих недальновидных правителей мюнхенское соглашение. Поверженная, истерзанная Франция и торжествующий над ней завоеватель — таков был бесславный финал мюнхенского предательства.
Германское командование во Франции вскоре издало приказ о введении беспримерной по своему изуверству системы заложников. По этому приказу за каждое покушение на германских военнослужащих или в случае неповиновения французов гитлеровским властям расстреливались мирные жители, содержавшиеся в тюрьмах и концлагерях в качестве заложников *.
Коммунистические партии Италии и Германии решительно осудили захватнические действия фашистских агрессоров во Франции. В резолюций Коммунистической партип Германии, принятой в начало июля 1940 г. в условиях глубокого подполья, говорилось, что «рабочий класс Германии осуждает компьенский диктат и никогда не признает его. Германские рабочие понимают, что этот диктат является ударом по жизненным интересам немецкого народа. Они выражают свою братскую-солидарность французскому пролетариату и заявляют о своей решимости бороться плечом к плечу с ним против Компьенского мира, против подлого насилия над великим французским народом» 2.
В декларации Коммунистической партии Италии также говорилось о том, что итальянский народ «не хочет быть ни рабом итальянской фашистской буржуазии, ни вассалом иностранного империализма, ни тюремщиком и угнетателем других, народов. Он не хочет обратить в рабство братский народ Франции. Мы, коммунисты, заявляем, что итальянский народ не признаёт и никогда не признает позорные условия «перемирия», навязанные французскому народу немецким и итальянским империализмом»3. Эти резолюции представляли собой одно из ярких проявлений пролетарского интернационализма.
Французский народ не капитулировал перед немецкими захватчиками. В тру/ -ных условиях оккупации он приступил к подпольной и партизанской борьбе против германского фашизма и предателей нации, сгруппировавшихся вокруг Петэна. Во Франции под руководством коммунистов разгоралась народная война, возникло движение Сопротивления.
Когда французское правительство согласилось на позорную капитуляцию перед Германией, генерал де Голль выступил 18 июня 1940 г. с речью по лондонскому радио. Де Голль призывал своих соотечественников не поддаваться отчаянию. «Исход этой войны,— говорил он,—не решается битвой за Францию. Это мировая война. Невзирая на все ошибки, промедления, страдания, в мире есть средства, достаточные для того, чтобы в один прекрасный день разгромить наших врагов»4.
В ответ на эту речь правительство Петэна потребовало немедленного возвращения де Голля во Францию. Но генерал отказался вернуться и отдать себя на милость немецко-фашистским захватчикам и их прислужникам. Обозленные этим, предатели нации во главе с Петэном и Вейганом заочно приговорили де Голля к смертной казни.
Преодолевая огромные трудности, де Голль приступил к созданию в Лондоне легального центра борьбы французов за национальное освобождение и восстановление своей государственности. Он собирал остатки армии, находившиеся за пределами Франции, и пытался объединить французские колонии под руководством созданного им комитета.
1 См. Э. Рассел. Проклятие свастики, стр. 98.
2 О. В и н ц е р. 12 лет борьбы против фашизма и войны, стр. 165.
3 Тридцать лет жизни и борьбы Итальянской коммунистической партии. М., Изд-во иност
ранной литературы, 1953, стр. 479.
4 Шарль де Голль. Военные мемуары, т. 1, стр. 331.
15* 227
Деятельность де Голля приобрела в тот период большое положительное значение. «В нашей стране,— говорил Н. С. Хрущев,— знают генерала де Голля как человека, который проявил большое мужество в то время, когда Франция потерпела поражение и была оккупирована гитлеровскими войсками. Многие государственные деятели предали тогда интересы Франции и пошли на сотрудничество с оккупантами. Генерал де Голль в те трудные годы вел борьбу за освобождение Франции от гнета оккупантов, за ее национальную честь»1.
* * *
Национальная трагедия Франции не была случайной. Она явилась закономерным следствием того предательского курса, который проводили правящие круги страны на протяжении длительного времени. Французских банкиров и промышленников страшил призрак народного гнева; не возражая против того, чтобы Гптлер стал европейским жандармом, они предпочли в своих классовых интересах капитулировать перед Германией.
Мюнхенской сделкой французские империалисты перечеркнули договор о взаимной помощи с Советским Союзом — единственно подлинную гарантию безопасности Франции. После войны это признал сам Рейно, писавший: «Нам нужен был союзник, способный атаковать с тыла германскую армию, если бы она нас атаковала, или противостоять германской армии в тот момент, когда мы ее атакуем с тыла, чтобы защитить нашего союзника. Какая другая армия была на это способна, кроме армии 170-миллионного русского народа?.. Было ли нам отказано в этом, столь явно необходимом союзе? Нет, он был нам предложен; и это мы его отвергли» 2.
Отвергая советскую помощь, французские империалисты тешили себя надеждой, что этим они изолируют СССР и он окажется один на один с германским фашизмом. Но события обернулись так, что в положение изоляции попала сама Франция.
Классовая ненависть французских промышленников и банкиров к собственному народу сказалась и в методах ведения войны. Французское правительство по существу не хотело в 1939 — 1940 гг. вести настоящей войны против гитлеровской Германии; оно боялось призвать народ к борьбе с фашистскими захватчиками. В ходе войны оно стало жестоко расправляться с французскими патриотами. Применив фашистские методы борьбы против своего народа с целью подчинить его империалистической политике, правительство Франции обанкротилось при первых же ударах германской военной машины.
Стратегия оборонительной войны на стабильном фронте связывалась с линией Мажино, на которую французское командование возлагало явно преувеличенные надежды. Линия Мажино являлась серьезным препятствием на пути вражеских войск. Ее форты из бетона и стали представляли собой многоэтажные сооружения, уходившие глубоко под землю. Их расположение давало возможность простреливать местность перекрестным огнем орудий и пулеметов. Собственные источники электроэнергии, подземные водохранилища, большие запасы продовольствия и боеприпасов на линии Мажино позволяли ее гарнизонам оказывать длительное и упорное сопротивление. Но эта линия простиралась лишь вдоль франко-германской границы. От ее левого фланга в районе Лонгви до Ла-Манша долговременных укреплений не было, если не считать нескольких устаревших крепостей. Здесь надежды возлагались отчасти на бельгийскую и голландскую оборону, а больше всего на то, что Германия не осмелится нарушить нейтралитет Бельгии, Нидерландов и Люксембурга, хотя опыт первой мировой войны свидетельствовал о том, что подобные упования весьма рискованны.
1 Н. С. Хруще г. Разоружение — путь к упрочению мира и обеспечению дружбы между
народами, стр. 17.
2 P. Reynaucl. La France a sauve l'Europe, t. 1, pp. 109—110.
228
Превосходство Германии в танках и авиации не было столь серьезным, чтобы исключить для ее противников возможность успешного сопротивления. Но рассредоточение большей части французских танков по пехотным соединениям ослабило эффективность их использования. По словам швейцарского военного журнала, «французские танки, разбросанные на всем фронте, использовались по мелочам, ради статической обороны местности — против немецких динамических ударов массированными силами. Французскому командованию не хватало не столько материальной части, сколько разумной доктрины» х.
Военная стратегия Франции была обусловлена мюнхенской политикой ее правящих кругов. Придав войне на первоначальной ее стадии «странный характер», они рассчитывали, что она останется такой на Западе до конца, открывая широки!1 простор для различных антисоветских комбинаций.
Военные руководители Германии более полно, чем англо-французское командование, учитывали возможности вооруженных сил, оснащенных новыми средствами боевой техники. Используя благоприятную для них обстановку, созданную мюнхенской политикой Англии, Франции и США, вследствие которой Германия получила возможность бить своих противников поодиночке, руководители немецко-фашистской армии сразу же бросили в наступление большие силы, проводя операции в быстром темпе. Они применили в больших масштабах высокоманевренные, подвижные средства борьбы: танки, авиацию, моторизованные и воздушнодесантные войска. Тесное взаимодействие этих родов войск еще более способствовало успеху.
Победы фашистской Германии на Западе только отчасти объясняются причинами военного характера. Решающую роль в поражении Франции сыграли политические причины. Неумолимая логика событий привела к тому, что мюнхенские «миротворцы», занятые организацией войны против СССР, подставили свои страны под удар фашистской Германии и сыграли позорную роль предателей и могильщиков своих собственных наций.
Вторая мировая война, возникшая как война между империалистическими блоками, сохраняла свой империалистический характер весь период «странной войны», представлявшей собой продолжение мюнхенской политики иными средствами. Народы Англии, Франции и других европейских стран вследствие предательской антинациональной политики своих правительств были лишены возможности сражаться против фашизма. Отдельные факты мужественного сопротивления патриотов (например, героическая оборона Варшавы) были предвестниками могучего потока всенародной борьбы, развернувшейся впоследствии, и свидетельством того, что вторая мировая война не будет простым повторением империалистической войны 1914—1918 гг.
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 17:34
Кадук: 12 июн 2021, 17:12 Я решил поддержать этот разговор пока он на качество конопли разговор не перевел.
Дайте ссылку на это... Хотя это, вероятно, пошлый троллинг.
На что ссылку дать?
На керосин и кокс?
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 18:05 На что ссылку дать?
На керосин и кокс?
Курс понятен, но, Кадук, мастерство троллинга желает лучшего...
Lew: 11 июн 2021, 16:45 В советских школах был предмет ПРИРОДОВЕДЕНИЕ, где детям давали основные знания по природным материалам. И в частности объясняли, что есть природный материал железная руда из которой выплавляют чугуны и стали.
Радостно, что Lew обучался в школе, дающей глубокие знания по материаловедению... А вот уважаемому Кадуку повезло меньше: после школы остались какие-то "непонятки
Кадук: 12 июн 2021, 07:01 Закорецкий, в осколочно- фугасных снарядах и минах используется либо сталистый чугун, либо высокоуглеродистая сталь.

Вопрос - в чем разница?
А ларчик просто открывался:
Чугу́н — сплав железа с углеродом, в котором содержание углерода не менее 2,14 %, а сплавы с содержанием углерода менее 2,14 % называются сталью. Углерод придаёт сплавам железа твёрдость, снижая пластичность и вязкость. Углерод в чугуне может содержаться в виде цементита и графита.
Википедия
Так вот сталь с содержанием углерода близком к 2,14 % будет высокоуглеродистой... Так и чугун с содержанием углерода близком к 2,14 % будет сталистым чугуном...
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 18:53
Кадук: 12 июн 2021, 18:05 На что ссылку дать?
На керосин и кокс?
Курс понятен, но, Кадук, мастерство троллинга желает лучшего...
Lew: 11 июн 2021, 16:45 В советских школах был предмет ПРИРОДОВЕДЕНИЕ, где детям давали основные знания по природным материалам. И в частности объясняли, что есть природный материал железная руда из которой выплавляют чугуны и стали.
Радостно, что Lew обучался в школе, дающей глубокие знания по материаловедению... А вот уважаемому Кадуку повезло меньше: после школы остались какие-то "непонятки
Кадук: 12 июн 2021, 07:01 Закорецкий, в осколочно- фугасных снарядах и минах используется либо сталистый чугун, либо высокоуглеродистая сталь.

Вопрос - в чем разница?
А ларчик просто открывался:
Чугу́н — сплав железа с углеродом, в котором содержание углерода не менее 2,14 %, а сплавы с содержанием углерода менее 2,14 % называются сталью. Углерод придаёт сплавам железа твёрдость, снижая пластичность и вязкость. Углерод в чугуне может содержаться в виде цементита и графита.
Википедия
Так вот сталь с содержанием углерода близком к 2,14 % будет высокоуглеродистой... Так и чугун с содержанием углерода близком к 2,14 % будет сталистым чугуном...
Гы гы гы!
А Закорецкий этого не знал.Потому и пел здесь о нехватке кокса и заменой его керосином.
А коль Вы такой знаток - металлург то скажите, а ковкий чугун применяется для производства снарядов и мин?
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 19:02 Гы гы гы!
А Закорецкий этого не знал.Потому и пел здесь о нехватке кокса и заменой его керосином.
Я не очень понял причину вашей весёлости...
Кадук: 12 июн 2021, 19:02 А коль Вы такой знаток - металлург то скажите, а ковкий чугун применяется для производства снарядов и мин?
Я не особо вникал, но выскажу предположение, что для снарядов и мин ковкий чугун менее пригоден ввиду его некоторой пластичности: требуется хрупкость для большей осколочности...
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Lew
Всего сообщений: 2919
Зарегистрирован: 21.04.2019
Образование: высшее естественно-научное
Политические взгляды: пофигистические
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Lew »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 18:53 Радостно, что Lew обучался в школе, дающей глубокие знания по материаловедению...
Не, Lew обучался в обычной школе, но в отличие от всяких закорецких-камилей еще помнит что рассказывали на уроке ПРИРОДОВЕДЕНИЕ :wink:
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Lew: 12 июн 2021, 19:31 Не, Lew обучался в обычной школе, но в отличие от всяких закорецких-камилей еще помнит что рассказывали на уроке ПРИРОДОВЕДЕНИЕ :oops:
Но иногда, к сожалению, память отказывает:
Lew: 11 июн 2021, 17:19 да, углерода, описался впопыхах - исправил
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 19:24
Кадук: 12 июн 2021, 19:02 Гы гы гы!
А Закорецкий этого не знал.Потому и пел здесь о нехватке кокса и заменой его керосином.
Я не очень понял причину вашей весёлости...
Кадук: 12 июн 2021, 19:02 А коль Вы такой знаток - металлург то скажите, а ковкий чугун применяется для производства снарядов и мин?
Я не особо вникал, но выскажу предположение, что для снарядов и мин ковкий чугун менее пригоден ввиду его некоторой пластичности: требуется хрупкость для большей осколочности...
У стали еще большая пластичность.
😂😂😂
А применяют же.
Ковкий чугун сложнее в производстве, потому и дороже.
И применяется в авто-тракторо и сельхоз технике.
Не выгоден он в производстве снарядов.
Вот и вся причина.
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 20:35 Ковкий чугун сложнее в производстве, потому и дороже.
<…>
Не выгоден он в производстве снарядов.
Вот и вся причина.
Для убедительности вы привели бы цифры себестоимости...
Но во время войны есть ещё немаловажный мотив:
И значит, нам нужна одна победа,
Одна на всех - мы за ценой не постоим.
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Lew
Всего сообщений: 2919
Зарегистрирован: 21.04.2019
Образование: высшее естественно-научное
Политические взгляды: пофигистические
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Lew »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 19:42 Но иногда, к сожалению, память отказывает
не, это не память отказывает, это бесёнок руку толкнул :-D
Когда пишешь из головы, можешь допустить описку.
А вот когда тупо постишь из интернета, то описку не допустишь - весь бред передашь 1:1

По сути выступления мусье Закорецкого есть что сказать? (согласен; не согласен; воздержался)
Или способен лишь на троллинг?
Последний раз редактировалось Lew 12 июн 2021, 21:22, всего редактировалось 2 раза.
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Lew: 12 июн 2021, 21:10 Или способен лишь на троллинг?
В зеркало гляньте и посмотрите на тему ветки...
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Lew
Всего сообщений: 2919
Зарегистрирован: 21.04.2019
Образование: высшее естественно-научное
Политические взгляды: пофигистические
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Lew »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 21:13 В зеркало гляньте и посмотрите на тему ветки...
Ещё раз переспрошу: по поводу начальных 6-ти постов Закорецкого в этой ветке имеете что сказать?

Или вы способны только на троллинг?
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Lew: 12 июн 2021, 21:17
Камиль Абэ: 12 июн 2021, 21:13 В зеркало гляньте и посмотрите на тему ветки...
Ещё раз переспрошу: по поводу начальных 6-ти постов Закорецкого в этой ветке имеете что сказать?

Или вы способны только на троллинг?
Камиль, там Закорецкий написал, что гильзы из пороха делали.
Что скажете на сей перл самоназвавшегося артиллериста?
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 21:29 Камиль, там Закорецкий написал, что гильзы из пороха делали.
Что скажете на сей перл самоназвавшегося артиллериста?
Я уже высказался:
Камиль Абэ: 12 июн 2021, 21:13 посмотрите на тему ветки...
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 21:34
Кадук: 12 июн 2021, 21:29 Камиль, там Закорецкий написал, что гильзы из пороха делали.
Что скажете на сей перл самоназвавшегося артиллериста?
Я уже высказался:
Камиль Абэ: 12 июн 2021, 21:13 посмотрите на тему ветки...
Так это же из бреда стартопика в начальных постах.
Я и обсуждаю его слова о сути стратегии войны.
А одна из сутей, что не из чего было делать порох для гильз снарядов.
Что скажете Вы на сей счет?
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Всего сообщений: 7724
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Камиль Абэ »

Кадук: 12 июн 2021, 21:52 одна из сутей, что не из чего было делать порох для гильз снарядов.
Что скажете Вы на сей счет?
Какое влияние на суть стратегии оказывают проблемы с порохом?
https://kamil-abe-46.livejournal.com/
Кадук
Всего сообщений: 7336
Зарегистрирован: 04.03.2017
Образование: школьник
 Re: СУТЬ СТРАТЕГИИ ВОЙНЫ 1941-1945

Сообщение Кадук »

Камиль Абэ: 12 июн 2021, 22:31
Кадук: 12 июн 2021, 21:52 одна из сутей, что не из чего было делать порох для гильз снарядов.
Что скажете Вы на сей счет?
Какое влияние на суть стратегии оказывают проблемы с порохом?
Нет. О гильзах из пороха.
Какое они влияние на стратегию оказывают?
А были ли они?
Вот так, на нескольких маленьких постах я нашел пока 2 откровенных высера.
Точнее нашел больше, но озвучил два.
Выходит на откровенной лжи все 6 постов основаны или как?
Если человек учёный, то ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон, вверх дыбом.(R)
Ответить Пред. темаСлед. тема
Для отправки ответа, комментария или отзыва вам необходимо авторизоваться
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в «Вторая мировая война»