Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой ВойныНовейшее время

1914 год и далее без остановок
Аватара пользователя
Камиль Абэ
Сообщений в теме: 32
Всего сообщений: 3434
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Камиль Абэ »

Земляк:
18 авг 2020, 23:14
Думаю англичанам было не просто понять, почему Англия, при таком раскладе, должна воевать на стороне СССР.
Такой же вопрос стоял и перед поляками, которые уже решили создавать свою армию на территории СССР.
Главное здесь, что для англичан (народа) было осознание того, что война с Германией для них уже шла с 3 сентября 1939 г., а 22 июня 1941 г. в Англии облегчённо вздохнули: теперь они не одиноки в борьбе с Германией. Вопрос был о формах взаимодействия с Советами.

Полякам было сложнее определиться, но у них мало было выбора...

Реклама
Аватара пользователя
Автор темы
Земляк
Сообщений в теме: 182
Всего сообщений: 1807
Зарегистрирован: 04.02.2019
Образование: высшее техническое
Политические взгляды: пофигистические
Профессия: Слесарь- ремонтник.
Откуда: Благовещенск Амурской области
Возраст: 60
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Земляк »

15 июля 1941 года.
Молотов предлагает английской стороне начать совместные военные операции.

«1. Советское правительство предлагает британскому правительству
совместными действиями как авиационных, так и морских сил Англии и СССР, при
участии советских сухопутных сил, создать на севере, в районе Киркенес —
Петсамо — Мурманск, общий фронт действий против Германии. Целью этого
мероприятия будет освобождение от немцев оккупированной ими Норвегии.
Молотов добавил, что данная операция вполне осуществима, если ее
предпринять немедленно. Постольку, поскольку британское правительство
решило принять участие в мурманской операции, Молотов считает, что и в данной
операции, в которой Англия весьма заинтересована, британское
правительство не откажется принять участие. Молотов выразил также предположение,
что норвежцы также будут приветствовать подобные совместные действия
Англии и СССР.
2. Советское правительство предлагает британскому правительству
при активном участии английского военно-морского флота захватить
острова Шпицберген и Медвежий, с тем чтобы создать на этих островах
воздушные и морские базы. Организация таких баз, заметил Молотов,
обеспечит создание надежного пути между СССР и Англией и между СССР и
США.»

Но при этом, Молотов говорит, что глава советской военной миссии в Лондоне не знает о таких инициативах советского правительства.

Через три дня в письме Черчеллю уже Вождь поднимает этот вопрос

«….Еще легче создать фронт на севере. Здесь потребуются только действия
английских морских и воздушных сил без высадки войскового десанта, без
высадки артиллерии. В этой операции примут участие советские сухопутные,
морские и авиационные силы. Мы бы приветствовали, если бы
Великобритания могла перебросить сюда около одной легкой дивизии или больше
норвежских добровольцев, которых можно было бы перебросить в Северную
Норвегию для повстанческих действий против немцев.»

В этот же день в разговоре между Молотовым и Криппсом прозвучало

«Криппс заявил, что он не думает, что мурманская операция будет
откладываться после того, как вернется из поездки контр-адмирал Уайан.
Необходимые суда уже собраны, и остается только предпринять эту операцию.
Тов. Молотов заявил Криппсу, что советское правительство ожидает
скорейших действий английского морского флота в районе Мурманска и в
районе Шпицбергена.
Криппс заметил, что по вопросу о Шпицбергене он информировал свое
правительство, но еще не получил ответа.»

В общем англичане готовы, но ждут контр- адмирала. Скорее всего Вайена.

На следующий день Майский подтвердил готовность англичан

«При мне премьер звонил по здешней «вертушке» начальнику морского штаба адмиралу Паунду и давал приказания всемерно ускорить данную операцию. Обещал также послать на север Норвегии легкую дивизию (хотя едва ли она будет чисто норвежской, ибо количество норвежцев под ружьем гораздо меньше). По словам Черчилля, первая стадия этой операции (появление британских военных судов в северных водах) начнется до конца этого месяца. Британское правительство ждало только возвращения адмирала Вайена, который сегодня вечером благополучно прибыл в Англию.»

Но при этом Майский написал про высадку англичан во Францию

«Против создания фронта в Северной Франции Черчилль возражает на таких основаниях. По имеющимся у английского штаба сведениям, немцы оставили в оккупированной Франции 40—45 дивизий (правда, не механизированных). Северный берег Франции великолепно укреплен и представляет собой почти сплошную линию батарей. Между тем вся обученная и вооруженная часть английской армии, находящаяся на острове, немногим превышает указанное количество германских дивизий. Высадка десанта возможна только ночью, но сейчас темнота продолжается не более 4-5 часов в сутки. У Британского правительства очень мало специальных судов, способных выгружать танки на берег (всего пять-шесть штук). Воздушное прикрытие возможно только в узкой части пролива около Кале и Булони. В указанной обстановке попытка установить сколько-нибудь прочный фронт на севере Франции кажется Черчиллю нереальной. Дело неизбежно должно кончиться провалом, который ничего не даст ни нам, ни англичанам, а главное — такая попытка не сможет отвлечь сколь-нибудь значительные силы с Восточного фронта.»

А далее Майский поднимал вопрос об доставки вооружения из Англии в СССР

«Поскольку Черчилль отклонял, по крайней мере для настоящего времени, план создания фронта во Франции, я с особой силой поставил вопрос о снабжении нас, по крайней мере, нужными нам видами вооружения, в частности самолетами. Я сообщил Черчиллю об отказе воздушного министерства продавать нам аэропланы вообще и просил его вмешаться в это дело. Премьер обещал переговорить с Синклером, но уклонился от каких-либо связывающих обязательств. Он заметил, однако, что названная нами цифра нереализуема: такое количество машин Англия не в состоянии дать. Параллельно я спросил премьера, не могли ли бы англичане перебросить в СССР известное количество самолетов с Ближнего Востока? Ясного ответа на мой вопрос я не получил. Нужных нам мелких зенитных пушек у англичан нет, они сами испытывают в них острый недостаток.»


Так что, уже в средине июля 1941 года высказались против немедленной высадки во Франции. Перечислив свои аргументы.
Но еще остался актуальным вопрос о совместных операция в районе Мурманска

Аватара пользователя
Автор темы
Земляк
Сообщений в теме: 182
Всего сообщений: 1807
Зарегистрирован: 04.02.2019
Образование: высшее техническое
Политические взгляды: пофигистические
Профессия: Слесарь- ремонтник.
Откуда: Благовещенск Амурской области
Возраст: 60
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Земляк »

Военное сотрудничество СССР и Британии оставалось на довольно низком уровне и в конце июля 1941 года.
Военная миссия СССР в Лондоне натыкалась на нежелание британских военных к более тесному сотрудничеству, военная миссия Британии в СССР сталкивалась точно с такой же ситуацией. Уже звучали такие выражения

«Генерал Макфарлан считает, что при обмене информацией его миссия дает гораздо больше, чем получает, и что должно быть достигнуто более тесное сотрудничество в отношении сведений разведки, если мы хотим действовать с максимумом эффективности против общего врага, как, выражаясь термином, использованным как президентом, так и премьер-министром, союзники.»

А вот в экономическом плане, сотрудничество было гораздо теснее.
Пример . Из беседы Сталина с Криппсом 26 июля 1941 года.

«Ознакомившись с посланием, т. Сталин выразил благодарность за намерение Англии отправить в СССР истребители и различное сырье.
Тов. Сталин отметил, что Советский Союз может поступиться чем угодно — и самолетами, и оловом, и шерстью, и джутом. Однако каучук является таким сырьем, в котором Советский Союз испытывает особенно острую нужду.
Криппс сообщил, что в настоящий момент с Малайских островов отправился в СССР пароход с грузом 2 500 т каучука и 550 т олова.
Тов. Сталин пояснил Криппсу, что в настоящий момент в советской армии создаются новые механизированные части и, конечно, сам посол понимает, что обойтись без каучука при разрешении этого вопроса невозможно. Ввиду этого т. Сталин попросил Криппса сделать все возможное для того, чтобы Англия предоставила для фрахта суда тоннажем что-нибудь около 10-15 тыс. т для одной или двух перевозок каучука в СССР. Советское правительство желало бы получить каучук партиями побольше и поскорее.
Криппс обещал оказать содействие в предоставлении Советскому Союзу фрахта нескольких пароходов тоннажем в 10-12 тыс. т.»

Ныне много идет разговоров о значении зарубежных поставок в СССР во время войны.
Можно говорить, что угодно, но то, что эти поставки в 1941 году были очень важны для СССР, говори даже то, что этим вопросом занимался и лично Сталин, и не стеснялся просить. «Побольше и поскорее»


На этой же встрече обсуждали и вопрос договора с польским правительством в изгнании.
Вроде бы какое дело британскому послу до советско- польских отношений?
На самом деле, очень большое дело. По сути поляки в этом вопросе не обладали независимостью от Британии. Мало того, британская сторона оказывала серьезное давление на польскую сторону в плане подписания соглашения польского и советского правительства.
Почему? Ведь Сикорский сам инициировал встречу с Майским в начале июля. Ведь требования польской стороны были уже рассмотрены в Москве и по ним принято, в основном, положительные решения. Дело в том, что польская сторона выдвинула новые требования

«Далее Криппс поставил вопрос о секретном протоколе. Он заявил, что Сикорский испытывает сильный нажим как со стороны поляков, находящихся в Англии, так и со стороны тех, которые находятся в самой Польше. Под этим нажимом Сикорский должен добиться публичного заявления относительно польских граждан, находящихся в заключении в СССР.
Тов. Сталин заявил, что среди пленных имеется около 20 военных офицеров, посланных в Советский Союз Сикорским и Соснковским с целью совершения диверсионных и террористических актов. Будучи захваченными в плен, эти офицеры признали свою связь с Сикорским и Соснковским. По-настоящему они должны были бы быть расстреляны, но советское правительство готово их освободить.
На это Криппс заявил, что имеются и другие категории лиц, задержанных в Советском Союзе, и необходимо было бы сделать публичное заявление об их освобождении.
Тов. Сталин предложил тогда сформулировать первый пункт протокола, который подлежал бы опубликованию, так, чтобы в нем не содержалось выпада против Советского Союза.
Тов. Сталин пояснил, что советская сторона не возражала бы против формулировки, где бы говорилось, что советское правительство предоставляет свободу всем польским гражданам, «задержанным на территории СССР в силу их антисоветской деятельности...»
Постольку поскольку Криппс не согласился с подобной формулировкой, заявив, что среди заключенных есть лица, которые не вели антисоветской деятельности и являются лишь семьями арестованных, т. Сталин предложил сформулировать заявление в следующем виде: «Советское Правительство предоставляет свободу всем польским гражданам, задержанным на территории СССР в силу тех или иных причин...»
Криппс тогда заявил, что хорошо было бы упомянуть в заявлении об амнистии, что произвело бы благоприятное впечатление на мировую общественность.»

И тут советская сторона идет навстречу полякам.
Таким образом соглашение Майского- Сикорского готовили Сталин и Криппс.
Публичный протокол этого соглашения знают многие, а вот секретный протокол учитывал следующее

««Советское Правительство предоставляет амнистию всем польским гражданам, находящимся сейчас в силу тех или иных причин в заключении, после восстановления дипломатических отношений между СССР и Польшей».

И , при этом

«Криппс заявил, что польское правительство согласно опустить условия, касающиеся советско-польской границы, и предложил следующую формулировку секретного протокола:
«Различного рода взаимные претензии частного и общественного характера будут обсуждены в последующих переговорах между обоими правительствами».
Тов. Сталин предложил редакцию секретного протокола без слова «взаимные». Окончательный текст секретного протокола был принят следующий: «Различного рода претензии частного и общественного характера будут рассматриваться в порядке последующих переговоров между обоими правительствами».

То есть, польская сторона согласилась снять вопрос о границах, в обмен на амнистию поляков находящиеся в заключении.

Но при этом.

«Далее Криппс заявил, что по подписании соглашения Иден собирается вручить Сикорскому ноту следующего содержания:
«Польское Правительство согласилось опустить условие в 1-й статье, касающееся признания Советским Правительством правового статуса советско-польской границы таковой, как она существовала в июле 1939 года, если Правительство Его Величества обратится с официальной нотой к Польскому Правительству для публикации, в которой говорится, что в силу англопольского Соглашения от августа 1939 года Правительство Его Величества не вступало ни в какие обязательства перед Советским Союзом, касающиеся советско-польских отношений, и что, как уже заявлено Премьер-министром, Правительство Его Величества не предполагает признать какие-либо территориальные перемены, происшедшие в течение войны, разве только они произошли с добровольного согласия заинтересованных сторон».

Думаю понятно. Что Британия не собирается признавать никакие территориальные перемены произошедшие во время войны.
И тут советская сторона возражала.
Понять не трудно. Во время войны наши границы уже изменились. О чем и заявил Молотов Криппсу на следующий день после его переговоров со Сталиным:

«Тов. Молотов разъяснил, что советское правительство поражено намерением английского правительства опубликовать ноту, конец которой может быть истолкован в том смысле, что она касается не только Польши, но может относиться к прибалтам, к Румынии и Финляндии. Если бы концовка ноты относилась только к Польше, то советское правительство не возражало бы против опубликования подобного заявления.»

После обсуждения вопроса Криппс заявил

«что он согласен с заявлением Молотова, и обещал посоветовать своему правительству изменить концовку ноты. Криппс, однако, добавил, что, несмотря на эту поправку, общий принцип английского правительства в отношении непризнания территориальных изменений Европы с августа 1939 г. остается прежним и эта позиция английского правительства не ограничивается только вопросом территориальных изменений Польши.»

Вот этот вопрос о границах был еще одним камнем преткновения на пути политического сближения СССР и Великобритании.

Возникает вопрос. А зачем вообще нужно было Британии, нянчиться с каким-то не внятным и уж тем более не легитимным правительством?
И тут события показывают, что «пригрев» у себя польское правительство в изгнании, британцы рассчитывали, через это правительство, закрепить свое влияние, в случае восстановления Польши, в Восточной Европе.
Как показывают документы, британцы готовили Польше роль регионального лидера.
В случае, конечно, победы над Германией.
Но об этом позже.

Аватара пользователя
Автор темы
Земляк
Сообщений в теме: 182
Всего сообщений: 1807
Зарегистрирован: 04.02.2019
Образование: высшее техническое
Политические взгляды: пофигистические
Профессия: Слесарь- ремонтник.
Откуда: Благовещенск Амурской области
Возраст: 60
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Земляк »

Судя по всему, вопрос о совместных операциях СССР и Британии в районе Мурманска, отпал сам по себе. Обе стороны не поднимали более вопрос. Глава советской военной миссии улетел из Лондона в США.
Но, при этом нельзя говорить, что совместных операций не было вообще. Потому как в августе 1941 года, военные СССР и Британии начали готовить совместную операцию в Иране.

«21 августа 1941 г.
Сов. Секретно
Сегодня, в 10 час. 15 мин., я пригласил Криппса и сообщил ему, что мы согласны с намеченным совместным вступлением английских и советских войск в Иран на 23 августа. Соответствующие указания даны, изготовлены листовки и предприняты другие необходимые приготовления. Я сообщил К[риппсу] фамилии членов военной миссии СССР, направляемой в Ирак (Мосул), а именно: полковник Попов Петр Акимович, заместитель начальника отдела Генштаба, и полковник Евдокимов Дмитрий Иванович, начальник Тбилисского артиллерийского училища.
Я спросил К[риппса], каким путем наша военная миссия могла бы прибыть в Мосул. К[риппс] заявил, что, по его мнению, было бы целесообразно советской миссии перелететь ночью через территорию Ирана в Мосул с тем, чтобы на этом же самолете члены английской военной миссии могли прибыть в СССР. К[риппс] отметил, что он еще не получил сведений о персональном составе английской миссии, но он имеет сведения, что английская миссия будет состоять больше чем из двух человек.
Я сообщил К[риппсу], что английская миссия должна прибыть в Тбилиси, и попросил его по получении сведений о составе английской миссии немедленно информировать меня. К[риппс] обещал это сделать.
Я условился с К[риппсом], что все технические вопросы, связанные с обменом военными миссиями, будут разрешены непосредственно военными.
Беседа продолжалась 15 мин.
При беседе присутствовал т.Гусев.
А.Вышинский
АВП РФ, ф. 06. оп. 3. п. 4. д. 30, л. 1.

Эта совместная операция была успешно проведена.

А вот с политическим сближением СССР и Британии, было гораздо хуже.
14 августа 1941 года между США и Британией было подписано соглашение, которое вошло в историю под названием «Атлантическая хартия»
СССР не стремился признать основные принципы этой хартии, не потому, что они были чужды советскому правительству, а потому, что советское правительство не участвовало в разработке этих принципов.

24 августа 1941 года Молотов, среди прочего, пишет Майскому

«Что касается декларации Черчилля — Рузвельта, то мы не можем просто присоединиться к ней хотя бы потому, что она подготавливалась и опубликована без всякой предварительной информации и без учета мнения СССР несущего теперь всю тяжесть войны с гитлеризмом. Мы не имеем возражений против принципов декларации, и мы были бы вполне удовлетворены, если бы декларация содержала более решительные требования против гитлеровской Германии. Но мы не можем просто присоединиться к ней хотя бы потому, что наши товарищи страшно раздражены тем, что СССР хотят превратить в бесплатное приложение других держав.
Доведите об изложенном до сведения английского правительства.»


Советское правительство открыто выражало недовольство действиями Британии не только ее военными действиями против Германии, но и поставками вооружения в СССР.
Документ приведу полностью, что бы понять суть претензий СССР к Британии



«182. ТЕЛЕГРАММА ПОСЛА СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М.МАЙСКОГО В НАРОДНЫЙ КОМИССАРИАТ ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ СССР
27 августа 1941 г.
Вчера я имел серьезный разговор с Иденом по вопросу о британской помощи СССР. Произошло это так, что Иден в общей форме спросил меня, каковы сейчас настроения в нашей стране. Я воспользовался случаем и, заявив, что говорю только от своего собственного имени, сказал ему примерно следующее:
1. Судя по целому ряду доходящих до меня сведений и симптомов, в очень широких кругах советского населения все больше возрастают чувства недоумения и разочарования в связи с позицией Англии. В самом деле, как создавшаяся ситуация должна представляться глазам советского человека? В течение 10 недель СССР ведет тягчайшую борьбу против обрушившейся на него, и только на него, германской военной машины, самой могущественной, какую видел мир. Наша армия и наш народ храбро дерутся и будут драться против сильного и жестокого врага, но потери наши велики: 700 тыс. чел., 5,5 тыс. танков, 4,5 тыс. самолетов, 7,5 тыс. орудий, а сверх того, большое количество территорий, причем часть из них — весьма ценных и важных с экономической и военной точек зрения. В течение всего этого времени, когда СССР напрягал и продолжает напрягать свои силы в труднейшей битве своей истории, что делала Англия?
2. В середине июля советское правительство предлагало британскому правительству создание второго фронта на западе, однако по разным причинам, на которых я сейчас не хочу останавливаться, британское правительство отклонило это предложение. Но если британское правительство считало невозможным открывать фронт во Франции, то, казалось бы, тем легче оно могло оказать нам поддержку в другой форме — в форме широкого снабжения необходимыми нам авиацией, оружием и тому подобное. Говорю «тем легче», ибо поскольку британское правительство решило, по крайней мере на ближайший отрезок времени, сохранять в основном оборонительно-выжидательную позицию, постольку оно, очевидно, в состоянии срочно перебросить часть своих военных ресурсов (имеющихся или подлежащих получению в непосредственном будущем) на тот участок антигерманского фронта, который находится в настоящий момент в состоянии максимальной активности. На самом деле этого не случилось. Англия не открывает второго фронта и в то же время не дает нам самолетов и оружия в сколько-нибудь серьезных количествах. Разумеется, мы благодарны британскому правительству за те 200 «томагавков», которые были переданы нам около месяца назад и которые до сих пор еще не доставлены в СССР, но по сравнению с нашими потерями в воздухе, о которых я только что говорил, что это значит? Или еще пример: мы просили у британского правительства крупные бомбы — министр авиации в результате длинных разговоров в конце концов согласился исполнить нашу просьбу, но сколько бомб он дал нам? Шесть бомб — ни больше и ни меньше. Так обстоит дело с военным снаряжением. Чем еще Англия помогала СССР в течение этих 10 недель? В Лондоне очень любят подчеркивать: воздушным наступлением на Германию. Действительно, в этой области кое-что было сделано, и опять-таки мы за это готовы благодарить британское правительство. Однако Идену должно быть ясно, что бомбежки Германии, при всей своей несомненной полезности, не могут оказать сколько-нибудь серьезного влияния на положение дела на Восточном фронте. Мало щипать бешеного зверя за хвост, надо бить его дубиной по голове. Насколько мне известно, английские бомбардировки не заставили немцев снять ни одной эскадрильи с нашего Фронта.
3. Что еще мы имеем от Англии? Массу восторгов по поводу мужества и патриотизма советского народа, по поводу блестящих боевых качеств Красной Армии. Это, конечно, очень приятно (особенно после тех всеобщих сомнений в нашей боеспособности, которые господствовали здесь всего лишь несколько недель назад), но уж слишком платонично. Как часто слыша похвалы, расточаемые по нашему адресу, я думаю: «Поменьше бы рукоплесканий, а побольше бы истребителей». С учетом всего сказанного выше надо ли
удивляться чувствам недоумения и разочарования, которые сейчас все больше закрадываются в душу советского человека? Ведь фактически выходит так, что Англия в настоящий момент является не столько нашим союзником, товарищем по оружию в смертельной борьбе против гитлеровской Германии, сколько сочувствующим нам зрителем. Повторяю еще раз, я не имею никаких поручений от советского правительства говорить Идену все то, что я ему сейчас изложил, однако как советский посол в Англии, который заинтересован в укреплении союза между нашими обеими странами, я считаю своим долгом вовремя предупредить Идена о создающихся в СССР настроениях.
4. На Идена эти слова произвели очень сильное впечатление. Это видно было по его лицу, по всему его поведению. Иден сделал попытку защищать британское правительство, хотя чувствовалось, что он делает это без вдохновения, по обязанности.
Иден говорил о том, что Англия еще не готова к вторжению во Францию, что США в области производства оружия и самолетов раскачиваются очень медленно, что британское правительство максимально разворачивает воздушное наступление на Германию, что в Иране между Англией и СССР уже практически создалась военная кооперация и что вообще на Ближнем Востоке эта кооперация имеет большие шансы на дальнейшее развитие и укрепление. В этой связи Иден упомянул, что в ближайшем будущем англичане, по всей вероятности, начнут наступательные операции в Ливии.
5. Я возразил, что, конечно, операция в Иране имеет важное значение, но это все-таки одна из подсобных задач в нынешней войне. То же относится и к намечающейся операции в Ливии. Основная проблема состоит в том, как разбить Германию. Что думает по этому поводу британское правительство? Какова его генеральная стратегия в настоящее время? Я помню, как сразу после краха Франции, в начале июля прошлого года, Черчилль ответил на мой вопрос о его генеральной стратегии очень кратко и красочно: «Моя генеральная стратегия, — сказал он, — состоит сейчас в том, чтобы выжить в течение ближайших трех месяцев». Сам Иден приблизительно в то же время, будучи военным министром, развивал мне мысль, что основной задачей британского правительства является превращение Великобритании в неприступную для германского вторжения крепость. Если это будет сделано, то Англия сможет лавировать, мобилизовать свои имперские ресурсы, искать себе союзника и вообще «смотреть и выжидать». И надо прямо сказать, в тот момент такая генеральная стратегия была понятна.
6. Позднее, зимой 1940-41 года, насколько мне известно, в руководящих кругах британского правительства стала утверждаться несколько иная концепция генеральной стратегии, а именно: накапливать силы, строить армию, создавать мощный воздушный флот и, не исключая отдельных ограниченных военных вылазок с острова в различных частях света, в основном готовить переход в большое наступление против Германии в более или менее отдаленном и непосредственном будущем — не то в 1942-м, не то в 1943 году. При этом главная ударная роль в таком наступлении отводилась огромному превосходству Англии в воздухе, которого британское правительство рассчитывало добиться с помощью США. Для меня лично никогда не было ясно, каким образом только что указанная стратегическая концепция должна привести к британской победе (не к избежанию поражения, а именно к победе), и я в этом духе на протяжении минувшей зимы не раз говорил с Иденом и Батлером. Но пока Англия в борьбе против Германии оставалась одна, данная концепция, пожалуй, была неизбежна. С 22 июня военная ситуация в Европе круто изменилась, можно сказать, даже революционизировалась. Какова же сейчас генеральная стратегия британского правительства? В какой мере она перестроилась и перестроилась ли вообще в связи с тем колоссальной важности фактом, что у Англии наконец появился могущественный сухопутный союзник на востоке? Каким образом британское правительство собирается разбить Германию? Исключает ли оно вообще создание второго фронта на западе или же считает его невозможным только в данный момент? Все эти и многие другие вопросы, естественно, представляют интерес для советского человека, и я был бы рад, если бы Иден мог меня несколько просветить на этот счет.
7. Однако Иден не мог или не хотел сказать мне но данному поводу ничего определенного. Он опять упомянул о Ливии, прибавил, что британское правительство в случае надобности готово всемерно помочь Турции, и выразил неясную надежду, что, может быть, британские силы (в частности, авиация) на определенном этапе войны смогут оказать нам активное содействие в районе Черного моря, в Проливах, на Украине и так далее. Все это было крайне туманно, и у меня невольно создалось впечатление, что у Идена сейчас нет какой-либо продуманной концепции в отношении генеральной стратегии войны. В заключение Иден сказал, что будет разговаривать с премьером по всему комплексу затронутых мною вопросов, и в частности по вопросу о генеральной стратегии. Я не уверен, имеет ли и Черчилль какую-либо продуманную концепцию, исходящую из новой ситуации, созданной германской атакой на СССР (он ведь, как и все вообще англичане, большой эмпирик), но видно было, что и у Идена такой концепции, безусловно, нет.
8. Когда я уже собрался уходить, Иден стал благодарить меня за мое откровенное сообщение. Ему, как человеку, искренне стремящемуся к укреплению англо-советского союза, очень важно знать подлинные настроения советских граждан для того, чтобы вовремя принять меры для предупреждения каких-либо ненужных осложнений. «Имейте в виду, — с ударением прибавил Иден, — что и я и премьер действительно хотим оказать СССР максимальную помощь. В силу разных причин это не всегда легко сделать. Пожелание помогать у нас есть. А за политику прошлого правительства мы не считаем себя ответственными». Я ответил: «Если британское правительство действительно хочет укрепить советско-британский союз, то позвольте дать Вам один дружеский совет: не принимайте ответственных деклараций в середине Атлантического океана. Дело не в содержании декларации. Вчера я уже Вам говорил, что мы не возражаем против принципов, на которых построена декларация. Однако способ ее создания кажется нам не соответствующим обстоятельствам. То, что произошло, создало впечатление, будто бы Англия и США воображают себя всемогущим господом богом, который призван судить весь остальной грешный мир, в том числе и мою страну. На такой базе союз нельзя будет укрепить». Иден страшно смутился и стал извиняться. По его словам, Черчилль, отправляясь в путь, не имел представления о том, что на встрече будет поднят вопрос о декларации. В этом вопросе инициатива принадлежит целиком Рузвельту. Когда он встретился с премьером, он вдруг достал из кармана проект декларации. Черчилль, конечно, не мог возражать против предложения Рузвельта. В результате родилась декларация из восьми пунктов, в окончательный текст которой английская сторона внесла несколько существенных редакционных поправок.


В конечном счете я склонен думать, что наша реакция на декларацию плюс историю с созывом межсоюзнической конференции в Лондоне послужит британскому правительству хорошим уроком на будущее.
Майский
АВП РФ. ф. 059. оп. 1. п. 352. д. 2404. л. 95-103.»

Аватара пользователя
Камиль Абэ
Сообщений в теме: 32
Всего сообщений: 3434
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Камиль Абэ »

Земляк,
Чем больше вы выкладывает простыней, которые никак не комментируете, тем явственный, что на всём протяжении Второй мировой войны ВБ придерживались духа Мюнхенского сговора, изменяя лишь формы проявления : сначала "странная война, потом - затягивание с открытием второго фронта. А после окончания войны Запад (в том числе и ВБ) перешли, продолжая свою политику анти-советизма и анти-коммунизма, к политике " холодной войны"... Да и сейчас Запад придерживается своей русофобии... Об этом тезисно я уже писал:
Камиль Абэ:
15 авг 2020, 08:03
Земляк,
Вы просто не хотите посмотреть шире :
  • Переговоры о военном сотрудничестве летом 1939 г. АиФ завели в тупик:
  • 17 сентября 1939г. АиФ не объявили войны Советскому Союзу в надежде на военное столкновение Германии и СССР;
  • 22 июня 1941г. в Англии облегчённо вздохнули : и смертельная опасность немецкого вторжения миновала и схлестнулись, наконец, Германия и СССР. ВБ желала ослабления Германии, как своего конкурента в международных (колониальных) делах, а СССР, как Россия, вообще был многовековым недругом для ВБ
  • Да, был ленлиз, но с открытием второго фронта ВБ не спешила.
  • В Фултоне сэр У. Черчилль подвёл своеобразный итог отношениям ВБ к СССР.

Аватара пользователя
Автор темы
Земляк
Сообщений в теме: 182
Всего сообщений: 1807
Зарегистрирован: 04.02.2019
Образование: высшее техническое
Политические взгляды: пофигистические
Профессия: Слесарь- ремонтник.
Откуда: Благовещенск Амурской области
Возраст: 60
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Земляк »

Вождь одобрил высказывания Майского и связал действия английской стороны с ее желанием навредить СССР

« ТЕЛЕГРАММА ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПОСЛУ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОМУ
30 августа 1941 г.
Ваша беседа с Иденом о стратегии Англии полностью отражает настроение советских людей. Я рад, что Вы так хорошо уловили эти настроения. По сути дела, английское правительство своей пассивно-выжидательной политикой помогает гитлеровцам. Гитлеровцы хотят бить своих противников поодиночке — сегодня русских, завтра англичан. То обстоятельство, что Англия нам аплодирует, а немцев ругает последними словами, нисколько не меняет дела. Понимают ли это англичане? Я думаю, что понимают. Чего же хотят они? Они хотят, кажется, нашего ослабления. Если это предположение правильно, нам надо быть осторожными в отношении англичан.
Сталин
АВП РФ, ф. 059. оп. 1. п. 365, д. 2488. л. 45-46.»

Вероятно раздражение Вождя сказалось на то, что он решил не принимать английского посла Криппса, а поручил сделать это Молотову.

Но тем не менее советская сторона остро нуждалась в иностранной военной техники. Это можно понять из послания Сталина Черчиллю 3 сентября 1941 года.
Сталин пишет:

«Дело в том, что относительная стабилизация на фронте, которой удалось добиться недели три назад, в последние недели потерпела крушение вследствие переброски на Восточный фронт свежих 30-34 немецких пехотных дивизий и громадного количества танков и самолетов, а также вследствие большой активизации 20 финских дивизий и 26 румынских дивизий. Немцы считают опасность на западе блефом и безнаказанно перебрасывают с запада все свои силы на восток, будучи убеждены, что никакого второго фронта на западе нет и не будет. Немцы считают вполне возможным бить своих противников поодиночке: сначала русских, потом англичан.
В итоге мы потеряли больше половины Украины и, кроме того, враг оказался у ворот Ленинграда.
Эти обстоятельства привели к тому, что мы потеряли Криворожский железорудный бассейн и ряд металлургических заводов на Украине, эвакуировали один алюминиевый завод на Днепре и другой алюминиевый завод в Тихвине, один моторный и два самолетных завода на Украине, два моторных и два самолетных завода в Ленинграде, причем эти заводы могут быть приведены в действие на новых местах не ранее как через семь-восемь месяцев.
Все это привело к ослаблению нашей обороноспособности и поставило Советский Союз перед смертельной угрозой»

И далее

«Здесь уместен вопрос: каким образом выйти из этого более чем неблагоприятного положения?
Я думаю, что существует лишь один путь выхода из такого положения: создать уже в этом году второй фронт где-либо на Балканах или во Франции, могущий оттянуть с Восточного фронта 30—40 немецких дивизий, и одновременно обеспечить Советскому Союзу 30 тыс. т алюминия к началу октября с. г. и ежемесячную минимальную помощь в количестве 400 самолетов и 500 танков (малых или средних).
Без этих двух видов помощи Советский Союз либо потерпит поражение, либо будет ослаблен до того, что потеряет надолго способность оказывать помощь своим союзникам своими активными действиями на фронте борьбы с гитлеризмом.»

Ныне много рассуждают о том, что поставки в СССР не играли важной роли в победе СССР над Германией.
А вот Сталин был другого мнения.

В то же время есть один момент, на который мало обращают внимание, при рассматривании советско-британских отношений в 1941 году.
Речь идет об возможностях Британии.
Вот смотрите. Сталин просит Черчилля о поставках в СССР «минимальную помощь в виде….» 500 танков и 400 самолетов в месяц.
В то же время Черчилль в беседе с Майским сказал:

«Черчилль относится к снабжению СССР аэропланами, танками и прочим, но и тут не обещает ничего особенного в настоящее время, ибо Англия сама имеет мало. Около миллиона английских солдат еще не вооружены всем необходимым.

Во время последнего свидания с Рузвельтом Черчилль не без труда вырвал у него 150 тыс. винтовок. Таковы нужды в столь простом оружии, как ружье. Все производство танков в Англии, несмотря на нажим со стороны Бивербрука, не превышает 500 в месяц. С самолетами несколько лучше, но ведь даже если бы британское правительство отдало всю свою авиационную продукцию СССР, она все равно не успела бы попасть на фронт до зимы. Я возразил, что если бы мы были уверены в поставке нужного количества английских самолетов, то могли бы свободнее расходовать сейчас свои резервы. Черчилль признал мой аргумент серьезным и обещал подумать над поставленным мною вопросом. Что это будет означать на практике, не знаю. Особого оптимизма у меня нет. Премьер жаловался, что оружие из Америки поступает крайне медленно. В начале войны британское правительство сделало в США заказы на 500 миллионов фунтов наличными, до сих пор многие заказы не выполнены. По закону о займе-аренде пока не получено ничего. Значительных поставок оружия и прочего из Америки Черчилль ждет только со второй половины 1942 г.»

А что касается второго фронта, Черчиль опять же отвергал такую возможность, мотивируя это тем, что шансы на успех такого мероприятия равны нолю.

«. Однако Черчилль и на этот раз повторил то, что я слышал от него раньше: вторжение во Францию невозможно. Он уже несколько раз обсуждал различные варианты такого вторжения с начальниками штабов, но каждый раз приходил к выводу о ничтожности шансов на успех. Пролив, который мешает немцам перепрыгнуть в Англию, также мешает англичанам перепрыгнуть во Францию. Делать же попытки десанта для того, чтобы провалиться, нет никакого смысла: это не принесет пользы ни нам, ни англичанам. В общем, аргументы Черчилля тут были те же, какие он приводил в ответе на Ваше июльское послание.
4. Развертывание второго фронта на Балканах премьер тоже в настоящий момент считает нереальным: для этого у англичан не хватает пока ни сил, ни авиации, ни танков. В связи с этим Черчилль упомянул, что весной для переброски в Грецию 3,5 дивизий англичанам понадобилось семь недель при отсутствии всякого сопротивления на греческой территории. Я возразил, что в 1914 г. армия Самсонова не была подготовлена к вторжению в Восточную Пруссию, тем не менее Самсонов вторгся, потерпел поражение, но спас Париж и спас войну. На войне нельзя всегда рассчитывать точно, по-бухгалтерски. Иное поражение может быть гораздо важнее победы. Черчилль с этим согласился, имя Самсонова произвело на него заметное впечатление, но в основном он все-таки остался на своей первоначальной позиции.»

Вот эта практика- не учитывать возможности других, совсем не касалась властей СССР.
В качестве примера. В СССР формируется армия Андерса.

«Польское правительство полагало, что оно будет помогать лишь в обмундировании организуемых польских частей, а вооружены они будут полностью в СССР. Однако когда он прибыл в Москву и увидел трудности существующего положения, то он послал в Лондон соответствующую телеграмму.»

Молотов ответил:

«. Вторжение германских войск затронуло ряд районов, производящих вооружение, а некоторые другие районы находятся в опасности, и поэтому военные заводы оттуда эвакуируются, что вызывает задержку в производстве вооружения. Советское правительство частично поможет вооружению польской армии. Однако СССР сам нуждается в вооружении и не может вооружить польскую армию полностью. Советское правительство иначе никогда и не толковало этого вопроса.»

Кстати, и в США наши дипломаты делали все, что бы получить как можно больше вооружения.

Вождь одобрил высказывания Майского и связал действия английской стороны с ее желанием навредить СССР

« ТЕЛЕГРАММА ПРЕДСЕДАТЕЛЯ СОВЕТА НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР И.В.СТАЛИНА ПОСЛУ СССР В ВЕЛИКОБРИТАНИИ И.М. МАЙСКОМУ
30 августа 1941 г.
Ваша беседа с Иденом о стратегии Англии полностью отражает настроение советских людей. Я рад, что Вы так хорошо уловили эти настроения. По сути дела, английское правительство своей пассивно-выжидательной политикой помогает гитлеровцам. Гитлеровцы хотят бить своих противников поодиночке — сегодня русских, завтра англичан. То обстоятельство, что Англия нам аплодирует, а немцев ругает последними словами, нисколько не меняет дела. Понимают ли это англичане? Я думаю, что понимают. Чего же хотят они? Они хотят, кажется, нашего ослабления. Если это предположение правильно, нам надо быть осторожными в отношении англичан.
Сталин
АВП РФ, ф. 059. оп. 1. п. 365, д. 2488. л. 45-46.»

Вероятно раздражение Вождя сказалось на то, что он решил не принимать английского посла Криппса, а поручил сделать это Молотову.

Но тем не менее советская сторона остро нуждалась в иностранной военной техники. Это можно понять из послания Сталина Черчиллю 3 сентября 1941 года.
Сталин пишет:

«Дело в том, что относительная стабилизация на фронте, которой удалось добиться недели три назад, в последние недели потерпела крушение вследствие переброски на Восточный фронт свежих 30-34 немецких пехотных дивизий и громадного количества танков и самолетов, а также вследствие большой активизации 20 финских дивизий и 26 румынских дивизий. Немцы считают опасность на западе блефом и безнаказанно перебрасывают с запада все свои силы на восток, будучи убеждены, что никакого второго фронта на западе нет и не будет. Немцы считают вполне возможным бить своих противников поодиночке: сначала русских, потом англичан.
В итоге мы потеряли больше половины Украины и, кроме того, враг оказался у ворот Ленинграда.
Эти обстоятельства привели к тому, что мы потеряли Криворожский железорудный бассейн и ряд металлургических заводов на Украине, эвакуировали один алюминиевый завод на Днепре и другой алюминиевый завод в Тихвине, один моторный и два самолетных завода на Украине, два моторных и два самолетных завода в Ленинграде, причем эти заводы могут быть приведены в действие на новых местах не ранее как через семь-восемь месяцев.
Все это привело к ослаблению нашей обороноспособности и поставило Советский Союз перед смертельной угрозой»

И далее

«Здесь уместен вопрос: каким образом выйти из этого более чем неблагоприятного положения?
Я думаю, что существует лишь один путь выхода из такого положения: создать уже в этом году второй фронт где-либо на Балканах или во Франции, могущий оттянуть с Восточного фронта 30—40 немецких дивизий, и одновременно обеспечить Советскому Союзу 30 тыс. т алюминия к началу октября с. г. и ежемесячную минимальную помощь в количестве 400 самолетов и 500 танков (малых или средних).
Без этих двух видов помощи Советский Союз либо потерпит поражение, либо будет ослаблен до того, что потеряет надолго способность оказывать помощь своим союзникам своими активными действиями на фронте борьбы с гитлеризмом.»

Ныне много рассуждают о том, что поставки в СССР не играли важной роли в победе СССР над Германией.
А вот Сталин был другого мнения.

В то же время есть один момент, на который мало обращают внимание, при рассматривании советско-британских отношений в 1941 году.
Речь идет об возможностях Британии.
Вот смотрите. Сталин просит Черчилля о поставках в СССР «минимальную помощь в виде….» 500 танков и 400 самолетов в месяц.
В то же время Черчилль в беседе с Майским сказал:

«Черчилль относится к снабжению СССР аэропланами, танками и прочим, но и тут не обещает ничего особенного в настоящее время, ибо Англия сама имеет мало. Около миллиона английских солдат еще не вооружены всем необходимым.

Во время последнего свидания с Рузвельтом Черчилль не без труда вырвал у него 150 тыс. винтовок. Таковы нужды в столь простом оружии, как ружье. Все производство танков в Англии, несмотря на нажим со стороны Бивербрука, не превышает 500 в месяц. С самолетами несколько лучше, но ведь даже если бы британское правительство отдало всю свою авиационную продукцию СССР, она все равно не успела бы попасть на фронт до зимы. Я возразил, что если бы мы были уверены в поставке нужного количества английских самолетов, то могли бы свободнее расходовать сейчас свои резервы. Черчилль признал мой аргумент серьезным и обещал подумать над поставленным мною вопросом. Что это будет означать на практике, не знаю. Особого оптимизма у меня нет. Премьер жаловался, что оружие из Америки поступает крайне медленно. В начале войны британское правительство сделало в США заказы на 500 миллионов фунтов наличными, до сих пор многие заказы не выполнены. По закону о займе-аренде пока не получено ничего. Значительных поставок оружия и прочего из Америки Черчилль ждет только со второй половины 1942 г.»

А что касается второго фронта, Черчиль опять же отвергал такую возможность, мотивируя это тем, что шансы на успех такого мероприятия равны нолю.

«. Однако Черчилль и на этот раз повторил то, что я слышал от него раньше: вторжение во Францию невозможно. Он уже несколько раз обсуждал различные варианты такого вторжения с начальниками штабов, но каждый раз приходил к выводу о ничтожности шансов на успех. Пролив, который мешает немцам перепрыгнуть в Англию, также мешает англичанам перепрыгнуть во Францию. Делать же попытки десанта для того, чтобы провалиться, нет никакого смысла: это не принесет пользы ни нам, ни англичанам. В общем, аргументы Черчилля тут были те же, какие он приводил в ответе на Ваше июльское послание.
4. Развертывание второго фронта на Балканах премьер тоже в настоящий момент считает нереальным: для этого у англичан не хватает пока ни сил, ни авиации, ни танков. В связи с этим Черчилль упомянул, что весной для переброски в Грецию 3,5 дивизий англичанам понадобилось семь недель при отсутствии всякого сопротивления на греческой территории. Я возразил, что в 1914 г. армия Самсонова не была подготовлена к вторжению в Восточную Пруссию, тем не менее Самсонов вторгся, потерпел поражение, но спас Париж и спас войну. На войне нельзя всегда рассчитывать точно, по-бухгалтерски. Иное поражение может быть гораздо важнее победы. Черчилль с этим согласился, имя Самсонова произвело на него заметное впечатление, но в основном он все-таки остался на своей первоначальной позиции.»

Вот эта практика- не учитывать возможности других, совсем не касалась властей СССР.
В качестве примера. В СССР формируется армия Андерса. Посол Польши в СССР Кот :

«Польское правительство полагало, что оно будет помогать лишь в обмундировании организуемых польских частей, а вооружены они будут полностью в СССР. Однако когда он прибыл в Москву и увидел трудности существующего положения, то он послал в Лондон соответствующую телеграмму.»

Молотов ответил:

«. Вторжение германских войск затронуло ряд районов, производящих вооружение, а некоторые другие районы находятся в опасности, и поэтому военные заводы оттуда эвакуируются, что вызывает задержку в производстве вооружения. Советское правительство частично поможет вооружению польской армии. Однако СССР сам нуждается в вооружении и не может вооружить польскую армию полностью. Советское правительство иначе никогда и не толковало этого вопроса.»

Кстати, и в США наши дипломаты делали все, что бы получить как можно больше вооружения.

Аватара пользователя
Камиль Абэ
Сообщений в теме: 32
Всего сообщений: 3434
Зарегистрирован: 25.08.2018
Образование: высшее гуманитарное
Политические взгляды: социалистические
Профессия: экономист
Откуда: Новосибирск
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Камиль Абэ »

Земляк:
23 авг 2020, 09:38
Вероятно раздражение Вождя сказалось на то, что он решил не принимать английского посла Криппса

Но тем не менее советская сторона остро нуждалась в иностранной военной техники.
Тов. Сталин следовал народной мудрости:
С паршивой овцы хоть шерсти клок

Аватара пользователя
Автор темы
Земляк
Сообщений в теме: 182
Всего сообщений: 1807
Зарегистрирован: 04.02.2019
Образование: высшее техническое
Политические взгляды: пофигистические
Профессия: Слесарь- ремонтник.
Откуда: Благовещенск Амурской области
Возраст: 60
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Земляк »

13 сентября 1941 года Сталин делает очередную попытку использовать английские вооруженные силы с целью совместной борьбы с Германией.
В своем послании Черчиллю он пишет:

«Если создание второго фронта на Западе в данный момент, по мнению английского правительства, представляется невозможным, то, может быть, можно было бы найти другое средство активной военной помощи Советскому Союзу против общего врага? Мне кажется, что Англия могла бы без риска высадить 25-30 дивизий в Архангельск или перевести их через Иран в южные районы СССР для военного сотрудничества с советскими войсками на территории СССР по примеру того, как это имело место в прошлую войну во Франции. Это была бы большая помощь. Мне кажется, что такая помощь была бы серьезным ударом по гитлеровской агрессии.»

Майский вручил послание Черчеллю и получил ответ, который добавляет своими размышлениями

«По существу: Черчилль в принципе согласен направить британские вооруженные силы в СССР для того, чтобы они сражались рука об руку с нашими войсками против общего врага. Он считает это даже делом чести для Англии. Однако все относящиеся сюда практические вопросы Черчилль должен обсудить со своим штабом и лишь после сможет дать нам окончательный ответ. Реакция премьера естественна: конечно, в вопросе подобного рода совещание с Генеральным штабом необходимо, но данный оборот дела вызывает у меня целый ряд сомнений. Штаб, несомненно, будет тормозить и ограничивать предполагаемую операцию, и я опасаюсь, что, когда настанет время действовать, окажется, что гора родила мышь. Впрочем, посмотрим. Я со своей стороны постараюсь нажать все возможные дополнительные кнопки и, в частности, завтра поговорю на данную тему с Иденом.
Из сегодняшних рассуждений Черчилля для меня, впрочем, несомненно, что говорить сейчас о 25-30 дивизиях не приходится. Но важно, чтобы англичане начали подобную операцию на первых порах хотя бы и не очень крупными силами. Потом они должны будут втянуться глубже. В этой связи я вспоминаю, как Ллойд Джордж мне однажды рассказывал: перед войной 1914 г. тогдашний французский посол в Лондоне Камбон усиленно настаивал перед британским правительством, чтобы в случае франко-германской войны англичане перебросили на континент хотя бы небольшую армейскую часть, хотя бы несколько эскадронов кавалерии. Когда Ллойд Джордж спросил Камбона, какое практическое значение могут иметь эти несколько эскадронов в борьбе, охватывающей миллионы, французский посол с усмешкой ответил: «Несколько эскадронов неизбежно потянут за собой полки, дивизии и корпуса».
«И что ж Вы думаете, — закончил Ллойд Джордж свой рассказ, — так оно и вышло. В первые недели войны мы отправили во Францию шесть дивизий, и наши военные планы тогда состояли в том, чтобы до конца поддерживать пополнениями эти шесть дивизий. А кончили мы тем, что на исходе войны имели под ружьем свыше 70 дивизий. Конечно, исторические аналогии принято делать с серьезными оговорками, однако нельзя отрицать, что в рассуждениях Камбона есть известная доля истины, приложимая и к нашим временам».
Мои опасения вытекают из следующих мыслей Черчилля, которые он развивал в разговоре со мной: на пути к осуществлению предложения Сталина премьер видит две главные трудности: откуда взять эти 25-30 дивизий и как преодолеть транспортные трудности. По первому вопросу Черчилль заметил, что на Ближнем Востоке у британского правительства сейчас около 600 тыс. войск и в метрополии имеется около 1 млн., не считая береговой обороны, химической, ополчения и прочего. К рождеству британское правительство рассчитывает иметь на Ближнем Востоке около 750 тыс. Я высказал мысль, что британское правительство могло бы для экспедиционного корпуса в СССР снять часть войск с Ближнего Востока и часть с метрополии, ибо, поскольку немцам приходится вести такую тяжелую войну в СССР, не может быть и речи о их вторжении в Англию или о каком-либо серьезном наступлении против нее на Ближнем Востоке. Черчилль с этим согласился и признал, что, во всяком случае до весны, опасность вторжения нереальна. Однако премьер указал на то, что британское правительство рассчитывает предпринять вскоре наступление в Ливии и что значительная часть войск на Ближнем Востоке состоит из австралийских, новозеландских и южноафриканских дивизий, переброска которых в СССР потребовала бы довольно сложных переговоров с доминионами.
Еще серьезнее транспортные трудности. Тоннаж режет англичан. Для того чтобы перебросить из Англии на Ближний Восток 150 тыс. войск, намеченных сейчас туда к отправке, британскому правительству потребуется минимум три месяца. Да и то с помощью американцев. Под этим углом зрения путь Англия — Архангельск предпочтительнее, ибо морской путь тут короче, чем до Ближнего Востока, но есть и свои минусы — англичане не привыкли воевать в северных условиях. Гораздо лучше для них менее суровый климат Украины, Кавказа и тому подобное. В этой связи Черчилль задал вопрос: если бы британское правительство высадило войска в Архангельске, могли ли бы они быть переброшены на наш южный фронт? С другой стороны, если бы британское правительство решило двинуть в СССР войска, стоящие на Ближнем Востоке, как их оттуда доставить в наши края? Пропускная способность Трансиранской железной дороги в настоящее время ничтожна, автомобильное сообщение по Ирану пока плохо налажено, а через Турцию отправлять войска нельзя. Черчилль говорит, что смог бы послать достаточное количество транспорта и военных судов в Черное море, если бы турки пропустили их
через Проливы. Но сейчас они на это не согласятся. Попутно, касаясь Турции, Черчилль заявил, что считает одной из основных задач английской и советской дипломатий в настоящий момент привлечение Турции на нашу сторону. Тут, по мнению премьера, скупиться не следует. Говоря о совместных военных операциях, Черчилль вдруг вспомнил о Норвегии: а может быть, англичанам лучше было бы ударить совместно с нами в этом направлении? Таким образом, для союзников могла бы быть спасена Швеция. Все это, однако, не представляло каких-либо решений премьера или даже сколько-нибудь законченных соображений с его стороны, а являлось лишь реакцией экспромтного характера, своего рода мыслью вслух. Тем не менее эти мысли дают некоторое представление о настроениях Черчилля и заставляют меня насторожиться насчет английского размаха в реализации плана отправки британских войск в СССР. Я закончил эту часть беседы с Черчиллем заявлением, что если британское правительство всерьез принимает предложение Сталина, то можно было бы начать переговоры в Москве или Лондоне о всех практических вопросах, связанных с данной операцией. Черчилль обещал в ближайшие дни обсудить вопрос в военном кабинете и с Генеральным штабом и затем дать ответ. Он, однако, прибавил: «Я вновь повторяю: не хочу вводить Вас в заблуждение. Если мы даже решим отправить свои силы в СССР, то осуществление данного мероприятия займет немало времени и до зимы не сможет быть выполнено. Как это ни печально признать, но в течение ближайших шести недель, которые, вероятно, будут для Вас трудными неделями, ничем существенным мы Вам помочь не сможем»

Сталин не стал настаивать на варианте действий британских дивизий на территории СССР.
Почему, не знаю. Но в следующем послании Черчиллю он уже не поднимал этот вопрос.
Возможно на него повлияли итоги межсоюзнической конференции в Москве, где был подписаны соглашения о поставках в СССР обширного списка вооружения и прочих необходимых для ведения войны товаров.

Но, тем не менее, вооруженные силы Британии все же присутствовали на территории СССР.
Однако их численность была мала, с точки зрения советского правительства.

Интересно отнеслись англичане к эвакуации советского правительства в Куйбышев в средине октября 1941 года. Они предложили вывести советские войска из Ирана, при этом оставляя за собой возможность контролировать Иран в интересах и Британии и СССР.

В это же время прозвучало и другое предложение англичан. Со слов Майского:

«Англичане срочно хотели бы направить небольшую «символическую» часть на Кавказ. Кроме того, Уэйвеллу даны инструкции обсудить с нашими представителями и вопрос о возможной посылке более крупных британских сил в СССР (на Кавказ, в Донбасс и т.п.). Впрочем, по этому последнему вопросу Иден был несколько неопределенен и все время подчеркивал транспортные трудности (малую пропускную способность Трансиранской железной дороги и прочее)»

Однако это предложение не устроило советское правительство, ибо, как заявил Молотов, на Кавказе фронта нет. А про Донбасс советская сторона не отвечала

Аватара пользователя
Автор темы
Земляк
Сообщений в теме: 182
Всего сообщений: 1807
Зарегистрирован: 04.02.2019
Образование: высшее техническое
Политические взгляды: пофигистические
Профессия: Слесарь- ремонтник.
Откуда: Благовещенск Амурской области
Возраст: 60
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Земляк »

Какие настроения присутствовали в обществе Британии.
Ныне иные современники подходят к этому вопросу с точки зрения своих политических пристрастий. Зачастую еще и тезисно.
Я предлагаю взглянуть на этот вопрос глазами советского дипломата, который занимал важный пост в Британии и не плохо разбирался в политических реалиях Британии того времени.
Речь идет о нашем после в Великобритании Иване Михайловиче Майском.
Из его письма в НКИД СССР 26 октября 1941 года.

«События последнего времени на Восточном фронте вызывают в Англии сложную реакцию. Здешние общественные настроения за период с 22 июня прошли три фазы. Первая фаза, охватывая начальные стадии войны (примерно до середины июля), характеризовалась крайним пессимизмом в отношении шансов СССР. Считалось, что в три-четыре недели Красная Армия будет разбита и СССР выйдет из игры. Этой точки зрения, как я в свое время Вам сообщал, придерживались также мудрецы из военного министерства. Отсюда Делался практический вывод: помочь СССР Англия не сможет и не успеет, поэтому надо судорожно держаться за то оружие, которое Англия имеет, за те войска, которые собраны в метрополии, в ожидании грозного удара со стороны Германии, который последует, как только она закончит свою «русскую кампанию».
Вторая фаза, охватывая последующие два месяца (примерно от середины июля до середины сентября), напротив, характеризовалась излишним оптимизмом в отношении СССР. Мудрецы из военного министерства были посрамлены жизнью, Красная Армия «неожиданно» для британского общественного мнения оказалась огромной силой, наступление немцев стало задерживаться, и массовые настроения качнулись в другую крайность. Все вдруг поверили, что самое трудное для Англии в этой войне уже за плечами, что «эти храбрые русские» плюс «русская зима» доконают Гитлера и что еще раз повторится история Наполеона. Англичанам же остается сидеть и ждать, слегка помогать нам оружием и снабжением да неторопливо вырабатывать планы «генерального наступления» в 1943 году в надежде, почти в уверенности, что эти планы никогда не придется реализовать в действительности. Так как одновременно прекратились воздушные налеты на Великобританию и совершенно замерли военные операции британских войск в какой-либо части света, то в стране все больше стало возрождаться настроение «мирного времени». Наиболее ярким показателем его было празднование так называемых «банковских каникул» в начале августа, когда «разъезд» лондонцев из города побил все рекорды мирных лет и вынудил железные дороги мобилизовать для неожиданных пассажиров 300 экстрапоездов в день.

С середины сентября наступила третья фаза, стоящая под знаком растущих разочарований и тревог. Разочарование в возможности «комфортабельно выиграть» войну, тревога за исход войны вообще. Переломную роль в правительственных кругах сыграло послание Сталина Черчиллю в начале сентября, эффект которого постепенно стал просачиваться в более широкие политические сферы, для широких же масс — падение Киева. С тех пор чувство тревоги все возрастает и достигло особенной интенсивности в последние три-четыре недели, когда можно лучше всего охарактеризовать восклицанием: «Какое счастье, что дьявольская машина гитлеризма, вся мощь которой только сейчас обнаружилась, обрушилась сначала не на нас, а на СССР. Если бы вышло обратно, от нас, пожалуй, ничего не осталось бы. Теперь же, даже в самом худшем случае, эта машина обернется против Англии сильно потрепанной и ослабленной». И пока трудно сказать, какое из этих двух чувств доминирует в общественных настроениях страны.

Такова одна сторона медали. Но есть и другая — рост симпатий и даже восторгов в отношении СССР. Настроение дружественности к Советскому Союзу систематически подымалось с памятного утра 22 июня в первую очередь, конечно, в рабочих и близких к ним кругах. Однако было бы неправильно говорить, что оно ограничивалось только этими кругами. На протяжении последних четырех месяцев можно было наблюдать самые неожиданные превращения среди представителей мелкой, средней и даже крупной буржуазии. Причем опять-таки и здесь чувства симпатии, перемешанные с чувствами все растущей тревоги, особенно обострились на протяжении минувшего месяца вместе с ростом опасности для СССР. Внешне это проявляется в том, что все «русское» сейчас чрезвычайно в моде — русские книги, советские фильмы, книги об СССР и т.д….

Одним из любопытных показателей тех же чувств является все ширящаяся волна пожертвований в нашу пользу. За минувшие месяцы в Англии возникло бесконечное количество всяких обществ, групп, союзов и так далее, собирающих деньги «для СССР». Пожертвования идут из всех слоев, но больше всего, конечно, из слоев демократических. Вы знаете о крупных фактах вроде пожертвования федерации горняков или подарков Генсовета тред-юнионов. Наряду с этим имеются многочисленные пожертвования более мелкого масштаба, иногда совсем ничтожные по сумме денег, но огромные по сумме вложенных в них чувств…


Каков, однако, практический баланс всех отмеченных выше процессов? Самое главное, какие перспективы он открывает в отношении немедленной военной помощи СССР — в форме ли образования на западе второго фронта, в форме ли посылки британских войск на наш фронт? Как я раньше всегда делал, так и сейчас: не хочу вводить Вас в заблуждение и создавать у Вас какие-либо иллюзии. Хорошей иллюстрацией к ответу на поставленный вопрос является заседание парламента 23 октября. Впервые со времени прихода Черчилля к власти в палате чувствовалось сильное «настроение» и раздалась действительно сильная критика британского правительства в связи с его позицией в отношении СССР, критика, дошедшая до открытого требования отставки кабинета (левый лейборист Беван, которого не надо смешивать с министром труда Бевином). Я присутствовал на заседании, и вот что было особенно замечательно: на скамье правительства, где сидели Иден, Александер, Гренфелл, Джонстон и другие, заметно было явное смущение. На скамьях же консерваторов, которые еще пару месяцев назад встретили бы с презрительным смехом требование Бевана, господствовало мертвое молчание. Почему? Да просто потому, что Беван и некоторые другие ораторы «оппозиции», несомненно, отражали широко распространенные сейчас в стране настроения тревоги, беспокойства и недовольства «русской политикой» правительства.

Какова же позиция нынешнего британского правительства в отношении военной помощи СССР? В кабинете есть разные группы. Так, Иден, Бивербрук, Кренборн и другие являются сторонниками немедленной помощи, хотя бы и с крупным риском для Англии. Наоборот, Маргенсон, Мур-Брабазон, Кингсли Вуд, Галифакс и вообще все остатки чемберленовских элементов стоят за политику пассивного выжидания и возможно большего накопления вооружений и войск в метрополии. Синклер, Александер, Эттли и другие занимают колеблющуюся позицию и предпочитают ориентироваться на премьера. Черчилль же (вместе с Исмеем) не решается пока сказать решительного слова. В чем дело? Почему британское правительство не хочет оказать нам немедленной военной помощи? Не потому ли, что оно стремится к ослаблению СССР?
Не думаю. Верно, что месяца два назад в довольно влиятельных консервативных кругах существовали такие тенденции. Однако сейчас положение на нашем фронте стало настолько серьезным, настолько угрожающим непосредственным интересам британской империи, что данные настроения прошли (за вычетом, может быть, очень маленьких и невлиятельных групп). Основное, что сковывает сейчас волю британского правительства — я это наблюдаю и чувствую на каждом шагу, — иное. Его волю сковывает просто страх перед германской военной машиной, вся мощь которой так ярко обнаружилась как раз во время «русской кампании».
Майский
АВП РФ. ф. 059. оп. 1, п. 352. д. 2405. л. 356-366.»

Тут нельзя не выделить слова
«Почему британское правительство не хочет оказать нам немедленной военной помощи? Не потому ли, что оно стремится к ослаблению СССР?»

Мысль, которую, так или иначе, высказывают иные наши современники.
И продолжение
«Не думаю. Верно, что месяца два назад в довольно влиятельных консервативных кругах существовали такие тенденции. Однако сейчас положение на нашем фронте стало настолько серьезным, настолько угрожающим непосредственным интересам британской империи, что данные настроения прошли (за вычетом, может быть, очень маленьких и невлиятельных групп).»

Аватара пользователя
Автор темы
Земляк
Сообщений в теме: 182
Всего сообщений: 1807
Зарегистрирован: 04.02.2019
Образование: высшее техническое
Политические взгляды: пофигистические
Профессия: Слесарь- ремонтник.
Откуда: Благовещенск Амурской области
Возраст: 60
 Re: Анализ статьи Путина по истории Второй Мировой Войны

Сообщение Земляк »

Формирование Армии Андерса шло не просто.
Советская сторона не могла не только полностью вооружить это формирование, но даже прокормить ее в соответствии с нормами для военнослужащих. И здесь нет ничего странного ибо даже наши воинские подразделения формировались, зачастую, в таких же условиях. Поэтому поляки ждали вооружения из-за границы. Но и это еще не все.
Как сказал Вышинский Коту: «Я заметил послу, что мало иметь в наличии продовольствие и вооружение, надо иметь возможность его доставить по назначению»

Но вообще сложности в советско-польских отношениях начались сразу же после установления дипломатических отношений между СССР и Польшей в 1941 году.
Польские дипломаты были обеспокоены и наличием польских заключенных в СССР и местами их пребывания. Польская сторона хотела бы не только освобождения польских заключенных и других репрессированных но и перемещения их в более удобные места проживания и формирования подразделений польской армии.
Пример:

«Посол интересовался вопросом о положении граждан, находящихся на Севере, будет ли эта категория поляков переселена в другие районы Союза.
Я ответил, что не вижу возможностей для такого переселения.
Кот просил сообщить ему, где именно поляки должны остаться на жительство в северных районах, с тем чтобы можно было этим лицам оказать помощь, послать, например, витаминозные продукты питания.
Я ответил, что наведу справки и дополнительно сообщу.»

Возникали моменты недоверия.

«Затем Кот вновь поднял вопрос о 9500 польских офицерах, якобы находившихся у нас в заключении.
Я заявил послу, что на территории Союза нет и не было такого количества польских офицеров, о котором говорит Кот.
Кот настаивал на своем, говорил, что, по имеющимся у него данным, основанным на донесениях польских граждан, среди офицеров, находящихся у нас в заключении, имеются генералы и офицеры первой категории; многие из них находятся в районах далекого Севера. Он просит разрешить посольству послать на Север двух своих представителей, которые сумеют найти этих людей.
Я заявил Коту, что из его постановки вопроса вытекает, что мы будто бы скрываем от польского посольства наличие у нас в заключении польских офицеров. Такой постановки вопроса мы принять не можем. Польские офицеры и солдаты освобождены из заключения. Нельзя же исходить из каких-то, никому не известных, донесений. Посол не учитывает, какие изменения могли произойти за последние два года с теми польскими гражданами, которые в свое время находились на территории Союза. Я также указал послу, что мы не можем принимать к исполнению общие заявления посольства об освобождении работников прокуратуры, магистратуры, польских генералов и т.д. без указания фамилий этих лиц. Если посол назовет мне фамилии польских генералов, находящихся, по его мнению, у нас в заключении, то мы немедленно проверим сведения посольства и примем необходимые меры»


А в это время Сталин опять поднял вопрос о политическом сближении с Британией, написав Черчеллю 08.11.1941 года.

«Я согласен с Вами, что нужно внести ясность, которой сейчас не существует во взаимоотношениях между СССР и Великобританией. Эта неясность есть следствие двух обстоятельств: первое — не существует определенной договоренности между нашими странами о целях войны и о планах организации дела мира после войны; и второе — не существует договора между СССР и Великобританией о военной взаимопомощи в Европе против Гитлера. Пока не будет договоренности по этим двум главным вопросам, не только не будет ясности в англо-советских взаимоотношениях, но, если говорить совершенно откровенно, не обеспечено и взаимное доверие. Конечно, имеющаяся договоренность по вопросу о военном снабжении Советского Союза имеет большое положительное значение, но это не решает дела и далеко не исчерпывает вопрос о взаимоотношениях между нашими странами.»

Есть тут для меня важное среди важного. Сталин поднимает вопрос о после военной системе безопасности «организации дела мира после войны»

Ответить Пред. темаСлед. тема
  • Похожие темы
    Ответы
    Просмотры
    Последнее сообщение

Вернуться в «Новейшее время»